Дым сигарет с ментолом

Уставшие за целый день съёмок, они медленно шли на стоянку, где находилась машина Ома. Остановившись в тихом переулке, Ом достал из кармана пачку сигарет. — Хочешь? — Ом, ты что, правда куришь? Вот почему ты на тех фотках так выглядел. — Так — это как? — Натурально, — Нанон ухмыльнулся. — Как будто держал невидимую сигарету. Все это заметили, особенно фанаты. И как тебе удаётся скрываться? Он не мог оторвать глаз от Павата, который щёлкнул зажигалкой и со вкусом затянулся. Тот, прикрыв глаза, выдохнул дым, уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке. Широкие плечи, обтянутые кожаной курткой, опустились, расслабляясь и сбрасывая напряжение. — А ещё ты выглядел грустным, прямо подавленным, — Нанон подошёл ближе. — Что-то случилось? — Нет, просто немного устал, — не глядя на него ответил Пават. Нанон стоял, оперевшись о стену и смотрел, как над головой Ома вьётся дымок, горящий кончик сигареты слегка освещал лицо. В наступивших сумерках это выглядело завораживающе красиво… Длинные пальцы Ома небрежно держали сигарету, вот он стряхнул пепел и снова поднёс её ко рту. Нанон ощутил слабость в коленях. В носу защипало, ароматный дымок окутал парня и заставил вдохнуть поглубже. Слегка закружилась голова. Встретившись взглядом с Паватом, парень схватился за стену, едва устояв на ногах. В сумерках его глаза были чёрными и бездонными омутами, в которых немедленно захотелось утонуть. Сердце застучало невпопад, а внизу живота сладко заныло… Вечерний ветерок немного охладил горящие щёки, приводя в чувство, и Нанон отвернулся, испугавшись своей нелепой реакции и того, что Ом мог её заметить. Ом щелчком выбросил окурок, внимательно посмотрел на друга. — Что с тобой? Это всего лишь сигарета, первая за весь день, кстати. Он опёрся рукой о стену рядом с Наноном и наклонился к нему. — Тебе неприятно, что я курю? Прости, больше не буду при тебе это делать. — Нет, просто… — Нанон успел понять, что зря так глубоко сейчас вдохнул. Смесь запахов табака, парфюма и кожаной куртки Ома мгновенно вышибла из его мозга все мысли, оставив только почти неосознанное желание прикоснуться к парню, стоявшему так близко. Внезапно он оказался в кольце рук, крепко сжавших его, и поднял глаза. Чётко очерченные губы Павата мягко улыбались, составляя такой контраст с немного осунувшимся лицом, что Нанон аж задохнулся, таким красивым ему показался в этот момент его друг. Таким… сексуальным. Губы самого Нанона невольно приоткрылись, желая поцелуя. Ом смотрел на друга, которому наконец открыл свой маленький секрет. Ему нравилось курить, хоть и приходилось прятаться как подростку. Да и случалось это нечасто, иногда, когда сильно уставал. Вот как сегодня. Но почему его лучший друг так на него смотрит, не в глаза, а на губы?.. Поддавшись импульсивному порыву, Ом обнял друга и накрыл его губы своими. Поцелуй получился коротким, но таким чувственным, что у Ома ёкнуло сердце. Отстранившись, он посмотрел в глаза Нанону. Тот со странным выражением пялился на него. — Ты так офигенно пахнешь, — прошептал Корапат. И, притянув Ома за шею, сам начал его целовать, так жадно, что Ом слегка опешил, но тут же позволил Нанону глубоко залезть языком в свой рот и ответил ему тем же. Нанон наслаждался вкусом мягких губ, сводящим с ума запахом, ощущением кожи под пальцами и железной хваткой рук Павата. Хотелось, чтобы этот момент длился бесконечно… Но всё хорошее заканчивается слишком быстро, и очнувшийся непрошеный внутренний голос прошептал «что ты творишь, кретин, это же не съёмки сериала», и пальцы разжались, отпуская парня из объятий. Нанон молча сглотнул, не в силах произнести ни слова, отвёл глаза. — Ом… прости… — еле выдавил он. — Тебе не за что извиняться, — усмехнулся Пават как ни в чём не бывало. — Пойдём, подброшу тебя домой. До машины дошли молча, и пока ехали, Ом ломал голову, как бы беспалевно напроситься к Нанону в гости, желательно с ночёвкой. Но все приходящие на ум варианты были один другого хуже и выдавали Ома, что называется, с потрохами. Корапат решил всё за него. Когда машина остановилась возле его дома, он повернулся к другу, поймал его взгляд. — Может, останешься?