Солнце в закате

За окном лишь полуденное солнце отбрасывало блики на ковёр. Зелёные и пышные деревья шумели листвой, изредка покачиваясь на ветру. Вдали был слышен едва различимый за лесом шум машин. Эдрик занимался своим любимым ничегонеделанием и крутился на стуле, периодически отвлекаясь на какую-то книгу, найденую в кабинете отца. Сегодня он как никогда коротал время, так как вот-вот должна была прийти почта, которую он так усердно и долго ждал. Это были несколько листов с наклейками на стекло. И не просто наклейками, а прозрачными ловцами солнца. Идея пришла спонтанно после недолгого просмотра пинтереста, но оказалась слишком заманчвой. Разве не вызывает восторг, когда целый день по комнате простираются разноцветные круги из света. А дни сейчас и правда длинные и светлые. Хоть Эдрик и недолюбливал полдень с его вычурно ярким солнцем и белым светом (не то что мягкие закаты и рассветы), расклеивать красивые пластинки должно быть увлекательно. * На спорт-площадке в полдень становилось невыносимо жарко. За последние десять минут Хантер потянулся к бутылке с водой уже третий раз. Кадетские корпуса стояли почти пустые. Летние каникулы шли полным ходом. Остались только те, кому уезжать было не куда. Например он сам. В принципе, у дяди Хантера была небольшая квартира где-то в городе, но парню никогда не предлагали туда перебраться, так что и спрашивать смысла не было. Он мог бы отдыхать в своей небольшой комнате, но каждый день продолжал изматывающие своей длительностью тренировки. Чтобы быть ещё сильнее, ещё лучше. Натренированное тело блестело на солнце. Сегодня парень делал комплекс усиленных упражнений на руки. Наверное завтра они будут ужасно болеть. Но кому есть до этого дело? Надо было выгнать лишние мысли из головы с помощью спорта. После лагеря дни стали невыносимо одинаковые, будто учебные. Изредко о себе напоминал Эдрик, короткими сообщениями с пожеланием хорошего дня или звонками. Зеленоволосый создавал впечатление такой непробиваемой позитивности, что на душе тепло становилось. Телефон издал звук уведомления и Хантер, присев на горячий асфальт, наклонился, создавая тень, чтобы видеть экран. Эдрик прислал ему фотографию окна, обклееного то ли скотчем, то ли какими-то рисунками. Хантер: Что это?

                                                                 Эдрик(друг):

          наклеечки, смотрии ккой узор создают!!!

                                                                             +фото

Хантер: Мило.

                                                                Эдрик(друг):

                 приезжай сгдн вечером, посмотришь. мы с сестрами ещё друзей позовем и я зову тебя, можешь даже на ночь остаться кст!!,!!!

Хантер: Я спрошу у дяди.

                                                                Эдрик(друг):

                                  хорошо, я будуждать☺️👍🏼<3

Хантер убрал телефон в карман и направился в сторону корпуса. Настроение резко улучшилось и нагружать себя больше не хотелось. Блондин собирался спросить у Филиппа, можно ли ему поехать к другу и был уверен, что тот разрешит. Только уверенность оказалась совсем лишней. Блондин зашёл в кабинет и сразу огорчился тем, что рядом со столом стояла Кики и показывала какие-то документы его дяде. "Значит придётся отпрашиваться при ней, черт, это так неловко" – подумалось Хантеру. Блондин только сейчас стал осознавать, что ни разу не говорил дяде о том, что у него есть друг за пределами академии. И эта мысль вдруг показалась ему такой глупой, она будто бы делала его слабым. Парень неловко остановился в дверях и опустил голову под двумя пристальными взглядами. Все слова резко забылись. – Ты что-то хотел, Хантер? – как всегда холодным тоном спросил Филипп, нарочито делая акцент на имени парня. В этот момент блондин понял, что совсем не сможет выкрутиться теперь. В прошлые разы он оправдывался тренировками или поездками за спортивной одеждой, но сейчас идей не было. – Можно мне поехать к одному знакомому, – выпалил Хантер так быстро, что не успел подумать. По лицу Кики было видно, что ей хочется надменно усмехнуться, но она сдержалась, возвращая привычную отстраненность. В кабинете повисла тишина. Такая густая и липкая, она с каждой секундой наливалась напряжением. – Зачем, и с каких пор у тебя появились какие-то там знакомые? – в его голосе сквозило натянутое спокойствие, но на лбу выступила вена, показывая неприкрытое презрение. Одним словом всё уже было сказано. – Просто, я.. эм.. подумал о некоторых выгодах в этом общении, вдруг он.... захочет поступить в академию например, – Хантер чувствовал себя отвратительнее некуда. Нет, он никогда в жизни не заговорит с Эдриком снова, он будет учиться и тренироваться так усердно, как только сможет, только бы дядя всё забыл. – Нет. Я думаю тебе стоит больше времени уделять учёбе, – все тот же холод, режущий льдом тон. Нужно было что-то ответить, как-то выкрутиться из ситуации. Но язык перестал поворачиваться, а ноги сами попятились к двери. Блондин пробормотал какие-то извинение, но все оставалось как во сне. – И как же так ты не удержал гору коробок, когда тренируешься целыми днями, – это были последние слова, которые услышал Хантер перед тем, как закрыть дверь и как можно быстрее кинуться в свою комнату. Филлип знал и про это! Парень забежал в нужную дверь, и едва закрыв её на ключ упал на кровать накрывая голову подушкой. Он не помнил, сколько пролежал так до того как заснул, да и спал ли вообще, но вернуться в реальность его заставил звонок от друга. На экране телефона, вынутого из кармана высвечивалось весёлое фото со счастливым зеленоволосым парнем, который сидел в машине с трубочкой от сока в зубах. – Хантер, братан, звоню тебе уже пятый раз, ну как так, я волнуюсь ведь! – послышался обеспокоенный голос из динамика. – Всё...всё хорошо. – Тебе же разрешили пойти? Извини меня конечно, но я уже выехал. Но если не разрешили не переживай, мы ещё обязательно повеселимся. Так чтооо, надеюсь что да. – М..м... Да, дядя разрешил, я буду возле ворот скоро, припаркуй машину где-нибудь подальше, чтоб вопросов не было. Эдрик не успел ответить, потому что блондин сбросил и принялся укладывать в рюкзак некоторые вещи, которые понадобятся для ночёвки. Блондин сам не понимал, зачем соврал, зачем принял это решение. Намного проще и лучше было бы остаться, потому что он даже не хотел думать, что будет, если дядя действительно разозлится. Его запрут в комнате? Запретят выходить на улицу до осени? Заберут телефон? Заставят чувствовать себя самым настоящим ничтожеством? Вопросов было много, до этого он ведь и не совершал чего-то настолько рискованного. Возможно это был некий протест и месть за отказ, только никому, кроме как самому Хантеру, вряд ли будет от этого хуже. Когда блондин, стоя с полупустым рюкзаком на пороге комнаты, и стараясь максимально тихо закрыть дверь, снова подумал о том, какой путь должен будет совершить сейчас, его насквозь пробил страх. Парень планировал спуститься по пожарной лестнице, вдоль забора и мест, где не должно быть камер, пройти до одного из запасных выходов. Потом он добежит до главной дороги, ведущей к воротам, прячась за деревьями. А там он увидит Эдрика и упадёт в его машину. Успокоится, расскажет и забудет обо всем хотя бы на один вечер.