kittens create a musical group, meow.

Урок тянулся долго и нудно. Треть учеников в классе, что сидели у окна, уже не могла спокойно находиться на своих местах, засматриваясь на расположенную на улице волейбольную площадку. После этого урока будет большой перерыв, во время которого все могут поесть, отдохнуть или поиграть. Так как стояла середина весны, солнечные лучи хорошо нагревали улицу, и можно было спокойно выйти в одной рубашке и джинсах, поиграть и не заболеть. Вторая треть класса, на удивление, слушала слова учителя и что-то записывала, но это было лишь потому что им не повезло сидеть дальше всех от окна, а обычные светло-зеленые стены, конечно, не вызывали интереса, так что лучше уж послушать урок. Последняя же часть учеников просто напросто засыпала. Кто-то старался не показывать этого, прячась либо за спинами сидящих спереди, либо опустив глаза в тетрадь, якобы записывая, а кто-то, совсем не стесняясь, лежал на парте. Только вот Скарамучча не подходил ни под одну из перечисленных категорий. Он что-то увлеченно записывал в тетрадь, но отнюдь не конспект. Его лицо меняло огромное количество эмоций за небольшой промежуток времени. Мальчик то улыбался, активно начиная писать, то останавливался и хмурился, то задумчиво глядел куда-то в стену, а потом цикл повторялся. Ни на кого свое внимание он не обращал, полностью погрузившись в свой собственный мир и свою работу. Именно по этой причине он и не заметил, как учитель перестал что-то говорить и подошел к его парте, внимательно наблюдая сзади. Весь класс отвлекся от своих дел (кроме тех пары человек, что без стеснения спали и видели десятый сон) и смотрел в ожидании узнать, что же будет дальше, и когда наконец Скарамучча заметит учителя. Но тот не замечал. Спустя пару минут учитель уже явно устал, поэтому взял и забрал тетрадь прямо из-под носа мальчика. Только тогда он понял, что в кабинете стало непривычно тихо, а почти все взгляды находящихся здесь, устремлены на него. — Могу я поинтересоваться, чем это вы, юный господин, так увлеченно занимаетесь на моем уроке? По вашим записям точно уж не скажешь, что вы так активно записываете тему занятия, — пусть и говорил он в немного саркастической манере, его лицо казалось устрашающим для всех здесь. Учитель был крайне серьезен, а его брови были сведены. Он сначала быстро пробежался взгядом по тексту, а затем усмехнулся. — Интересно... Он не вернул тетрадь, а лишь направился с ней обратно к доске, развернулся к классу и прокашлялся в кулак. Затем он вдруг начал читать вслух все, что было в тетраде Скарамуччи. Сам мальчик, как и все остальные, мало что понимал и с интересом смотрел на учителя. Тот же зачитывал ни что иное, как текст песни. Много строчек не совсем рифмовались, но были и хорошие. Когда учитель уже был на середине, кое-где по классу прошли смешки. Скарамучча сразу обернулся, но не смог понять, от кого они были. Его это особо не волновало, поэтому он вернул взгляд к читающему его тетрадь учителю. Ближе к концу даже он не смог сдержать улыбку и захлопнул тетрадь, наблюдая за реакцией класса. Тот понял, что смеяться можно и даже нужно, поэтому в следующую секунду рассмеялся уже почти каждый. Конечно, Скарамучча просто молча наблюдал. Он не совсем понимал, почему над ним смеются, но и не обижался на это, ведь в его мыслях крутилось лишь то, что учитель прочитал его тексты на весь класс. Неужто они настолько хорошие? — Вот чем некоторые занимаются вместо того, чтобы слушать действительно что-то важное. Музыкантом хочешь стать? Не туда ты явно решил пойти. Это не твое. Учитель вновь усмехнулся и, вернув тетрадь Скарамучче, продолжил урок. По классу ещё прошлось пару смешков и тихих переговоров, но вскоре все снова стихли. По окончании урока Скарамучча раньше всех собрался и выбежал из класса. Многие, включая учителя, подумали о том, что он расстроенный побежал плакать, но всё было совсем наоборот. Скарамучча с горящими глазами бежал на два этажа выше, где учились средние классы. Он забежал в нужный ему кабинет ровно тогда, когда оттуда вышел преподаватель, чуть не столкнувшись с ним. Скарамучча лишь успел мельком улышать: "Осторожнее, куда же вы все несетесь?", но это всё было неважно. Мальчик подбежал к одной из парт, за которой сидела милая девочка, сейчас собиравшая вещи. Её длинные белые волосы немного мешали, поэтому она то и дело заправляла их за уши, что совсем не помогало. Она сразу заметила влетевшего на всех парах Скарамуччу и подняла взгляд. В нем совсем не читалось удивление, так как к таким появлениям она давно привыкла. Когда мальчик подбежал к ней, она нежно улыбнулась, поднимая руку в знак приветствия. — Синьора! Ты не поверишь! — Скарамучча из-за долгого бега был весь красный и еле мог говорить, пытаясь отдышаться. — Тише-тише, успокойся немного сначала. Видимо, раз ты так торопился мне рассказать, это действительно что-то важное. Ты смог заинтересовать меня, теперь не разочаруй, — она положила руку на плечо друга, останавливая его вибрации от переполняющих эмоций. — Никак нет! Ты представляешь, учитель прочитал мои тексты перед всем классом! Сейчас покажу их, тебе точно должно понравиться. Это то, что ты просила! Он кинул свой рюкзак рядом с рюкзаком подруги, нервно пытаясь в нем отыскать ту самую тетрадь. Наконец найдя он открыл её, засовывая в руки девочки. Та начала внимательно изучать текст. — Оу, это..неплохо. Мне нравится. Я люблю именно такие песни, поэтому ты действительно сделал всё очень здорово, — её глаза слегка засветились, а голос стал чуть выше. Стандартные её привычки при разговоре в воодушевленном по каким-то причинам настроении. — Но ты уверен, что то, что сделал учитель — хорошо? — Конечно! Он хотел, чтобы все услышали! Правда, почему-то весь класс смеялся, но это ведь не так важно. — Ну.. Синьора замолчала, отводя взгляд в сторону. Конечно, она была старше и понимала, что на самом деле произошло. Но эти тексты действительно были неплохими для начинающего и неопытного мальчика, а тем более её друга, поэтому расстраивать его, конечно, не хотелось. — Конечно. Ты молодец, мне всё очень нравится. Нужно будет и Тарталье показать. Мы с вами скоро сможем осуществить нашу главную цель. С таким талантливым композитором, нам будет легко! — она, широко улыбаясь, потрепала Скарамуччу по голове, отчего тот громко рассмеялся.

***

— Значит так, я какое-то время следила за некоторыми группами и их популярностью, вот к чему я пришла, — девочка активно жестикулировала и бросала взгляд то на одного, то на другого. Затем она вновь заправила за уши свои уже ещё более длинные волосы и показала пальцем на лежащий на полу распечатанный график. Двое детей сидели вокруг листка и внимательно слушали, пытаясь хоть что-то понять в достаточно замудренном рисунке. — Конечно, предугадать всё невозможно, но увеличить наши шансы на успех — определенно да. Вот здесь, — она указала на горизонтальное основание графика. — десять лет по порядку. Тут — названия групп, ну и их статистика. Ниже общая информация и ещё немного деталей. Она говорила уверенно и воодушевленно, краем глаза наблюдая за ничего не понимающими лицами друзей. Девочка явно была горда проделанной работой и тем, что смогла удивить. Она действительно очень старалась, потратя много времени. Но, конечно, она не жалела. Даже минимальные усилия помогут им. — Как-то очень замудренно... — рыжий мальчик растерянно почесал макушку после нескольких попыток разобраться в тексте и графиках. — Просто ты придурок! Синьора всё очень понятно изобразила, — мальчик с фиолетовыми волосами толкнул друга в плечо, а после надавил на его шею, опуская голову, а второй рукой показывая на лист. — Вот. Сначала было так, но через год из-за этого, — он указал на небольшое примечание конкретно в тексте. — стало чуть хуже, но затем.. Остановиться заставил звонкий смех блондинки, перебивший его голос. Оба мальчика синхронно подняли на неё головы. Синьора быстро перестала смеяться, но на её лице все ещё оставалась улыбка. Вдруг она достала телефон и направила на друзей камеру. Пока те пытались сообразить, она уже спрятала устройство обратно в карман. — Когда мы станем популярными, я буду продавать фанатам ваши позорные детские фотографии. В следующую секунду она вскочила и со смехом выбежала во двор. Тогда уже мальчики долго не думали и побежали за ней. Май. В их школе небольшие выходные в честь её годовщины, поэтому сейчас трое друзей, смеясь и спотыкаясь, бегают по двору под лучами тёплого закатного солнца.

***

— Группы? — Чёрт, Торт, он даже не расслышал с первого раза, это дерьмовая идея, — Скарамучча раздражённо фыркнул, отворачиваясь куда-то в сторону, дабы выдохнуть. — Всё я расслышал. Просто, знаешь ли, такое не каждый день предлагают. — Значит больше и не предложат. — Эй-эй, — Тарталья, схватил за запястье уже собиравшегося уходить Скарамуччу, пытаясь остановить его. — почему ты ведёшь себя словно ребенок?! — Я? Скорее ты. Это серьёзнее, чем ты думаешь. Если всё, что мы пытаемся сделать — шутка и способ борьбы со скукой, то нам не о чем разговаривать, подходи серьёзно хоть к чему-то, — Он прорычал это в лицо Тарталье, а стоило тому от неожиданности чуть расслабить хватку, вырвал руку и быстрым шагом ушёл. Теперь в коридоре хоть и было огромное количество шумов, казалось, повисла тишина. Тарталья метался взглядом то на Венти, то на поворот, за которым скрылся Скарамучча, будто решая: идти за ним или поговорить с Венти. — По твоему взгляду можно понять, что это не впервые. Первым отозвался Венти, явно не собиравшийся уходить, но и уставший терпеть неловкое молчание и бездействие. — Не злись на него, прошу. Вся эта группа.. — Тарталья тяжело вздохнул и, слегка прикусив губу, подошёл ближе к Венти. — это действительно не шутки. Для меня это важно, а для него, наверное, смысл жизни, что ли.. — Всё в порядке. Могу понять. Но всё же слегка обидно, он у тебя грубоват, — Венти надул губы, вызывая этим у Тартальи улыбку. — Бывает такое..И всё же, я прошу прощения за его грубые слова, наверное, поимею наглость, но что насчёт нашего предложения? Не подумаешь? — Хм, давай встретимся сегодня в столовой на большом перерыве после второй пары. Я могу с тобой это обсудить. Разве что..только с тобой. Тарталья ожидал, что после стольких грубостей Венти точно откажется, но тот его неплохо удивил, ещё и порадовал. — Ты не представляешь, сколько это значит для нас! Я обязательно приду, спасибо! Какой была вторая пара Тарталья даже и не запомнил. Он всё время сидел как на иголках, каждую минуту смотря на время и считая, сколько осталось. Это занятие было в десять, даже больше, раз скучнее пары с Кокоми. Тогда Тарталья, наверное, впервые за долгое время действительно слушал что-то от начала до конца, не отвлекаясь. Скарамучча на второй паре не появился. В целом, этого стоило ожидать, но где он тогда? Тарталья правда не знал, как ему лучше поступить. С одной стороны, стоило бы найти Скарамуччу и банально поговорить, дабы устранить разногласия, но с другой — Венти будет ждать, а они оба итак уже слишком провинились перед ним. А ведь он может ещё отказаться, потому что то, что он назначил встречу, далеко не означает безоговорочного согласия. Прошло полтора часа, Венти мог десять раз передумать, а надо ли ему это вообще. К концу занятия Тарталья уже сходил с ума от бесконечного потока мыслей то о Скарамучче, то о Венти. В итоге он так и не выбрал, как лучше поступить, но решил найти Скарамуччу позже. Он не мог однозначно сказать, верное ли решение принял, но и если бы поступил иначе, тоже не знал бы ответа. Чувство вины перед другом осталось, но сейчас нужно было думать об их совместном будущем. Пусть сейчас Скарамучча на него пообижается, зато потом к ним присоединится ещё один участник. Тарталья пулей выскочил из аудитории, стоило только преподавателю сказать об окончании занятия, и поспешил в столовую. Он заранее посмотрел по сфотографированной на втором этаже карте, где она находится, поэтому точно знал, куда ему нужно. Столовая находилась в другом корпусе, путь в который лежал через улицу. Благо, людей было немного, поэтому Тарталья нигде не задерживался. Он быстро преодолел расстояние до нужно корпуса и забежал внутрь, скинув рюкзак куда-то на лавочку при входе. С сильной отдышкой он вошёл в столовую и разочарованно прошелся взгядом по огромной очереди. Рассматривать само помещение не было времени, потому что если Венти уже пришёл, нужно было как можно скорее найти его. Но парень успел подметить довольно красивый интерьер. Столовая не выглядела старой. Стены были приятного, приглушённого белого цвета, имелась небольшая лестница на второй этаж. Он не был закрыт стеной, а лишь прозрачной перегородкой, чтобы никто не упал. Столовая также имела выход на улицу. Там было не так много столиков, поэтому они все были заняты, но там же Тарталья успел заметить автомат с напитками и тогда понял, насколько ему жарко сейчас. Стоило ему только бегло оглядеть уличную зону, он чудом заметил маленькую фигуру Венти. Тот вешал свой небольшой зелёно-белый рюкзачок на спинку стула. Тарталья просто не мог потерять его сейчас, поэтому быстро, но стараясь никого особо не задеть, что получалось не особо хорошо, двинулся в сторону Венти. — Я так рад, что нашёл тебя здесь, среди такого количества людей, — он сказал это сразу, как подбежал, лишь потом опираясь на стол в попытках отдышаться, чем напугал Венти. — И при этом было необязательно подкрадываться так внезапно! Теперь у меня пропал аппетит! Венти вновь надулся как тогда в коридоре и недовольно сложил руки на груди. — Прости, — Тарталья наконец смог прийти в себя и сел напротив Венти. — Ну так..? — Мх, ты такой нетерпеливый, правда, — брюнет закатил глаза. — А общем, скажу сразу, вы не ошиблись. Конечно, если вам нужен вокалист. Если же он у вас уже имеется..