Feral

      Соник почувствовал как слезы хлынули из глаз, когда он углубил поцелуй, укладывая Шэдоу на лопатки и прижимая всем телом. Шэдоу зарылся пальцами в яркие иголки, отвечая на поцелуй нежно, хоть и дрожал сильно. Светлые губы пылко обхватывали палевые, отчаянно, как будто Соник хотел забыться.       Шэдоу с удовольствием принимал это предложение. Забыться в этих крошечных поцелуях, обхватывая светлые губы вновь и вновь, осыпая эту мордочку такими же поцелуями в ответ, которые плавно переместились ниже, к шее, плечу, пока Соник, закрыв глаза исследовал темное тело, придерживая полосатые руки, мягко перемещая ладони вдоль черных плеч, к груди.        Шэдоу чуть отстранился, чтобы полюбоваться своим любимым. Даже если это всего лишь сон, Соник был невероятно красив. Второй рукой Шэдоу прижал ежа к своей груди. После этого Соник уткнулся мордой в белую шерстку, потираясь щекой о нее, а затем улёгся на чёрное плечо, пока его бедра крепко обхватывали темные.       Шэдоу наблюдал за ним, прочесывая иглы по всей длине. Ему нравилось с ними играться. Она были очень мягкие и шелковистые, как и сама шерстка.       Соник мягко улыбнулся, оставляя поцелуй на черной ключице.       — Тебе лучше...?       — Немного... — он прижал губы к индиговому лбу.       — Хорошо.... Потому что мне нихрена...       Шэдоу подтянулся, прижимая к губам ещё один поцелуй. Он надеялся, что ласка хотя бы немного успокоит его, потому что сам не знал как. Это было потрясением, что его любимого оказывается, испытывали как оружие массового поражения.       — Я не верю что ты не знал Марию... Мне кажется это какой-то бред, Шэдоу. Это не правда.... Наверное они ошиблись с датами. Может быть, когда переносили данные, это бывает.       — Нет, Соник... Дата стоит ватермаркой, она могла быть проставлена только на момент записи... Это не ошибка базы данных...       Тот стиснул зубы,тихо скуля.       — Мф... — Шэдоу укусил ёжика за ушко, когда почувствовал как стучат зубы. Соник дёрнул головой, пряча ее в черной шее.       — Я ничего не помню... Вообще ничего... Не может быть что это был я... Мне всего 29...       — Не знаю... Твоё имя не упоминается ни разу, а проект несёт название Хаос.       — А твое...? Твое было...       — Раньше так назвали Биолизарда... Пока он развивался...       — Хаос... Шэдоу...       Он не знал что сказать. Мысли путались в голове, словно были какие-то вязкие и их было слишком много. Он не знал за какую хвататься и в любом случае, они все приводили к ужасным последствиям. Шэдоу прочесывал шерстку на его спине, с шеи, меж лопаток и до самого хвостика. В его голове копилось примерно столько же вопросов, поэтому ничем другим он помочь просто не мог.       — Мм... Мы... Мы можем просто... Просто найти файлы как от этого избавиться, да? Да? Если это я... Ты наверное уже не такой же, да? Они исправили это в тебе. Я уверен, да ... Просто мы похожи, поэтому ты чувствуешь меня... Да? Если это как-то можно исправить, я перестану быть таким...       Шэдоу с рычанием заткнул его поцелуем, не желая сейчас думать об этом. Его голова и так разрывалась, он хотел бы сейчас просто переварить это, а уже потом думать что с этим делать.       Соник вздрогнул, ответив на поцелуй, поняв что Шэдоу не хочет продолжать этот разговор и извиняясь, опустил уши. Тот прикусил светлую губу на последок и фыркнул. Его пальчики начали мять спинку ёжика.       — Мне бы не хотелось больше думать об этом сегодня... Голова болит...       — Но... — Соник стёр слезы кулаком, сглатывая, словно забыл что хотел сказать.       — Что такое? — полосатые пальчики трепетно стирали слезы с персиковых щёк, когда переместились на них.       — Лучше бы я не знал... — Соник нахмурился, чувствуя как новый поток слез снова стекает по щекам.       Шэдоу прижал к себе ёжика покрепче, словно прятал от всего мира с заваливая на бок. Теперь с одной стороны его закрывала стена, а с другой пушистый и тёплый Шэдоу, который был готов к чему угодно.       Соник улыбнулся слабо, упираясь в его лоб своим собственным и положил ладонь на чёрную шею, мягко поглаживая.       — Нам нужно посмотреть... Данные... Откуда это появляется... Я раньше не был таким. Посмотрим? Завтра?       — Да... Отдохнём и посмотрим, когда будем готовы... — Шэдоу осыпал поцелуями щеки и носик ёжика.       — Я не хочу в один момент свихнуться... Я надеюсь Ган не знают об этом? Они не.. Если они знали бы, они бы не позволили мне жить....       Шэдоу мягко гладил ёжика по ярким иголочкам.       — Скорее всего...       — Нужно... — Соник всхлипнул. — Удалить эти видео из их базы данных... Пока ещё не поздно...       Шэдоу тяжело выдохнул, вспоминая каким измученным он был на кушетке. Что они делали с ним, бедным ребёнком? Как они довели его до состояния ярости? Соник же вообще не думал об этом. Его доводил до безумия сам факт что он гораздо старше Шэдоу. Что он был с Марией. Что он ничего не помнит и самое главное... Что Шэдоу там не было. Это заставляло его дрожать от бессилия и ненависти. Он едва сдерживал злость и то, только потому, что он видел все эти кадры и не хотел повторения. Хотя, несмотря на все его старания, фиолетовые искры появлялись в его радужках, вспыхивая.       Полосатые пальцы продолжали свой путь от яркой макушки до поясницы, слабо прочесывая иглы и шерстку. Алый взгляд был направлен в глаза возлюбленного. Он наблюдал за тем как на алюминиевой радужке проявляются достаточно яркие искорки пурпурного, что заставило его нахмуриться. Второй рукой он приподнял подбородок ёжика, чтобы обратить на себя этот взгляд. Он вспомнил всё, что было на Арк, всё издевательства, которые творили с ним эти учёные. Но если его там и не было, а всё его воспоминания это воспоминания Соника... Он прижал ушки к голове.       Соник не моргая смотрел на собрата, находя утешение в его спокойных рубинах, а ещё в том, как эта ласковая лапка прочесывала его шерстку, успокаивающе. Его уши все ещё были прижаты к голове.       Шэдоу обхватил нежно светлые губы в лёгком поцелуе, надеясь, что это хоть как-то успокоит возлюбленного. Хотя он был уверен, что этого недостаточно, ведь скорее всего теперь жизнь Соника поделилась на до и после.       Соник мягко ответил на поцелуй, благодарно коснувшись в носом палевой щеки.       — Я рад, что ты здесь, со мной...       — И я... Я очень рад, что мы рядом в такую минуту... — он завалил ёжика на бок, подцепив одеяло и закрыл сородича от мира. Теперь тот лежал спиной к стене, поэтому до него никто не мог добраться, не преодолев препятсвие в виде Шэдоу.       Соник закопался пальчиками в полосатые иглы, прижимаясь крепко к собрату.       — Что ты чувствуешь сейчас...?       — Хм.... Что может чувствовать оружие, сделанное лишь с целью отомстить? — он выдохнул и ткнулся носом в индиговые перья.       — Например... Сожаление? Любовь? Печаль?       — Помимо безграничной любви к тебе... Опустошенность...       Соник хмыкнул, ласково перебирая черную шерстку вдоль позвоночника.       — Я... Тоже... Знаешь... Впервые в жизни...       — И если всё мои воспоминания это твои воспоминания... Я рад, что ты не помнишь.       — Но ТЫ помнишь...       — Да... Я многое помню.       — Знаешь... Я слышал, что память о людях живёт в памяти тех, кто помнит их...       — Оказывается, я даже не знал свою сестру...       — Знал, Шэдоу...       — И она меня не знала...       — Хаос, я никогда не мог подумать что это все... Я не верю в это... Просто не верю...       Шэдоу прижал к себе крепче ёжика. Он мог только догадываться, но и понятия не имел, что это может оказаться реальностью. Ему хотелось сжаться калачиком, спрятать возлюбленного и больше не вылезать оттуда.       — Хмф... Однако мои догадки подтвердились...       — Какие ..?       — Ты не просто ёж. Совершенная форма жизни.       Кобальтовые ушки прижались к голове, когда он отвернулся, пряча мордочку в отвращении.       — Хотя для меня это не имеет значения. Ты ведь не меняешься.       — Стараюсь...       — Для меня ты останешься таким же...       — Знаешь, я... Никогда не думал, что я... Настолько опасен?       — Ты про... Убийство тех людей?       Он молча кивнул, сжимая руки в кулаки.       — Они заслужили...       — Они могли заслужить, но я не должен был... Не должен...       — Я помню, что впал в ярость... Точнее, ты...       Соник вздохнул, упираясь носом в черную шею, словно слушал приговор, но он хотел чтобы Шэдоу это сказал.       — Я помню что тогда было... Меня выкинули в карцер, чтобы я больше никому не причинил вреда. Понадобилось много времени, чтобы вернуть доверие Джеральда...       — Но они же сами. Это спровоцировали... Сами ..       — Да... Они... Издевались над тобой...       — Тогда какого хрена после этого нужно было ещё и завоевывать доверие?!       — Они привыкли думать, что ты собственность. И что ты должен подчиняться.       Соник прижался крепче.       — Может и хорошо что я ничего не помню...       — Да... Я не хочу, чтобы ты это помнил.       — Я не был бы собой если бы... Особенно помнил Марию...       — Да... Точно не был бы собой... А я думал... Почему при взгляде на тебя узнаю себя в детстве...       — В каком смысле?       — Такой же добрый ребёнок в основном...       Он улыбнулся, нежно проводя пальцем по линии палевой челюсти.       — Я всегда знал, что ты милый       — Мария таким воспитала...       — Хотя сейчас я не уверен, что способен на что-то подобное.       — Да? Посмотри на то, что ты делаешь и скажи это ещё раз       Он усмехнулся и украл ещё один поцелуй у ежика, а затем укусил за ушко.       Соник тихо замурлыкал, потираясь щекой о его мордочку.       — Как думаешь, Мария была бы рада за нас?       — Очень. Она читала мне сказки про любовь на ночь.       Соник хихикнул, целуя его в щеку.       — Поэтому ты такой романтик?       Шэдоу пожал плечами.       — Возможно. Она всегда рассказывала мне о принцессах в замке и принцах, побеждающих драконов. А когда я стал старше рассказывала чуть более приближённые истории любви.       — Ты мечтал быть принцессой?       — Нет. Это меня и настораживало немного.       — Что именно?       — Но теперь кажется я всё понял.       — Её тяга сделать меня женственным...       Кобальтовые ушки вопросительно приподнялось.       — В каком смысле? Заплетать косички не считается потому что Тэйлс тоже заплетал мне косички когда был маленьким.       — Она знала, что ты... Не совсем парень. — он говорил тихо.       — Но ты не вырос таким, а значит об этом никто не знал, верно?