Поцелуй меня, Хисока

Гон- мальчик, которому недавно исполнилось 16 лет. Он все ещё ребёнок, который просто достиг возраста согласия.  Хисоке нет до этого дела, но Гон продолжает бегать за ним, как послушный щенок. -Хисока, можно я тебя поцелую? В этот момент у мужчины всё в груди сжалось. О, да. Конечно можешь, целуй меня, целуй мои губы, мои плечи, мой пресс….. - Такое перманентное чувство. Знание о том, что теперь-то он может касаться чужой разгоряченной кожи не только ладонями, но и языком- мечта, о которой он даже и подумать не мог. Мужчина немного прокашливается и говорит: -Нужно обработать твою рану. Глаза Гона стынут. Хисока ругается себе под нос, но никак это не комментирует. Клеит пластырь на разбитое колено и громко захлопывает аптечку. Гону, может быть, уже и шестнадцать, но в поступках возраст где-то около семи, может восьми. Хисоке, может быть, третий десяток, но в лучшем случае между бутылкой коньяка и пачкой успокоительного. -Ты трус, Хисока. Так я и думал. Эти слова неприятно резонируют в воздухе, но не более. Хисока смотрит на Гона и думает, что бывал на всех скоростях, но сейчас втопить все триста хочется особенно сильно. -Угомонись, не маленький. За окном идет дождь, да что там дождь, настоящий ливень. На улице полно луж, в которых виднеется бензиновая радуга, а на небе ни следа. Мальчишку выгнать не получится — распогодится только к утру. Перед взором мелькают лишь оголенные разбитые колени, а у Хисоки от этого спазмы в глотке и подступающая тошнота, но деваться некуда. Гон говорит: -Вот именно, я не маленький. Не ребёнок я уже. Парень смотрит прямо в глаза и на ощупь расстегивает чужую ширинку, а потом: -Не еби мозги. Еби меня. Сорванцу хочется вымыть рот с мылом, но Хисока утыкается тому в мокрый висок и шумно дышит. А потом вдавливает чужое-родное тело в стену. Оно небольшое, гибкое, мягкое, горячее, родное и приятное. Потное, но соль на коже почему-то слаще меда, когда Хисока медленно ее слизывает. -Поцелуй. Всего один, - нетерпеливо стонет, и мужчина прижимается к нему всем своим телом. Хисока позволяет себе подобную слабость. Целует долго и упоительно, почти до изнеможения. Как давно и хотел. Приятно Гону. Приятно Хисоке. Они любят друг друга. Вот только, любить мальчишка младше себя- полное дерьмо, которое просто случается и ничего с этим уже не сделаешь. И это дерьмо приключилось с Хисокой.