From behind the door

Ранбу укладывает на свою кровать ещё одну подушку и оглядывает комнату. Вроде бы всё приготовил, ничего не забыл. Биллзо должен быть доволен. Они собираются посмотреть какой-нибудь фильм, а так как они всё равно ночуют в одной комнате и не спят допоздна, то ночь самое подходящее время. Ранбу наклоняется к компьютеру и начинает искать то, что можно посмотреть. Пальцы набирают текст, листают краткое описание, закрывают. По кругу. Пока не приходит Билл. — Нашёл? — спрашивает он, прикрывая дверь. — Что? — То, что я тебе сказал, идиот! — Билл обходит кровать с другой стороны, забирается под одеяло и забирает ноутбук. — Ну вот, так лучше. Садись уже. Ранбу садится рядом и берёт небольшое ведёрко попкорна. Биллзо подползает ближе, опускает голову ему на плечо и переплетает пальцы. Другой рукой тянется за едой: — Мм, фладкий, мой вюбимый, — жуёт целую горсть за раз. — Я ничего сегодня не ел ещё. — Билл! — хмурится Ранбу. — Не злись, фильм начинается. Они смотрят. Кто-то бежит, кто-то кричит, кого-то бросает жена и он идёт покупать себе хомячка, чтобы не так грустить. Ранбу почему-то не нравится сюжет. Банально и слишком ванильно, сразу понятно, что в конце всё будет хорошо и все помирятся. Парень немного сползает с подушек вниз и свободная от Билла рука падает с кровати. Касается пола и… Чего-то ещё. Что это? Бутылка? С чем? Ранбу старается незаметно посмотреть, но Биллзо, конечно же, замечает. — Что у тебя там? — Н-не знаю, — честно говорит Ранбу и достаёт бутылку. Читает вслух надпись: — Медовуха. — У тебя под кроватью была бутылка медовухи, а ты об этом даже не знал? — хихикает Билл и тянет свои миниатюрные ручки к стеклу. — Откуда она вообще у тебя? — Наверное когда-то давно покупал… Не помню. — Откроем? — вдруг спрашивает парень. Он играет бровями и, не дожидаясь ответа, поворачивает пробку. — Билл! — шипит Ранбу и отбирает бутылку назад, когда Биллзо подносит её к лицу. — Нельзя. — Почему? Пахнет как обычный алкоголь. Что нам будет? Там всего 14 градусов. — Всего?! В вине столько же! — Билл поджимает губы и смотрит так ласково-ласково, что Ранбу не выдерживает. — Ладно. Только из горла не пить! Я принесу стаканы. Биллзо кивает, и парень быстро идёт на кухню, а когда возвращается, только закатывает глаза. — Я попробовал чуть-чуть, — улыбается от уха до уха Билл. — Очень мёд чувствуется. Вкусно. — Дай мне тоже. Они продолжают смотреть фильм и пьют по стакану. Что может один стакан? Там всего-то двести миллилитров… Но Ранбу ведёт. Он пьёт не часто и немного, поэтому для него этого вполне достаточно, чтобы словить вертолётики. А Биллзо доливает им ещё. А потом ещё и ещё, и вот Ранбу уже пьёт вслед за парнем из горла. В фильме… Они всё ещё смотрят фильм? Какая нелепость. Ранбу легонько пинает ноутбук ногой, а Биллзо, будучи чуть более трезвым, опускает его на пол. — Ты такой красивый. Они складывают руки, и пальцы Биллзо почти на целую фалангу меньше. Им обоим это безумно нравится. Особенно сейчас, отмечает про себя Ранбу, но мысль теряется, когда парень седлает его бёдра. Наклоняется к шее: — Такой горячий, мм… Они пьяно целуются. У Ранбу голова ватная, перед глазами плывёт, щёки краснющие. Он пропускает момент, когда с него снимают футболку, а рука Билла оказывается у него в штанах.

***

Томми рано лёг спать, даже не постримив. Он протирает глаза и думает, что неплохо было бы выпить воды, но стакан рядом с кроватью оказывается пуст. Парень недовольно стонет. Поднимается с кровати, открывает дверь, делает шаг вперёд, но вдруг замечает, что дверь в конце коридора приоткрыта. Слабый свет горит, а значит Ранбу и Биллзо не спят? Он подходит ближе, заглядывает в щель, образовавшуюся из-за сквозняка, и зажимает себе рот рукой. Они… Трахаются? Так вот почему они так настаивали на том, чтобы жить в одной комнате, осеняет Томми. Так вот зачем они отсыпаются днём, думает Томми. А сам продолжает смотреть. Биллзо — всё ещё полностью одетый — стягивает с Ранбу пижамные шорты и проходится руками по голой груди. До Томми доносятся какие-то фразы, которые парень шепчет Ранбу на ухо, крепко закрывая тому рот, но в них не слышно ни одного внятного слова. Они что, пьяные? Томми замечает пустую бутылку. Понятно. — Би-илл… — вдруг стонет Ранбу сквозь руку. Билл шипит на него, а Томми испуганно опускает взгляд на свои штаны. Он не может возбудиться от того, что видит, как трахаются его друзья. Не может, но почему-то возбуждается. Биллзо снимает с себя футболку, а с Ранбу трусы, смачивает ладонь своей слюной, и Томми отчётливо слышит, какие звуки издаёт рука, мягко скользящая по члену. Томми, нет. Томми, да. Парень опирается рукой со стаканом на стену рядом так, чтобы видеть всё через щель, а второй сжимает свою промежность. Господи, как хорошо. Пару раз повторяет движение и понимает, что этого мало. Осторожно, по одному пальцу, просовывает ладонь в штаны и касается головки. По всему телу проходит дрожь, и парень закусывает губу, начиная двигать рукой. Тем временем Билл наклоняется, оставляет множество пятен на груди Ранбу и целует живот. Живот — болезненное место Ранбу, даже в состоянии полного опьянения Биллзо никогда не забудет, что нравится его парню. Поэтому высовывает язык и касается самого кончика члена. Томми кажется, будто тело Ранбу схватывают судороги, когда Билл несколько раз лижет по всей длине, а потом берёт в рот. Когда его щека немного оттягивается, Томми начинает дрочить, потому что почему-то представляет Билла на себе. Это неправильно, это глупо, это… Это так прекрасно, особенно когда Билл ритмично двигается вверх-вниз, помогая себе рукой, а Ранбу так сильно хватается за край кровати пальцами, что они, кажется, белеют. Томми закидывает голову назад и в попытке не издавать звуков прикусывает губу до крови, его ноги уже совсем не держат, но он знает, что если сейчас остановится, то никогда себя не простит. Ранбу кончает быстрее, полностью в рот Биллзо. Тот глотает, улыбается абсолютно пьяной улыбкой и ложится тому на грудь. Томми смотрит на то, как они лениво целуются, и как никогда радуется стакану. Если бы не он, его бы точно обнаружили. Он вытирает слюни с левого уголка губ и как можно скорее убегает в ванную, по дороге обо что-то спотыкаясь. Никто не должен его видеть, никто не должен знать, что Томми Иннит только что дрочил на своих трахающихся друзей. Никто, кроме Фредди Бэдлину, который в срочном порядке забирает свой телефон из коридора и проверяется, не треснул ли экран после падения Томми и насколько качественной получилась запись.