*Здесь скоро будет опупенное название, но пока оно отсутствует*

Еле как разлепив глаза, точнее глаз, потому другой был забинтован, Ренгоку стал осматриваться. Знакомые стены поместья бабочки не раз встречают его после битв с демонами. Когда он только начинал истреблять о'ни, Кёджуро после чуть ли не каждой миссии оказывался в этом поместье. –Ренгоку–сан, наконец-то вы пришли в себя! – звонкий голос Аой ударил по барабанным перепонкам от чего, хоть и слабо, но заболела голова. – Вы пролежали без сознания несколько дней, мы уже думали, что потеряли вас! – Спасибо за вашу заботу! – привычная солнечная улыбка на лице столпа, – Когда можно будет приступать к тренировкам? Аой только хотела что-то сказать, как из стороны двери раздался голос столпа насекомого. – Кёджуро, не думаю, что в ближайшее время тебе вообще можно будет двигаться – Шинобу подошла ближе к больничной койке, на которой лежал Ренгоку – А если ты опять начнешь тренировки без моего ведома, мне придется применить крайние меры, – милая, но источающая напряжение улыбка на лице девушки говорила о серьезности ее намерений – Аой, проверь других охотников, если мне что-то понадобится, я тебя позову. – Как скажите, Шинобу–сама – девушка с хвостиками стремительно покинула помещение. Кёджуро не стал спорить с Шинобу, потому что знал, что она подразумевает под «крайние меры», Кочо не будет долго упрашивать, ей легче вколоть яд, который парализует человека на некоторое время. – Раз уж ты пришел в сознание, то давай проведем осмотр твоего глаза, – столп насекомого наклонился поближе, всё также натянуто улыбаясь. – Я, конечно, его уже проводила, но следует ещё узнать твои ощущения. Девушка принялась распутывать бинт на глазу столпа пламени. Пара ловких движений и повязка уже лежит на краю койки. Кочо стала осматривать лицо, периорбитальные ткани и веки. Она уже проверяла его глаз и даже промывала от крови. Кёджуро понял, что левый глаз видит очень плохо, будь поврежден и второй глаз, он бы еле как мог разглядеть очертание Шинобу. – Закрой свой правый глаз, я хочу посмотреть, можешь ли ты видеть поврежденным глазом, – закрыв глаз, он понял, что всё оказалось намного хуже, он не видел им абсолютно ничего – Сколько пальцев я сейчас показываю на руке? –… Я не вижу, – врать было опрометчиво, ведь Шинобу всё равно бы догадалась о его слепоте, назвав он число наугад. Шинобу ничего не сказала в ответ, только хмыкнула. И, судя по звуку шагов, вышла из палаты. Кёджуро открыл здоровый глаз, сложно было даже определить, бьёт в левый глаз свет или нет. Если Шинобу посчитает, что столп больше не сможет продолжать службу и доложит об этом Оякате–сама, то Кёджуро сделает всё, чтобы это опровергнуть. Его долг защищать людей, которые не могут дать отпор демонам и он его выполнит. –«Третья высшая луна предлагает стать мне демоном, чтобы я достиг своего совершенства, – Кёджуро решил всё же обдумать предложение демона – Демон убивает людей, но не помогает им, хоть Незуко и смогла противостоять голоду, но не думаю, что каждый только по своей прихоти может побороть нутро демона, жаждущего человеческой плоти. Я был рождён сильным человеком, чтобы защищать слабых. Стать одним из пешек Мудзана для меня сравнимо с самым тяжким преступлением.» Вдруг, дверь в палату распахнулась, в дверном проёме стояли Аой и Кочо с маленькой свечой в руках. Кочо подошла ближе. Повернув, голову Ренгоку так, чтобы он точно смотрел на него, девушка обратилась к Аой: – Аой, милая, плотно занавесь все окна. Девочка с хвостиками послушно выполнила просьбу столпа. Ткань занавесок почти не пропускала солнечный свет, и поэтому пламя свечи было видно лучше. – Закрой правый глаз, не волнуйся, ресницы или брови не подпалю, – Кёджуро снова закрыл здоровый глаз, погружаясь в темноту. Тепло от пламени неприятно жгло кожу и глаз, от чего столп стал часто моргать. Шинобу потушила свечу и сказала Аой открыть окно, находившиеся на против столпа. Шорох занавесок говорил о том, что Аой выполнила поручение. Несколько секунд спустя Шинобу тяжко вздохнула и подошла к Аой. – Зрачок никак не реагирует на свет… Думаю, это тотальная слепота. – Но я же могу продолжить убивать демонов! – Кёджуро открыл глаз и увидел взволнованное лицо Аой. – Можешь, но приспособиться к бою будет сложно, Кёджуро. – Я справлюсь с этим! Я усилю тренировки, чтобы вернуться к первоначальному мастерству – улыбка озарила лицо столпа. – Кёджуро, перед этим нужно, чтобы твои кости срослись, а раны зажили, на это потребуется около трёх недель, может даже больше. В это время тебе нельзя нагружать своё тело. Надеюсь, ты меня понял, – с этими словами Шинобу и Аой пошли на выход из палаты – Отдыхай. Первая неделя для Кёджуро была сущим адом, он не мог просто отлежаться в поместье, он иногда тренировал концентрацию дыхания, когда никто из поместья не заходил к нему. На второй неделе он решил начать «немного» тренировать своё тело, это было опрометчивым решением, так как рана на его руке открылась. Шинобу всё же вколола ему парализующий яд. Два дня Кёджуро провалялся в постели, и когда Шинобу пришла для того, чтобы вколоть новую дозу яда, Кёджуро обещал, что больше не будет пренебрегать здоровьем и всё будет делать по её рекомендациям. Третья неделя прошла также как и первая. Скучно и тоскливо. Конечно, троица мечников навещали столпа и часто с ним обсуждали миссии, которые они успели выполнить, но этого не хватало, хотелось побыстрее вернуться в строй охотников на демонов.