disQuiet

Нил позволил утащить себя в спальню. Спать еще не время. Они только что закончили тренировку, но ему еще не разрешили ни принять душ, ни поесть. Он не знал, который час, но это точно не входило в расписание. Однако он не стал бы спорить, если это означало, что он может лечь спать пораньше. Хотя, возможно, это означало, что и пытка началась раньше. Он думал, что хорошо тренируется, особенно учитывая тот факт, что едва держится на ногах. – Запри дверь. – Нил услышал голос Рико сквозь помехи, заполнившие его уши. Человек, державший его, Жан, его партнер по гнезду, кивнул и запер за ними дверь. Нил на мгновение задумался, почему ему это говорят, он думал, что они всегда запирают дверь. Не то чтобы это имело значение. Остальные члены Ворона знали, что лучше не вмешиваться. Они даже не смотрели на Нила, когда он был в душе, истекая кровью в канализацию, почти мертвый на черном кафеле. Жан поднял Нила на кровать Кевина и бросил его на спину. Он смутно осознавал, что через голову с него стягивают рубашку, а затем приковывают запястья наручниками к кровати. Это было вполне нормально. Он смотрел затуманенными глазами, как Рико вытащил один из своих ножей и прижал кончик к голому животу Нила. Он нажимал, пока капля крови не стала слишком большой, чтобы оставаться целой, и не соскользнула вниз, превратившись в багровую лужу в его пупке. – Похоже, это не работает, – начал Рико, вырезая линию от края ребер Нила до середины его бока. – Это. – Повторил он, взмахнув ножом. – Даже с угрозой того, что Эндрю может быть причинен вред, ты все равно не будешь играть как можно лучше ... – Рико притворно надул губы. — Я не играл на этой позиции с тех пор, как... – Разве я сказал, что ты можешь говорить? – Рико зарычал и сунул нож в рот. Он надавил на язык, достаточно сильно, чтобы появилась тонкая полоска крови, но не сильнее. Он внезапно отстранился и спрыгнул с кровати на босые ноги. – Жан. – Позвал он, и Нил услышал звук расстегиваемого ремня. Он слишком устал, чтобы понять, почему паника разлилась по его венам. Он больше ничего не слышал из-за крови, шумевшей в ушах, но знал, что они разговаривают. Он почувствовал чьи-то руки на своей талии, а затем холодный воздух комнаты коснулся нижней части его тела. К горлу подступила желчь. Он держал рот на замке. – Держи его ноги раздвинутыми. – Сквозь помехи в ушах он услышал, как скрипнула кровать, когда Рико устроился между бедер Нила. Нил посмотрел на него широко раскрытыми глазами. Нет, он хотел умолять, но обнаружил, что его голос не слушается. Он не мог пошевелить ни единым мускулом своего тела. Это то, что значит замерзнуть во времени? Это то, что нужно, чтобы выжить? Голос Нила вырвался из его горла, как крик, когда Рико качнулся всем телом против тела Нила. Руки, державшие его за бедра и раздвинувшие лодыжки, прожигали кожу и плоть, и он был уверен, что они опалят его кости. Горячие губы прижались к его рту и вцепились в его руки в наручниках. Язык Рико погрузился в его рот синхронно с толчком бедер, и Нил закричал ему в рот. Он почувствовал, как Рико рассмеялся в него, а затем отстранился. – Никто не спасет тебя, Натаниэль. – Верно, так его звали. Он вцепился в это имя. Было бы легче вынести, если бы это был не он. Еще один резкий толчок вызвал слезы на глазах. – Да, продолжай плакать. Это сделает все быстрее для тебя. – Натаниэль даже не заметил, что его щеки увлажнились, пока другой мужчина не указал на это. Он поднял на него слезящиеся глаза и плюнул ему в лицо. Движения Рико замерли, и он услышал, как Жан прошипел что-то по-французски. Рико поднял руку и, нахмурившись, стряхнул слюну. – Дай мне мой нож. – Приказал Рико и протянул руку. Мгновение спустя холодная сталь легла в его раскрытую ладонь. Он повернул нож так, чтобы острие было обращено к Нилу, и прижал кончик к его подбородку. – У тебя такое хорошенькое личико. Будет обидно, если я испорчу его так же сильно, как и всего тебя. – Он порезал щеку Нила, а затем опустил нож. На мгновение ему показалось, что он в безопасности, затем он почувствовал боль, распространившуюся по бедру. – Пошел ты! –прорычал Нил. Рико поднял другую руку и сунул пальцы Нилу в рот. Он схватил Нила за язык и скрутил его, вызвав еще больше слез. – Скажи еще раз, и я покончу с этим. – Он убрал руку и вытер слюну о покрытую шрамами грудь Нила. – Кричи так же сильно, как только можешь. Ты здесь один.

***

Нил прижался горячим лбом к прохладной мокрой плитке душа. Он уставился на пальцы ног, наблюдая, как красное и белое стекает по его телу, прежде чем собраться на плитке и устремиться в черноту канализации. Холодной воды, стекающей по щекам, было достаточно, чтобы размыть изображение, или, может быть, это был туман боли, который все еще цеплялся за него и затуманивал его разум. Он сморгнул воду и поднялся. Покрасневшая от жара его кожа чувствовала ледяную воду еще холоднее, и на мгновение ему захотелось повернуть кран до упора и сварить кожу, избавиться от всех свидетельств того, что с ним сделали. Но в этот момент он знал, что холодная вода приятнее для его ноющих мышц и натертой кожи. Он подождал, пока вода очистится, прежде чем, наконец, взять мыло в ладони и вымыться, начав с волос. Пот от дневной тренировки все еще прилипал к коже, смешиваясь с кровью, слюной и спермой. Больше нет, вода все смыла, но он не доверял ей достаточно. Хотя, какой вообще смысл смывать ее, когда на следующий день все будет так же. Он закрыл глаза, царапая ногтями больную кожу головы. По крайней мере, Эндрю был в безопасности.

***

Нил знал, что прошло время, когда Рико смог запустить пальцы ему в волосы. Они становились слишком длинными, но у него никогда не было времени их обрезать. Они сказали, что подстригут его, прежде чем отправят обратно. Это будет скоро. Он не знал, как скоро, но это должно было произойти. Он пробыл там слишком долго. На этот раз его толкнули на колени лицом вниз. Это означало, что либо его спина будет разорвана в клочья, либо это будет просто Рико. Нил не думал, что его это волнует. Он просто хотел, чтобы все закончилось. Его штаны были спущены и брошены на пол, и Рико толкнулся в него. Он обхватил руками подушку – они давно отказались от наручников, Нил знал, что в этот момент лучше не сопротивляться – и зарылся в нее лицом, ожидая, когда все закончится. Через пару минут, когда кровь уже достигла его колен, он почувствовал, как его член дернулся. Это был не первый раз, когда его тело реагировало на это наказание, но легче от этого не становилось. Он вонзил зубы в подушку, когда толчки Рико стали грубее. Рико закудахтал у него за спиной, как ворон, и наклонился вперед. Он прижал ухмылку к уху Нила. – Ты собираешься кончить, мать твою? – Нил зарычал и впился ногтями в руки. Жар в животе нарастал с каждым толчком, а желчь в горле становилась все гуще. От особенно резкого толчка из него хлынул жар, и Рико захохотал. Нил перегнулся через край кровати и опорожнил желудок. Он чувствовал на себе взгляд Жана, но игнорировал его, предпочитая смотреть на свою рвоту, пока Рико кончал в него. Он почувствовал, как пальцы вцепились ему в волосы, и голова его дернулась вверх. Рико ухмыльнулся. – Ты действительно гребаный педик. – Он фыркнул и плюнул Нилу в лицо. Нил не потрудился вытереться, когда его отпустили. Он подождал, пока они уйдут, чтобы собраться с силами и дотащить тело до заброшенного им душа.

***

Нил рухнул в кресло, как только оказался в аэропорту. Он больше не мог ходить. Это было уже слишком. Ему просто нужно было немного отдохнуть. Отдохнуть и вспомнить все, что с ним случилось. Это были две-три недели черного тумана, серебряное лезвие прорезало темноту достаточно часто, чтобы Нил знал, откуда взялись порезы, которые угрожали открыться каждый раз, когда он делал слишком глубокий вдох. Нил не знал, что заснул, пока не открыл глаза. Флуоресцентные лампы и белый кафель вызвали у него волну паники – он опоздал на свой рейс. Он опоздал на рейс, и ему придется позвонить Жану и сказать, что Рико – Нет. Еще один взгляд вокруг сказал ему, что он не в их аэропорту. Когда он садился в самолет? Когда он вышел? Когда он покинул Гнездо? Он перенес вес тела на ноги и встал, слегка спотыкаясь от приступа головокружения. Он постоял еще немного, чтобы убедиться, что с ним все в порядке, затем направился к месту выдачи багажа. Он вытащил из кармана телефон – ему нужно было кому-нибудь позвонить, чтобы за ним приехали. Он не думал, что Эндрю уже вышел. Он не знал, какой сегодня день. Кому он мог позвонить? В городе никого не было… Ваймак. Он открыл телефон. Экран оставался черным. Он сел у стены возле розетки и подключил телефон. Он подождал, пока заряд достигнет пяти процентов, чтобы включить его и порыться в контактах, чтобы найти Ваймака. Телефон прозвонил три раза, прежде чем он услышал грубый голос на другой линии. – Я в аэропорту. – Кто это говорил? Неужели это он? На другой линии некоторое время стояла тишина, слишком долгая, прежде чем Ваймак вздохнул. – Еще одна ложь, да? Я буду там так быстро, как только смогу. – Линия оборвалась. Нил не был уверен, разрядился ли его телефон или Ваймак повесил трубку, но он закрыл его, схватил зарядное устройство и сунул оба в сумку, прежде чем выйти на тротуар, чтобы сесть. Нил заснул через несколько минут после того, как сел в машину Ваймака, хотя и не думал, что сможет это сделать. Похоже, он слишком устал, чтобы его страхи вернулись. Ваймак разбудил его так осторожно, как только мог, и предложил отнести сумку. Нил покачал головой и последовал за Ваймаком внутрь. – Пойду сварю кофе. Ты выглядишь так, будто тебе это нужно. – Нил пожал плечами и опустил сумку на диван. – Ты выглядишь... – Ваймак с минуту подыскивал слова, потом покачал головой и исчез на кухне. Через мгновение он появился с банкой в руках. – Тебе нравится это? – Он бросил банку Нилу. Нил схватил ее в воздухе, затем подавил крик, когда та выпала из его пальцев. Все просыпалось на пол, и Ваймак уставился на него. – Черт, Нил. – Натаниэль. – Поправил Нил. – Поэтому ты так выглядишь? – Ваймак указал на лицо Нила. Нил уставился на него. – Ты что, не видел? – Как только вопрос слетел с его губ, Нил, спотыкаясь, направился в ванную. Он включил свет и уставился в зеркало. – Нет. Он вздохнул, горло зарычало в ответ. Он обернулся на шаги в дверях. – Я... – Нил... – Нет, – повторил он, вцепившись пальцами в край раковины, и наклонился ближе. Отец уставился на него. Ледяные голубые глаза, спрятанные под огненной челкой, прямо над улыбкой острых белых зубов. Вот только у его отца было не так уж много порезов. На щеке у него не было повязки. У Нила тоже. Он оторвал пальцы от края раковины и поднял дрожащую руку, чтобы коснуться повязки. Он возился с краем слишком долго, слишком долго для их с Ваймаком терпения, и старик наклонился, чтобы снять его. Суровый номер 4 уставился на него, и Нил подумал, что умирает. – Какого черта они с тобой сделали? – Ваймак зарычал, и слова пронзили Нила насквозь. Он с воплем упал на колени и зарылся пальцами в волосы. Ему нужно было вырвать их. Волосы отца не должны были быть у него на голове. Он не мог... – Нил! – Он почувствовал руку на своем дрожащем плече и поднял глаза. – Это не мое имя. – Мне все равно, кто это, – он махнул рукой на изможденный вид Нила, – кто это. Ты – Нил Джостен, хорошо. Расскажи мне, что случилось. – Я его не подписывал, – внезапно вспомнил Нил. – Я... мне дали контракт, но я его не подписал. Я все еще лиса. – Конечно, ты все еще лис, – прорычал Ваймак. – Если кто-нибудь попытается забрать тебя у нас... – Ты не можешь. – Нил затрясся. – Ты не можешь причинить им вреда. Ты ничего не можешь сказать. Я... Я должен... Если я вернусь до того, как они убьют вас всех. Но мой отец увидит и... – Дыши глубже, Нил. – Это имя пронзило его насквозь. Не слышав ничего, кроме Натаниэля и целого зверинца отвратительных прозвищ, он почувствовал облегчение. – Я приготовлю нам кофе, ты успокоишься, а Эбби придет проведать тебя. – Она не может... – Мы не собираемся сообщать в полицию. А теперь успокойся. Здесь ты в безопасности. –Нил глубоко вздохнул. Он почувствовал, как шов на боку ослабел. – Пойдем со мной. Расскажи мне все, что сможешь вспомнить, пока мы ждем. Этого было не так уж много. Просто обрывки. Они резали его и пытали каждую ночь. В ночь перед тем, как отправить его в путь, они пытались заставить его подписать контракт. Они сменили его волосы на естественный цвет, сделали татуировку на лице и сказали, что если он когда-нибудь изменит свою внешность, они сотрут лис с планеты. Он не мог потерять свою семью. Он знал, что они нацелились на его спину, и он не проживет, пока на него будут смотреть камеры, а его отец выйдет из тюрьмы, но лучше умереть ему, чем его семье. Ваймак настаивал, но Нил больше ничего не мог сказать. Он ничего не помнил. Все было пусто. – Это может быть симптомом диссоциации, травмы. – Сказала Эбби, промывая его раны. – Диссоциация? – Это как… Ты отделяешь свое сознание от тела и ума, чтобы защитить себя от чего-то, с чем тебе слишком трудно справиться. – Например, каждый день получать порезы и издевательства? – Спросил Нил. Он все еще не узнавал своего голоса. – Тогда почему я помню? – Возможно, случилось что-то похуже. – Тихо сказала Эбби и протянула Нилу рубашку. Нил снова натянул ее. Ваймак протянул ему чашку кофе. – Мне придется еще раз проверить тебя и поблагодарить за игру. – Быстро сказала Эбби новым тоном. Нил нахмурился. – Но мне нужно играть. – Если ты поранишься, тебе придется ждать дольше. – Сказал Ваймак. – Я не пущу тебя на корт, пока она не согласится. – Ваймак подождал, пока Нил кивнет, и продолжил. – Остальные члены команды вернутся через несколько дней, а потом и Эндрю. Подумай, что ты им скажешь по этому поводу. Я не позволю тебе оставаться здесь дольше, чем это точно необходимо. И если я услышу, что ты кому-нибудь скажешь, что с тобой все в порядке, я лично надеру тебе задницу.

***

Нил посмотрел на край крыши. Он почувствовал на себе пустой взгляд Эндрю. Облако дыма закрыло ему обзор, и он проморгался. Эндрю сделал еще одну затяжку. Прошла неделя, прежде чем Эндрю решил остаться с ним наедине. Он все еще не сказал ему ничего хорошего, но этого следовало ожидать. После того, как выяснилось, что то, что он сделал, ни от чего не защитило Эндрю, он не знал, как Эндрю мог находиться с ним в одной комнате. Или на крыше. – Что тебе сделал Рико? – Нил открыл рот, чтобы ответить. – Не то, что ты сказал остальным. Я знаю, что произошло еще что-то. Просто посмотри на себя, черт возьми. – Я... – Нил уставился на горизонт. Солнце уже давно село. Становилось холодно. – Эбби сказала, что не помнить – признак сильной травмы. – Он услышал, как Эндрю пошевелился рядом с ним. – Я действительно не помню. – Он повернул голову, чтобы посмотреть на Эндрю, но увидел, что тот уже затаил дыхание. Эндрю посмотрел на его губы, потом подался вперед. Нил посмотрел туда, где Эндрю держал его за запястье. Он не помнил, как пошевелил рукой. Он не помнил, как упал на локти. – Я... – Расскажи мне, что он с тобой сделал, – перебил Эндрю, крепче сжимая его запястье. – Я не помню. – Прошептал Нил. Эндрю посмотрел ему в глаза, потом отпустил руку. Он встал и уставился на землю далеко внизу, затем повернулся и вернулся в здание. Нил упал на спину и уставился в небо.

***

Когда они впервые поцеловались, у Нила случилась паническая атака. Ему потребовался час, чтобы успокоиться и понять, что это Эндрю. День был хороший, и Эндрю позволил ему дотронуться до своего лица, груди и спины. Нил спросил, и Эндрю сказал «да». Они поцеловались, и с Нилом все было в порядке. Это был Эндрю. Это был Эндрю. Нил сказал «да», но когда рука Эндрю скользнула под пояс его шорт и нижнего белья, он замер. Эндрю мгновенно почувствовал перемену в нем и убрал руку. Он сел на край кровати и наблюдал, как Нил пытается отдышаться. – Что случилось, Нил? – Я не знаю. Мне понравилось, – просто ответил Нил, потому что так оно и было. Ему нравилось то, что они с Эндрю делали. Ему нравилось целовать Эндрю и прикасаться к нему. – Я не об этом спрашивал. – Сказал Эндрю, но Нил уже знал. – Я не помню. – Я не могу этого делать, пока ты не поймешь, в чем дело. – Сказал Эндрю. – Я не могу быть ими. – Он встал и вышел из комнаты. Нил не сводил глаз с Эндрю, пока тот дрочил ему. Его рука лежала на щеке Эндрю, большой палец скользил по скулам, длинные ресницы щекотали его, когда Эндрю моргал. Другой рукой он расчесывал волосы Эндрю, время от времени останавливаясь, чтобы погладить его по другой щеке и притянуть к себе для нежного поцелуя. – Можно я до тебя дотронусь? – Спросил Нил. – Да, – промурлыкал Эндрю себе под нос. Нил просунул руку под брюки Эндрю и схватил его набухший член. Он шел в ногу с Эндрю, иногда останавливаясь, чтобы потереть большим пальцем головку члена или погрузить кончик пальца в углубление наверху. Нил поцеловал Эндрю в шею и оставил отметину на ключице, прежде чем прижаться к ней лбом и тяжело дышать. Он прикусил губу, когда оказался в руке Эндрю, изо всех сил стараясь продолжать двигать рукой, пока Эндрю не последовал его примеру. Он позволил Эндрю сесть на край кровати и привести себя в порядок, собраться и обдумать все, что ему нужно, каждый раз, когда они это делали. Нил не возражал. Иногда ему тоже требовалось пространство. Он не знал почему. Ничего подобного с ним не случалось. Он перекатился на бок и натянул простыню до плечи. Через несколько минут он почувствовал покалывание в уголках глаз. Ничего плохого с ним не случилось. Он сморгнул слезы. Ничего. – Эндрю? – Тихо спросил он. Эндрю не ответил, но знал, что тот слушает. – Кажется, я помню, что произошло. – Эндрю напевал. – Притворяясь, что ничего не произошло, ты не избавишься от этого. – Я знаю. Я знаю, что случилось. Но я не хочу об этом говорить. Не думаю, что мне это нужно. Это нормально? – Пока все в порядке, Нил. – Ты можешь остаться спать здесь? – Я останусь, пока ты не заснешь, но нет, – ответил Эндрю. Нил кивнул и подвинулся, освобождая Эндрю место рядом с ним. Эндрю положил руку на матрас, и Нил взял ее в свою. – Эндрю? – Ты уже передумал? Или это была еще одна твоя ложь? – Кому я могу сказать? – Спросил Нил. Эндрю пожал плечами. – Би. Кевин. Ники, если хочешь. – Эндрю посмотрел на него сверху вниз. – Я не могу слышать, как ты говоришь об этом. – Все в порядке. – Нил замычал и закрыл глаза. Он почувствовал, как по щеке скатилась слеза. – Не думаю, что смогу заснуть еще какое-то время. – Мне больше некуда идти, – сказал Эндрю, и они замолчали.