Счастье перед носом

Проснуться на утро с гудящей болью в башке — самое ужасное в алкоголе. Однако пьянки всё же того стоят. Рука Чешира медленно потянулась к голове, дабы облегчить боль. Но не зависимо от того в какой раз это сделал Небов, оно не помогло. Зато теперь он мог ощутить, как чешутся его запястья. Какого черта? Медленно приняв сидячее положение, до Небова резко дошло, что у него не только башка болит, но и спина. — Бля-я, — протянул он, чувствуя себя ещё хуже. От мыслей голова решила расколоться к чертям собачьим. Это заставило Чешира мучительно застонать. В горле сухо. Ему жутко хотелось пить. Как в пустыне, честное слово. Самое ужасное, что у него не только неприятный сушняк, но и жгучая боль в горле. Какого хера? Такими темпами у него в глазах комната будет плыть не только от боли, но и от слёз. И всё в итоге придёт к тому, что он отрубится. — Ужа-асно, — жалобно протянул вслух Небов, жалуясь пустоте. Чтобы облегчить свои страдания, парень улёгся обратно на кровать, чем сделал себе в разы хуже! Его начало мутить. Теперь ему срочно нужно в туалет, иначе всё содержимое желудка выйдет из его рта прямо здесь и сейчас на кровать. Может, даже не просто содержимое, а сам желудок, учитывая его состояние. Сев на край кровати, дабы после встать, Чешир понял, что только болью в спине он не обошёлся. У него болел зад и особенно поясница. В сухом горле стоит ком, и Чеша готов вот-вот уже заплакать. Однако он терпит. Последней каплей стало то, что он упал на ровном месте. Только встав с кровати, боль в спине заставила его согнуться, а его ватные ноги сразу заставили его грохнуться на колени. Тело ужасно ломило. От своей беспомощности Небов начал рыдать: — Су-ука-а, — проматерился он, ведь это единственное, что он может сейчас делать. Это привело его к более ужасным последствиям. Голова ещё больше начала раскалываться. — Ян, — всхлипнул Чешир, — Ян, — продолжил звать любимого Чеша, хоть и без того понятно, что в этой комнате его нет. Если бы он был, то не допустил бы этих слёз... Из коридора раздался шум. Это Ян? Впрочем, не важно. Чешир хотел, чтобы ему помогли, поэтому он неосознанно принялся плакать громче. В комнату сразу же ворвался кто-то. — Ох... Блять, — услышал обеспокоенный и знакомый голос он. — Мне плохо. Ужасно плохо, — неразборчиво сквозь слёзы пожаловался Чешир. — Блять, прости, — теплый руки мягко коснулись его голой спины, заставив вздрогнуть. Затем они потянули беспомощного мужчину на себя, насильно уткнув носом его в плечо. — Больно. Тошнит, — прохныкал он, уткнувшись в родное плечо. — Я-ян, — протянул он опять. Его неожиданно, но крайне осторожно, взяли на руки и куда-то с ним направились. Небов продолжил рыдать в плечо. Чешир уже знал, что это Ян. Потому что когда у Яна паника, он тупо молчит. Кроме того, кто это может быть, кроме Инеева? Другому человеку Чеша подобного просто не позволил бы. И самое важное, это точно его руки, точно его плечо, точно его запах и точно его голос. Это относительно успокоило Небова. Инеев принëс его в ванну, усадил возле унитаза и сбивчиво проговорил: — Подожди минуту, — Ян куда-то торопливо умчался. Это обидно, потому что быть в одиночестве сейчас — ужасно. Однако эти мысли выбил из него желудок. Его вырвало в толчок. В этот момент он даже порадовался, что Инеев ушёл. Хотя подобное он бы увидел уже не в первый раз. Пока его желудок продолжает стремительно пустеть, Ян возвратился в ванну с таблетками и стаканом воды. Чешир, наконец, проблевавшись, замучено посмотрел на него. В глазах до сих пор стояли слёзы, но не обращая на них внимания, Чешир вытянул руку, в которую тут же положили таблетки. Сев на корточки рядом с возлюбленным, Ян помог ему запить таблетки водой, придерживая стакан. В итоге Небов всё равно отобрал стакан и начал жадно глотать воду. — Прости. Я, когда проснулся, обнаружил, что таблеток от головной боли нет. И мне пришлось идти в ближайшую аптеку за ними, — устало оправдал себя Инеев. Небов, задумчиво уставившись на пол, кивнул, отложил стакан и положил пока что гудящую голову на плечо возлюбленного. — Ты всё равно мудак, — устало предъявил Чешир. Так как Ян ничего не ответил, Чеша предположил, что он не понял, почему. — У меня ужасно болит спина и зад, а на моих запястьях следы от наручников. Ну или ремня. Что это? Хотя, раз чешется, значит ремень. — А... — Ага. И я нихуя не помню после того, как набухался в хлам у Руби, а затем вызвал такси. — Ну если кратко, то ты завалился в дом, позвал меня и попросил трахнуть прямо в коридоре. — Пиздец. А откуда следы на руках? — А затем потащил меня в спальню, где попросил тебя связать и ещё раз трахнуть. — Ебать... — выдохнул Небов, — нихуя не помню. Ебаный рот. Не еби меня больше, когда я набухаюсь. — Хорошо. После того дня, Ян категорически отказывал Чеширу в сексе, если у того хоть капля алкоголя побывала во рту за день, пока в итоге он не получил по голове от Небова.