Счастье перед носом

Сидя на кухне и ожидая, когда прозвенит таймер, Чешир листал инстаграм, то и дело лайкая понравившиеся записи из своей ленты. Неожиданно телефон завибрировал, а на экране отобразилось "Карен", уже через секунду на всю кухню играл "Gangnam Style". Тупо моргнув, Небов принял вызов и поднёс телефон к уху. — Да? — Я даже рада, что ты не подох, — раздался женский голос по ту сторону трубки. — Как дружелюбно с твоей стороны, — закатил глаза Чеша. — Короче, все мои подруги завтра заняты, а мне Камилу не с кем оставить. — В чём проблема? Найми няньку. — Денег дашь и найму. Только не факт, что качественную, — заметила она. — В общем, ты завтра свободен? — Ну... — Она твоя дочь... К сожалению. — Бля, ладно, понял. Свободен я. — Отлично, я тогда тебе завтра утром её привезу. — Во сколько? — В девять. — Бля, че так рано? — возмутился Небов, но Карен уже скинула трубку. — Сука, — руганулся Чешир в тот момент, когда на кухню зашёл Ян. — Что такое? — Да вот... Расхлебываю последствия изнасилования. — Первого или второго? — Первого, — буркнул Небов, на что Инеев пожал плечами. — Ты же не против, что Камила с нами завтра побудет? — Ты же знаешь, что нет. — Отличненько! Значит встретишь её ты, а то я к девяти не встану... Плюс её мамаша меня на дух не переносит. — Ты удивлён? — Да нет... Просто удивлен, что она меня ещё не прирезала. — Я тоже. — ЯН, БЛЯДЬ! — громко крикнул Чешир в тот момент, когда таймер зазвенел, а Инеев улизнул из кухни, пока в него не прилетело что-то острое. Следующий день начался с того, что на кухне что-то разбилось. Сонный и ужасно недовольный Небов выполз из кровати, накинул на себя халат и направился на кухню. В центре комнаты лежала разбитая тарелка, а возле неё стоял взрослый мужчина метр девяносто и девочка лет семи, которая была куда меньше него. — Утречка, пап, это дядя Ян, — поздоровалась Камила, моментально скинув всю вину на Инеева. Тот просто молча указал пальцем на неё. — Бл... Блин, сейчас десять часов утра, какого черта? — Мы блины решили сделать. Дядя Ян как раз меня сейчас учил. — Ладно, я переоденусь и вернусь. Чтобы этого, — Чеша указал на разбитую тарелку, — к этому моменту здесь не было, — приказал он и ушёл обратно в спальню. Настроение с утра пораньше было ужасным. Поэтому когда он вернулся на кухню, его едва порадовал запах первых блинов. — Пап, смотри! — окликнула его Камила, — это мои первые блины! — радостно заявила она, показав тарелку с блинами. — Поставь на стол, а то опять разобьётся, — зевнув, сказал Чешир, но затем невольно улыбнулся. Ему и вправду нравилось наблюдать за своим ребёнком и его первыми успехами в чём-то. — Попробуешь? — спросила девочка, когда поставила тарелку на стол, как и было приказано. Чешир глянул на блины и тупо моргнул. Они были несколько чёрными, то есть их просто передержали на сковороде. К счастью, Камила уже успела метнуться обратно к плите и продолжить готовить свой новый подгоревший блин. Небов глянул на Яна, который молча наблюдал сначала за Камилой, а теперь за ним. — "Я", — Чеша указал пальцем на себя, — "не", — руки сделали крест, — "отравлюсь"? — руки метнулись к шее, изображая, что он умирает. Проще говоря, Чешир кривлялся. — Пап? — руки Небова тут же перестали сжимать собственную шею, — ты типа просишь дядю Яна... Сделать тебе асфиксацию? — Чего... — не понял мужчина. — Асфиксию, — поправил ребёнка Инеев. Когда до Чешира наконец дошло, он кинул злостный взгляд на возлюбленного. — Нет, просто... Откуда ты об этом знаешь? — Мне Полина из садика рассказала! — улыбнулась Камила. — Она сказала, что асфиксия это, когда женщину во время секса душат и она получает удовольствие! — Эм... — Небов недоуменно уставился на свою дочь. Ян кашлянул в кулак, однако Небов был осведомлён, что так тот скрывает свой смешок, — ЭЙ! ПОГОДИ! В СМЫСЛЕ ЖЕНЩИНА. Я ЧТО ЛИ ПОХОЖ НА ЖЕНЩИНУ? — Ян снова кашлянул в кулак, из-за чего Небов зло глянул на него. — Ну да. Не ты же дядю Яна трахаешь, — беспечно ответила она, и за её спиной послышался ещё больший кашель, который стал ещё больше напоминать смех. — Че... Откуда ты вообще такие слова знаешь? — Мне Полина из садика рассказала! О, кстати, мне ещё мама твои фотки в платье показывала, — добавила с невинной улыбкой на лице Камила. Инеев за её спиной согнулся пополам и задрожал, пытаясь не заржать в голос. — КАМИЛА! ЯН! — Не ори, пап. — Я НЕ КРИЧУ! — ОЙ, БЛЯДЬ, — воскликнул резко Инеев, вспомнив про блин. — ЯН, ТВОЮ МАТЬ! РЕБЁНОК. — Это не я, — блондин быстро вернул себе спокойный голос. — Пап, так ты попробуешь? — ААААААААААААААА.