Гармония

День, вроде бы, был самый обычный. Чуя проснулся первый, коря себя за незакрытые шторы, из-за которых проснулся — Солнце освещало помещение, не позволяя спать. Ему не позволяя. Акико спит, будо под заклятьем ведьмы. Накахара улыбнулся, поцеловал её в оголенное плечо. Йосано завозилась и, причмокнув, продолжила свой сон. Он вздохнул и пошёл делать кофе — иначе не сможет чувствовать себя человеком. Через час просыпается Акико. Она выходит из спальни, только накинув халат и Чуя может и не пытаться скрыть свой восхищенный взгляд. Йосано всегда знает, что муж не может отвести от неё взгляд и нагло этим пользуется. Накахара наливает ей чай и садится на против. В тишине кухни звуки просыпающегося города, но они сосредоточены только на одном — на тепле друг друга, что ощущается голыми ногами под столом. Ближе к обеду Акико и Чуя наконец решаются сходить в магазин. Когда они сбежали из своих организаций, из своего города, из своей страны закупаться продуктами стало сложнее. Потому что они не могут работать, как привыкли. Всё же скрываются. Но это, без сомнений, лучше всего. Потому что они вместе и могут жить так, как хотят. А ценнее этого в мире нет ничего. Да, они сбежали, но есть кое-что, без чего они жить не могут. Без огромной глади воды, шума кораблей, алого заката в отражении. Поэтому они поселились недалеко от порта. Каждый день, без исключений, Акико и Чуя молча собирались, выходили к докам и смотрели на столь родную обстановку. Им не вернуться домой, не вернуться к друзьям, но сейчас это и только это казалось правильным. — Чуя, как тебе? — Йосано затащила его в недорогой магазинчик одежды и примеряла все возможные вещи, не собираясь их покупать. — Это платье идет тебе больше всего, моя дорогая, — Накахара не лгал. Это было десятое платье, но именно оно просто безумно шло ей. Это было не длинное светло-голубое платье с этническими узорами, которое идеально подчеркивало красоту ног Йосано. Акико лукаво улыбнулась и подошла к нему. — Тебя повело, Чуя. Как будешь решать это проблему? — она заливисто смеётся над ним. Накахара пожимает плечами. А что он может сделать, когда его жена такая красивая стоит перед ним и издевается? Ничего. Только смотреть на неё, смотреть и восхищаться. Потому что другого Йосано ему не простит. Женщина хмыкнула и попросила продавцов пробить платье на ней. В нём же она и решила пойти домой. Чуя берёт пакеты с едой и выходить из магазина. Ветер развевает волосы и он благодушно улыбается. Накахара полюбил этот город и это страну. Но родной город не заменит. Да и не призван заменить. Из магазина выходит Акико, берёт его под руку и они прогулочным шагом направляются домой. Дом встречает их напряженной атмосферой. Всё стоит на своих местах, ничего не изменилось с тех пор, как они ушли. Акико смотрит на Чую и кивает. Она тоже почувствовала. Он никогда не сомневался в её интуиции. Йосано посылает ему вопросительный взгляд. Накахаре приятно, что свою безопасность она готова доверить ему. — Акико, закажем пиццу на ужин? — он ласково улыбается ей и взглядом указывает на дверь спальни. — С морепродуктами? — Йосано демонстративно скидывает туфли, но уже не демонстративно тянет руку к Чуе. У них в пакетах несколько стеклянных бутылок с оливковым маслом и соусом. Отличный инструмент для обороны и нападения. Она достает одну из бутылок и вместе они идут на кухню. На столе расположился ящик. На нём были цифры, которые только начали отсчёт. — Чуя! — Акико! — крикнули они одновременно и бросились в объятия друг друга за секунду до взрыва. Чуя приподнялся, гравитацией удерживая обломки над собой. Под ним лежала Акико. Грязная, в порванной одежде, с напуганными глазами. Накахара не отрицал — у него был видок не лучше. Они не умерли только из-за способности Йосано. Их не раздавило только из-за способности Чуи. Хотя, умереть в объятиях друг друга было бы не самой худшей смертью. Он интуитивно начал разгружать завалы с них, в то время как Йосано рассматривала его. Чуя повернул лицо к ней. При взгляде в глаза внутри всё успокоилась. Когда Акико рядом — весь хаос вокруг перестаёт иметь значение.