.
2 июня 2022 г., 10:09
Юта тычется Марку в лопатку горячим и сухим лбом. Его дыхание обжигает Маркову спину, шелестит вдоль позвоночника и растворяется в прохладе ночного воздуха где-то в районе поясницы.
- Люби меня, - предлагает Юта мертвым безнадежным шёпотом; он задыхается, захлебывается своим горем, своей тоской. - Люби меня, Марк?
Так просят дети, горько обиженные судьбой, тихо и до несчастного искренне. Так смотрят детдомовцы из-за заборов, пронизывающе и до мурашек. Так скулят брошенные хозяином щенки, слепые и беззащитные. Так просит Юта, иногда впадая в полубезумное забытье, пугая Марка до бешеного пульса.
Они сидят на краю постели, которая медленно остывает после их секса. Марк смотрит в окно на ночной город, подставляя разгоряченное лицо прохладным струям ветра. Он всегда открывает окно нараспашку - ему хочется выветрить из комнаты все, что связано с их близостью, с ними двумя. Не потому что стыдится Юты, нет, с Ютой ему всегда хорошо до звёзд в глазах и ленивой неги. Он просто хочет, чтобы вот такие вот.. срывы, как сейчас, случались у Юты как можно реже.
Юта Марка любит. Марк Юту - нет.
Юта - потрясающий хен, Марк гордится им и уважает. Иногда хвастается им перед Джонни. Юта красивый до одури, как с модельного подиума, улыбается ярко и насмешливо. Одет всегда как на обложку журнала, красит волосы по последней моде. Танцует, как бог, варит восхитительный кофе, смешно фыркает, обожает одуванчики и ненавидит острое кимчи. Юта весь из себя уверенный и насмешливый, смотрит чуть снисходительно и свысока. Когда Джонни спрашивает его в пьяном запале: "Хэй, а ты че, на Марка нашего запал?", Юта отвечает, нахально приподняв бровь: "ну типа", мол, сам не понимаю как угораздило в такое недоразумение влюбиться. Марк в тот раз долго и упорно полыхает щеками от нагловатого тона, а потом, выходя из бара, мнется и мямлит:
- Хен, а ты, ну.. Хен.. Ты классный, и красивый очень, но.. Я тебя..не того.. Ты же.. Ну.. Ты же справишься с этим?
Юта смотрит ему в глаза, легко фыркает и щелкает по носу, словно дитя неразумное. Марку обидно.
- Дурачок. Конечно, справлюсь. Не переживай.
Прошло много времени с тех пор, и как они пришли к еженедельному сексу, Марк не помнит. Ему с Ютой - насмешливым, уверенным, красивым до одури, - хорошо, спокойно, тепло. Но иногда, вот как сейчас, Юту рвёт насквозь. Юта не справляется.
- Люби меня, - Юта умоляет горячечным прерывистым шёпотом. Он дрожащими руками невесомо обвивает голый торс Марка, будто Марк - хрупчайшая фарфоровая кукла, что рассыпется от неосторожных касаний. Его лихорадит, лоб его на лопатке Марка чересчур горячий. Сухие губы несмелыми и трепетными бабочками гуляют по Маркову плечу.
Марку невыносимо видеть своего крутого насмешливого хена таким жалким.
- Пожалуйста, Марк, пожалуйста, - надрывно, отчаянно, исступленно, почти с воем, - почему ты не любишь меня Марк, почему, люби меня, пожалуйста, люби меня.
Марку холодно и хочется кричать.
