Пьяный гусуланец или как Сичэнь с Цзян Чэном Цзинъи воспитывали

Цзинъи НЕ ПРОБЛЕМНЫЙ ребенок говорили они. Цзинъи просто лапочка говорили они. После этого Лань Сичэнь перестал доверять людям, а конкретно двум личностям: Вэнь Цин, на которого Глава Лань спихнул совсем маленького ребёнка, и Цзян Чэну, который должен был им заниматься, но просто ушел в запой. И осталась маленькая бестия на воспитание злой тети Вэнь. Лань Сичэнь понимает, что Цзинъи вроде как его сын и этого сына даже воспитывать нужно, но что-то пошло не так, и из милого пятилетнего мальчика выросло пятнадцатилетнее нечто... *** Цзинъи 9 лет. Он с душераздирающим криком бежал через весь Юньмэн. Отправили, называется, беса на каникулы (зачеркнуто) на перевоспитание к отцу. В итоге, получили Цзян Чэна с кучей косичек, Цзинъи с клоком волос отца, ахреневающего Цзинь Лина и радостно бегущую за отцом и сыном Фею. — Да ничего я не делал! Всего лишь косички заплел! – кричал на ходу уже знатно запыхавшийся Цзинъи, но быстрые ноги люлей не боятся, поэтому продолжал убегать. — Заплел косички, оторвал клок волос, разбил вазу, чуть не убил Фею этой же вазой, распугал адептов, мне продолжать? – Цзян Чэн возникает из ниоткуда и хватает сына за шкирку. — Не стоит. — Это не Гусу, тут можно жить свободнее, но за Фею я тебя прибить готов! — Я больше не буду... — Конечно не будешь. Сегодня возвращаю тебя Сичэню. *** Цзинъи 11 лет. Сичэнь уже пил невесть какую кружку чая с успокоительным, пока дядя рассказывал о всех грехах Цзинъи во время отсутствия его отца. — Ударил Сычжуя дверью, напился до такой степени, что станцевал на чьих-то похоронах, играл в азартные игры, притащил ораву собак и запугивал ими Вэй Усяня, разрисовал стену правил черной краской, потом пару дней ее отмывали все, кроме самого виновника, пытался поднять восстание, – Цижень нервно ходит по комнате, чуть ли не выщипывая свою бородку. — Он обязательно получит наказание, – сквозь слезы и ели сдерживаемый смех говорит Сичэнь. А сейчас виновник этого семейного собрания стоял в библиотеке на руках и переписывал правила. *** Цзинъи 15 лет. День. Солнышко светит. Птички поют. Цзинъи горит, стоп, что?! А, не Цзинъи, уже не плохо. Но виновником поджога все равно был Цзинъи... И рядом с ним Мо Сюаньюй. — Хорошо горит, да? — Даже слишком. — А что горит хоть? – с осторожностью спрашивает подошедший Сичэнь. — Все копии сборника правил. Как сжечь стену мы не знаем, но мы ее закрасили золотой блестящей краской. Красиво и со вкусом. На плечо Цзинъи запрыгивает уже подросший Травка. Кролики Ванцзи, Яблочко Усяня и этот кот были единственными легальными животными на территории Гусу. — Что вы еще натворили? — Кхм, А-Юй, дерзай. — Разрисовали стену правил, попытались надрессировать кроликов и чуть не лишились руки, избили мальчика, думая, что это вторжение, подстригли Цзинъи, поженились с Цзинъи, ограбили запасы вина господина Вэя. — Еще раз можно то, что было перед ограблением... – спрашивает уже в край ахуевший Сичэнь. — А, поженились. Ну, глава Лань, сами подумайте. Мы двое парней, у которых есть общий ребёнок - Травка, значит надо взять ответственность и пожениться. Цзинъи согласился. Правда, мы еще не решили, когда свадьба будет. Глава Лань? Лань Сичэня от обморока откачивали всем орденом.