Яман и его семья

      Он проснулся, как обычно, в половине шестого, прозанимавшись стрельбой из лука около часа, приняв душа и переодевшись, он спустился в столовую. За столом сидели Зия и Нидим. — Всем доброго утра. Завтракайте, потом поедем забирать Ялчина. — Я украсил комнату Ялчина, — Зия положил себе на тарелку сыр и огурцы. — Яман, а Кевсер сразу к нам переедет? — Да, на следующий день после прошения. Жить будет пока в комнате в правом крыле. — Тогда нужно и ту комнату украсить, я туда белые розы поставлю. — Нидим, сегодня останемся дома, дел в компании никаких пока нет. Ты мне сегодня не нужен, можешь отдыхать.       Позавтракав, они встали из-за стола и пошли к выходу. Звонок телефона Нидима отвлек. — Привет. Разговор? О чем? Хорошо, давай через полтора-два часа, мы сейчас с Яманом заберем Ялчина из больницы, а потом я приеду к тебе. Неслихан звонила, — Нидим убрал телефон в карман. — Хочет о чем-то поговорить. — Я сказал, что ты можешь отдыхать. Все, пойдемте. Выйдя из дома, они сели в машину и через полчаса были возле клиники. Войдя в палату, они увидели Ялчина, сидящего на кровати, Кевсер складывала одежду в сумку. — Здравствуй, Ялчин. — Ялчин, я твою комнату украсил цветами. — Спасибо, Зия — Фатих не приходил? — Сказал, что сейчас придет. Пошел готовить бумаги для моей выписки. — Привет, владелец Босфора, — Фатих вошел в палату, — стражнику мое почтение, — он пожал руку Нидиму. — Брат Зия, как ты себя чувствуешь? — Ничего не болит, Фатих, я не хочу здесь быть. — Я не забираю тебя брат Зия. Ялчин, слушай. Вот документы о твоем освобождении. Подпиши. Здесь все назначения. Огнестрельная рана зажила, шрам останется на всю жизнь, гипс с запястья сниму только ближе к весне, вот таблетки, чтобы срослись кости. Вот таблетки если будут боли, предупреждаю, пить только когда на стену полезешь, будешь принимать всякий раз при малой боли-через пару недель превратишься в наркомана. Все, ты свободен. — Спасибо, Фатих, — Яман встал. — На день рождения брата придешь? — Обязательно. — Только я очень тебя прошу без твоих фокусов и шуток. Не надо ничего грандиозного. — Я тебя не услышал, владелец Босфора, — Фатих улыбнулся. — Ты неисправим, — Яман покачал головой и вышел из кабинета.        Они вышли из больницы. — Наконец-то, — Ялчин вздохнул. — Наконец-то, я свободен. Что ты смеешься? — он посмотрел на Кевсер. — Это ведь не тебе капельницы ставили, мучили вкусной едой три раза в день. — Я не смеюсь Ялчин, не смеюсь, — она отвернулась, чтобы скрыть улыбку. — Нидим, отвези Кевсер домой, — Яман открыл дверь машины. — Я отвезу и потом поеду к Неслихан. Кевсер, садись. — Спасибо, брат Нидим, — она села в машину. — Ялчин, брат, садитесь, — Яман открыл дверь машины.       Через час машина Нидима припарковалась возле дома Кевсер. — Спасибо, брат Нидим. Увидимся теперь на церемонии. — Увидимся, Кевсер, — он завел двигатель и уехал.       Она прошла в дом и, пройдя в свою комнату, легла спать. Нидим и Неслихан       Он подъехал к магазину и, выйдя из машины вошел внутрь. Она стояла за стойкой и считала деньги. Увидев его, закрыла кассу и подошла к нему. — Здравствуй, — он обнял ее. — Здравствуй, — она прикоснулась к его щеке губами. — Я соскучилась по тебе. Ты можешь немного подождать? Посиди, я сейчас обслужу покупателей, они в конец зала ушли, и мы с тобой поговорим. — Хорошо, — он прошел в угол к креслам и, сев в одно из них, принялся наблюдать за ней.       Она стояла возле кассы и складывала деньги. Взяв маленькую щеточку, протерла стойку, звоночек. Подошедшим покупателям помогла сложить покупки в пакеты, после чего распрощалась с ними. Закрыв двери за покупателями, повесила табличку: «Закрыто на 1 час» и подойдя к нему, села в другое кресло. — Ты закрыла магазин. У тебя не будет проблем? — Нет, через час у многих начнутся перерывы, вот может тогда пойдут люди, а пока можно и закрыть. — Госпожа Адалет здесь? — Мама поехала в торговый центр за продуктами, приедет не скоро. — О чем ты хотела поговорить? И почему ты на меня так смотришь? — Непривычно видеть тебя в свитере и в брюках, ты всегда в костюмах, — она улыбнулась. — Просто сегодня никаких дел, забрали Ялчина, Яман меня отпустил. Не было повода одеваться в костюм. Если ты хочешь, могу прямо сейчас купить у тебя костюм и переодеться. — Нет, не надо, тебе очень идет. Свитер голубого цвета и брюки серого цвета, тебе очень идет. Это твои цвета. Как себя брат Ялчин чувствует? — Перестань, — он смутился. — Ты у меня тоже красавица в этом красном брючном костюме и белой блузке. С ним все нормально, гипс будет на руке носить пару месяцев. — Конечно, я ведь дизайнер, вкус у меня хороший, — она рассмеялась. — Ладно не буду смеяться. Я хотела поговорить с тобой о знакомстве. Хочу познакомить тебя с мамой как положено. Приходи к нам, будем только ты, я, и мама, я приготовлю ужин. — Хорошо. Я приду. Когда? — Сегодня среда, завтра ты не сможешь из-за прошения сестры Кевсер, а пятница и суббота у нас с мамой дни приема товара, мы заняты будем до вечера, давай в воскресение в 6 часов вечера. — В таком случае и у меня тоже разговор к тебе. 18 января день рождения Зии, я хочу представить тебя семье. Совместим два события, не будет никого, только родные. — Ты хочешь меня представить, — она разволновалась. — А что ты испугалась? Ты всех знаешь, Яман Ялчин, Зия, Сехер и Кевсер, отец, ну еще Фатих с Джемре будут, с ними ты тоже знакома. Я официально представлю тебя всем, а на следующий день мы можем устроить обычный ужин, придешь с госпожой Адалет, чтобы я мог и ее представить. — Хорошо, а в котором часу? — Пока не знаю, скажу чуть позже. Перестань волноваться, во-первых, это будет только через две недели, во-вторых, ничего страшного. — Ну ничего себе не страшно, ты меня официально хочешь представить всем, как свою как свою кого? — Свою Неслихан, — он чуть улыбался. — Нет, но это уже слишком откровенно, просто как Неслихан. — Хорошо, но в глазах всех ты все равно будешь моей будущей женой — А что мне купить в подарок брату Зие? — Что-нибудь связанное с цветами. Это его единственная страсть. — Хорошо. Мне нужно магазин открыть, скоро будет большой поток покупателей. — Тогда я поехал, не буду тебе мешать, — он встал и обнял ее. — Я ведь сказал, перестань волноваться, — он наклонился и тронул губами ее щеку. — Подожди, — она поправила ему воротник у свитера, поцеловала в щеку. — Все, я поехал, — он прошел до двери и вышел из магазина. Сев в машину, он завел двигатель, «нужно будет попросить Зию сделать букет синих роз для Неслихан и букет цветов для госпожи Адалет», повернув ключ зажигания он тронул машину с места.       Проследив как он уехал, она сняла табличку с двери зайдя за стойку открыла кассу. «Он хочет представить меня семье, еще в день рождения брата Зии, нужно купить ему горшочки для цветов и набор садовых инструментов, наверно все это есть, но пусть еще будет. А в воскресение я приготовлю ему говядину с овощами. Все, Неслихан успокойся, все нормально будет, скоро мама приедет, нужно будет ей все рассказать». Сехер       «Какой-то день суматошный, столько посетителей, еще заказы. Даже нет времени позвонить Яману, сейчас вот на тот столик подам еду, буду чуть свободна и позвоню ему. Он уже наверно забрал брата Ялчина, значит не буду мешать». Она отнесла заказ посетителям и пройдя на кухню достала телефон. «Привет, я тебя не отвлекаю? Ничего не случилось, просто звоню узнать, как ты, как брат Ялчин. Как обычно, клиентов много, еще пирог с мясом на заказ стряпаю. Нет, я не устала, как можно устать от того что приносит удовольствие. Я тоже по тебе соскучилась, остался один день, завтра увидимся. Яман, перестань меня смущать, все я трубку кладу у меня пирог в духовке. Нет, не буду целовать, потому что смущаешь, ну хорошо, я тебя целую, все, увидимся завтра.» Она положила трубку: «собрался меня в объятиях задушить, сумасшедший» — она улыбнулась и открыла духовку. Дом       Какой он счастливый, Ялчин вернулся, через день Кевсер приедет навсегда, дочь Луны у него всегда будет жить, вон уже комната поет от радости, ну тихо-тихо, успокойся, друг двор радуется, он думает, что Ялчин вместе с Зией будут за него ходить и там составят план как его весной украсить. Так, Ялчин с Яманом в кабинет пошли, о чем-то разговаривают, о чем, а, о делах, о корабле, неужели Ялчин не устал, сейчас бы пошел в комнату уснул бы, а он только недолго побыл, переоделся и к Яману, а брат Зия опять с цветами, зачем, а, это он на завтра решает какие букеты сделать. Все заняты своими привычными делами, жизнь в него возвращается и это очень хорошо. Поспать немного, до вечера, до ужина, за ними интересно смотреть, когда они ужинают, да, он немного поспит, а то в последнее время удавалось, но не крепко, некоторые окна не хотели полностью закрываться, или не спать, день все-таки, как-то неудобно, обычно старые дома днем спят, а ему всего 10 лет, надо у друга спросить, лучше бы не спрашивал, смеется, ну и ладно, он все-таки поспит, до вечера, а потом еще ночью хорошо поспит, завтра столько интересного, надо быть отдохнувшим и красивым. Яман, Ялчин, Зия, Дженгер.       Они вошли в коридор. Вышедший навстречу Дженгер принял пальто у всех. — Добро пожаловать, господин Ялчин, — Дженгер повесил пальто в шкаф. — Здравствуй, Дженгер. Наконец-то я дома. — Ваша комната проветрена, Эла все поменяла. — Да, Ялчин, пойдем, я там столько цветов тебе поставил, пошли, — Зия, схватив за руку Ялчина, повел его наверх. — Дженгер, принеси мне через полчаса кофе в кабинет. — Хорошо, господин Яман.       Поднявшись в свой кабинет и пройдя в комнату, он принял душ. Вытирая волосы полотенцем услышал телефонный звонок, вышел из ванной в комнату и подойдя к тумбочке, взял трубку. «Привет, что-то случилось? Ты не устала? Я тоже по тебе скучаю, пытаюсь заниматься делами чтобы день прошел быстрее, но тоска по тебе сильнее. Завтра увижу, не сдержусь задушу в объятиях. А поцелуй? Чем смущаю? Ничего не сказал, ну вот так лучше. До завтра» — он положил телефон, — «поцеловала, пусть хотя бы так, завтра увижу, завтра поцелуи» — вернувшись в ванную, он положил полотенце и вышел в кабинет.       Поблагодарив Дженгера за кофе, он сел в кресло и принялся медленно пить. В дверь постучали. — Яман, ты не занят? — Ялчин вошел в кабинет. — Нет, я думал ты отдыхаешь. — Нет, я в клинике отдохнул, надоело. — Где брат? — На большой балкон пошел, показал мне цветы, сделал мне из комнаты оранжерею, — Ялчин чуть усмехнувшись покачал головой. — Ты не занят? можно вопрос один обсудить? — Давай обсудим — Ты в клинике сказал, что я буду за постройку корабля отвечать — Не поверил, — он усмехнулся. — Поверил. — Да, будешь. У тебя уже какие-то идеи появились? — Пока нет, но я постараюсь за пару дней набросать план действий. С чего начать я примерно представляю. — Тогда давай в пятницу еще раз обсудим этот вопрос. Пока могу сказать, что я дал приказ экономистам просчитать ситуацию в связи с потерей «Верного», отсюда будем действовать, все зависит от размера ущерба. — Хорошо, тогда выслушаем их, я пока общий план набросаю. И еще один вопрос, ты нашел журналистов, которые напишут о моей свадьбе? — Упустил этот вопрос, — он чуть качнул головой. — Я завтра поговорю с аналитиками и дам задание Нидиму проверить журналистов. — Хорошо. Тогда не буду тебе мешать — Ты тоже отдыхай.       После ухода Ялчина он допил кофе и, растянувшись на диване, прикрыл глаза рукой. Сехер (вечер)       Поужинав, она навела порядок в кухне и пошла в свою комнату, готовиться к завтрашнему дню. Открыв шкаф, она достала зеленое бархатное платье. «Сейчас его поглажу, а то завтра будет много дел, нужно будет вымыть все в доме, приготовить чай, кофе, мама Надирэ принесет сладости» — достав утюг и разложив доску она начала гладить платье. «Завтра я увижу Ямана, я так по нему соскучилась, обнять его, ласкать его лицо, почувствовать его запах, запах моря» — закончив гладить она повесила платье на дверцу шкафа. «А что мне еще одеть к платью, у меня нет никаких драгоценностей, только этот медальон, еще сережки» — она, открыв ящик тумбочки, достала две коробочки. Открыв одну из них достала серьги в виде звездочки: «эти серьги остались от мамы, нет, я их когда-нибудь одену на свое прошение, они в виде звездочек, звезды для меня и Ямана имеют большое значение, пусть он меня на мое прошение в них увидит, а завтра одену вот эти» — она открыла вторую коробочку и достала серьги в виде крохотной капельки: «эти серьги я купила на свои первые заработанные деньги, их одену» — она закрыла коробочку и положила на столик. «Так, платье, я погладила, остальное завтра, завтра надо встать пораньше, сейчас спать лягу, ничего что еще рано» — она растелила постель и завернувшись в одеяло уснула. Кевсер достала из шкафа серебристо-голубое платье, платье серого цвета и платье синего цвета. «Какое надеть, может вот это серое» — она приложила платье к себе и посмотрела в зеркало. «Нет, оно немного мрачное, может синее, тоже нет, оно яркое очень, одену серебристо-голубое, да, подходит, и еще то жемчужное ожерелье» — она достала ожерелье и надела его, приложив платье к себе, посмотрела в зеркало. «Да так лучше, все, больше ничего не надо». Она повесила платья в шкаф, сняла ожерелье и положила его на столик. «Почему я не волнуюсь? Я ведь должна с ума сходить от волнения, завтра мое прошение я стану невестой брата миллиардера, я Кевсер, из бедного района, войду скоро в семью самого богатого человека Стамбула. Может потому что уже все давно решено, и я привыкла к этой мысли, к прошению, к свадьбе? А может то что перестала рассматривать Ялчина, как кошелек и меня уже не так волнует денежная сторона вопроса? Тем более, что я не собираюсь бросать работу, у меня будут деньги, которые я могу тратить так как хочется, не отчитываясь, ладно, Кевсер, успокойся, надо спать ложится, завтра дел много». Она задернула шторы и расстелив постель легла.       Ужин проходил в спокойной обстановке. Яман, сев за стол, предупредил, что сегодня никаких разговоров о работе. Положив на тарелку котлету, он повернулся к Ялчину. — Завтра остаемся дома, утром будут вопросы по работе, но в компанию не поедем. Ты все приготовил к прошению? — Да, кольца, ленточка, платок все давно куплено. Зия, ты завтра приготовь три букета цветов — Да, Ялчин, я помню, розы для Кевсер, ромашки для Сехер и букет для мамы Сехер — Я в воскресение еду знакомиться с госпожой Адалет, Неслихан хочет меня представить, — Нидим положил на тарелку сыр. — Отец, а на день рождения Зии я хочу представить Неслихан всем. Зия, ты не против, в твой день рождения приедет Неслихан? — Нидим, пусть Неслихан приходит, пусть, мне она понравилась. — Это хорошая новость, сын. — Яман, я тебе не буду нужен в воскресение? — Нидим, даже если понадобишься я тебя не трону.       Закончив ужин, они разошлись по своим комнатам.

***

      Яман лежал на кровати. «Завтра с утра нужно поговорить с экономистами о ситуации в связи с потерей «Верного», поговорить с аналитиками о журналистах и Нидиму дать задание собрать о них сведения. Вечером я увижу Сехер, как же я соскучился по ней». Он встал с кровати и прошел в ванную, приняв душ снова лег на кровать. «Надо спать, пусть эта ночь пройдет быстрее», он поправил подушку и уснул.       Нидим, вытащив оружие из-под свитера, он привычно положил его под подушку. Сняв свитер подержал в руках «ей понравился мой стиль одежды, немного непривычно, я люблю костюмы, но ради нее буду одевать свитера», -он положил свитер на полку. Пройдя в ванную долго стоял под душем, выйдя из ванной лег на кровать. «Пара дней и Неслихан еще на шаг будет моей», — он повернулся на бок и уснул.       Ялчин: «Так, костюм готов, кольца, ленточку, платок — вот сюда, на видное место, букеты — это завтра Зия приготовит, конфеты в холодильнике, вроде ничего не забыл.» Он лег на кровать и поморщился от боли «опять запястье, не буду пить таблетки, потерплю, Фатих ведь сказал только в крайнем случае пить, пока терплю», он повернулся на бок — «при знакомстве было не так страшно, сейчас вообще колотит, а что будет на свадьбе, успокойся Ялчин, все нормально будет, все ведь давно решили, Кевсер тебя любит, ты ее тоже, все хорошо будет» — он завернулся в одеяло. — «Все, спи давай, завтра много дел».       Хорошо, что он днем выспался и вовремя проснулся, за ними действительно интересно наблюдать, когда они ужинают, столько всего интересного узнал. Двор вон просит сказать, что было, а не скажу, не будешь дразниться, ладно, ладно расскажу, хорошие новости не правда ли, через день по тебе Дочь Луны будет ходить и днем тоже, будет тебя вместе с фонарями освещать, и его тоже. Нидим свою принцессу скоро приведет, правда только на один вечер, но может потом она будет чаще приходить. Ладно, пора снова спать, завтра уже с утра будут происходить интересные события.

***

      Яман проснулся как обычно в половине шестого, одевшись в домашнюю футболку и брюки спустился в столовую. Поздоровавшись с Нидимом и Ялчином сел на свое место. — Эла! — Да, господин Яман? — Сделайте мне крепкий кофе, пусть Дженгер подаст его в кабинет — Яман, ты не будешь завтракать? — Нет, пока не хочу, возможно в обед что-нибудь перехвачу. Вы завтракайте, после завтрака жду вас в кабинете, несколько вопросов решим.       Поднявшись в кабинет, он связался с экономистами и попросил переслать ему на электронную почту отчет, связавшись с аналитиками спросил выполнен ли его приказ о поиске журналистов, получив подтверждение приказал переслать ему документы на почту. Получив документы углубился в их изучение. Стук в дверь прервал изучение документов. — Заходите, садитесь. Я связался с экономистами они переслали отчет. Несколько моментов мне непонятны, буду уточнять, пока оставим эти вопросы. Ялчин, пока, не имея данных об экономической ситуации в компании, начни с общих шагов. Начни поиски завода, который бы взялся за постройку корабля. Ищи по всему миру, рассматривай любые заводы от гигантов в промышленности до самых мелких, составь список, исходя из экономической ситуации будем смотреть кому можно отдать заказ. Теперь по поводу журналистов, которые напишут о твоей свадьбе. Аналитики прислали документы, они предлагают двух журналистов: господина Фарика Демира и госпожу Фатиму Илмаз, основываются на том, что их статьи лишены пафоса и имеют деловой стиль. Аналитики поясняют, что господин Фарик и госпожа Фатима в своих статьях конкретно пишут о событии, не приукрашивая его, уделяют внимание деталям. Я думаю, что они напишут о твоей свадьбе, не раздувая из этого сенсацию, напишут, как об обычном событии, которое происходит даже в нашем мире, попросим их чтобы они побольше уделили внимание деталям. Нидим, собери о них сведения, кто они, как пришли в мир журналистики, что говорят о них в их мире. Чуть ближе к свадьбе мы с тобой Ялчин встретимся с ними, поговорим. Все, никаких больше поручений у меня нет, можете до вечера быть свободны. В 16.30 начинаем собираться. — Яман, зачем так рано? Нас ждут к 18.30. — Учитывая твой характер, то что ты обязательно что-нибудь забудешь, плюс пробки на дорогах, хорошо бы успеть — Ничего я не забыл, — он обидевшись отвернулся — Ладно, идите, — «попробую изучать документы, пара часов, всего лишь несколько часов до встречи с тобой, моя любовь»       Проснувшись утром Сехер, Кевсер, Фырат, мама Надире позавтракали и сразу принялись за уборку дома. Водя щеткой пылесоса по ковру в гостиной, она никак не могла избавиться от навязчивой мысли стыда за дом. «Они приедут на богатых машинах, они будут великолепно одеты, и они будут в нашей гостиной, Сехер ну что за мысли, как тебе не стыдно, у нас хороший дом, как только мы с Кевсер начали работать и зарабатывать мы сделали хороший ремонт, да, но его дом, его гостиная с золотыми люстрами, камином, и наша гостиная-это небо и земля, наш дом хорош для нас, для нашего района, вдруг они будут неудобно себя чувствовать, они привыкли к другой обстановке, да, жили в таких условиях, еще хуже было, но это давно прошло, теперь они там, высоко, смогут ли спуститься, так, все, прекращай эти мысли, как можно ругать наш дом», она выключила пылесос и взяв его пошла в коридор. Убравшись в коридоре, она убрала пылесос в шкаф и прошла на кухню. Кевсер мыла посуду. Взяв тряпку, она начала помогать сестре. Звонок прервал уборку. Она открыла двери и впустила маму Надирэ и Фырата. — Здравствуй доченька, я вижу, что у вас работа кипит. — Здравствуй мама Надире, привет, Фырат, да, мы наводим порядок, сейчас кухню моем. — Я принесла пирожные, конфеты, булочки, давайте помогу вам, пока вы моете, разложу все по тарелкам. — Сестра, помощь нужна? — Да вроде нет, Фырат, если только мусор вынесешь и не сложно будет полы протереть в гостиной и коридоре, а мы уж на кухне все закончим.       В течение трех часов они наводили порядок в доме. Фырат убрал снег во дворе почистив тропинки, Сехер перенесла цветы из своей комнаты в гостиную чтобы в непредвиденном случае можно было отвлечь брата Зию, Кевсер, разволновавшись, и несколько раз вымыв кофейные чашки, никак не могла выпустить из рук одну из них, несколько раз повторив, что эта чашка специально под соленый кофе для Ялчина. После недолгих уговоров мамы Надире она отдала чашку, но попросила поставить ее на видное место чтобы не перепутать. За домашними хлопотами они не заметили, как часы пробили четыре часа вечера. Оглядевшись и убедившись, что все сделано, дом сверкает чистотой, Кевсер и Сехер пошли по своим комнатам чтобы начать одеваться. Мама Надире и Фырат ушли домой, сказав, что подойдут к шести часам. Сехер.       Пройдя в свою комнату, она приняла душ, высушив волосы феном достала из шкафа платье и надев его долго смотрелась в зеркало. «Это не я, этого не может быть, неужели эта леди в зеркале в красивом платье-это я, Сехер Керимуглу, обычный повар из небольшого ресторана, Сехер тебе надо привыкать, привыкать сейчас, пока есть время, если когда-нибудь ты станешь женой Ямана у тебя не будет времени учиться носить такую одежду, привыкать к своему облику, надо сейчас, чтобы потом не опозорить его», -она достала серьги и одела их, -осталось нанести помаду, -она посмотрела в зеркало, -нет, вульгарно как-то не буду красить губы, а волосы, завязать ленточкой или оставить распущенными, оставлю распущенными, так лучше, все, я готова, пойду в гостиную, буду там ждать». Кевсер.       Она закрыла пудреницу, поправила ожерелье. «Может лучше вместо ожерелья одеть газовый легкий шарфик?» — она сняла ожерелье и достав шарфик, обернула вокруг шеи. — «Да, шарфик лучше, ожерелье очень красивое, его можно одеть на прием, но здесь оно будет неуместно». Поправив платье, она вытерла подушечкой излишки пудры. «Все, я готова, пойду в гостиную, нужно принести из кухни тарелки со сладостями и включить чайник». Яман.       Сняв с вешалки белую рубашку, он застегнул пуговицы и поставив воротник принялся завязывать галстук. Достав из ящика столика коробочку с золотыми запонками вставил в манжеты рубашки. Подойдя к шкафу и открыв один из ящиков принялся перебирать коробочки с часами, достав золотые часы застегнул на запястье. «Нет, это слишком вычурно, золотые запонки с золотыми часами, нет, слишком роскошно и бросается в глаза» — он убрал часы в коробку и достал другие, они были в серебряном корпусе на металлическом браслете, -да, эти подойдут, -сняв с вешалки пиджак он надел его. Положив телефон в карман вышел из комнаты и спустился в гостиную. Нидим.       Поправив воротник пиджака, он повернулся боком к зеркалу посмотреть не видно ли оружие. «Видно, заметно, что под пиджаком оружие, а если передвинуть под руку, все равно видно, тогда нужно другое оружие» — вытащив пистолет он положил его под подушку. Подойдя к шкафу открыл дверь, достав ключи открыл сейф, вмонтированный в стену, перебрав пару пистолетов остановился на не большом револьвере, прикрыв пиджаком посмотрел в зеркало: «вот теперь все, не видно» — закрыв сейф и шкаф и проверив на месте ли сотовый телефон вышел из комнаты. Ялчин.       «Так, кольца взял, платок взял, сейчас кольца отдам отцу, телефон на месте, все, может таблетки с собой взять на всякий случай, да, пожалуй, возьму, а то нападет боль внезапно и будет позор», -он положил баночку с лекарством в карман и вышел из комнаты. Яман, Зия, отец Ариф, Нидим, Ялчин, Дженгер.       Они сидели на диване в гостиной — Еще рано, даже если сейчас будем выезжать приедем рано, дурной тон, поедем через полчаса, — он встал и подошел к Зие. — Как ты себя чувствуешь, брат? — Хорошо, Яман, Ялчин, ты сейчас счастливый будешь, значит и я счастливый. — Зия, ты букеты собрал? — Собрал Ялчин, собрал, я отдал их Дженгеру, чтобы он завернул в бумагу, чтобы не замерзли цветы. — Отец, ты почему на нас так смотришь? У нас костюмы не в порядке? — Наоборот, — он усмехнулся. — Вы слишком хорошо выглядите, из простых неотесанных мальчишек превратились в молодых красивых мужчин, точно не хотите просить доченек Сехер и Неслихан? — он улыбался. — Отец, опять ты со своими шутками. — Дитя, прошение — это не шутки, — он, не сдержавшись, рассмеялся. — Ладно, -он посмотрел на часы, -все, давайте одеваться. Пройдя к двери, они приняли пальто из рук Дженгера. — Подождите, я платок забыл, — Ялчин снял пальто. — Возьми мой, — Яман протянул платок. — Да не этот платок, платок, подарок Кевсер, я сейчас приду, — он быстро поднялся по лестнице. — Нидим, держи оружие, может, понадобится. — Вот платок, все. — Действительно все? — Да. Отец, кольца у тебя? — Да Ялчин, ты ведь мне их отдал. — Нет, ты покажи. — Вот, вот они, успокойся. — Ну тогда все, давайте одеваться, — одевшись они подошли к двери. — Подождите, я ленточку и конфеты забыл. — Нидим, достань оружие, я сейчас, клянусь Аллахом, пристрелю его. — Вот конфеты, господин Ялчин, — Дженгер протянул пакет. — Не волнуйтесь. — А цветы? — Нидим, дай мне пистолет и поставь этого на колени. — Цветы в машине, господин Ялчин. — Ялчин, сынок, ты и ленточку мне отдал, перестань волноваться. — Отец, покажи. — Вот, — отец Ариф достал ленточку. — Теперь все, действительно все. — Яман, я взял фотоаппарат, — Нидим приподнял руку с висящем на шнурке фотоаппаратом. — Все, одеваемся, если опоздаем, Кевсер придется искать другого мужа. Ты, ненормальный, поедешь с Нидимом в машине, отец и брат поедут со мной. — Они вышли из дома и сев в машины выехали за ворота. Сехер, Кевсер, мама Надире, Фырат.       Она сидела рядом с Кевсер на диване и пыталась удержать рукой трясущуюся коленку. «Сехер, успокойся, это ведь не твое прошение, нечего волноваться, все готово, все сверкает, сладости разложены по тарелкам, чайник горячий, все хорошо будет». Подошедший Фырат сел между ними и обнял за плечи. — Все хорошо будет, Сехер, перестань волноваться. — Не могу Фырат, почему-то страшно, мысли дурацкие в голову лезут. — Кевсер, ты опять чашку в руках держишь. — Я сейчас унесу ее, сейчас чайник закипит, и я налью кофе.       Звук подъехавших машин заставил всех встать. Сехер подошла к окну. Возле дома остановились два мерседеса. Она увидела, как из первой машины вышли брат Нидим и брат Ялчин, из машины следом вышли Яман, брат Зия и отец Ариф. Вытащив из машины букеты Яман отдал два из них Ялчину. Она увидела, что Ялчин сделав шаг вдруг прислонился к машине, подошедшие Нидим и Яман что-то говорили ему, держа за плечи.       «Что с братом Ялчином, ему стало плохо, нет вроде пришел в себя, также волнуется?» — Кевсер, они приехали. Пойдемте. Ялчин Яман, Нидим отец Ариф, Зия       Подъехав к дому, они вышли из машин. Вздохнув он принял из рук Ямана два букета цветов и сделав шаг внезапно покачнулся. — Что с тобой Ялчин? Тебе плохо? Рука разболелась? — Яман подошел и, взяв брата за плечо, заглянул в глаза. — Нет, ноги внезапно подкосились, сейчас пройдет, — он, присев, зачерпнул горсть снега и вытер лицо, встряхнувшись встал и глубоко вздохнул. — Все, пойдемте, я в порядке. — Еще не поздно отказаться, — Нидим подошел к нему. — Да, Ялчин еще не поздно, если не уверен, то откажись, и твоя жизнь снова будет прежней, казино, женщины, удовольствия, — Яман чуть кивнув посмотрел на Нидима. — Да вы со своими шутками, — разозлившись он толкнул дверь ворот ограды дома. — Как дети малые, — отец Ариф укоризненно посмотрел на Нидима и Ямана. — Вы же видите, что он и так на грани обморока — Уже нет, — Нидим улыбался. — Мы его для этого и встряхнули. — Покачав головой, отец Ариф вошел во двор. Подойдя все к дому, они позвонили. Яман, Ялчин, Нидим, Зия, отец Ариф, Кевсер, Сехер, Фырат мама Надире       Он стоял на пороге дома и понимал, что ничего не видит кроме нее. Когда открылась дверь он понял, что он ослеп. Она стояла рядом с Кевсер и смущенно смотрела на него. Он не помнил, как он вошел, он не слышал, что он говорил, он почувствовал, как прохладные пальцы коснулись его руки принимая букет. Он не помнил, как он оказался в гостиной, как оказался на диване рядом с Нидимом. Он видел, что она что-то говорит, но не понимал слов. Сидящий рядом Нидим что-то сказал, толкнув под ребра, после чего его накрыла резкая боль в боку. Он понял, что он слышит, что он может говорить и понимает. Посмотрев на Нидима, он тихо спросил его что тот сделал, на что Нидим пояснил, что этому приему его научили в школе телохранителей, с благодарностью посмотрев на Нидима он обвел глазами комнату и снова встретился с ее глазами. Она сидела в кресле напротив и смотрела на него. «Яман, как я по тебе скучала, ты здесь в моем доме, ты смотришь на обстановку, я не вижу ничего в твоих глазах кроме спокойствия, дура ты Сехер, зря боялась, почему ты думала, что они будут брезгливо морщиться, посмотри, все спокойно сидят, разговаривают». Она увидела, что цветы лежат на столе. — Я пойду в кухню, принесу вазы, нужно поставить цветы, — она встала с кресла. — Я помогу тебе, — Яман встал. Взяв букеты, они вышли на кухню. Зайдя на кухню и включив свет, он положил букеты на стол и подхватив ее на руки закружил, после чего поставив на пол заключил в объятия. — Яман, перестань, мы что-нибудь разобьем, — она, смеясь, спрятала лицо у него на груди. — Как же я по тебе соскучился, моя Сехер, — он перебирал пряди ее волос, взяв правую руку покрыл ее поцелуями. — Дай посмотреть на тебя, — взяв за руку, заставил обернуться вокруг себя. — Красивая моя, ты потрясающая. — Перестань, столько комплиментов, — она с улыбкой смотрела на него. — Ты тоже потрясающе выглядишь, очень красивый костюм, — она положила руку на его лицо. — Я тоже очень соскучилась по тебе, — она провела пальцем по его губам и прикоснулась губами к щеке. Он боялся вздохнуть — Не останавливайся, прошу тебя, поцелуй меня, — он прижал ее ладонь к своему лицу. Она, смущенно посмотрев на него, поцеловала в щеку, взбив ему прядь волос спрятала лицо на груди. Она стояла, замерев в его объятиях вдыхала запах одеколона, запах моря, слышала, как бьется его сердце. Чуть отстранившись посмотрела на него — Мы нарушили правила приличия, наше отсутствие заметили наверно, пойдем, а то стыдно будет. — Не хочу тебя отпускать, не хочу, хочу целовать тебя, обнимать, — он, отодвинув прядь волос с лица, прикоснулся губами к ее щеке. — Яман, я тоже не хочу тебя отпускать, давай в субботу съездим в магазин к Неслихан, я хочу купить себе платье придти на день рождения брата Зии. У нас в ресторане за эти дни было много заказов, Селим хорошо заработал и заплатил мне больше чем обычно. Я хочу потратить деньги на одежду на подарки для брата Зии, проведем день вместе. — Хорошо, еще один день я как-нибудь без тебя выдержу. Идем, а то действительно неудобно получится. — Взяв вазы, они наполнили их водой и поставив букеты вошли в комнату. Она поставила вазы на стол и подойдя к Кевсер шепнула ей что чайник горячий. Извинившись перед всеми Кевсер вышла на кухню готовить кофе. Вернувшись через несколько минут, она поставила поднос с кофе на стол и начала подавать чашки всем присутствующим. Поднеся чашку с кофе Ялчину она замерла глядя на него. Ялчин встав взял чашку и посмотрел на Кевсер. Заметив, что на него все смотрят он чуть смутился. — Я выпью, ничего страшного, — он начал медленно пить кофе, отпив глоток чуть хмыкнул, поморщившись от вспышки фотоаппарата в руках Нидима, допил кофе. Раздались аплодисменты, взяв из рук Кевсер стакан с холодной водой выпил ее. Она обняла его, шепнув на ухо. — Я боялась, что ты с брезгливостью отнесешься. — Почему я должен это делать, ничего страшного. Сколько ты соли туда насыпала? — он посмотрел на нее. — Одну ложку, хотела две, но побоялась что тебе плохо станет. — Ну раз кофе выпито перейдем к церемонии, — отец Ариф достал кольца и связал их ленточкой. — Госпожа Надире, волей Аллаха, я хочу просить вашу дочь Кевсер для моего сына Ялчина. — Господин Ариф, волей Аллаха я ничего не могу сказать против, я отдаю свою дочь.       Раздались аплодисменты. Ялчин и Кевсер встали друг против друга. Отец Ариф надел им кольца и взяв протянутые Фыратом ножницы перерезал ленточку. Раздались аплодисменты. Ялчин взяв руки Кевсер в свои прикоснулся губами к ее лбу. — Я предлагаю сделать фотографии, — Нидим встал. — Сначала общее фото, — Фырат, вы не сфотографируете нас всех? После я сделаю фото всех вместе с вами. Фырат взяв фотоаппарат сделал общее фото всех присутствующих, после чего встал между Кевсер и Сехер. Вечер проходил медленно и спокойно. Было сделано много снимков, Нидим пообещал, что к субботе он сделает копии каждому, копии все снимков, все пили кофе, восхищались сладостями из лавки мамы Надире, Сехер улучшив момент подошла к Ялчину. — Брат Ялчин, можно с тобой поговорить? — Конечноб, Сехер. — Пойдем на кухню, — они прошли на кухню, включив свет, она села на стул. — Я тебя вот о чем хотела спросить, ты только не обижайся. — Я слушаю тебя, Сехер. — Скажи, брат Ялчин, ты счастлив? Я просто свою сестру знаю, знаю, что она тебя кошельком считала, знаю, что сейчас это не так, просто все равно как-то все быстро, вы знакомы около года, все время ты был деньгами для нее и вдруг так резко она перестала тебя считать кошельком, я ее не ругаю, я счастлива за нее, но и ты мне теперь не чужой, и твое счастье меня тоже волнует. — Сехер, — он улыбнулся. — Мы еще в самом начале с Кевсер для себя все решили, она ведь сразу мне призналась кто я был для нее, это было честно, меня не задевало, я ее тогда прекрасно понял, сами мы с Зией и Яманом были внизу, хотелось лучшего, Кевсер хотела лучшего, я смог для нее это сделать. Ну, а после похищения, тогда в больнице, все поменялось. Я понял, что стал для нее ее мужчиной, так же, как и она перестала быть для меня средством для улучшения моей репутации, стала моей Кевсер. Так что я счастлив, ты за нас не волнуйся, мы, когда о прошении решили, поняли, что все, всю дурость, все легкомыслие оставили позади. Ну спокойной жизни ты от нас не жди, будем иногда скандалить, из-за лишнего платья, но и грязи не будет, меня в казино теперь будет тянуть только желание забрать Кевсер после смены, а она никогда до другого мужчины не опустится, твоя сестра слишком гордая и потом какой смысл менять одного богатого мужчину на другого, насколько я знаю Кырымлы считаются одной из богатейших фамилий Стамбула, -он улыбнулся-, все остальные по сравнению с нами нищие. — Ну и хорошо если так, я за тебя очень счастлива, — она встала. — Пойдем к гостям, а то неудобно, украла тебя у невесты. — Ты, Сехер, тоже счастлива, сейчас, будешь еще более счастлива. У Ямана несколько другой характер, не смотри на то, что у него нет улыбки на лице, он если загорается даже какой-то идеей в бизнесе — все вокруг искрит, а тут любовь, если поставил себе цель сделать тебя женой, он добьется. — Да я и не против, — она смущенно улыбнулась «мне ли не знать, как он горит, я в его объятиях это чувствую, если когда-нибудь отпущу свое смущение он свой огонь наружу выпустит». Она вышла из кухни и наткнулась на Ямана. — Я тебя искал, о чем вы говорили с Ялчином? — Да так, мысли с утра в голове дурные бродят, вот с помощью брата Ялчина одну из них выпустила, а ты почему меня искал? — Хотел, чтобы ты мне дом показала. — Ну, вот тут кухня, ты уже видел, гостиная, там дальше еще одна комната, маленькая гостиная как мы ее с Кевсер называем, потом по коридору ванная, а на втором этаже три комнаты, моя, папина и Кевсер. Дом небольшой, двор тоже, там за домом небольшая теплица, я там помидоры и огурцы летом выращиваю, у нас в районе очень мало овощных лавок и почему-то там не всегда хорошие овощи, а ездить куда-то далеко и невыгодно. Нам раньше приходилось в центр ездить на рынок, но потом мы с Кевсер решили сами выращивать, она дала деньги на теплицу и как-то потом этой идеей погасла, а я вот интереса не потеряла и начала осваивать садовое дело. Почему ты на меня так смотришь? — Любуюсь тобой. Твоя комната говоришь наверху, — он сделал шаг к лестнице. — Покажешь? — Яман, перестань, -она покраснела и потянула его за руку, -пошли к гостям. — Ну хоть скажи какая она у тебя? — Маленькая, в зеленых тонах. — Я почему-то так и думал, что в зеленых тонах, комнату по цвет своих глаз делала. — Нет, — она покраснела. -Просто мне нравятся все оттенки зеленого, желтого синего и голубого цвета. — Кровать или диван в комнате. — Кровать, — она недоуменно посмотрела на него. — Ой, ты что спрашиваешь, с ума сошел, — она закрыла лицо руками — Покрытая зеленым покрывалом, — он чуть улыбаясь отнял руки от ее лица и заключил в объятия. — Ну все, все, не буду, у меня тоже с утра мыслей полно в голове, просто я по тебе соскучился. — Дурацкие сумасшедшие мысли у тебя, — она уткнулась носом в его грудь. — Целовать меня не стесняешься, быть в моих объятиях не стесняешься, а вопросы про обстановку комнаты вызывают смущение. — Про обстановку, это про цвет лампы или штор, а про кровать это, это, -она смутилась и снова спряталась на его груди, — мы с тобой не на той стадии отношений, чтобы про кровать говорить. — Ну тогда приеду домой попрошу Аллаха чтобы эта стадия побыстрее наступила, — он посмотрел на нее и поцеловал в щеку. — Пойдем, а то действительно неудобно перед гостями.       Остаток вечера прошел в разговорах в решении планов. Было решено что завтра Кевсер начнет сбор вещей и в пятницу переедет. Подавая пальто Яману, она старалась как можно дольше его задержать, ей показалось нечестным, что вечер так быстро прошел, она сама от себя не ожидала, что так соскучится по нему и теперь не хотела его отпускать, задерживая тем, что поправляла ему воротник пальто, потом делала вид что не может найти его перчатки. Он с улыбкой наблюдал за этой ее хитростью, ему и самому не хотелось уходить, ему понравился их теплый дом, он хотел стоять посреди гостиной и держать ее в объятиях.       Наконец все собрались и распрощавшись с хозяевами дома вышли на улицу и сев в машины уехали. Яман (ночь)       Он стоял на балконе своей спальни и смотрел на огни города. «Все прошло великолепно, брат не испугался незнакомого места, Кевсер выглядела великолепно, ненормальный тоже не подвел, пришел в себя» — он чуть усмехнулся, — «моя Сехер, моя Сехер была звездой вечера, моей звездой, как один день прожить без нее», -он вернулся в комнату и прошел в ванную, принял душ, растянулся на кровати, поправив подушку, взял телефон и набрал сообщение «мне мало тех поцелуев что я получил сегодня от тебя, я хочу больше, жду тебя, скучаю» — он положил телефон на столик и подложив себе под голову еще одну подушку закрыл глаза. Тихий звук смс сообщения заставил открыть глаза. Взяв телефон, он вывел сообщение на экран «мне тоже мало твоих объятий, я тоже очень скучаю по тебе и хочу, чтобы побыстрее наступила суббота, пока так поцелую», прилетевший следом смайлик сердечко заставил улыбнуться. Положив телефон, он поправил одеяло и уснул. Ялчин (ночь)       «Слава Аллаху, боль не напала, избежал позора» — он выдавил зубную пасту на щетку: «вкус кофе не проходит, бесполезно» — поставив щетку в стакан прошел в комнату, расстелив постель лег. Вынув правую руку из-под подушки потрогал кольцо. «Все Ялчин, теперь ты попался, обратно дороги нет, ну и пусть, он не против такого капкана», — перевернувшись на спину он уснул. Нидим (ночь)       «Что за дурацкое чувство зависти к Ялчину на него напало, он этим глупостям никогда не был подвержен, придет и его время, и отец будет просить госпожу Адалет отдать ему Неслихан и его рука будет украшена кольцом, прекращай Нидим, это никуда не годится, ты ведешь себя как мальчишка, кто бы сейчас твои мысли слышал не поверил бы, что это мысли Нидима Ягджи профессионала до мозга костей, невозмутимого обладающего ледяным спокойствием в любой ситуации» — он, отложив книгу, встал с кресла. — «Давай ложись спать, у тебя завтра работы в компании много, Яман ждет информацию о журналистах, ты еще не подготовил сведения о госпоже Гюлай» — он расстелил постель, положил оружие под подушку и по привычке завернувшись в одеяло уснул. Отец Ариф (ночь)       «Еще двоих сыновей пристрою, дождусь внуков от каждого и можно спокойно помирать, тоесть еще лет двести мне жить» — он усмехнулся, свернув газету, положил на прикроватный столик и погасил лампу. Зия (ночь)       Кевсер Сехер и их маме понравились его цветы. Кевсер скоро приедет она будет всегда любоваться его цветами, надо узнать может Кевсер не только розы любит, так ведь не бывает, чтобы человек любил только одни цветы, может она еще другие любит, он тогда будет выращивать для нее. А для Сехер и ее мамы будет через Ямана передавать, пока Сехер здесь не живет, он будет Яману отдавать — он положил руки под щеку и закрыл глаза. Дом (ночь)       Как тихо, они все спят, какие у них интересные мысли у всех, они скучают по дочери Солнца, Принцессе, что-то там произошло на прошении, что интересно за церемония такая что они все вернулись с такими мыслями, их там что, слуги госпожи Любви перестреляли, даже Нидим сам не свой, совсем на себя не похож, тоже хочет через эту церемонию пройти. Ладно, может они завтра успокоятся, скоро Кевсер приедет, еще один человек в нем будет навсегда, еще одна женщина, а там потом и дети, ему почему-то хочется, чтобы по нему снова бегали дети, он помнит каково это, вовсе не так плохо. Очень тихо, ночь темная какая, двор засыпает, забыл сзади фонари включить, проснись, фонари забыл за ним включить, ну вот теперь спи, извини что разбудил, ничего, не ворчи, завтра подольше поспишь, он тоже ложится, не сильно хочется, он днем хорошо поспал, но надо. Сехер (ночь)       «Ему понравилось, ему понравился наш дом, им всем понравился, это было видно, и никто не притворялся из вежливости, а я дура переживала, как так можно о родных людях думать, да, наверно уже о родных, Ялчин то точно теперь не чужой, остальные через него — родные» — она взяла пискнувший телефон, выведя сообщение на экран прочитала. — «Я понимаю, что мало тебя сегодня ласкала, но это все от волнения церемонии, от дурацких мыслей, смущения» — она подумала и написала ответ. Положив телефон на столик, поправила одеяло и уснула. Кевсер (ночь)       «Мне идут золотые украшения» — она повертела рукой с кольцом. — «Перестань Кевсер, наглость какая-то, это все нервы, сама от себя не ожидала, все на словах легко, сколько раз обсуждали с Ялчином, представляла себе, а на самом деле вон как страшно, а еще свадьба, там наверно вообще упаду. Завтра начну собирать вещи, вещей очень много, заберу все, расстаюсь с домом навсегда, теперь только в качестве гостьи буду, приезжать к Сехер и отцу» — она вытерла внезапно показавшиеся слезы. — «Перестань Кевсер, ты что, да у тебя будет новый дом, новая семья, но это нормально, у всех так, все девушки рано или поздно покидают свой дом, а тебе еще и повезло так что словами не скажешь», — она расстелила постель и легла. Подняв руку, посмотрела на кольцо. — «Нет, все-таки золото мне идет» — улыбнувшись, обняла подушку и уснула. Мама Надире (ночь)       «Слава Аллаху, слава Аллаху, Кевсер пристроена, теперь осталось доченьку Сехер отдать сыну Яману, какая она счастливая, теперь внука бы еще увидеть» -она допила чай, вымыла чашку и пошла в свою комнату. Фырат (ночь)       «Одно из предсказаний госпожи Назмие полностью сбылось. Теперь чья очередь на окончательное исполнение: моя или Сехер? У меня пока вообще неопределенно, ну кроме того то, что я неплохо общаюсь с Яманом братом Зией, братом Ялчином и братом Нидимом, она ведь говорила про дружбу в отношении меня, но пока совсем неопределенно, значит на очереди Сехер, ей осталось только выйти замуж за Ямана» — он выключил телевизор и прошел в свою комнату.