...у меня тоже может есть крылья...

а дождь так и не прекращал стучать по крыше… все время, я, как только мог, оберегал его. отговаривал от опасных затей и высказываний. постоянно настаивал на своем. а он только поджимал губы на все мои доводы и аргументы. но все-таки слушался. сидел в хижине, практически не высовываясь. смотря на мои порванные одежды, вновь и вновь кусал свои красные от раздражения губы. вечно молчит, вечно не скажет и слова против. иногда меня бесило его бесконечное послушание. но чаще я просто не смотрел в его сторону. не смотрел в его, заполненные болью, глаза. просто не мог найти в себе силы. и вечно кричал. отвернувшись к стене, все кричал и кричал. а он смотрел на меня своими прекрасными глазами и кусал губы. сжимая руки в кулак, сминая рукава. смотрел и смотрел, прожигая дыру в моей голове. а я все кричал, не отрывая взгляда от гниющей стены этой маленькой хижины. я знал, чувствовал скорый конец. когда он не сдержится. сбежит от меня. когда я буду сидеть на коленях в этом гниющем доме. сидеть в полном одиночестве. слушая звуки гниения собственного сердца. слушая как соленые капли стекают по щекам и падают на деревянный пол. а в голове будут только его глаза и бледные искусанные губы. я отсрочил этот момент на столько на сколько мог. я знал, что случится, но не знал когда. и все же, когда это началось, я сразу понял, что это оно. что отсчет начался. когда я пришел весь в крови. когда рана на животе была слишком глубокой. я наконец-то посмотрел в его глаза. и точно знаю, что сделал это зря. слезы, что катились по моему лицу. я чувствовал их. я видел его глаза, я видел выражение его лица. я видел отражение смерти в его взгляде. я знал, что это случится. но я не был готов к этому. я не был готов к его улыбке. легкой-легкой, как будто он не пойдет на верную смерть. как будто ничего не случилось. как будто он только что не поцеловал меня своими красными губами. мягкими-мягкими, будто лепестки тех красных цветов. а я все смотрел на него, никак не реагируя. в тот момент мы будто поменялись местами. теперь он постоянно улыбался и говорил-говорил-говорил. а я лишь молча смотрел на него, сжимая губы так сильно, что они становились белее облаков. облаков, что в тот день были серыми, как и его кожа. облаков, что в тот день плакали со мной наравне. облаков, что навсегда остались в его глазах. но пока что я могу смотреть на него. смотреть в его прекрасные глаза и улыбку. улыбку, что в скором времени навсегда останется на его устах. я всегда оберегал его. но больше не мог. я просто больше не мог смотреть на него и ждать конца. и в одну из темных дождливых ночей я… я просто ушел. ушел не оглядываясь, не думая о каких-то последствиях. знакомясь с новыми людьми, общаясь с ними, улыбаясь им. я заглушал свои чувства. как только видел белую кошку, я вечно бежал. терял лицо и бежал. прошло много месяцев. за это время я ничего не слышал о нем. за это время я сошел с ума. в каждом своем отражении я видел его глаза, его улыбку, его лицо. я видел его тень за углом. я чувствовал его взгляд на себе. я чувствовал-чувствовал-чувствовал. я не мог избавиться от ощущения, что я сам все испортил. что я сам все сломал. сломал его самого. про себя я даже не вспоминал. мне были не важны собственные чувства. мне была важна его жизнь. его счастье, его улыбка, его глаза… я смотрел в его глаза, просто не мог отвести взгляда. а он улыбался мне. а люди вокруг не понимали, что с нами, ведь не могли же мы быть знакомы. а я не мог сдержаться и говорил. говорил, все больше и больше повышая свой голос. чувствуя, как слезы вновь струились по щекам. чувствуя как ногти царапают внутреннюю сторону ладони. я кричал, смотря в его глаза, на его улыбку. и замолчал, внезапно для всех, просто падая на колени перед ним. задыхаясь от всей боли и чувств, пока он осторожно обнимал меня. пока он гладил меня по волосам и спине. пока он осыпал поцелуями мое лицо. пока все смотрели на нас с полным непониманием в глазах. а я не видел ничего, кроме его глаз. не чувствовал ничего, кроме его прикосновений. не слышал ничего, кроме его тихого голоса. не замечая никого и ничего, кроме него. он был центром моей вселенной, центром моего маленького мира. он был для меня всем. я любил его. и я знал, что он любил меня. я знал, что сделаю все ради него. а еще я знал, что он отдаст за меня свою жизнь. и из-за этого я не смогу уйти вслед за ним. и вот мы все вместе пытаемся пробиться к сегуну. а когда не получается, сбегаем. я крепко держу его за руку и молюсь, чтобы это был не тот день. не тот день, в который все небо будет затянуто темными тучами. и каждый раз мне везло. но боги тоже не могли откладывать вечно. не могли откладывать то, что уже давно решено. и когда один из солдатов поймал меня, я уже знал, что случится. я знал, но все равно молился. я готов был отдать все глаза бога. забрать их у всех в инадзуме, даже у него. только бы он был жив. но он пришел. пришел за мной. и не один, а с нашими друзьями. я смотрел как он идет навстречу сегуну. смотрел и не мог отвести взгляд. не мог сдвинуться даже когда меня освободили. я смотрел ему в спину и чувствовал слезы на своих щеках. я не слышал его разговора с сегуном. но я видел как она подняла руку на своей головой. и в тот момент я наконец-то отмер и побежал к нему. но было поздно. я видел как его тело падало наземь. склонившись над ним в беззвучных рыданиях, я видел улыбку на его лице. я видел отражение смерти в его глазах. в его глазах отражалось мое лицо. я услышал громкий вскрик и, совершенно не соображая, поцеловал его. поцеловал, а после схватил его глаз бога и побежал. бежал в одиночестве, глотая слезы. оставляя свое сердце рядом с его телом. оставляя себя в его глазах. а дождь так и не прекращал стучать по крыше…