Источник

Ещё с первого дня знакомства стало понятно, что есть в Антоне что-то манящее. Он нравится клиентам — к нему с каждым месяцем приходит всё больше и больше людей на татуировки, нравится руководству — премии дают. Вообще всем нравится. Такое ощущение, что он — магнитик, притягивающий к себе людей своей открытостью и яркостью. Серёже тоже нравится. Но, говоря откровенно, он не понимал и даже сейчас не до конца понимает, откуда в Шасте даже в самые сложные времена столько тепла. Как ему удаётся не только сохранять этот источник внутри своего сердца, но и с лёгкостью приоткрывать в него дверцу и делиться светом с окружающими. И нет, Антон не тот, кто светит изо дня в день и кроме улыбки никаких эмоций не показывает. Он бывает грустным, тревожным, раздражённым, молчаливым — разным. Но всегда при этом сохраняет в себе тлеющие угольки надежды на что-то хорошее. Стоит только подуть на них да сухих досок подложить — разгорится только так. Когда-то давно, когда они ещё были не так близки, Серёжа искренне не понимал, завидовал слегка и подбешивался из-за этого. Чужды ему были такие люди. Он старался это не показывать, держал все мысли внутри, как будто противную еду жевал и не мог выплюнуть по какой-то причине. Потому что вдруг удастся распробовать? Вдруг еда на самом деле не такая противная, как показалось при первом укусе? В конечном счёте так и случается. Когда в их тату-салон начинает приходить всё больше и больше людей, Павел Алексеевич с довольной улыбкой хвалит своих подчинённых и наконец-то выдаёт хорошие премии обоим, даже не обратив внимание на то, что больше половины клиентов приходит именно к Шасту. И Серёжа так радуется похвале и долгожданной премии, что впервые смотрит на Антона не косо — хотя с их-то разницей в росте, — выплёвывает себе под ноги это никому не нужное горчащее пренебрежение и начинает воспринимать Шаста как-то по-другому. Будто смотрит теперь на него под другим углом, а ведь стоило только попытаться! Это чувствуется далеко не сразу, контакт налаживается медленно, но в самом деле верно. И уже через несколько месяцев Серёжа обнаруживает себя на диване у Антона дома. По телевизору идёт прямая трансляция футбольного матча, а сам Шаст внимательно следит за игрой: не теряет из виду мяч, анализирует все нарушения, за которые игрокам дают карточки, и делится своими мыслями — негодованием или радостью — с Серёжей. А ещё приобнимает одной рукой. Тепло-тепло. Хоть и невесомо на деле, потому что локтем опирается на спинку дивана, но для Серёжи очень ощутимо. Он вообще-то редко обнимается, но к Шастовой тактильности пришлось привыкнуть. Однако проблемой это не стало — да, вначале было непривычно, что во время смеха могут согнуться так, что голова коснётся плеча, а в руку крепко вцепятся окольцованные длинные пальцы; что при встрече или прощании объятия могут длиться дольше нескольких секунд, потому что, как поделился однажды Антон, «обнимашки успокаивают и дарят настроение на весь день»; или что в любом разговоре могут легонько боднуть, ткнуть пальцем или хлопнуть по плечу. Так вот, Серёже нравится. Ему нравится ощущение руки, прижимающей за плечо к чужому телу, нравится само плечо, к которому в силу роста удобно прислониться, нравится Антон, который с горящими глазами что-то говорит про футбол. Ну, не что-то — всё-таки Серёжа следит за матчем, — но Шаст, рвущийся комментировать каждый момент в игре, притягивает больше. В каком плане притягивает — хер его знает. Серёжа не задумывается об этом совершенно, плывёт по течению, спокойно покачиваясь на волнах, и просто радуется, что нашёл ещё одного комфортного для себя человека. А ещё ему интересно. Очень интересно, откуда Антон такой взялся вообще. Живой, точно самый профессионально написанный в мире пейзаж, яркий, словно свежие акриловые краски, которыми этот пейзаж и пишется. А если бы такие краски они купили для татуировок, то картинки на теле получались бы самыми лучшими и их салон стал бы самым популярным в городе. Вообще — внезапная мысль, — Серёже кажется, что они с Арсом бы отлично поладили. Пока непонятно, почему именно, стоит только вспомнить характер своего лучшего друга, но это ощущение не покидает его мысли около нескольких минут. Вначале чрезмерное на первый взгляд тепло Антона бесило, потом его хотелось получать единолично, а теперь — поделиться ещё с кем-то. Стать своеобразным курьером и привезти Арсению — с позволения Шаста — аккуратно запакованную коробочку с небольшим кусочком солнца. Поэтому перед тем, как вернуться из своих мыслей в реальный мир к Антону и футболу, он обещает себе однажды их познакомить.