Беспредел

Галя зашла в гостиную, где Коля сидел и смотрел криминальные новости по телевизору. Как только она вошла, он сразу же выключил телевизор и встал. Галя решительным шагом пошла на него, во взгляде читалась явная жажда крови. Отступая под ее грозным взглядом, Коля уперся спиной в стену, и тут к нему пришла идея, как отвлечь ее. Позволив ей подойти ближе, он приготовился. - Сейчас ты мне объяснишь, почему один из моих патологоанатомов со сломанной рукой, - ткнув в его грудь пальцем, потребовала полковник. Схватив ее за запястье, он резким движением поменял их местами и, придавив ее тело своим к стене, склонился к ее губам. - Конечно, - пробормотал он, после чего захватил ее губы в плен. Он прижал ее еще сильнее, и его разгоряченное тело было выразительнее всяких слов. Она забыла обо всем кроме него. И какие могли быть слова, когда их губы слились в долгом поцелуе? А его сильные гибкие руки, скользили по ее телу, гладя и лаская все потайные уголки. - Как много одежды! - оторвавшись от ее рта, сказал Коля, и Галя, выполняя невысказанную просьбу, чуть отстранившись от него, развязала пояс своего халата и сбросила его, оставив на себе лишь треугольник шелка, скрывающий ее женское естество, изнемогающее от желания. Она хотела снять трусики, но Коля остановил ее и дрожащим пальцем провел по ее животу под кружевом. Ее словно пронзило током, и, почувствовав ее дрожь, он прижал горячую ладонь к ее атласной коже. Как змея сбрасывает кожу, Галя уронила трусики на пол и стояла перед ним во всей нагой красоте, не стыдясь своего желания. Они смотрели друг на друга, и она увидела в его серых глазах пламя страсти. Коля сорвал с себя футболку, скинул джинсы, и наконец легко поднял ее на руки и понес в спальню. Галя обняла его за шею и не отпускала, пока он сбрасывал покрывало и укладывал ее на простыню. Простыня холодила ей спину, а сверху бушевал огонь: Коля прижался к ней так близко, что их тела слились. - Галя, лежи тихо, - попросил он. Но разве она могла слушаться, если каждый ее нерв и каждая клеточка тянулись к нему? Душой она уже давно принадлежала ему и сейчас хотела принадлежать и телом и ждать больше не могла. - Я люблю тебя, - шептала она, лаская его мягкие седые волосы. - Коля, я так тебя люблю! Она обхватила его ногами, словно приглашая в себя, и в порыве страсти он вошел в нее, посылая свою мужскую плоть все глубже и глубже в ее горячую мягкость. Стоная от желания, она отвечала ему, расслабляя мышцы, чтобы принять его, и сжимая, чтобы удержать внутри себя и сберечь каждую каплю его животворящей влаги. - Я люблю тебя, я люблю тебя, - тяжело дыша, сказал он, и они вознеслись на вершину блаженства, где нет ни мыслей, ни времени. Их души и тела плыли, слившись в одно целое, в море эйфории. В полном изнеможении они лежали в объятиях друг друга, и Коля, умиротворенный и счастливый, прижал Галю к себе, словно вручая ей свою жизнь. - Все-таки может, ответишь на мой вопрос? - спросила Галя, прийдя в себя после его атаки. - Ну, как тебе все объяснить, - начал Коля, - в общем Селиванов усомнился в моих возможностях доставить тебе удовольствие и еще сказал, что у меня нет шансов заполучить тебя, что ты холодная как рыба и тебя ничто не возбудит, и что это он проверил самолично. Вот я и не выдержал, врезал ему по первое число. - Что? - возмутилась Галя, - да я сама сломаю ему вторую руку. - Не надо, - рассмеялся Коля, ее горячности, - я только сейчас понял. На дураков не обижаются. - Ага, им бьют морду, - отозвалась Галя и рассмеялась, - если у него еще раз возникнут сомнения в нашей сексуальной совместимости, отправляй его ко мне. Уж я-то ему объясню что к чему. Коля рассмеялся и, сжав Галю в своих медвежьих объятьях, снова начал возбуждать ее… Ночью когда Галя уже спала, Коля услышал как щелкнул замок входной двери, тихо выскользнув из объятий своей возлюбленной, он схватив пистолет со шкафа, тихой тенью скользнул в коридор, успев за мгновение до открытия дверей занять удобную позицию, когда в квартиру проник чужой. Приставив пистолет к голове вошедшего, Круглов приказал: - Стоять, не двигайся, а то пристрелю…