У плену своих кошмаров

Закрыв глаза, она начала повторять за ним. Выходило откровенно плохо. Она постоянно поглядывала на него, проверяя не смотрит ли, не остановился, не смеётся с её голоса? Но он продолжал так же забвенно петь, не обращая внимания ни на что. Немного успокоившись, она снова затянула старую песню Эхо. Расслабившись, она уже и забыла вовсе, что нельзя пользоваться чужими заклинаниями без разрешения на то владельца. Закончив,она приоткрыла глаза. Вся поляна была усеяна белыми цветами, а среди них, голубыми островками, виднелись такие же маленькие цветочки. Кто-то мягко приобнял её сзади. Девушка вздрогнула. Перед ними летали и кружились в танце феи, прибежавшие на мелодичный зов Эхо; маленькие, странные существа, в смешных красных шляпках, весело играли на дудочках, перепрыгивая с ножки на ножку, вертясь под лапами драконов. Между ними танцевал Меритуули, играя на своём бубне. - Прекрасные цветы. - От его тёплого дыхания её пробрало, мурашки ордой пробежались по всему телу. Девушка стояла, молча наблюдая за феями, и прислушиваясь к ощущениям, ожидая, когда уже сможет уйти, чтобы не видеть ни его, ни всего этого, что бы он не видел её раскрасневшегося лица. Но он не спешил её отпускать. Подул вечерний ветерок, растрепав её волосы и закрыв всё лицо. Стало прохладно, её затрясло, ещё не привыкшее к суровому северному климату, тело, забилось мелкой дрожью. Руки прижали её сильней. Тихий, тёплый голос спросил: - Ты замёрзла? Она легонько кивнула. - Тогда пошли обратно к дому. Меритуули. - Обратился он к фамильяру. - Принеси, пожалуйста, немного сухих дров, на роспал, будем готовить ужин. - Да, мастер. Греясь возле костра, девушка старалась максимально избежать любого контакта с чародеем. Тот сразу всё понял, но докучать вопросами не стал. Надеясь, что она сама осмелиться всё рассказать, когда немного успокоиться. После ужина она помыла деревянную посуду, вытерев и разложив её в шкафу каморки, где хранится весь его кухонный инвентарь. Молча, чародей сидел на бревне у костра, а ещё не насытившийся тюлень, со звериным аппетитом уплетал свежепойманную рыбу. Где-то из глубины острова доносился тихий рык драконов. Девушка подошла к костру. Но, не решившись садиться к ним, она пошла в вигвам. Достав из рюкзака скетчбук и пенал, зарисовала в нём несколько иллюстраций скал, что она видела утром. - Выглядит неплохо. Девушка вздрогнула. - Можно посмотреть? - Рука выхватила у неё скетчбук. - К куда? Это моё. - У тебя прекрасная фотографическая память. Надеюсь, ты нашла этому таланту достойное применение. - Н нет. Нигде. - Ты не думала... - Его прервал внезапно ворвавшийся фамильяр. Он смешно запрыгнул девушке на колени, схватил тёплый плед, что она привезла с собой, и выбежал на улицу, скрывшись где-то за вигвамом. Девушка сидела молча, не проронив ни слова. Она боялась, что чародей сочтёт её жадной и грубой, если она попытается вернуть своё. - Ты же вкурсе, что он его запачкает и не вернёт? - - Листая скетчбук, спросил он. - Мне не жалко. - Хм. - Он хмыкнул. - Возвращая ей блокнот. - Ты слишком добрая к феям. Смотри, чтобы они тебе не навредили. Им нельзя доверять. - Меритуули фея? - Конечно. - Он присел рядом с ней, уставившись на тлеющий костёр. - Они лишь милые не вид, но на самом деле, ещё те... - Он, вдруг, резко запнулся, подбирая слово поприличней. - Твари. - Ну, это слишком грубо, хоть и полностью им соответствует. Кстати, не думал, что ты знаешь такие, плохие, словечки. - Он ткнул её локтем в бок. - Простите. - Она стыдливо опустила голову. Эхо пересел поближе к ней, и обнял. - Ничего. Главное, чтобы ты осталась цела. - Он расцепил объятия и посмотрел на девушку. - А то не хотелось бы потерять такого молодого чародея. Нас и так мало. - Ага. - Девушка кивнула, отвернувшись. - Ну, что ж. - Он поднялся. - Солнце уже село, пора и мне идти на боковую. Долго не сиди, хорошо? - Да. - Тогда, спокойной ночи. Чародей скрылся за вигвамом, войдя в пещеру, тихо чем-то зашуршал. Расстелив постель и переодевшись в ночнушку, что ей выдал хозяин, она села, уставившись на дотлевающий костёр. Ветер постоянно раздувал угли, решив, для надёжности, присыпать их песком, она вышла из вигвама. Вовремя застав любопытную сцену. В темноте, в полном безмолвии, что-то двигалось. Присмотревшись, девушка заметила длинные рукава существа, и короткий хвостик на макушке, сразу догадавшись, что это Меритуули. Тюлень что-то бегал туда - сюда. Постоянно недовольно фыркая и спотыкаясь. Повозившись возле входа в пещеру, он забежал туда. И тут же вылетел, кубарем прокатившись аж до вигвама. Поднялся, фыркнул и снова кинулся туда. Но был также отправлен в нокаут. Девушка прикрыла рот ладонью, сдерживая смех. Приготовившись снова ворваться в тёплые владения хозяина, он вдруг, замер. Девушка тоже застыла. Тюлень повернул голову, молча уставившись на гостью. Девушка задком зашла в вигвам и закрыла вход своим походным рюкзаком. Слева что-то зашуршало. Она повернулась туда. Из под одной стены показались две странные тюленьи лапки. Коготочки вцепились в её спальный мешок, пытаясь затянуть в тёплое жилище тюленя. Вломившись, он посмотрел своими чернющими глазами на девушку и забрался в её спальник, пытаясь укутаться поплотнее. Отойдя от такой непомерной наглости, девушка взяла под руки фамильяра и поставила возле выхода, а сама залезла в спальник, недовольно поморщившись от уже успевшего пропитать ткань запаха рыбы и мокрой шерсти. Перед тем, как затушить керосиновую лампу, она бросила взгляд на дверной проём, где, до сих пор, возле рюкзака, стоял тюлень, молча смотря на неё. - Извини брат, но тебе нельзя спать здесь. Иди к своему хозяину. - Тихо сказала она, кивнув в сторону пещеры. - Мастер не разрешает мне спать в его логове. - Так же тихо ответил фамильяр. - А на утро будут заморозки, я не хочу замёрзнуть. - Какие заморозки? - Девушка повернулась к нему. - Лето на улице. - Это Исландия. - Тюлень наклонил голову. Проследив за его, предполагаемой траекторией взгляда, она глубоко вздохнула и махнула рукой. - Ладно. Но только не попадись завтра Линделу. Тюлень радостно тут же бросился к ней, пытаясь примоститься рядом. Взяв его в охапку, как игрушку, она накрылась одеялом, прикрыв фамильяра с головой. Тот откинул краешек спальника, повозился, устраиваясь поудобней, и вскоре тихо засопел. Девушка потушила керосиновую лампу и тоже уснула уткнувшись носом в свой свитер под головой, что бы не чуять тошнотный запах рыбы и мокрой шерсти.