Судьба королевы

Сегодняшний день был полон волнительных событий. Впервые за сотню лет «демоны с острова», как их называла Марлийская Империя, выйдут на контакт с внешним миром. Этому поспособствовали некоторые люди из Марли, желающие возродить Эльдийскую Империю. Сделать это им, конечно же, никто не позволит, но теперь достоверно известно, что на острове существуют огромные запасы высокоэнергетического топлива, так необходимого Адзумабито и жителям их страны для того, чтобы развивать своё оружие и промышленность и вырваться из цепких лап зависимости от марлийских энергоносителей. Посредством долгих переговоров в пределах стен, при помощи Киёми Азумабито удалось частично договориться о сотрудничестве. Но решающее слово будет сказано сегодня. И решение должно быть принято ею — принцессой Хизуру, Микасой Аккерман. Как только на клан Аккерманов обрушились страшные гонения, а работорговцы начали сновать по городам и деревням в поисках азиаток, семья Микасы, с помощью невероятных усилий смогла выбраться на материк, доказав, что они не являются потомками Имир. Татуировки Микасы и её матери, означающие их принадлежность к правящим элитам, помогли им обосноваться в Хизуру. И в свои восемнадцать лет юная Аккерман, уже признанная принцесса страны, ожидающая коронации, будет принимать гостей с родного острова, в надежде обеспечить свою нацию всем необходимым. — Ваше высочество, прошу пройти в переговорную, гости прибудут с минуты на минуту, — сообщил ей один из чиновников, и девушка поспешила в зал заседаний. В помещении уже сидели все необходимые для проведения переговоров лица. К стыду Микасы, она всё ещё плохо разбиралась в инженерии, и в этих просторах придётся положиться на технологов, сидящих по её левую руку. Экономику же она изучала с самого детства, и все расчёты уже были у неё на руках. Ей было необходимо получить эти эльдийские кристаллы для своей страны. Ради её безопасности и независимости. Переговоры обязаны пройти гладко. Киёми, сидящая справа от девушки, легонько сжала её руку, чтобы уменьшить волнение принцессы. — Госпожа, всё уже решено, вам нужно лишь подтвердить это своим присутствием, прошу вас, не волнуйтесь так сильно. То, что даже посол заметила её беспокойство, заставило девушку ещё больше разнервничаться. Многие считали, что она была ещё слишком молода для короны, и сегодня она должна была доказать, что достойна её. — Эльдийская делегация прибыла, — сообщил один из слуг, открывая дверь в зал заседаний. В зал вошли несколько человек, двое из них были одеты в военную форму. Остальные, видимо, были такими же специалистами, как и те, что уже сидели за столом со стороны Хизуру. Микаса встала, и за ней поднялись люди за столом. Низко поклонившись в знак уважения к гостям, девушка осталась стоять, ожидая ответного поклона. Его не последовало, и гости лишь прошли к столу, озадаченно оглядываясь. Девушку это смутило, но виду она не подала. — Ох, простите, госпожа, мой недочёт, — прошептал один из слуг, быстро подбегая к новоприбывшим и нашёптывая им что-то. Одна из членов делегации — женщина в армейской одежде с коричневыми волосами и чёрной повязкой на глазу тут же подскочила с места. — Искренне просим прощения, мы, к сожалению, ещё не знакомы с вашими традициями, — проговорила женщина, кланяясь по примеру Хизуру. За ней поднялись и поклонились другие люди. В остальном представление сторон прошло довольно гладко. Все назвали свои имена и чем они занимаются. Микаса изо всех сил старалась запомнить гостей, но волнение мешало ей как следует сконцентрироваться. Только подумать — демоны с парадиза сидят прямо перед ней, на расстоянии вытянутой руки. После пробуждения силы Аккерманов, она мало чего боялась, но один человек заставлял её почувствовать холодок, мурашками пробегающий по спине. Его имя было не трудно запомнить. Леви Аккерман. Человек с такой же, как и у неё фамилией. Говорят, что по силе он равен целому батальону. Принцессе это показалось удивительным. Он был таким маленьким! Как такой человек мог быть сильнейшим воином? Но больше всего Микасу смущало то, что мужчина не сводил с неё глаз. Время от времени она встречалась с его холодным взглядом, упорно изучающим её. Он почти всё время молчал. Говорил лишь изредка и исключительно по делу. У него был красивый, бархатистый голос, и девушке было приятно слушать его спокойные высказывания. Но главной целью сегодняшней встречи было обсудить вопросы торговли между государствами, и приходилось одёргивать себя, возвращаясь к более важным вопросам. От того, насколько внимательно она слушала дискуссию, зависела судьба страны. И всё же этот его взгляд… Поначалу ей казалось, что он просто рассматривал её, как и многие другие в комнате. Она всё же принцесса. Не каждый день видишь такое. Но спустя время девушка поняла, что его взгляд скорее… заинтересованный. И, в очередной раз случайно заглянув в его глубокие синие глаза, она не выдержала и смущённо отвернулась. Да как она вообще сейчас может думать об этом солдате, когда решается судьба её страны? Но заставить себя не смотреть в его сторону не могла.

***

Вечерело. Небо за окном уже приобретало красновато-лиловый оттенок. Объявили перерыв. Микасе нужно было обдумать все за и против и высказаться. В этом деле ей уже никто не мог помочь. Решение было исключительно за ней. Это и беспокоило. Раньше, если ей и приходилось давать на что-то добро или запрещать, то это происходило по уже готовому шаблону, оставленному предыдущими правителями. Вот, к примеру, торговля в Марли. Да они уже очень много лет торгуют там. Конечно никакой сложности нет в том, чтобы подписать очередную бумажку. Но люди с острова были загадкой, чем-то совершенно новым и непонятным. Единственной знакомой для неё вещью была фамилия того мужчины. После целого дня вчитывания в сложные и важные бумаги, у Микасы гудела голова. Покидать замок до конца переговоров было запрещено, и единственным способом получить глоток свежего воздуха было выйти на большой балкон, смотрящий во двор. На улице она сразу почувствовала себя гораздо лучше, прохладный ветер остужал кожу и приятно обдувал вспотевшие от волнения и напряжения ладони. С минуту простояв на балконе, девушка заметила, что где-то вдалеке стоит кто-то ещё. Да, ошибки быть не могло, тот самый мужчина-военный. Невысокий, с тёмными, почти чёрными волосами и в своей зелёной форме.

***

Ханджи уже успела пошутить насчёт того, что на протяжении всего раунда переговоров Леви ворон считал. Говорил мало, в обсуждениях едва участвовал, хотя для них технологии Хизуру были критичны. Они могли помочь усовершенствовать УПМ ко времени нападения на Либерио, и это могло дать им существенное преимущество в борьбе за право на существование. Леви знал куда и зачем он ехал. Но его никто не предупреждал о том, что управляет страной такая молодая девушка. Это было до смешного нелепо. Почти ребёнок. Зоэ на его возмущение только ответила, что, несмотря на то, что ей совсем недавно исполнилось восемнадцать, девушка уже хорошо проявила себя в качестве лидера. Но что могла знать эта соплячка об управлении целым государством? Почему их судьба в таких ненадежных руках? Но как только девушка открыла рот, всё встало на свои места. Она была уверена и рассудительна. Казалось, что она досконально знает все важнейшие составляющие экономики, и её высказывания поистине вызывали уважение. Она задавала правильные вопросы. Это подкупало. И эта её фамилия. Аккерман. Как неожиданно то, что она принадлежала к тому же клану, что и он. И незаметно для себя мужчина понял, что уже разглядывал не сидящего перед собой правителя, а молодую и привлекательную девушку с миловидным лицом, со светлой, как молоко, кожей, с румяными щеками и нежными, алыми губами. А какими невероятными были её серые глаза, обрамлённые густыми ресницами. Они были не такими узкими, как у остальных жителей Хизуру, но всё ещё сохраняли тот интересный азиатский разрез. В итоге, как ни старался он сконцентрироваться на делах, от которых зависела его дальнейшая жизнь, судьба его солдат, будущее всей Эльдии, ничего не выходило. Взгляд так и скользил к этой девушке. И как неприятно было понимать, что даже неформальной беседы устроить не получится. Наверняка, как только закончатся переговоры, они все отправятся по гостиницам и домой. Она захватила все его мысли, и Аккерман не мог поверить, что так легко поддаётся её чарам. За все свои тридцать с небольшим лет жизни он ни разу не испытывал такого сильного интереса к женщине, и чёрт бы его побрал, почему это должна быть именно принцесса чёртовой страны? В полном негодовании, недовольный собой, во время перерыва он вышел на балкон, освежить свои мысли. — Простите, вас зовут Леви Аккерман, так? — услышал он из-за спины, и, развернувшись, увидел принцессу перед собой. Собрав всю свою волю в кулак, заставляя себя вспомнить, зачем он здесь и почему, мужчина сохранил свой привычный холодный взгляд, даже несмотря на то, как сильно забилось сердце и как сладко звучало его имя из её уст. — Так. Вышли подышать свежим воздухом? — вежливо поинтересовался он, прежде чем пойти по направлению к выходу. — Не буду вам мешать. — Вы не мешаете. Мужчина притормозил. На самом деле уходить ему совсем не хотелось, но оставаться наедине с правительницей было как-то неправильно. — Вам нужно принять важное решение, не хочу вмешиваться в ваши размышления, — ответил Леви, снова бросив на неё взгляд. Сердце девушки пропустило удар, когда она снова встретила его глаза своими. Несмотря на природную выдержку и воспитание, Микаса не могла заставить себя устоять перед тем, как он на неё смотрел. Она чувствовала, что за этим взглядом скрывается что-то ещё, от чего трепетало всё её существо, и это сильно настораживало, ведь она видела мужчину впервые в жизни. Микаса никак не ответила на его заявление, останавливаясь рядом с ним на почтительном расстоянии. Она никак не могла подобрать слов, чтобы начать разговор. Её сердце сильно колотилось от волнения, и ей было стыдно признаться самой себе, что беспокойство вызвано не важными переговорами, а этим странным, молчаливым мужчиной в парадной форме. — Какое у вас звание? — произнесла принцесса, наконец, найдя, что спросить. Да, вначале все представились, но Аккермана и его спутницу лишь назвали по именам. Если бы они были одеты в традиционную военную форму Хизуру, она ещё смогла бы определить, кто он такой, но у эльдийцев была совершенно другая система подчинения, и Микаса никак не могла понять его позицию в армии. — Капитан, — односложно ответил Леви. «Всего лишь капитан», — подумала Аккерман. Какой удивительно низкий ранг. Она рассчитывала на то, что он хотя бы генерал. Какой странный человек, и как необычно, что, будучи на переговорах с ней и другими очень важными людьми, он всё ещё был каким-то там капитаном. — Вы удивительно хорошо расположены к нам. Не боитесь противостояния с Марли? — спросил мужчина. Ему действительно было интересно, почему Хизуру готовы поступиться своей безопасностью и начать торговлю именно с ними, с ненавистными всему миру демонами. К тому же, ни одна другая страна ещё не знает, что люди с острова открыли правду о внешнем мире, и что они не такие отсталые, какими их считают. — Это моя родина, — ответила девушка, озадачив таким заявлением капитана. — Вы шутите? — спросил он, не скрывая своего удивления. — Нисколько. Мне было лет пять, когда мои родители смогли сбежать во внешний мир и скрыться здесь, в Хизуру. Я сама мало помню о жизни внутри стен, но мама много рассказывала. Девушка заметила, что капитан внимательно слушает её, поглядывая на неё снизу вверх, и снова смутилась. И почему он вызывал в ней такие странные чувства? Вокруг неё было столько статных, богатых и красивых мужчин, а она, кажется, влюбляется в капитана когда-то вражеской страны. «О чём я только думаю», — пронеслось в её голове, но она всё же продолжила разговор: — Буду с вами честной, не хочу оскорбить жителей стен, но какими бы ни были ваши проблемы, для вас было бы лучше никогда и не узнать о внешнем мире. Если бы не Марли, вы бы спокойно жили в своём мирке, продолжая верить, что ваша единственная цель — уничтожить титанов. Должно быть больно осознавать, что весь мир боится вас. Что вы и есть опасность. Микаса не знала, зачем она всё это говорит, но капитан вызвал в ней такое странное чувство комфорта и безопасности, что не сомневалась в том, что может поделиться с ним размышлениями. Аккерман источал силу и уверенность в себе, и это только больше привлекало девушку. Рядом с ней люди обычно терялись или начинали заискивать, пытались выгадать для себя что-то, но этот человек просто слушал её мысли и не пытался навязать свои идеи, хотя, учитывая то, что они здесь совершенно одни, он мог бы попытаться воспользоваться ситуацией и обговорить решение, важное для его страны. — Отчасти вы правы. Но разве это справедливо, запирать нас, как скот, оставив без прогресса, технологий, лекарств… Ему нравилось говорить с ней. Первое впечатление оказалось обманчивым, Микаса была достаточно умна, оно и понятно, иначе она просто не смогла бы управлять страной. Несмотря на то, что словоохотливым Леви назвать было совсем нельзя, с ней хотелось делиться мыслями. Ему казалось, что она поймёт его, даже если им известны только имена друг друга. Оно и к лучшему. Вряд ли бы принцесса захотела с ним говорить, зная, что он на самом деле за человек. — Да и все эти прозвища… Разве я похож на демона? — поинтересовался Леви, затаив дыхание. Таким хитрым вопросом он попытался узнать, что думает принцесса на его счет, и, в зависимости от ответа, решить, что делать. Он всё ещё надеялся наладить с ней какой-то контакт, хотя мысль о том, что в скором времени, вне зависимости от результатов переговоров, они уедут, и до самого момента осуществления миссии в Марли не смогут открыто связываться с Хизуру, огорчала и заставляла действовать более решительно. Если ничего не получится сейчас, то другого шанса у него просто не будет. — Мне рассказывали о вас. Но вы Аккерман. В вас не течёт кровь Имир. Как и во мне. Вы без сомнений невероятный человек, хоть и простой капитан, но я бы гордилась, будь вы частью моей армии. «Ответ настоящего правителя», — подумал Леви. Ему льстили её слова, но он понимал, что она научена отвечать уклончиво, так, чтобы не обидеть и сказать лишь часть правды, без лишнего. «Да и чёрт с ним, может, я умру в следующей же битве», — решил мужчина. Он уже давно не пятнадцатилетний мальчик, чтобы ходить вокруг да около и краснеть. — Сходите со мной на свидание. Леви решительно произнёс эти слова, поворачиваясь лицом к юной принцессе, одетой в изящное традиционное платье Хизуру, расшитое тончайшими золотыми нитями, поблёскивающими в закатных солнечных лучах. Её глаза широко распахнулись, и щёки залились румянцем. Это предложение застало её врасплох. Микаса чувствовала, как между ними нарастает что-то, чему невозможно сопротивляться. Но она не была простой девушкой, не могла полностью распоряжаться своей жизнью так, как ей хотелось, ведь на её плечах лежала судьба целой страны. Он уедет послезавтра. Она откажется и больше никогда не увидит Аккермана. Но даже если согласится, то всё равно придётся невыносимо долго ждать встречи. Может, это всё — лишь минутное помешательство из-за духоты комнат и слабости её нервов? Но всё происходило на самом деле, то, что она ощущала сейчас, было сложно спутать с чем-то другим, и хоть раз в своей жизни ей хотелось поддаться этому влечению. Этот удивительный, смелый человек казался тем, кто ей нужен, кто сможет её понять, сможет совладать с её волевым и сильным характером… Леви, искренне надеявшийся на согласие, но готовый к отказу, с замиранием сердца ждал ответа девушки. Она удивлённо и словно оценивающе разглядывала его, не решаясь дать ответ, и с каждой секундой его надежда угасала. «Что ж, я был обязан попробовать», — подумал Аккерман, как вдруг услышал голос принцессы. — Хорошо, — тихо ответила девушка, смущённо отводя взгляд, еле сдерживая глуповатую улыбку. Правительница страны не должна так несдержанно себя вести при гостях.

***

Решение было принято. Сотрудничеству быть. Микаса много раз обдумывала, что последует за отказом от ресурсов внутри стен и поняла, что не может загнать народ её страны в подчинение Марли. Хоть это и означало начало страшного противостояния между силами континента и Хизуру. В банкетном зале уже были накрыты столы и всё было подготовлено к неформальному событию, даже в случае провала переговоров. Гости и чиновники Хизуру собрались в одном зале и теперь, наконец-то, могли пообщаться в неформальной обстановке. Леви и Ханджи — так звали женщину, тоже пригласили на банкет, хотя проводить на подобные мероприятия кого-то столь низкого ранга не принято. Но в качестве исключения, ведь и они являлись ключевыми людьми на переговорах, участвовать в банкете позволили и им. Аккерман не был в восторге от того, что ему придётся провести вечер со всеми этими чопорными аристократами и чиновниками, но ради поддержания дружеских отношений с главными людьми Хизуру, остался. Но он всего лишь надеялся снова взглянуть на принцессу, хоть переговорить им в такой толпе не удастся. Он просто не мог проявить наглость второй раз за вечер. Это могло оскорбить здесь кого угодно. Но на протяжении всего банкета Микаса и Леви перекидывались многозначительными взглядами, надеясь, что, кроме них самих, никто не придаёт этому большого значения, ведь на военных почти никто не обращал внимания, а действия принцессы безоговорочно принимались как должные. Поднеся капитану очередной стакан шампанского, официант в идеально пошитой белой форме подал ему и небольшое письмо с королевской печатью. Такой же, как и татуировка на руке девушки. Леви поспешил отойти в укромный уголок, чтобы прочесть адресованное ему лично письмо от девушки, так стремительно покорившей его сердце. И пускай в нём всего лишь указано время и место встречи, он не смог сдержать улыбки, предчувствуя предстоящий завтрашний вечер.

***

Эльдийская делегация была готова к отплытию. Солнце уже почти село, и оставалось каких-то полчаса до того, как они покинут выделенные для них комнаты в замке и оставят эту страну на очень долгое время. Леви размышлял о невероятном успехе переговоров. Наконец-то разведка во главе с Ханджи занимается не сражениями, а чем-то, что оправдывает их название — изучает новые культуры, исследует неизвестные места и обеспечивает хорошие отношения с главами стран. По крайней мере, Аккерман уж точно смог обеспечить кое-какие отношения с правительницей Хизуру. В дверь постучали. — Капитан, я могу войти? — послышался из-за приоткрытой двери мелодичный женский голос. — Почему ты спрашиваешь? — ответил мужчина, тут же открывая дверь и впуская принцессу внутрь. Юная Аккерман выглядела расстроенной. Казалось, что девушка вот-вот расплачется, и как странно было видеть в ней эту перемену. Ещё вчера она была холодной и недосягаемой, словно мерцание звёзд в ночном небе, а сегодня терялась при виде капитана, и еле сдерживала свои эмоции. — Я хотела попрощаться... — сказала принцесса, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Обещай мне, как только получишь приглашение на коронацию, обязательно приедешь сюда. — Обещаю, — ответил капитан, притягивая Микасу к себе и нежно целуя в губы. — Прошу, береги себя, — произнесла девушка, едва сдерживая слёзы.

***

Даже вернувшись на остров, Леви ещё долго будет вспоминать нежность её тёплых рук, красоту серых глаз, мягкость её волос и горечь от столь быстрого расставания. Любовь, оказывается, причиняет не меньше боли, чем клинок. Но он сделает всё, что в его силах, дабы обеспечить мир, и вернуться в Хизуру к своей юной королеве.