Пороки и их плоды

Репутация Цзинь Гуаншаня была безупречна. Он половину жизни потратил на то, чтобы достичь нынешних высот, и по праву гордился своей работой. Его успех у женщин вызывал зависть у мужчин, роскошные волосы злили женщин, а фамильное богатство заставляло скрежетать зубами вообще всех. Проведя свой орден сквозь войну с Цишань Вэнь без потерь и единственный из всех Глав получив больше, чем потерял, Глава Цзинь искренне считал, что уж теперь-то в жизни его закончились все потрясения. Что теперь он сможет спокойно наслаждаться жизнью в компании трёх-четырёх-пяти смазливых девиц, хорошего вина и огромной кучи денег, при этом в одной руке держа чью-нибудь грудь, а в другой Стигийскую Тигриную Печать, которую непременно у этого паршивого Вэй Усяня отберёт. И тогда жизнь будет прекрасна. А, и ещё у него будет внук, которого дедушка будет закидывать подарками и учить управлению с ранних лет. Хорошо бы внук пошёл в него, а не в отца или родню по матери. Словом, всё было прекрасно. Просто изумительно. А потом сын женился на Цзян Яньли, и всё полетело в Диюй. Нет, проблема была вовсе не в том, что Цзинь Гуаншань вдруг воспылал страстью к снохе. Цзян Яньли не в его вкусе, это раз. Кругом куча, толпа девиц красивее и ярче этой бледной моли (и что Цзысюань в ней нашёл?), так что есть из кого выбрать. Она - дочь Пурпурной Паучихи и Цзян Фэнмяня, названная сестра Старейшины Илина и родная сестра нынешнего Главы Цзян, то есть обладает отягощённой наследственностью, это два. Есть куда более простые способы свести счёты с жизнью, чем приставая к ней. И в третьих, Цзинь Гуаншань не дебил и прекрасно понимает, что есть женщины, к которым лучше не соваться. Например, его жена. И в списке "дам, к которым я сунусь ночью только очень сильно подшофе" сноха занимала почётное первое место, обгоняя и Мадам Цзинь, и шестидесятилетнюю повариху. Так вот, проблема была именно в этом. Цзинь Гуаншань и не думал лезть к Цзян Яньли по объективным и субъективным причинам. Осталось объяснить это остальным. - Приветствую уважаемого Главу, - учтиво поклонилась ему Цзян Яньли, и он кивнул ей в ответ. Просто кивнул. При этом он был от неё в паре чи и был занят куда более важными делами. Они разминулись и вскоре забыли о самом факте встречи. Вечером же вся Башня Кои только и судачила о том, как Цзинь Гуаншань домогался жены сына в коридоре и бедняжка еле отбилась. На следующее утро он столкнулся с ней в саду, и вечером жена едва не линчевала его за домогательства. Его спасло только то, что с Цзян Яньли была служанка, которая свидетельствовала в его пользу. Но день за днём число беспочвенных обвинений всё возрастало, взгляд жены становился всё тяжелее, лицо сына всё мрачнее, а морщинка меж бровей Главы Цзинь всё заметнее. Он удвоил сопровождение невестки и не выходил из комнаты без свидетелей даже в туалет. Не помогло: разговоры о его неподобающем поведении продолжались. Тогда он изменил тактику: отыскал в предместьях Ланьлина молодую вдову и принялся старательно за ней ухаживать, возвращаясь в Башню Кои только для работы. Но нет - теперь он с удивлением узнал, что ухлёстывает сразу за двумя женщинами, благо темперамент позволяет иметь сразу нескольких любовниц. Конечно, слышать подобное в свой адрес было бы даже приятно...если бы не навевало мысли о заговоре. Итак, кто-то пытался воспользоваться репутацией Цзинь Гуаншаня и выставить мерзавцем в глазах жены и, что хуже, сына, чтобы...а, собственно, зачем? Ничего не понимая, Глава Цзинь решил поступить неожиданно: позвал Цзян Яньли в сад для родственного разговора в присутствии двух служанок, трёх слуг и доверенного шпиона, засевшего в пионовых кустах. - Признаться, Глава Цзинь, я в замешательстве. Вы так неожиданно пригласили меня... - Цзян Яньли действительно выглядела напряжённой и сбитой с толку. Вот и славно, не одному же Главе Цзинь нервничать. - О, вам не стоит волноваться. Мне всего лишь нужно кое о чём с вами посоветоваться. Как вам кажется, достаточно ли я учтив со снохой? Можете не стесняться в выражениях, слуги в Ланьлин Цзинь хорошо вышколены, а мне нужен прямой и честный ответ. - Клан Цзинь тепло принял меня, и за всё время в Башне Кои я не разу не испытала неудобств, - сообщила девушка. - А хорошие ли у вас с Цзысюанем отношения? - Очень и очень. Могу ли я спросить, почему вас это интересует? - Причина весьма деликатная, мне неловко говорить подобные слова молодой девушке, - попробовал вывернуться Цзинь Гуаншань, но потом вспомнил, что эта девица большую часть жизни провела в Пристани Лотоса, её родной и сводный братья славятся диким нравом и острым языком соответственно, так что с ней можно не церемониться. - В Башне Кои уже несколько недель ходят слухи о том, что я, так скажем, слишком тесно общаюсь с вами. - Кажется, я понимаю, о чём вы говорите, - чуть покраснела Цзян Яньли. - Но эти слухи беспочвенны. Мне даже показалось, что Глава Цзинь избегает меня. - Вам не показалось, однако вот что странно: обычно слухи такого рода либо получают подтверждение и укрепляются, либо не получают и сходят на нет. Однако в данном случае они становятся только подробнее. Следовательно, кто-то другой тщательно поддерживает их. Как я понимаю, вы к слухам непричастны, и мне они ни к чему. И я спрошу вас: проявлял ли кто-либо в Башне Кои к вам хоть толику неуважения? - Господин Цзинь, как я уже сказала, клан Цзинь принял меня очень тепло. Никто из адептов за последние месяцы ни словом, ни жестом не оскорблял меня. "Она точно жила в Башне Кои?" - засомневался Цзинь Гуаншань. Вслух же, разумеется, сказал совсем другое: - Приятно слышать, что вам здесь нравится. Но также это значит, что слухи направлены против меня. Цзян Яньли хотела сказать что-то ещё, как вдруг в воздухе послышалось пока тихое, но уже многообещающее жужжание. Оба они повернули головы в сторону звука и с ужасом увидели... Огромный, бесформенный рой шершней всего в паре чи от них. Глава Цзинь боялся шершней. Да, собственно, вы бы тоже их боялись, если бы хоть раз повстречали этих кусачих агрессивных тварей, которые только и ждут случая впиться в тело и зажалить до смерти. Что ж, как оказалось, взрослый мужчина бежит быстрее хрупкой девушки, но поскольку Цзян Яньли в перспективе родит ему внука, пришлось помочь ей с побегом. Служанки с визгом бросились во все стороны, слуги безуспешно пытались отогнать шершней от Главы Цзинь и его снохи, но слуг трое, а шершней сотни. В конце концов Цзян Яньли, как истинная наследница речных разбойников, приняла единственно-верное решение и предложила Главе Цзинь укрыться от шершней в декоративном пруду. Тот, будучи человеком осторожным и, если честно, не сильно великим в совершенствовании, предложение принял без долгих раздумий. - Что. Здесь. Происходит? Глазам Мадам Цзинь предстала любопытная картина: в крохотном пруду, распугав всю рыбу и придавив кувшинки, барахтались её муж и её же невестка. Оба, разумеется, промокшие до нитки и чем-то испуганные. Цзинь Цзысюань, видя странную картину, едва сдерживает бешенство. - Отец, да что тут творится?! - В сад залетели шершни, и молодая госпожа Цзян предложила спрятаться от них в пруду, - коротко и ёмко ответил Цзинь Гуаншань. - Откуда им взяться? Здесь стоит защита от подобных тварей, - напомнила ему жена. К сожалению, она была права. - Тем не менее, я подтверждаю слова Главы Цзинь, - сообщила Цзян Яньли. - Они тебя укусили? - С подозрением посмотрел на неё Цзинь Цзысюань. - Нет, не успели. Он помог ей вылезти из пруда. А отцу не помог, подлец и мерзавец. На редкость неучтивый отпрыск! И в кого он такой... Однако не успел Цзинь Гуаншань выдохнуть с облегчением, как выяснилось странное: слуги, служанки и даже шпион в один голос утверждали, что никаких шершней в саду не было. И выходило так, что Глава Цзинь просто зачем-то бросился на девушку, которая потеряла равновесие и упала в пруд, и кто знает, до чего бы дошло дело, если бы не вовремя подоспевшие люди. И шершни, как назло, так никого из них и не успели покусать. Цзинь Гуаншань и Цзян Яньли против воли переглянулись. Ситуация из разряда неудачных и затянувшихся шуток стремительно превращалась в хитрый заговор. И по многообещающим взглядам ставшего излишне самостоятельным сына и давно уже не терпящей его похождений жены Цзинь Гуаншань понял одно: ему пипец. - Дева Цзян, как думаете, если я ненадолго попрошусь в гости к вашему благородному брату, он меня выслушает? - Негромко спросил у снохи бледнеющий Глава Цзинь. - Он убьёт вас ещё на пороге, - совершенно честно ответила Цзян Яньли. - А-а-а... - Но я знаю того, кто вам поможет! Тем же вечером, матерясь и кляня всё на свете, Глава Цзинь отправился в Илин на поклон к Вэй Усяню.