Последствия

Что, если Гермиона случайно аппарировала вместе с Роном во время охоты за Хоркруксами? Как бы Гарри сумел победить лорда Волдеморта в одиночку? Есть ли у него все еще сила, чтобы сразиться с самым могущественным Темным Лордом в новейшей истории, или он падёт не справившись? Гарри и Рон смотрели друг на друга по обе стороны прозрачного барьера, как будто впервые ясно видели друг друга. Гарри почувствовал разъедающую ненависть к Рону. Что-то сломалось между ними; навсегда. — Отдай хоркрукс, — тихо сказал Гарри. Рон сорвал цепь с головы и бросил медальон на ближайший стул. Он повернулся к Гермионе. "Что ты решила?" "Что ты имеешь в виду?" — дрожащим голосом спросила Гермиона. — Ты остаешься или как? Гермиона отплевывалась, как рыба, вытащенная из воды. — Р-Рон, мы обещали о-остаться, помнишь? Мы... — Я понял, — грубо сказал Рон. «Ты выбрала его». "Нет!" — в панике воскликнула Гермиона. «Нет, пожалуйста, послушай, Рон, вернись!» Гарри стоял совершенно неподвижно и молча, слушая, как Гермиона умоляет Рона не уходить. Его глаза были закрыты, сердце колотилось в груди. Он подождал минуту, и как только он услышал знакомый треск Аппарации, голос Гермионы тоже внезапно исчез. Зеленые глаза распахнулись, когда на него нахлынула жуткая тишина. Одинокая слеза скатилась по его лицу. Гарри медленно двинулся к выходу из палатки и не удивился, увидев, что снаружи никого нет. Лесная поляна была устрашающе тиха, на ней не было ни одного человека. Гарри взмахнул палочкой и прошептал: «Homenum Revelio» Никого; и Рон, и Гермиона покинули его. Он был один, как и всю свою жизнь. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП К несчастью для Рона и Гермионы, они аппарировали прямо к группе егерей, уполномоченных Министерством охотников за головами, которым поручено ловить сбежавших магглорожденных. Волшебники в группе были довольно глупы, не понявшие, что они захватили двух самых разыскиваемых волшебников в стране, которые, как известно, были лучшими друзьями Нежелательного лица номер Один. Однако, несмотря на то, что они не были такими безжалостными, как обычные Пожиратели Смерти, Рона и Гермиону все равно спрашивали об их возрасте и личности; их ответы, казалось, сильно смутили похитителей. Используя их ссору как отвлекающий маневр, Гермионе из чистого отчаяния удалось вернуть их палочки, в то время как Рон нокаутировал схватившего его похитителя. Затем они сразу же аппарировали на другую лесную поляну. Обоим подросткам потребовалось несколько минут, чтобы перевести дыхание, их сердца все еще колотились в груди из-за того, что они были почти схвачены Министерством магии. Рон пришел в себя первым. — Гермиона, я… ​​я, — запинаясь, пробормотал Рон, его кожа стала молочно-белой от страха, из-за чего веснушки на лице стали заметно выделяться. Только сейчас, вдали от палатки, он осознал масштаб содеянного. Егеря загнали в его мозг реальность войны. — Я не могу понять, — отрезала Гермиона, дрожа всем телом от шока, страха и гнева. «Я не могу поверить, что мы на самом деле бросили его. Как? Как ты мог уйти, Рональд?! Ты решил оставить Гарри в полном одиночестве, зная, какое бремя он несет на своих плечах! Я даже не хочу думать о том, что с ним может случиться. Гарри не сможет сделать это сам, ты знаешь это! Профессор Дамблдор попросил нас всегда быть рядом с ним, Рон! И что мы сделали? Мы его бросили! Рон сглотнул, вспомнив их с Гермионой разговор с профессором Дамблдором летом перед их шестым курсом. Директор раскрыл существование пророчества, связывающего их лучшего друга и Темного Лорда. Дамблдор также объяснил им о тяжелом бремени, которое несет Гарри из-за пророчества, возложив на него почти невыполнимую задачу победить Лорда Волдеморта. Кроме того, он попросил их всегда быть рядом с Гарри, чтобы их друг мог исполнить свое предназначение, когда придет время. Оба поклялись Дамблдору, что будут. Престарелому директору не нужно было просить их помогать Гарри. В конце концов, он был их лучшим другом, и они с радостью сделали бы это. Ни один из них в то время не ожидал, что все будет так плохо. Они нарушили доверие профессора Дамблдора, бросив Гарри, случайно или нет. И если что-то случится с Гарри, пока их не будет... — Мы должны немедленно вернуться туда, — отчаянно закричал Рон. — Рада, что ты это понимаешь! И когда мы туда доберемся, не затевай с ним драку, ладно? Рон нахмурился, но решил пока не спорить с ней. Были и более насущные дела. Взяв друг друга за руки, они аппарировали, но ничего не обнаружили на том месте, где разбили свой лагерь. "Где он?" — прошептала Гермиона, сглатывая комок желчи в горле и осматривая местность палочкой. Ее руки дрожали. Гарри уже ушел или ее защитные чары действительно так хороши? — Придется позвать его и обыскать местность, — предложил Рон, надеясь, что это хорошая идея. — Он обязательно нас услышит. Но это было бесполезно; через два дня стало ясно, что Гарри Поттер исчез. Исчез ли он добровольно или по принуждению — вопрос, оставшийся без ответа. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Семнадцатилетний Гарри Поттер ходил по кругу, бормоча что-то себе под нос, накладывая защитные чары вокруг палатки, с плащом-невидимкой, накинутым на плечи. Не в силах вынести мрачные воспоминания о месте, где его бросили лучшие друзья, он ушел всего через двадцать минут после того, как Рон и Гермиона аппарировали. Звук волн, ударяющихся о берег, сотрясали воздух. К сожалению, лечебный звук и мирная обстановка не подействовали как бальзам на его израненное сердце. Слова Рона продолжали эхом отдаваться в его голове, пронзая каждый дюйм его кожи, как если бы они были эквивалентны эффекту заклятья Круциатус. — Мы думали, что ты знаешь, что делаешь! Мы думали, что Дамблдор сказал тебе, что делать, мы думали, что у тебя есть настоящий план!. — Не ври! — накинулся на нее Рон. — Ты тоже признавалась, что разочарована, что надеялась, он лучше знает, куда двигаться дальше, и... «Ну да, значит, нечего и беспокоиться, в самом деле. Вы-то хорошо устроились — ваши родители в безопасности...» Гарри стиснул зубы и сжал кулаки в гневе. Что знал рыжий идиот? Дамблдор ничего не сказал ему о том, как найти и уничтожить хоркруксы. Все было так же, как обычно, схема, возникшая с того дня, как он снова вошел в волшебный мир, и её можно было проследить до этого самого момента; директор устраивал тест, либо сам, либо из сложившейся ситуации, чтобы увидеть, утонет Гарри или выплывет. За последние несколько месяцев его мнение о покойном директоре значительно ухудшилось. Теперь Гарри понимал, что он был совершенно не готов к этой миссии. Дамблдор сказал ему, где, как он подозревал, хоркруксы? Сказал ли ему старик, как уничтожать эти мерзости? Он хотя бы удосужился научить Гарри это делать? Нет! Как обычно, он ничего не объяснил, показывая бесполезные воспоминания в течение года; воспоминания, которые можно было бы просмотреть за одну ночь. Воспоминания, которые ничем не помогли ему сейчас, когда он был в бегах от правительства и все еще должен был уничтожить несколько хоркруксов. Но в то время Гарри считал директора непогрешимым и верил в него, зная, что Дамблдор всегда будет рядом, чтобы решить его проблемы. Если бы он только знал тогда, насколько короткой будет жизнь престарелого директора, нынешняя ситуация не была бы такой ужасной. Или все же была бы? Никогда за шесть лет он не был по-настоящему один, разве что в летние месяцы, когда он был прикован к своей спальне в доме номер четыре на Тисовой улице. Даже во время Турнира Трех Волшебников, когда Рон не верил, что Гарри не закидывал свое имя в Кубок Огня, Гермиона, по крайней мере, была рядом с ним. Это был первый раз, когда он остался без поддержки Гермионы. Разве он не должен был уже усвоить урок? Сириус, Дамблдор, а теперь Рон и Гермиона. Это путешествие всегда предназначалось для него одного. Но в чем был смысл? Гарри понятия не имел, что делать, а поскольку Волдеморт взял под свой контроль Министерство магии, за ним стояла законная власть. Что мог сделать простой семнадцатилетний волшебник, когда такая сила, как Альбус Дамблдор, не смог уничтожить Темного Лорда? Гарри никогда не чувствовал себя таким бесполезным. Он ненавидел себя за то, что оказался в такой ситуации. Десятки тысяч ведьм и волшебников умирали или уже были мертвы, потому что он, так называемый Избранный , не знал, что делать дальше. Медальон, в котором хранилась душа Лорда Волдеморта, висевшей на шее Гарри, медленно становился ледяным, пока его разум терзали негативные эмоции. Что делать? Теперь он был один, без денег и ресурсов. Гарри горько фыркнул. У него даже не было денег! Только теперь он понял, что деньги, информация и союзники имеют решающее значение во время войны. У него не было союзников. Никаких знаний о том, что происходит за пределами его пузыря. Что касается денег, Гермиона взяла немного маггловских денег перед тем, как покинуть родительский дом, но они довольно быстро поняли, что этого недостаточно. Гарри знал, что у него есть хранилище его родителей в Гринготтсе, что, безусловно, облегчило бы их финансовое положение, но как он мог пойти в банк гоблинов, когда Орден постоянно следил за тем, чтобы он, как хороший мальчик был у Дурслей ? Хороший мальчик! Это было уместно, учитывая реакцию миссис Уизли каждый раз, когда Гарри поднимал тему Волдеморта за последние два года. И все же они ожидали, что он сразится и победит бессмертного Темного Лорда! Гарри фыркнул от иронии. Его шрам снова начало покалывать, но он не обращал на это внимания. Перепады настроения Волдеморта сейчас не стоили того. Ему нужны были союзники, но кто захочет ему помочь? Все волшебное население Волшебной Британии боялось произнести хотя бы одно слово против нового режима, взявшего под свой контроль Министерство магии. За последние полтора года было разорвано на части бесчисленное количество людей, а тысячи магглорожденных были взяты в плен. Он должен был что-то сделать, но что? — Один, как и всегда в детстве, да, Гарри? Дядя Вернон был прав. Такой урод, как ты, не заслуживает счастья. Все может закончиться очень скоро. Ты можешь убежать... но вместо этого ты можешь убить себя... тогда ты снова сможешь увидеть своих родителей и Сириуса. Твоя палочка прямо здесь... ты знаешь нужное заклинание... сделай это! Белый горячий гнев вспыхнул в его сознании, когда хоркрукс снова начал шептать ему. Гарри сорвал с шеи медальон и бросил его в другую сторону палатки, где тот упал на пол. Как смеет этот дурацкий медальон напоминать ему, что он был один? Как смеет медальон снова напоминать ему о Дурслях в то время, которое он считал худшим моментом в своей жизни? Ярость вспыхнула в его венах при виде жалкой твари. Он хотел уничтожить медальон любыми средствами. Он заставит Волдеморта заплатить ! Его шрам горел, и он понял, что его зрение затуманено из-за пульсирующей головной боли. Гарри подошел к усыпанному драгоценностями медальону, который невинно лежал на полу и совсем не походил на инструмент, в котором хранился кусочек души безумного Темного Лорда. Его зеленые глаза зловеще светились. Выражение его лица выражало огромную ярость. Предательство Рона и Гермионы стало последней каплей. Давление было слишком велико. Он уставился на медальон, крепко сжимая ручку палочки наготове. — Откройссся , — прошипел Гарри на парселтанге. Золотая крышка медальона с легким щелчком распахнулись. В обоих зеркалах внутри моргнул живой глаз, темный и красивый, какими были глаза Тома Риддла до того, как он сделал их алыми и с щелевидным зрачком. Затем из хоркрукса прошипел голос. «Я видел твое сердце, и оно принадлежит мне». «Правда ?» — мрачно прошипел Гарри в ответ, ухмыляясь медальону. Его глаза были расфокусированы, и он выглядел невменяемым. Люди из Волшебной Британии, наконец, зашли слишком далеко. Рон Уизли оказался катализатором, которому наконец удалось разрушить последние остатки невиновности Гарри Поттера. «Я видел твои сны, Гарри Поттер, и я видел твои страхи. Все, чего ты желаешь, возможно, ровно также как и то, чего ты боишься, также возможно...» Гарри рассмеялся громким маниакальным смехом, который разнесся по всей палатке. Как предсказуем Волдеморт! Ему действительно нужно было больше стараться, если он собирался насмехаться над людьми. Он говорил подобные вещи на первом, втором, четвертом и пятом курсах Гарри. "О, мой бедный наивный мальчик Томми," издевался Гарри. «Такое жалкое существование после того, как твоя мама не хотела тебя воспитывать. Папа не заботился о тебе из-за того, кем ты был, и из-за этого у тебя проблемы. Тск, тск, какой позор, Риддл. Что случилось с благородной линией Слизерина?» В ответ из медальона вышли Сириус Блэк, Джеймс Поттер и Лили Поттер. Младший мальчик отшатнулся от удивления, когда они нависли над ним, глядя на него с полным отвращением на своих живых лицах. — Ты причина моей смерти , — сердито прошипел Риддл-Сириус. « Если бы твой тупой ум мог понять, что это ловушка, я был бы до сих пор жив. Я вырвался из Азкабана ради тебя! Выживал на крысах, чтобы защитить тебя! И вот как ты отплатил мне? Моя смерть была твоей виной! » "А как насчет нас?" - ехидно спросил Риддл-Джеймс. "Это вина этого маленького ублюдка, что мы умерли такими молодыми. Это из-за тебя мы с женой оказались в опасности! Лили и я пожертвовали своими жизнями, чтобы защитить тебя, только для того, чтобы ты потратил их впустую! Зачем ты вообще родился? Я должен был убить тебя в ту же секунду, как мы узнали о пророчестве!" — Ты забрал у меня моего мужа , — выплюнула Риддл-Лили с красными глазами. «Ты разорвал мою жизнь на части! Ты принес нам только несчастье! Я ненавижу тебя! Я бы хотел, чтобы ты никогда не рождался !" «СДЕЛАЙ ЭТО», — закричали все трое. "УБЕЙ СЕБЯ!" Гарри смотрел на них с горящим гневом в глазах. Ни на секунду он не позволил себя обмануть словами хоркрукса. Его и раньше обманывал Волдеморт. Не снова. Раскаленный добела гнев струился по его венам, пока три призрака продолжали орать на него, приказывая убить себя. Однако вместо того, чтобы направить кончик палочки себе в лоб, как того хотел хоркрукс, Гарри направил его на медальон, позволил всему праведному гневу выплеснуться наружу и впервые в жизни зарычал: "Авада Кедавра!" Сгусток зеленого света вылетел из кончика палочки Гарри и точно попал в медальон. Раздался металлический звук, за которым последовал долгий протяжный крик. Гарри стоял там, тяжело дыша, и медленно рухнул на землю, когда его колени подогнулись. Безмолвным взмахом палочки он призвал медальон и, к своему огромному облегчению, увидел, что хоркрукс уничтожен. — Если бы я знал, что это сработает, я бы сделал это раньше, — пробормотал Гарри себе под нос, потеряв сознание. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Через несколько часов Гарри проснулся от стука капель дождя по крыше палатки. Он застонал, когда открыл глаза. Его взгляд уловил медальон Салазара Слизерина на полу, в нескольких дюймах от его лица. Даже без заклинаний обнаружения он мог почувствовать разницу, с отсутствием угнетающей темной ауры, которую он обычно излучал. И впервые за несколько месяцев Гарри улыбнулся. «Один хоркрукс есть», — усмехнулся он про себя. Он поднялся с пола и рухнул на стул, его плечи поникли от облегчения. Он нашел способ уничтожить хоркруксы. Ему больше не нужен был Меч Гриффиндора, достаточно было Смертельного проклятия. Тот факт, что он прибегнул к проклятию, которое ненавидел больше всего на свете, должно было вызвать у него отвращение, но вместо этого он чувствовал себя правильно, уничтожая драгоценные хоркруксы Волдеморта с помощью любимого проклятия Темного Лорда. Ему придется попрактиковаться несколько раз, просто чтобы убедиться, что это не одноразовое чудо. Он смутно помнил фальшивого Аластор Муди на четвертом курсе, объяснявшего, что Авада Кедавра проклятие фактически воздействовало на душу и, таким образом, уносило чью-то жизнь. Он задавался вопросом, почему он не понял этого раньше. С другой стороны, почему Дамблдор тоже не использовал Смертельное проклятие? Неужели он был не в состоянии? Гарри никогда не узнает. Пока он обдумывал следующий план действий, его желудок заурчал, напоминая ему, что он не ел уже несколько дней. Хоть он и был хорошим поваром, Гарри не привык готовить еду с помощью магии, и здесь не было маггловского оборудования, которое могло бы ему помочь. Он прикусил губу. О вызове Кричера не могло быть и речи, потому что площадь Гриммо была скомпрометирована. Кричер... Глаза Гарри расширились, когда он кое-что вспомнил. Кричер был не единственным домашним эльфом, которого он мог призвать. Но было ли это безопасно? Мог ли он рискнуть? Если бы Гермиона была здесь, она, несомненно, устроила бы истерику по поводу SPEW и наложила бы вето на него, но без ее присутствия Гарри мог все обдумать. Наконец, поспорив с самим собой более пяти минут, он решил действовать. — Добби? — нерешительно позвал Гарри. К его большому облегчению, упомянутый домовой эльф появился перед ним с треском и сразу же обнял его, схватив за ноги. «Гарри Поттер, сэр! Вы в безопасности! Что Добби может сделать для великого Гарри Поттера?» — взволнованно спросил Добби. — Добби, мне нужна твоя помощь, — тихо сказал Гарри. — Ты останешься со мной здесь? Добби возбужденно подпрыгивал на ногах. «О да, Добби всегда будет служить Хозяину Гарри Поттеру. Теперь Добби будет эльфом Хозяина Гарри!» — Подожди, что? - потрясенно воскликнул Гарри. «Теперь ты связан со мной? Как? Почему?» «Хозяин сказал, что хочет Добби и Добби был принят! Добби давно хотел быть эльфом Гарри Поттера, и он, наконец, принял Добби!» — Добби, я думал, ты хочешь быть свободным? Кроме того, зачем домовым эльфам вообще нужна связь? «Добби нужен хозяин, сэр Гарри Поттер. Домовым эльфам нужна магия волшебников, чтобы выжить и размножаться, а взамен домашние эльфы выполняют работу по дому для волшебников. Добби использует магию в Хогвартсе, но, поскольку он не связан с замком, как и другие эльфы, это не то же самое, что настоящий хозяин, — признался он. Маленький эльф буквально сиял от счастья, когда воскликнул: «Но теперь у него есть Хозяин Гарри, а Добби — самый счастливый эльф в мире! Он знает, что Хозяин Гарри никогда не будет таким, как плохой Хозяин Малфой, поэтому Добби не хочет быть свободным эльфом!" Несмотря на тяжелую ситуацию, Гарри не мог не улыбнуться домашнему эльфу. Он сделал паузу; его мысли снова обратились к чему-то, что он недавно осознал. Инцидент с Кричером и пещерой, заполненной Инфери, открыл глаза. Домовые эльфы могли путешествовать в места, которые были недоступны для большинства ведьм и волшебников из-за защитных чар, которые не позволяли указанным волшебникам войти. Если судить по Волдеморту, его последователям, они наверняка недооценили силу магии Эльфов. Это может оказаться полезным. — Добби, я счастлив, что ты мой эльф, — медленно сказал Гарри. «Но я хочу кое-что узнать. Ты можешь аппарировать меня вместе с тобой, как ты это делаешь сам? Ты можешь прокрасться в разные места, даже если они защищены сотрудниками Министерства?» Добби на мгновение задумался и медленно кивнул. — Добби думает да, Хозяин Гарри. Но Добби никогда раньше не пытался ходить в другие дома. «Скажи мне кое-что ещё... Винки все еще свободна? Есть ли другие свободные эльфы, о которых ты знаешь? Ты можешь найти моего эльфа, Кричера, и посмотреть, не следят ли за ним Пожиратели Смерти?» ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Прошло почти две недели с тех пор, как они расстались с Гарри. Рон и Гермиона чувствовали себя несчастными, сидя в гостиной коттеджа «Ракушка». Билл и Флер были достаточно любезны, чтобы позволить им остаться на некоторое время. Их мысли все еще были заняты своим другом и тем, что могло с ним случиться. Ходили возмутительные слухи, и пара не знала, что делать. Рон возился с радио, когда они внезапно услышали голос. «...приносим свои извинения за наше временное отсутствие в эфире, которое было вызвано многочисленными визитами на дом в нашем районе этими очаровательными Пожирателями Смерти». "Это Ли Джордан!" — выдохнула Гермиона. "— мой печальный долг сообщить вам о гибели Теда Тонкса и Дирка Крессуэлла вместе с гоблином по имени Горнук. Считается, что Дин Томас, их попутчик, сбежал со вторым неизвестным гоблином, но подтверждений этого еще нет. К сожалению, я должен также сообщить о смерти Андромеды Тонкс, жены покойного Теда Тонкса. Известно, что её пытала её старшая сестра Беллатрикс Лестрейндж, прежде чем убить, но источник из Ордена Феникса рассказал мне, что она храбро сражалась перед смертью». Передача "Potterwatch" продолжалась, но они не сообщали о появлении Гарри Поттера. "Но есть и хорошие новости, слушатели; мы получили сообщения о том, что дюжина егерей во главе с Фенриром Грейбеком были убиты недалеко от Дувра. Нам не удалось выяснить, кто начал контрнаступление против нового режима, но мы все можем наконец отпраздновать смерть печально известного оборотня и Пожирателя Смерти. Егерей не пощадили, и многие из них были убиты довольно жестоко. В полученных нами отчетах говорилось, что они стали жертвами темных режущих проклятий, проклятий, Кипящих в крови, и проклятий, Разжижающих органы. Кто бы ни был ответственен за это, я благодарю вас от всего сердца". «До следующего раза, слушатели, пароль для следующей передачи — «Лили» . Будьте осторожны, будьте бдительны, и пусть Мерлин оберегает вас». Мятежные ведьмы и волшебники по всей стране разинули рты, когда услышали, что кто-то занял твердую позицию и убил Фенрира Грейбека, международного преступника и печально известного оборотня. «Кто мог это сделать?» — прошептала Гермиона. «Даже Биллу не удалось победить Сивого во время нападения на Хогвартс. Кто...» — Понятия не имею, но это, должно быть, Пожиратель Смерти, — мрачно сказал Рон. «Ты можете себе представить, чтобы кто-то использовал такие проклятия? Только эти чертовы слизеринцы изучают такие заклинания». Гермиона была слишком рассеяна, чтобы как следует выслушать его или упрекнуть в бессмысленности его теории. Пожиратель смерти не стал бы убивать одного из союзников Волдеморта. Но если Рон был прав... она сглотнула от страха. Гермиона надеялась, что Гарри в безопасности и никогда не встретится с тем, кто убил Сивого. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Гарри скривился от боли, пока Винки лечила раны на его теле. Позвать Добби было лучшим решением, которое он принял во время поисков. Бывший эльф Малфоя связался с несколькими своими товарищами, которые были в том же затруднительном положении, что и он, и теперь Гарри был гордым хозяином двадцати очень счастливых домовых эльфов. Конечно, многие из пришедших к нему эльфов были ужасного вида и весьма нездоровы. Но когда они соединились, Гарри увидел, что его магия действительно укрепила их. Он отправил всех, кроме Винки и Кричера, на секретные миссии по сбору информации о внешнем мире, в чем он отчаянно нуждался, чтобы приступить к задаче по уничтожению Волдеморта. Однако всего через неделю своей одиночной миссии он обнаружил группу егерей, расположившихся лагерем рядом с тем местом, где Гарри поставил палатку, пьющих и громко смеющихся, празднующих убийство маглорожденного и гоблина. Не желая упускать такую ​​прекрасную возможность, особенно после того, как он узнал Фенрира Сивого, Гарри напал на них, вовсю используя проклятие Сектумсемпра, а также пару смертоносных заклинаний, которые он нашел в книге, подаренной ему Кричером, которая когда-то принадлежала Регулусу Блеку. Гарри не остался невредимым, но риск оказался оправданным. Элемент неожиданности определенно сработал в его пользу, так как вся группа егерей была убита. Что еще более важно, главный оборотень Волдеморта был мертв. Садистский зверь больше не будет заражать детей, и, надеюсь, это помешает некоторым планам Темного Лорда относительно использования оборотней, чтобы держать волшебное население под контролем. Даже если бы это было не так, это, по крайней мере, послало бы сообщение Волдеморту и Пожирателям Смерти, что действительно есть те, кто сопротивляется их тираническому правлению. Он и эльфы немедленно переместились и разбили лагерь в другом месте. «Хозяин скоро поправится», — улыбнулась Винки. Связь сотворила чудеса для эльфа. Гарри был рад за нее, хотя и знал, что Гермиона придет в ярость, если узнает. Однако он не мог заставить себя озаботиться о том, что подумает его лучшая подруга. Они были в состоянии войны, и ему нужно было любое преимущество, которое он мог получить, и домашние эльфы были готовы помочь ему. Рациональная сторона его знала, что он не может винить Гермиону за то, что она бросила его, потому что она, очевидно, случайно аппарировала с Роном, пытаясь остановить его, но прошлогодняя горечь все еще оставалась. Она весь год преследовала его после этой дурацкой книги по Зельям, ведя себя так, как будто он был ниже ее, и ни разу не выслушала его беспокойства по поводу Драко Малфоя. Это привело к смерти Альбуса Дамблдора. Его шрам покалывало. Мир завращался... Гарри почувствовал тошноту, и, прежде чем он успел к этому подготовиться, боль от шрама захлестнула все остальные чувства. Внезапно он навис над дрожащей фигурой, которая осмелилась сообщить ему эту новость. "Что ты сказал?" — сердито прошипел он. — М-мой Лорд, мы не знаем кто, — в страхе запищал Пожиратель Смерти. «Э-они убили Грейбека и…» С криком ярости знакомая вспышка зеленого света ударила в ничего не подозревающего Питера Петтигрю, заставив его упасть на землю замертво. Кто посмел убить Грейбека? Он думал, что подавил всю оппозицию, но, видимо, ошибался. Грейбэк был важен; он был лидером оборотней, которые служили под его командованием. Ему придется поговорить с этими грязными тварями и добиться их сотрудничества. Несколько смертей побудили бы собак узнать, кто их настоящий хозяин. Если они не захотят сотрудничать, он уничтожит их всех. Он пнул труп Червехвоста, выходя из тронного зала. Гарри задыхался, когда сел, его лицо было белым, как полотно. Он даже не мог заставить себя улыбнуться смерти Петтигрю, боль от шрама почти ослепила его. — Хозяин Гарри, что случилось? — обеспокоенно спросила Винки. — Я в порядке, Винки, — прохрипел Гарри. "Шрам." Бывшая эльфийка семьи Крауч щелкнула пальцами по шраму, накладывая чары обнаружения. Она испуганно задыхалась. «Винки улавливает темную магию в шраме, Хозяин Гарри! Он пахнет Тем-Кого-Нельзя-Называть!» Гарри нахмурился. Это был первый раз, когда кто-то просканировал шрам. Его хмурый взгляд усилился. Собственно, почему он никогда раньше ни с кем не советовался по поводу шрама? Неужели целитель ничего не может с этим поделать? Почему Дамблдор ничего не сделал? Разве не было широко признано, что он был самым знающим волшебником в нескольких поколениях? Конечно, связь между ним и Волдемортом могла быть разорвана много лет назад, верно? «Винки, какой именно у меня шрам? Можешь мне сказать?» — с любопытством спросил Гарри. Винки прошептала свои выводы Кричеру, который был старше и опытнее ее. Эльф семьи Блэк применил собственные заклинания, чтобы узнать больше. Через несколько минут глаза Кричера расширились от шока. «Хозяин, в вашем шраме та же магическая подпись, что и в медальоне хозяина Регулуса». Лицо Гарри быстро побледнело. Нет, этого не может быть. Это было невозможно. — Кричер, ты абсолютно уверен? — прошептал он, его голос сорвался. — Да, хозяин. Кричер распознал магию, поскольку много лет пытался ее разрушить. Его шрам был хоркруксом. Гарри схватился за голову и потянул его за волосы. Наконец-то все встало на свои места. Это была причина того, что его никогда не обучали. По этой причине Дамблдор всегда давал ему тесты в конце каждого года. Это была причина существования пророчества. «Ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой» Ему никогда не было суждено выжить. Дамблдор хотел, чтобы он умер. Это было так просто. Волдеморта нельзя было убить, пока Гарри был жив, что делало его единственным человеком, способным убить Темного Лорда. «И один из них должен погибнуть от руки другого» Всё именно так. После его смерти пророчество исполнится. После его смерти любой мог убить Волдеморта, не вмешиваясь в судьбу. Был ли это план Дамблдора с самого начала? Не поэтому ли он столкнулся с таким количеством проблем во время учебы в Хогвартсе, а Дамблдор так и не помог ему? Слезы навернулись на его глаза, когда он понял, что уготовила ему судьба. Он сделал глубокий, прерывистый вдох и тихо заплакал в руки, которые держал у лица. Он весь дрожал. Как давно Дамблдор знал, что в его шраме находится часть души Волдеморта? — Ты можешь говорить на языке змей, Гарри, — ответил Дамблдор спокойно, — потому что на нём говорит Волдеморт — единственный оставшийся потомок Салазара Слизерина. Если не ошибаюсь, он нечаянно вложил в тебя часть своей силы — в ту ночь, когда наградил этим шрамом. Уверен, сам он этого не хотел. Дамблдор, должно быть, догадался, что в шраме было нечто большее, когда Гарри открыл миру, что он змееуст. Гарри сжал кулаки. Старый маг знал или, по крайней мере, подозревал, что шрам был крестражем, когда Гарри был двенадцатилетним мальчиком. Почему он ничего не сделал? Почему Дамблдор молчал все это время? Опять же, как сказать двенадцатилетнему подростку, что он должен был умереть, чтобы победить убийцу своих родителей? Гарри глубоко вздохнул. Его шрам был хоркруксом. Это был факт, и он ничего не мог с этим поделать, пока не встретится с Волдемортом в последний раз. Если к тому времени он сможет уничтожить все хоркруксы, а его шрам будет последним, то Волан-де-Морт станет смертным, как только убьет Гарри. Пророчество тоже сбудется — один из них должен умереть от руки другого — и если кому-то удастся убить Темного Лорда после смерти Гарри, это действительно станет его концом. Помня об этом, проглотив глубокое страдание, гнев и предательство, которые он чувствовал по отношению к Дамблдору, он приступил к работе. Ему нужно было найти следующий хоркрукс. Гарри нарисовал схему того, где могут быть хоркруксы. Кольцо хранилось в старом доме Гонтов; медальон был в пещере, где Том Риддл мучил тех сирот, показывая им свое превосходство; дневник был передан его верному последователю, Люциусу Малфою... Его глаза сузились. Почему Люциусу? Разве не было кого-то, кому Волдеморт доверял больше, чем Люциус? Беллатриса объявила ему, что она самая верная последовательница Темного Лорда, поэтому была вероятность, что он доверил бы свой ценный хоркрукс своему самому преданному слуге. Но где он могло быть спрятан? Ответ был очевиден — Хогвартс. Горечь нахлынула на Гарри, когда он вспомнил разглагольствования Рона и снисходительные комментарии Гермионы за последние несколько месяцев, когда он затронул эту самую тему. — Я всё ещё думаю, что он спрятал его в Хогвартсе. — Но Дамблдор нашел бы его, Гарри! — Если и было место, которое было действительно важно для Сами-Знаете-Кого, так это Хогвартс! "Ой, да ладно! В школе?!" «Да, в школе! Это был его первый настоящий дом, место, которое доказало, что он особенный; оно значило для него все, и даже после того, как он выпустился...» — Мы ведь говорим о Сами-Знаете-Ком, верно? Не о тебе? Никто из них не понимал Волдеморта так, как он, потому что он знал, что, должно быть, чувствовал Том Риддл, сбежавший из приюта и нашедший утешение в волшебном мире. Место, где он больше не был уродом, место, которое он наконец мог назвать домом – Хогвартс. В Хогвартсе был хоркрукс, Гарри был в этом уверен. Но были еще кусочки головоломки, которые не складывались полностью. Не хватало двух хоркруксов — чаши Хаффлпаффа и артефакта, принадлежавшего либо Годрику Гриффиндору, либо Ровене Рейвенкло. Значит, было два тайника. Какое место в Волшебной Британии было достаточно безопасным для Волдеморта, кроме Хогвартса, для хранения его хоркруксов? Место, имеющее какое-то отношение к Беллатрикс Лестрейндж; тайное логово в ее доме, подземное хранилище или – Гарри втянул воздух. Подземный склеп... Что Хагрид сказал о Гринготтсе? — Было бы безумием пытаться ограбить его. Самое безопасное место, кроме Хогвартса. «Кричер, пожалуйста, принеси мне лист пергамента, чернила и перо». ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Повелитель Рагнок находился в своем кабинете, анализируя доходность инвестиций крупнейших клиентов банка. Война нанесла ущерб в худшую сторону. Когда до его ушей дошли новости о том, что лорд Волдеморт снова воскрес, он надеялся, что идиоты-волшебники из Министерства магии скоро избавятся от своего Темного Лорда, но этому не суждено было сбыться. Гоблины заняли нейтральную позицию, чтобы не вмешиваться. В конце концов, это была война волшебников. Они не были заинтересованы в том, кто победит, но это не означало, что они не хотели бы избавиться от Темного Лорда и позволить бизнесу вернуться в нормальное русло. Экономика Волшебной Британии находилась в состоянии рецессии. Безмозглые Пожиратели Смерти не осознавали, насколько сильно их насилие может повлиять на их бизнес. Большинство из них инвестировали во внутренний рынок, и их финансовая отдача быстро падала. Конечно, черный рынок процветал, но покончить с этим можно было только через министерство. Гринготтс ничего не мог с этим поделать. По крайней мере, некоторые из их более разумных клиентов прислушались к разумному совету и инвестировали за границей. Волшебная Британия была почти закрыта для остального мира. Все знали, что министерство скомпрометировано, но даже I.C.W. не желала вмешиваться. Им всем надоело высокомерие британского министерства. Из-за своего напыщенного поведения и демонстрации собственной важности Корнелиус Фадж и его лакея Долорес Амбридж были полностью разрушены все дипломатические отношения со всеми волшебными странами мира. Зная, что война может распространиться, непосредственные соседи Волшебной Британии, а именно Франция, Германия и Испания, увеличили численность своих сил авроров и сотрудников магических правоохранительных органов в патрулировании. Они также укрепили магическую сенсорную сеть вокруг своих границ. Вот почему, размышлял Рагнок, Пожиратели Смерти не отправились за границу, чтобы захватить власть. Их убьют, и они это знали. Он также сомневался, что Волдеморт пойдёт войной в Европу, прежде чем убьёт Гарри Поттера и подавит все восстания в стране. Рагнок с отвращением покачал головой. Единственная причина, по которой Гринготтс все еще стоял, заключалась в том, что гоблины регулировали экономику на международном уровне. Гоблины были выдающимися банкирами, а их подопечные были таковы, что воровство было практически невозможно. Темный Лорд знал, что он не может враждовать с гоблинами, не рискуя полной экономической остановкой. Поэтому он оставил Гринготтс в покое. Это еще не означало, что Волдеморт не пытался захватить банк. Несколько волшебников охраняли вход и мраморный зал, следя за тем, чтобы их цели не могли проникнуть внутрь. *Щелчок* Подняв свой меч с удивительной для его возраста скоростью, Повелитель Британской Нации Гоблинов занял наступательную позицию, только чтобы нахмуриться, увидев, что это был очень знакомый домовой эльф. Домовой эльф, которого он не видел много лет. — Чего ты хочешь, эльф? — рявкнул Рагнок. Ни один домовой эльф, кроме тех, кто зарегистрирован в Гринготтсе, не мог проникнуть через обереги, и Люциус Малфой давным-давно дал этому существу доступ, чтобы войти в Гринготтс по приказу своего хозяина и вести дела с гоблинами, которые, по его мнению, были слишком незначительными для него что бы сделать их лично. «Чего Люциусу Малфою нужно на этот раз и почему он тратит мое время?» Эльф в страхе подпрыгнул на ногах и запищал: «Добби сожалеет, господин гоблин, сэр, но Добби был освобожден плохим хозяином Малфоем, и он больше не эльф Малфоя. Теперь Добби служит великому Гарри Поттеру. Хозяин Гарри есть письмо для вас». Рагнок был удивлен. Гарри Поттер написал ему? Он хотел поговорить с мальчиком после смерти его крестного отца, но вмешался Альбус Дамблдор, выступавший в роли опекуна Поттера. Он ожидал, что волшебник придет в Гринготтс на свой семнадцатый день рождения, чтобы потребовать свое родовое имение, которое стало доступно ему, когда он достиг совершеннолетия, и ускорить дела, но, учитывая то, что произошло на следующий день, он не удивился тому, что Потомок Поттера не появился. — Отдай его мне, — приказал Рагнок. Он открыл конверт и развернул письмо. Главе банка Гринготтс, Лондон. Сэр, Меня зовут Гарри Поттер, и я клиент вашего банка. Прошу прощения за то, что связался с вами таким способом, так как при новом режиме я нахожусь в розыске. К сожалению, у меня нет выбора, так как я очень нуждаюсь в вашей помощи. Я понимаю, что Гринготтс решил оставаться нейтральным в этом конфликте, и поэтому я прошу вас позволить мне поговорить с вами лицом к лицу, поскольку это вопрос большой важности. Я искренне надеюсь, что ваш нейтралитет распространяется и на мой визит, поскольку я не хочу, чтобы Министерство Магии или Лорд Волдеморт знали, что я хочу добиться встречи с вами в Гринготтсе. Пожалуйста, рассмотрите мою просьбу. С уважением, Гарри Поттер Рагнок сузил глаза. Что могло быть настолько важным, что Гарри Поттер хотел поговорить с ним лично, особенно в такие опасные времена? Было ли это связано с финансовыми вопросами или чем-то еще? «Эльф, скажи своему хозяину, чтобы он пришел сегодня вечером в банк», — приказал он. «Приведите его с помощью Эльфийской аппарации. Я прослежу, чтобы обереги вокруг моего офиса были сняты ровно в полночь. Он должен прийти один, и никакие другие ведьмы или волшебники не могут его сопровождать. Ясно?» «Да, господин Гоблин, сэр», — ответил Добби, серьезно кивнув, прежде чем исчезнуть с громким треском. Рагнок щелкнул пальцами, когда сработали различные защитные чары, запрещающие кому-либо еще доступ в его кабинет. Он должен был подготовиться к встрече. Никто не должен был знать, что сюда едет самый разыскиваемый человек в стране, даже другие гоблины. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Всего через несколько секунд после полуночи раздался щёлчёк, и посреди офиса появились эльф и человек. Волшебник лихорадочно огляделся, убеждаясь, что это не ловушка. Он немного успокоился, но его плечи все еще были напряжены. — Добро пожаловать, мистер Поттер, — объявил Рагнок, внимательно наблюдая за стоящим перед ним подростком. Мальчик выглядел довольно изможденным. «Подтвердите свою личность, прежде чем мы начнем нашу встречу. Вашей крови должно быть достаточно». Гарри устало посмотрел на камень перед собой. Он взял маленький нож, лежавший на столе, и провел на ладони тонкую полоску, позволив нескольким каплям крови упасть на камень. Камень засиял золотым цветом, и Рагнок удовлетворенно кивнул. Добби щелкнул пальцами, мгновенно заживив порез, прежде чем аппарировать. — Что я могу сделать для вас, мистер Поттер? — Я безмерно благодарю вас за то, что позволили мне прийти сюда, сэр, — с благодарностью сказал Гарри. «Я не хочу тратить ваше время, поэтому перейду сразу к делу». Он подождал, пока Рагнок кивнет, и глубоко вздохнул. "Директор..." «Меня зовут Рагнок, мистер Поттер, — спокойно сказал гоблин, — и я Повелитель британской нации гоблинов. У меня нет другого титула». Покраснев от смущения, Гарри продолжил. «Прошу прощения, повелитель Рагнок. Что касается того, почему я здесь, я хотел бы начать с того, что последние несколько месяцев я не прятался без дела. — он сделал паузу, вспомнив, как один из эльфов предупреждал его о Табу, и поправил себя, — я занимался уничтожением Реддла. Видите ли... — Кто такой «Реддл», мистер Поттер? — перебил Рагнок, хмуро глядя на мальчика. Он никогда раньше не слышал этого имени. Гарри тонко улыбнулся. «Том Марволо Реддл, внебрачный сын Дома Гонтов, является нынешним Темным Лордом, который в настоящее время жаждет моей крови». "Гонт?" — воскликнул Рагнок, откинув голову назад и громко рассмеявшись; звук был весьма нервирующим. «Неудивительно, что он изменил свое имя. Гонты были самой отвратительной и подвергаемой остракизму семьей в стране. Они утверждали, что являются потомками Салазара Слизерина, но обанкротились много веков назад. нищеброды». Гарри кивнул, надеясь, что поступает правильно, доверяя гоблинам. «В любом случае, я здесь, потому что есть предметы, созданные Реддлом, которые позволили ему обмануть смерть. Я пытаюсь найти эти устройства, чтобы уничтожить их до того, как Риддл поймет, что я это делаю». "Предметы для обеспечения бессмертия?" — прорычал Рагнок. «Этот бесполезный, трусливый волшебник! Он хоть понимает, что натворил?» Гарри сглотнул. Приняв гнев гоблина за хороший знак, он продолжил. «Надеюсь, мы на одной волне, Рагнок. Да, я говорю о хоркруксах». Кулак Рагнока сжался. — Откуда ты знаешь об этом? — подозрительно спросил он. — Сомневаюсь, что Темный Лорд сказал бы тебе. — Конечно нет, — выдохнул он. «Альбус Дамблдор понял это и рассказал мне. Я здесь потому, что считаю, что один из них может быть в вашем банке». Выражение лица Рагнока было грозовым. Хоркрукс был тем, что в принципе ненавидели все магические расы, включая волшебников и гоблинов. Душа была священна, и все считали ее чистой магией, и быть оскверненной таким образом было самым кощунственным поступком, который когда-либо мог сделать маг. Это было оскорблением самой Матери Магии! Ненависть и отвращение Рагнока к Волдеморту возросли до нового уровня. «Мистер Поттер, надеюсь, вы понимаете, какое опасное заявление вы только что сделали. Крайне незаконно проносить такую мерзкую вещь на территорию гоблинов, не говоря уже о том, чтобы хранить его в одном из наших хранилищ!» Гарри сглотнул. Он никогда не общался с гоблинами, за исключением нескольких случаев в первые годы учебы в Хогвартсе, когда ему приходилось брать деньги из своего хранилища. «История магии» совершенно бесполезна в том, чтобы давать инструкции, как вести себя с разгневанным гоблином. "Я прошу прощения, Рагнок, но разве Гринготтс не самое безопасное место для хранения бесценного артефакта? Вполне логично, что Риддл хранил его в хранилище одного из своих самых доверенных Пожирателей Смерти. Возможно, я ошибаюсь, но у меня есть сильное подозрение, что я прав. Если он здесь есть, пожалуйста, позвольте мне уничтожить его. Я не ищу материальной выгоды, Рагнок, пожалуйста, поверь мне. Я здесь исключительно для того, чтобы уничтожить Хоркрукс. У меня нет будущего. В конце концов он убьет меня, но все, что я пытаюсь сделать, это забрать его с собой. Если я смогу справиться с этим, когда он убьет меня, это убьет и его тоже". Рагнок задумчиво посмотрел на мальчика. По правде говоря, их сканирующие устройства должны были обнаружить что-то вроде хоркрукса, но он знал, что гоблина могли заставить или даже подкупить, чтобы он хранил хоркрукс в хранилище во время последней войны. Гарри Поттер также казался необычайно уверенным в том, что он скоро умрет; было что-то странное в его тоне. — Почему вы говорите, что умрете, мистер Поттер? — с любопытством спросил Рагнок. Гарри глубоко вздохнул. «Я могу ответить на этот вопрос только для того, чтобы утолить ваше любопытство, потому что мне ничем не помочь. Но, пожалуйста, не могли бы вы помочь мне достать хоркрукс, если он действительно находится в хранилище Беллатрикс Лестрейндж? У меня есть предчувствие, что он здесь. Я не могу это объяснить. Я просто знаю, что это здесь». Рагнок задумался на минуту. Беллатриса Лестрейндж никогда не приходила в Гринготтс, чтобы забрать галеоны или обсудить финансовые дела своей семьи; она презирала гоблинов. Если бы в ее хранилище был хоркрукс, они могли бы заменить его, и Беллатрикс ничего не знала бы об этом. Однако, если бы обмен был когда-либо обнаружен, особенно учитывая тот факт, что рассматриваемым объектом был хоркрукс Темного Лорда, это могло означать войну между гоблинами и Лордом Волдемортом. Как их повелитель, он не мог без необходимости рисковать жизнями гоблинов. Но, учитывая ситуацию, в которой оказалась Волшебная Британия, стоило ли помогать мальчику? — Пожалуйста, Рагнок, — взмолился Гарри. «Тысячи людей погибли из-за него. Тысячи магглорожденных были отправлены в лагеря, где их пытают и убивают. Я знаю, что двое ваших сотрудников, Грипхук и Горнук, сбежали. Пожалуйста, Рагнок. Помогите мне. Я заплачу компенсацию за это. В моем хранилище не так уж много денег по сравнению с такими людьми, как Малфой, но вы можете получить их. Мне это больше не нужно. Я почти не потратил денег, так что Гринготтс может взять это как вознаграждение за оказанные услуги. Пожалуйста, я вас умоляю!" — Успокойтесь, юноша, — мягко сказал Рагнок. «Я помогу вам. Но вы ошибаетесь, утверждая, что в вашем хранилище недостаточно денег. На данный момент вы наш самый крупный клиент». "Что простите?" — воскликнул Гарри. — Как я могу быть твоим самым крупным клиентом? У меня есть только небольшое хранилище. Конечно, в нем много денег по сравнению с Уизли, но... Рагнок громко рассмеялся. "Уизли? Пожалуйста, мистер Поттер. Не сравнивай себя с Уизли. Хранилище, о котором вы говорите, - это ваше личное хранилище, созданное вашим отцом, когда вы родились, и содержащее пятьдесят тысяч галеонов. Оно было открыто для покупок к школе и других целей, пока вы не достигнете совершеннолетия, после чего вы станете главой семьи Поттеров и получите доступ к семейному хранилищу, инвестициям и различным земельным владениям." "Что?" Гарри слабо прохрипел. Прочитав об истории своей семьи в библиотеке Хогвартса, Гарри понял, что Поттеры были очень древней семьей и одной из немногих, сохранившихся со времен короля Артура и Мерлина более полутора тысяч лет назад. Только по этой причине нескольким избранным семьям, таким как его, было предоставлено наследственное место в Визенгамоте, в то время как большинство членов руководящего органа продолжали избираться народом или состояли из глав министерств и кавалеров орденов. Каждый действующий член Визенгамота, унаследовал ли он место или был избран, был известен как «лорд» или «леди». Гарри никогда не беспокоился об этом до сих пор, в основном потому, что он ничего не мог сделать, пока не закончит школу, но никогда если бы он понял, что его семейное состояние было больше, чем его личное хранилище. В этом не было никакой причины, поскольку он знал, что такие семьи, как Эбботы, которые тоже были очень пожилыми, принадлежали к среднему классу. Мысль о том, что у него могло бы быть больше денег, кроме своего маленького хранилища, даже не приходила ему в голову! Рагнок поморщился. "Я хотел встретиться с вами с тех пор, как умер ваш крестный, Сириус Блэк. К сожалению, ваш опекун, Альбус Дамблдор, ограничил любые контакты с вами. Нам нужно обсудить несколько вопросов. Но сначала я проверю, действительно ли в хранилище мадам Лестрейндж находится Крестраж." — Это должна быть чаша Хельги Хаффлпафф, — услужливо сказал Гарри, — или что-то, принадлежащее Ровене Рейвенкло. Рагнок сделал паузу и кивнул. Он щелкнул пальцами, и на столе тут же появилась еда. — Ешьте, мистер Поттер. Я вернусь через несколько минут. Мне не потребуется много времени, чтобы проверить ваше утверждение. Вскоре гоблин ушел, оставив Гарри в одиночестве. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Двадцать минут спустя Рагнок кипел, возвращаясь в свой кабинет. — Вы были правы, мистер Поттер, — выплюнул он. «Мерзкая женщина принесла эту заразу в наш банк. Если вы действительно остановите войну, ее хранилище будет конфисковано, потому что она нарушила условия контракта, регулирующего работу банка Гринготтс и его клиентов». Гарри выдохнул с облегчением. "Однако не все хорошие новости. Как клиент нашего банка, имеющий доступ к одному из наших старейших и хорошо защищенных хранилищ, вы должны понимать, что мы серьезно относимся к нашей защите. Помимо всего прочего, хранилища охраняются очень сложными и замысловато выполненными оберегами крови. Гоблины не могут забрать сокровища внутри из-за наших клятв. Таково было соглашение, заключенное нашими предками с Международной конфедерацией волшебников. Гоблины через Гринготтс будут управлять валютой и экономикой международного магического мира, а взамен больше не будет конфликтов между волшебниками и гоблинами. Именно по этой причине Гринготтс пользуется таким высоким доверием и, как известно, непроницаем. Нас не могут купить ведьмы и волшебники, которые хотят украсть сокровища наших клиентов. При этом вы не сможете войти в хранилище, потому что вы не Лестрейндж по крови или браку, и из-за наших клятв ни один гоблин не сможет вам помочь." Голова Гарри опустилась, когда он закрыл глаза. Как раз тогда, когда он думал, что добился успеха... «Но есть кое-что, что может помочь вам преодолеть эту проблему». Гарри открыл глаза и увидел ухмыляющегося пожилого гоблина. «Вы должны помнить, что мадам Лестрейндж — Блек по происхождению. Дом Блеков был параноидальной группой и никогда не относился любезно к тому, кто запятнал их имя. Вот почему они всегда включали подпункты в контракты о помолвке. чтобы они могли заставить своих родственников платить, если с членом их семьи случится что-то нежелательное». Гарри нахмурился. — И чем это нам поможет? «Вот тут и появляется ваш покойный крестный отец», — сказал он. Он щелкнул пальцами, и появился большой цилиндр, в котором, как догадался Гарри, была кровь. Он был довольно большим, и Гарри был уверен, что в нем хранится не менее трех литров крови. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП — С-Сириус хотел меня усыновить? — Да, — ответил Рагнок. «Поскольку он никогда не был судим, мы не видели причин, чтобы закрыть ему доступ к нашему банку. Он пришел к нам в апреле прошлого года, чтобы обновить свое завещание. Он также сдал нам свою кровь на случай, если он умрет до процедуры. Кроме того, учитывая то, что произошло. Видите ли, хотя в вас есть Блековская кровь, которую вы унаследовали от своей бабушки, Дореи, следующим человеком, которому должны были достаться титул и состояние, был Драко Малфой. Малфои не могут получить доступ к хранилищам, к их большому раздражению. Ситуация очень сложная из-за природы таких магических завещаний и контрактов. — Но это законно? — спросил Гарри, вспомнив Гермиону, всего год назад сказавшую ему, что кровавые ритуалы считаются темной магией. «Мне сказали, что кровавые ритуалы незаконны». – усмехнулся Рагнок. «Тот, кто сказал это, очевидно, не знает основной системы того, как устроен волшебный мир. Всё работает через кровь. Сама магия течет через кровь. "Если бы Министерство запретило все кровавые ритуалы, все население поднялось бы с оружием в руках. Это не мир маглов, мистер Поттер. Кровь является священной для всех магических видов. Да, есть темные ритуалы, которые незаконны, но не ритуал усыновления. В последнее время это не часто проводится, но очень принято в обществе. Из-за характера ритуала такое усыновление означает, что вы, по сути, ребенок, рожденный вашими приемными родителями». «Но как усыновление поможет мне?» Рагнок усмехнулся, обнажив острые зубы. «После того, как вас усыновят , вы можете изгнать Беллатрису Лестрейндж из семьи Блэков и заклеймить ее как предателя крови. Это активирует подраздел 12, пункт б, ее контракта о помолвке. Затем вы можете получить от нее приданое с процентами. не уточняйте, что сумма должна быть выплачена только через галеоны, я уверен, что кубок Хаффлпаффа может быть включен в транзакцию». Поза Гарри наконец расслабилась, и он тяжело выдохнул. «Итак, теперь, когда проблема хоркрукса решена, объясните мне, почему вы думаете, что не переживете войну?» Гарри закусил губу, размышляя над тем, как ответить на вопрос. Он глубоко вздохнул и сказал: «Я полагаю, что шрам на моем лбу содержит один из хоркруксов Реддла». Рагнок молчал. — Это усложняет дело, — наконец пробормотал он себе под нос. «Поскольку я все равно должен умереть…» — Не обязательно, — прервал его Рагнок, застав Гарри врасплох. «Мы сталкивались с хоркруксами раньше в Греции и Египте при поиске сокровищ. У нас есть древний гоблинский ритуал, который уничтожает хоркрукс, оставляя предмет невредимым, но он никогда не проводился на живом существе». Сердце Гарри пропустило удар. Был ли способ сделать это? «Что включает в себя ритуал?» «Этот ритуал, идентифицирует компонент души и стирает его. Но поскольку в вашем теле две души, начальные этапы нужно выполнять очень осторожно, и нет никакой гарантии, что вы выживете. уверен, что это будет болезненно. Иногда может потребоваться несколько дней, чтобы извлечь часть души, если она прикреплена слишком долго». «Можно ли провести ритуал до усыновления кровью?» — с надеждой спросил Гарри. «Я хочу попробовать, Рагнок. Я готов заплатить любую денежную компенсацию, которая потребуется». Рагнок одобрительно кивнул. Мальчик показал себя благородным. Помогая ему, стоило бы рискнуть. — Следуйте за мной, мистер Поттер, — сказал Рагнок. Он привел мальчика в большую ритуальную комнату. Примерно через пятнадцать минут вошли несколько очень старых гоблинов. — Мы не знаем, сколько времени это займет, мистер Поттер, — твердо сказал Рагнок. «Все это основано на вашей решимости одолеть часть души. Сосредоточьтесь на ее уничтожении, и это произойдет. Мы не можем вмешиваться, как только ритуал начнется». Гарри кивнул. Другие гоблины окружили его и объяснили, что нужно сделать. Гарри снял очки и всю одежду. Стараясь не скромничать, он шагнул внутрь ритуальной пентаграммы и лег на каменный пол. — Готов, — мягко сказал Гарри. Гоблины начали петь, двигаясь вокруг пентаграммы по кругу. Гарри почувствовал, как его шрам начинает покалывать. Оно раскалилось докрасна, и он начал ерзать, так как ощущение вскоре стало неудобным. Громкость скандирования увеличилась, и после десяти минут неудобных стонов Гарри закричал. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Волдеморт внезапно нахмурился посреди встречи со своими Пожирателями Смерти. Что-то было не так. Он схватился за голову и зашипел от боли. Белая горячая ярость вспыхнула, когда он направил свою палочку на ближайшего Пожирателя Смерти и прорычал: «Круцио!» Северус Снейп упал на пол и закричал до хрипоты. С еще одним проклятием Люциус Малфой закричал, но вскоре сам Волдеморт начал метаться, схватившись за голову. "ХОЗЯИН!" Беллатриса вскрикнула от беспокойства. — Снейп, сделай что-нибудь! — взвизгнула она, но директор Хогвартса был не в состоянии даже встать, так как дергался на земле от воздействия Круциатуса. На лицах Пожирателей смерти был написан ужас, когда они смотрели, как их Темный Лорд кричит в агонии посреди своего тронного зала в поместье Малфоев. Они не знали, что причиняло ему боль, но каждый из них знал, что они все заплатят за это, когда это наконец прекратится. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Гарри вздрогнул, когда пришел в сознание, тихий стон сорвался с его губ. Каждую часть его тела пронзила боль. Он открыл глаза и понял, где находится. Как только он поднялся на ноги, в комнату вошел Рагнок вместе с тремя другими гоблинами. — Рад видеть, что вы проснулись, мистер Поттер, — сказал Рагнок. "Как вы себя чувствуете?" — Х-хорошо, — прохрипел Гарри, но его горло обожгло, а голос стал хриплым. — С-сколько я здесь? — Шесть дней, — ответил второй гоблин. «Ваши голосовые связки сильно напряглись из-за постоянного крика, но это не то, что не могут исправить несколько зелий. Хорошая новость в том, что частица души была уничтожена, не убив вас в процессе». «Это удивительное открытие», — воскликнул другой гоблин. Это вызвало бурный спор между престарелыми гоблинами, но Гарри не обратил на них внимания. Он был поражен, обнаружив радикальные изменения, которые произошли после ритуала извлечения души. Во-первых, его зрение теперь было исправлено. Он прекрасно видел без очков. Неудивительно, что мадам Помфри не смогла вылечить его зрение! Может быть, это как-то связано с тем, что хоркрукс находился так близко к его глазам! Не обращая внимания на свою наготу, он осторожно поднялся на ноги и посмотрел на себя перед блестящей гранитной стеной. Шрам в форме молнии на его лбу больше не был заметен. Вместо того, чтобы быть красным и воспаленным, он выглядел как блеклая версия любого обычного шрама. Медленная улыбка появилась на губах Гарри, когда он сделал глубокий вдох. Ритуал, похоже, принес ему огромную пользу. Он чувствовал себя спокойным и довольным. Никогда прежде он не чувствовал себя таким свободным. Ощущения были просто непередаваемые! По прихоти Гарри закрыл глаза и попытался сосредоточить свои мысли, единственное умственное упражнение, которому Снейп научил его во время провальных уроков окклюменции. То, что произошло дальше, потрясло Гарри. Его воспоминания! Он мог просматривать свои воспоминания! Снейп сказал, что это может сделать только мастер окклюменции! Что произошло? Открыв один глаз, он проверил, не забыли ли его. Гоблины все еще обсуждали результат ритуала, включая Рагнока. Снова закрыв глаза, он углубился в свои мысли. Нити воспоминаний перед тем, как он потерял сознание, привлекли его внимание, образы вспыхнули перед его глазами. Что было удивительно, так это то, что это были не его воспоминания. Они принадлежали Волдеморту! Он снова проник в разум Темного Лорда, только на этот раз во время ритуала извлечения хоркрукса. Он помнил, как Волдеморт кричал в своем тронном зале, проклиная парочку своих Пожирателей Смерти. Гарри копнул глубже и нашел больше воспоминаний. Он действительно не понимал, как работает ритуал, но каким-то образом во время процесса извлечения хоркрукса, воспоминания самого хоркрукса остались в сознании Гарри! Что еще лучше, из-за наличия упомянутых воспоминаний ритуал создал форму окклюменционных щитов, чтобы отличить собственные воспоминания Гарри от воспоминаний Волдеморта! У него не было возможности узнать, были ли эти щиты уникальными или стандартными, которым Снейп пытался его научить. Но как бы то ни было, они были благом, так как он чувствовал себя довольным и более спокойным с самим собой, чем когда-либо прежде. Гарри открыл глаза и повернулся к гоблинам. Он был благодарен за то, что они сделали. Без помощи Рагнока он, скорее всего, пожертвовал бы своей жизнью, чтобы уничтожить хоркрукс в своем шраме, и если бы другие гоблины не выполнили опасный ритуал извлечения в совершенстве, он мог бы умереть или, что еще хуже, проснуться с двумя личностями внутри себя; возможно, это то, что хотели предотвратить уникальные щиты окклюменции, созданные в его разуме ритуалом. — Спасибо, — искренне сказал Гарри, обращаясь к группе гоблинов, повернувшихся к нему лицом. «Большое спасибо. Я компенсирую вам любую возможную компенсацию за то, что вы помогли мне пройти через это целым и невредимым. А что насчет усыновления кровью?» «Я думаю, что лучше сделать это немедленно», — ответил Рагнок. «Усыновление займет около двенадцати часов, поскольку кровь вашего приемного родителя сольется с вашей, по сути, сделав вас Блеком по рождению. Хорошо, что вы не хотите терять время. Давайте начнем». Гоблины, будучи эффективными существами, уже переоборудовали угол комнаты для этой процедуры, как только они были уверены, что Гарри выживет из ритуала извлечения хоркрукса. Гарри посмотрел на каменную ванну на земле и медленно опустился в нее. «Процесс слияния будет завершен сегодня вечером», — сказал Рагнок, когда другие гоблины наполнили ванну кровью Сириуса. Гарри пытался не проблеваться, когда запах крови достиг его ноздрей. Вместо этого он вспомнил, как много для него значил Сириус и как этот человек изо всех сил старался заботиться о Гарри. Его глаза наполнились слезами, когда он вспомнил некоторые сердечные моменты, которые он разделил со своим любимым крестным отцом. — Да... — неуверенно сказал Сириус. «Но я также — я не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь когда-нибудь — я твой крестный отец». — Я, конечно, пойму, если ты захочешь остаться со своими тетей и дядей, — быстро сказал Сириус. "Но... ну... подумай об этом. Как только мое имя будет очищено... если ты захочешь... другой дом..." «Конечно, я хочу уйти от Дурслей! У тебя есть дом? Когда я смогу переехать?» — взволнованно спросил Гарри. Изможденное лицо Сириуса расплылось в первой настоящей улыбке, которую Гарри увидел на нем. Разница, которую это имело, была поразительной, как будто человек на десять лет моложе просвечивал сквозь голодную маску; на мгновение в нем можно было узнать человека, который смеялся на свадьбе родителей Гарри. "Мы еще увидимся", - пообещал он, нежно обхватив ладонями лицо Гарри. "Ты действительно сын своего отца, Гарри. Я так горжусь тобой, и я уверен, что Джеймс и Лили тоже были бы горды". "Не обращай на меня внимания, как ты?" – спросил Сириус, обеспокоенно глядя на него глазами, полными беспокойства, глазами, которые еще не утратили того взгляда, которым их наградил Азкабан - этот мертвый, затравленный взгляд. "Спасибо", - с благодарностью сказал Сириус, хватая еду, садясь на пол пещеры и отрывая зубами большой кусок. "Я жил в основном за счет крыс. Я не могу украсть слишком много еды из Хогсмида; я бы привлек к себе внимание." — Сириус, что ты здесь делаешь? — Исполняю свой долг крестного отца, — ответил Сириус, по-собачьи обгладывая куриную кость. «Мне все равно... Я снова вздохну свободно, когда этот турнир закончится, а это не раньше июня». «Сириус, что, если я стану больше похож на Волдеморта? Что, если я стану таким же?» — воскликнул Гарри в панике, его нижняя губа дрожала. — Эй, — терпеливо сказал Сириус. «Я хочу, чтобы ты выслушал меня очень внимательно, Гарри. Ты не плохой человек. Ты очень хороший человек, с которым случались плохие вещи. Мир не разделен на Светлых и Тёмных, или хороших людей и Пожирателей Смерти. Важен путь, по которому ты идешь. Вот кто ты на самом деле». — Когда все это закончится, мы будем настоящей семьей, обещаю, — заверил Сириус, крепко обнимая своего крестника, и Гарри не мог не пролить несколько слез на плечо своего крестного. Думая о том, как сильно он любит Сириуса, Гарри потерял сознание. Руны, вырезанные на каменной ванне, активировались, когда начался процесс слияния. Медленно его голова исчезла в луже крови. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Было уже восемь вечера, когда Гарри проснулся. Он моргнул и с удивлением обнаружил, что боль, вызванная ритуалом извлечения хоркрукса, исчезла. Он осмотрел свое окружение и понял, что кровь вокруг него исчезла, оставив его обнаженное тело незапятнанным. Осторожно выйдя из ванны, он внимательно оглядел себя перед зеркалом, стоявшим на краю комнаты. Глаза Гарри расширились, когда он увидел изменения в своем теле, вызванные ритуалом усыновления. Он стал на несколько дюймов выше, достигнув более шести футов в высоту, и также немного поправился, позаботившись о любых долговременных последствиях недоедания, от которого он страдал на протяжении всей своей жизни благодаря Дурслям. Но наиболее заметными изменениями, помимо небольшого увеличения роста и массы тела, были черты его лица и волосы. Его умеренно длинные иссиня-черные волосы, когда-то представлявшие собой неопрятную копну, мягкими волнами элегантно спадали на лицо. Его скулы были выше и более выражены, а нос лучше пропорционален. Гарри по-прежнему выглядел как сын Джеймса и Лили Поттер, но некоторые черты его лица придавали ему сверхъестественное сходство с его покойным крестным отцом. Изменения были достаточно минимальными, чтобы люди могли, если не сразу, то все же узнать его, но никто не мог не заметить их. Изменения ни в коем случае не были незаметными. Он больше не походил на клона своего биологического отца Джеймса. Призвав свою одежду, он молча оделся, наложив на нее небольшое заклинание увеличения, и как только он был готов, в дверях появился Рагнок. — А, вы проснулись, мистер Поттер-Блэк, — сказал Рагнок, напугав Гарри тем, что обратился к нему, употребив имя «Блэк». «Вижу, ритуал сработал идеально, как я и предполагал. Следуйте за мной. У нас еще есть кое-какие незаконченные дела». Гарри молча последовал за гоблином и снова сел в знакомом кабинете. Рагнок поставил перед ним две маленькие коробочки и сказал: «Это перстни с печатками семей Поттеров и Блэков. Почти каждая семья в волшебном мире заказывает их для своих членов, потому что они не только могут быть зачарованы в соответствии со спецификациями, но и служат в определенной степени доказательством личности». — Я понимаю, — ответил Гарри. Он вспомнил, что Уизли тоже носили такие кольца, как и большинство чистокровных и полукровных студентов Хогвартса. «Как только вы их наденете, вы станете законным главой клана Поттер-Блэк, и как только вы заявите свои права на места в Визенгамоте, вы будете известны как Лорд Поттер-Блэк, Лорд древнейшего и благороднейшего клана Поттер-Блэк... Две семьи были объединены из-за того, что вы уже являетесь отпрыском Древнего Дома». Гарри кивнул. Сейчас действительно было не время обсуждать политику Визенгамота. Он задавался вопросом, существовали ли вообще законодательный и высший судебный орган Волшебной Британии; Волдеморт уже наверняка бы растворил его, верно? Когда он протянул руку к одной из маленьких коробочек с гербом Поттера, крышка расплавилась, обнажив большое кольцо с красным бриллиантом, лежащее на бархатной подушке, плавно закрепленное на золотой ленте. Подняв его, он надел кольцо на безымянный палец правой руки. Произошла вспышка света, и размер кольца изменился, чтобы идеально подойти ему. Он сделал то же самое и с черным кольцом, которое представляло собой кольцо с большим голубым бриллиантом на платиновой ленте, теперь на его левом безымянном пальце. — Очень хорошо, Лорд Поттер-Блэк, — сказал Рагнок. "Вы должны были получить знания о семейных владениях через кольца. Я знаю, что сейчас есть более важные дела, поэтому я скажу, что инвестиции Поттер и Блэк идут неплохо, и, согласно указаниям обоих ваших покойных отцов, они управляются компанией по управлению активами, которая контролируется и регулируется Гринготтс. Инвестиции в Волшебную Британию значительно сократились, но этого и следовало ожидать из-за нынешней ситуации, но иностранные инвестиции и земельные участки за рубежом дают доходность выше среднего". Гарри кивнул, но было ясно, что его мысли были в другом месте. — А как насчет хоркрукса, Рагнок? Рагнок вытащил папку с несколькими листами пергамента. «Вам понадобится причина, чтобы выгнать ее из семьи», — объяснил он. «Направьте палочку на контракт и произнесите эти слова». Гарри молча последовал инструкциям гоблина и начал. «Я, Гарри Джеймс Поттер-Блэк, Глава Древнейшего и Благороднейшего Клана Поттеров-Блэков, настоящим отрекаюсь от старшей дочери Сигнуса и Друэллы Блэк, Беллатрикс Лестрейндж, из семьи за связь с полукровным ублюдком, известным как Том Марволо Риддл.Она опозорила семью, убив моего отца и предыдущего Главу дома Сириуса Ориона Блэка. Она также предала свою кровь, убив свою сестру Андромеду Тонкс, и не отстаивала семейные идеалы. За это я изгоняю ее из клана Поттеров-Блэков!» Контракт о помолвке между Беллатрисой Блэк и Родольфусом Лестрейнджем на мгновение засветился, прежде чем стать черным как смоль. Дело было сделано. Рагнок пролаял инструкции другому гоблину, который кивнул и немедленно ушел. «Чаша скоро будет здесь», — сказал Рагнок. — Есть еще кое-кто, кого я тоже хочу изгнать, — сказал ему Гарри, его лицо потемнело от гнева. Взяв обручальный контракт с другой дочерью семьи, он направил на него свою палочку и продекламировал: «Я, Гарри Джеймс Поттер-Блэк, глава Древнейшего и Благороднейшего Клана Поттеров-Блэков, настоящим отрекаюсь от самой младшей дочери Сигнуса и Друэллы Блэк, Нарциссы Малфой и ее сына Драко, из семьи за связь с ублюдком-полукровкой, известным как Том Марволо Риддл, Они принесли позор семье за ​​зверства, которые они совершили, и за свои действия, они будут изгнаны из клана Поттеров-Блэков!» Произошла вспышка света, когда помолвка между Нарциссой Блэк и Люциусом Малфоем также стала черной. Рагнок кивнул. "Денежное содержание из хранилищ Лестрейнджей и Малфоев будет передано вам в соответствии с контрактом". - сказал он — Рагнок, пожалуйста, не переносите содержимое хранилища сразу, — поспешно сказал Гарри. «Насколько нам известно, они могут прийти в Гринготтс, чтобы взять деньги, и если они узнают об этом, это может подвергнуть вас риску. Я не хочу подвергать вас или кого-либо из гоблинов здесь, опасности, из-за моих действиях. Вы очень помогли мне, и я обещаю вам, что сделаю все возможное, чтобы выплатить долг, который я вам должен». Рагнок наблюдал за Гарри немигающими темными глазами. — Вы действительно странный мальчик, мистер Поттер-Блэк, — медленно сказал он. — Должен признаться, что я никогда в жизни не встречал такого волшебника, как ты. Подчиненный гоблин принес в комнату коробку, и Гарри тут же ощутил гнетущую тьму, исходящую от хоркрукса. — Не возражаешь, если я уничтожу его? — спросил Гарри. — Действуйте, — нахмурился Рагнок. «Но имейте в виду, что любая попытка причинить нам вред будет воспринята как акт войны». Гарри направил свою палочку на чашку, позволяя всей ненависти и гневу поглотить его, когда он прорычал: «Авада Кедавра! » Бледная струя зеленого света вылетела из кончика его палочки и попала в чашу, которая громко загремела и завизжала. Обитатели комнаты сразу почувствовали разницу, когда исчезла гнетущая тьма. — Спасибо, Рагнок, — сказал Гарри, кланяясь пожилому гоблину. «Пожалуйста, верните кубок в хранилище Лестрейнджей. Мне он сейчас не нужен. Пожалуйста, возьмите все мое личное хранилище в качестве денежной компенсации за ваши услуги. Я ухожу». "Добби!" Домовой эльф появился в комнате. Схватив хозяина за руку, волшебник и эльф с громким треском аппарировали, оставив гоблинов позади. — Интересный мальчик, — размышлял Рагнок, глядя на то место, где исчез Гарри. «Действительно, очень интересный». "Повелитель?" — тихо спросил второй гоблин. "Я не понимаю. Почему мы помогли мальчику?" Рагнок усмехнулся. «Я думаю, что мы получили очень ценного союзника, Нарфок, и я верю, что Темного Лорда действительно ждет неприятный сюрприз. Тот факт, что он пережил этот ритуал, является свидетельством того, насколько он силен и решителен на самом деле. хорошее решение помочь ему. Это принесло бы нам большую пользу в будущем, если бы он пережил войну». «Да, вы правы. В конце концов, он наш самый богатый клиент. Это была не что иное, как деловая сделка». — Возможно, — пробормотал Рагнок, но лицо его выглядело заинтригованным. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Насладившись едой, приготовленной его домашними эльфами, Гарри сел и помедитировал, желая исследовать больше воспоминаний, которые он получил во время извлечения хоркрукса. Сосредоточившись, Гарри увидел краткие вспышки воспоминаний Волдеморта, которые вращались вокруг его хоркруксов. К своей большой радости, он нашел тайник последнего хоркрукса — Комнату Требований в Хогвартсе. Хорошо, что теперь он знал, где она, чтобы поскорее схватить ее, а не тратить дни на ее поиски. Было также что-то еще, что-то странное в недавних действиях его врага. Гарри провел еще некоторое время, просматривая недавние воспоминания Темного Лорда, пока, наконец, не наткнулся на одержимость Волдеморта. "Бузинная палочка?" — громко повторил Гарри, его глаза в замешательстве распахнулись. — Что это, во имя Мерлина? "Хозяин?" прервала Винки. «Бузинная палочка из детской сказки из «Сказки о трех братьях». Винки читал ее мастеру Барти, когда тот был ребенком». Гарри склонил голову набок и нахмурился. Почему Волан-де-Морту нужно то, что описано в детской сказке? — Расскажи мне все, что ты знаешь об этом, Винки. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Волдеморт застонал, приходя в сознание. Его гнев усилился, когда он увидел, как его Пожиратели Смерти пытаются укрыться, зная, что он не спит. Он ненавидел то, что потерял контроль перед ними всеми. — Северус? — спросил он шелковистым голосом, обращаясь к одному из двух человек, которые были достаточно храбры, чтобы остаться в комнате. "Что случилось?" Снейп сглотнул, оставаясь неподвижным, опустившись на колени перед Темным Лордом. Он ясно помнил предыдущую дозу Проклятия Круциатус и не хотел испытывать его снова. «Я не уверен, милорд», — правдиво ответил Снейп своим обычным монотонным голосом. «Однако я приготовил несколько зелий, которые, я уверен, помогут вам». Красные глаза Волдеморта уставились на Пожирателя Смерти, но он ничего не сказал. Беллатрикс тоже стояла на коленях и странно молчала; ей может нравиться пытка, но она знала, где и когда это превращается из удовольствия в боль. — Оставьте меня, — сказал он высоким холодным голосом. Снейп и Беллатрикс быстро вышли из комнаты, оставив Волдеморта в одиночестве, уставившимся в стену. Что, во имя Салазара, с ним случилось? Он получил доступ к своим воспоминаниям и увидел, что это началось с ослепляющей боли в голове, в результате которой он потерял сознание. Следующие несколько минут он пытался осмыслить ситуацию, как вдруг его глаза широко раскрылись, и он закричал от ярости. Проклятый мальчишка уничтожал его хоркруксы! Другого объяснения не было. Уничтожение частички его души было единственной логической причиной его нынешнего состояния. Ему придется вернуться в каждое из своих тайников и удвоить защиту вокруг них. Охоте за Бузинной палочкой придется подождать. Он все еще не приблизился к выяснению того, кто был вором, но его хоркруксы были важнее прямо сейчас. Но это вызывало вопрос — как мальчик мог узнать свой самый большой секрет? Он никому не доверял! Плечи Волдеморта напряглись; дневник . Дамблдор, должно быть, заподозрил это после того, как увидел дневник. Дамблдор, должно быть, понял, что создал хоркруксы. Гораций Слагхорн был еще одним слабым звеном. Он должен был устранить этого человека раньше, но его уважение к бывшему профессору победило. Однако больше нет. Он не собирался быть милосердным. Он уничтожит всех мужчин, женщин и детей до последнего, если они будут угрожать его жизни. Его мысли вернулись к мальчику. Даже если Поттер знал о своих хоркруксах, как, во имя Салазара, он или Дамблдор могли надеяться найти их? Он спрятал их в местах, которые никто в мире не мог найти, с защитой, которую никто не мог взломать. Хоркруксы должны быть целыми. Но... Если его хоркруксы были в безопасности, что вызвало боль, из-за которой он, Лорд Волдеморт, потерял сознание? Нет, это, должно быть, было вызвано разрушением хоркрукса. Наверняка мальчик уничтожил только один хоркрукс. Да, именно поэтому он чувствовал боль. Он, Лорд Волдеморт, узнает, если одна из его драгоценных частиц души будет уничтожена. Но какой хоркрукс был найден? Волдеморт сосредоточился на расположении и защите каждого из своих хоркруксов. Кто из них был самым уязвимым? Его первым хоркруксом был дневник; он уже был уничтожен. Вторым было кольцо Марволо Гонта. Волдеморт нахмурился. Невозможно! Как мальчик мог узнать о лачуге Гонтов или обойти смертоносные чары, которые он так тщательно настраивал? Ни один семнадцатилетний волшебник не мог преодолеть эту защиту. Нет, это было не кольцо. Третьим был медальон Салазара Слизерина, спрятанный в пещере у моря, наполненной инфернациями. Как мог мальчик или кто-либо еще знать о пещере и ее значении для него, не говоря уже о том, чтобы проникнуть под ее защиту? Мысль о краже медальона была абсурдной. Четвертой была чаша Хаффлпаффа в хранилище Беллатрикс в Гринготтсе, а пятой была диадема Рэйвенкло в Комнате Требований в Хогвартсе. Опять же, это было невозможно. Мальчик никак не мог попасть в Хогвартс или Гринготтс незамеченным. Было смешно даже рассматривать это как возможность. Затем была Нагини, его последний хоркрукс, но она была в Годриковой Впадине, ожидая, когда Гарри Поттер посетит могилы своих родителей, чтобы его можно было схватить. Он чувствовал связь, которой делился с ней, так что это явно была не она. Итак, какой из них? Холодное беспокойство мелькнуло внутри него. Дамблдор знал его второе имя. Он мог бы проследить свою родословную до Гонтов. Да, то, что, вероятно, было уничтожено, - это кольцо. Но на его безгубом рту появилась улыбка. Может быть, был шанс, что Поттер мертв? Проклятие на кольце было настолько смертоносным, что он сомневался, что даже он, лорд Волдеморт, сможет его отменить. Потерю одной из его драгоценных частичек души можно было бы списать на сопутствующий ущерб, если бы это действительно убило Поттера в процессе. Да, он пойдет проверить кольцо, как только выздоровеет. Он был уверен, что мертвое тело Поттера будет ждать его в лачуге Гонтов. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Один месяц... Прошло четыре ужасных недели с тех пор, как Рон и Гермиона бросили своего лучшего друга. Недели постоянного беспокойства о Гарри, войне и охоте за хоркруксами преследовали их сны. Не имея возможности поделиться своими проблемами с Биллом и Флер, они направили свой гнев и разочарование на единственного доступного человека — друг на друга. «Но я был прав, не так ли? У Гарри не было плана. Мы ходили кругами и ничего не добились за несколько месяцев!» «Это не имеет значения. Во-первых, тебе не следовало с ним драться!» — сердито ответила Гермиона. - Тогда бы ничего этого не было! — Это была не моя вина, — защищаясь, сказал Рон. — Это был тот проклятый медальон! К тому же ты и в нем разочаровалась! "Это не то, что я имела ввиду!" Гермиона солгала, ее щеки порозовели от смущения и ярости. Она не хотела открывать ему это, но если бы у нее хватило смелости исследовать свои чувства, она знала бы, что Рон был прав. Гермиона тоже считала, что Гарри должен был быть более подготовленным к охоте на хоркруксы, полагая, что профессор Дамблдор дал ему инструменты, необходимые для этой задачи. Они были недостаточно продуктивны во время своей миссии. Но совесть не позволяла винить в их проблемах только Гарри. Рон был в равной степени виноват в их ссоре. "Не думай, что я оправдаю твои действия из-за воздействия медальона. Знаешь, я тоже его носила. «Это повлияло на меня больше, чем на тебя или Гарри», — воскликнул Рон. Он вздохнул. — Мы скоро найдем к нему дорогу, обещаю. Мысленно Рон был в панике. Оставив Гарри в полном одиночестве, некому было дать ему приворотное зелье. Еще летом, перед их шестым годом, Молли Уизли решила, что пришло время ее младшим детям рассказать о своем романтическом интересе Гарри и Гермионе. Джинни была только рада этому, ведь ее любовь к Мальчику-Который-Выжил никогда не угасала. Рон тоже был в игре, потому что питал чувства к своему лохматому лучшему другу. Единственная проблема заключалась в том, что Молли подозревала, что Гарри и Гермиона могут тайно нравиться друг другу. Обычно у нее не было бы проблем с этим, и она была бы очень рада за них. Она должна была признать, что они были бы отличной парой, но она также была достаточно умна, чтобы понять, что такие отношения навсегда разрушат дружбу между Гарри, Роном и Гермионой. Был также вопрос о Роне и Джинни, которым обоим нужны были стабильные партнеры в жизни. Имея это в виду, Молли решила подтолкнуть детей в другом направлении, приняв в качестве катализатора небольшую дозу любовного зелья. Это не было чем-то сильным, как Амортенция, но оно гарантировало, что пьющий постоянно думает о мальчике или девочке, для которых предназначено зелье. К сожалению, поскольку приворотное зелье было настолько разбавлено, его приходилось часто глотать, ответственность за что была возложена на Рона. Примерно через месяц, незадолго до отъезда в Хогвартс, Молли решила прекратить кормить Гермиону любовным зельем. Рон с удивительной наблюдательностью понял, что его подруга, магглорожденная, потеряла романтический интерес к Гарри после того, как Дамблдор раскрыл им содержание пророчества. Это была человеческая природа. В конце концов, с Роном было гораздо безопаснее, пока будущее Гарри было неопределенным. Это сработало идеально: Гермиона в течение года испытывала все большее влечение к Рону, а Гарри влюбился в Джинни. Но Рон был в панике, потому что беспокоился о чувствах Гарри к Джинни. Без зелья его бы больше не тянуло к сестре? Инцидент в палатке, Гарри и Гермиона были друзьями, совсем не понравился ему. У этого мерзавца было все, и он все еще хотел Гермиону? Рон взбесился. У Гарри были деньги, слава, красивая внешность и магическая сила, и все это в пропорциях, которые считались намного выше среднего. Было вполне естественно, что Рон огрызнулся на своего друга за то, что он тоже забрал Гермиону. Сделав все возможное, чтобы выйти из тени своего лучшего друга, Гарри сделал это. Что ж, это лишь вопрос времени, уверял себя Рон. Он и Гарри помирятся, как на четвертом курсе; он был в этом уверен. Приворотное зелье снова подействует, и после того, как Джинни выйдет замуж за Гарри, он наверняка даст Рону много денег из своего хранилища в Гринготтсе. В конце концов, они были лучшими друзьями, верно? Он наконец освободится от темных туч, и мир увидит его, Рональда Уизли, таким, какой он есть — великим волшебником, а не просто помощником знаменитого Мальчика-Который-Выжил. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Он стоял в заснеженной аллее под темно-синим небом, на котором уже слабо мерцали первые ночные звезды. По обеим сторонам узкой дороги стояли коттеджи, в окнах которых мерцали рождественские украшения. Недалеко впереди сияние золотых фонарей указывало на центр деревни. — Я иду, мама, папа, — прошептал Гарри, сняв мантию-невидимку и сунув ее в карман, быстро шагая, несмотря на снег, к кладбищу Годриковой Впадины. Будучи так сосредоточен на своей цели, он не чувствовал, что кто-то наблюдает за ним из тени. Гарри нигде не останавливался. Он продолжал двигаться, пока не оказался внутри кладбища. Это был момент, по которому он тосковал... он наконец-то был здесь, чтобы увидеть могилы своих родителей. Во время поиска он узнал некоторые имена на надгробиях, такие как Эббот и Фоули; даже мать и сестра Дамблдора, казалось, были похоронены здесь. По крайней мере, некоторые из фактов Риты Скитер об Альбусе Дамблдоре казались правдой. Дамблдоры жили в Годриковой Впадине, и некоторые из членов семьи также умерли здесь. Гарри проглотил горечь, проходя мимо могил Кендры и Арианы Дамблдор; директор был его опекуном. Меньшее, что он мог сделать, это привести Гарри на могилы его родителей. Тот факт, что и он, и Дамблдор потеряли здесь семьи, означал, что каждый мог понять боль другого. Воспоминания о покойном директоре Хогвартса, казалось, только расстраивали и злили его, поэтому он решил не думать о Дамблдоре, продолжая искать могилы своих родителей. Через несколько минут его поиски увенчались успехом. Его колени подогнулись, и он рухнул перед ними, его глаза расфокусировались, просто глядя на строение перед ним. Он сильно дрожал, и это не было связано с холодом. Они был сделаны из мрамора, как у Дамблдора, и блестели в лунном свете. Имена были четкими и ясными, как будто они были вырезаны только вчера, но он знал, что надгробие не новое. Нет, прошло шестнадцать лет с тех пор, как умерли Джеймс и Лили Поттер. Слезы текли по лицу Гарри, когда он прислонился лбом к холодному мрамору и несколько минут молча всхлипывал. — Привет, мама, привет, папа, — тихо пробормотал Гарри, его голос сорвался от необузданных эмоций. — Это я, Гарри. Я... Он сделал паузу. Что он мог им сказать? Должен ли он извиниться за то, что они погибли из-за него? Спасибо за то, что пожертвовали своими жизнями, не задумываясь, чтобы спасти его? Накричать на них за то, что они оставили его одного? Сказать, что он любил их, хотя и не помнил? В детстве Гарри всегда мечтал о родителях, которые любили бы его, обнимали и заботились о нем, как и родители всех его одноклассников. Он даже писал письма своим умершим родителям в рамках школьного задания, но все это казалось так давно. Губы Гарри были плотно сжаты, когда он глубоко вздохнул. Ему пришлось взять себя в руки. «Я заставлю вас гордиться», — поклялся он. «Я покончу с этой войной раз и навсегда. Клянусь вам». Он взмахнул палочкой в ​​воздухе и сотворил букет лилий. Аккуратно положив их на могилу, он поднялся на ноги и быстро пошел прочь, не в силах справиться со своими все еще неустойчивыми эмоциями. Как только он вышел из ворот, он застыл в панике. Кто-то наблюдал за ним. Гарри повернулся налево и прищурился, чтобы увидеть, кто за ним наблюдает. Это была пожилая женщина, которую он узнал по картинке в своем учебнике «Истории магии» - это была Батильда Бэгшот. — Миссис Бэгшот? — осторожно спросил Гарри, чувствуя себя странно неловко. Каким-то образом появились предупреждающие знаки, но если она была старой подругой Дамблдора, как утверждалось в письме его матери, не говоря уже о знаменитом историке, жившем на родине Годрика Гриффиндора, легендарный меч мог быть у нее с собой. Покойный директор мог доверить это ей; это был долгий путь, но опять же, кто мог понять работу разума Альбуса Дамблдора? Ему больше не нужен был меч, чтобы уничтожать хоркруксы, но это не значило, что он бесполезен. Лезвие, пропитанное ядом василиска, поможет уничтожить больше Пожирателей Смерти. Женщина хмыкнула и жестом пригласила его следовать за собой. Гарри нахмурился, увидев, что она ведет себя странно, вообще не разговаривая. Было ли это потому, что он был так называемым нежелательным номером один ? Несколько минут они шли молча, пока не добрались до ее домика. Гарри боролся с желанием заткнуться, когда вошел в дом; ужасно воняло. — Миссис Бэгшот, у вас есть что-нибудь для меня? — громко спросил он. Женщина, о которой идет речь, жестом пригласила его следовать за ней наверх. Однако Гарри не подчинился. Что-то было не так. Ее поведение не казалось нормальным. Никто не приглашает незнакомца в свою спальню, особенно без какого-либо разговора. — Нет, я не пойду наверх, это ваш дом, а не мой, — твердо сказал Гарри, глядя на дверь. — Еще раз, у вас есть что-нибудь для меня? Она кивнула и указала пальцем на угол комнаты. В тот момент, когда Гарри отошел от двери, она начала действовать. Через секунду ее тело рухнуло, и из того места, где была ее шея, появилась огромная змея. Глаза Гарри расширились от шока, но он не потерял самообладания. Он столкнулся лицом к лицу с одним из самых ценных хоркруксов Волдеморта. Он не мог упустить эту возможность. Зная, что змея может ударить в любой момент, Гарри действовал, направив палочку на змею, чей рот был широко открыт, и закричал: «Авада Кедавра!» Струя зеленого света точно попала в Нагини. Затем последовало Режущее Проклятие, разделившее голову и хвост рептилии. Из тела змеи раздался странный визжащий звук, означающий разрушение крестража. Зная, что Волан-де-Морт разделяет ментальную связь с Нагайной и, следовательно, узнает о смерти змеи в считанные секунды, Гарри решил немедленно уйти. Он вышел из дома и уже миновал место, где заканчивались защитные чары коттеджа, когда услышал слабый хлопок, звук, обычно ассоциируемый с появлением ведьм и волшебников. Худой, как скелет, лицо бледное, как череп, с красными глазами и щелями вместо ноздрей; Волдеморт был здесь, и его хватил удар. Темный Лорд поднял свою палочку, и Гарри сделал то же самое. "Авада Кедавра!" "Сектумсемпра!" Два луча света снова столкнулись, но на этот раз они оба были готовы к воздействию двойных ядер своих палочек. В тот момент, когда появилась золотая нить, Волан-де-Морт разорвал связь, но Гарри бросил перуанский порошок мгновенной тьмы в Темного Лорда и аппарировал, как только услышал яростный крик Волдеморта. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Гарри материализовался из воздуха с треском посреди Леса Дина, но Аппарировал снова в новое место еще два раза, чтобы сбить Волдеморта с толку на случай, если Темный Лорд пошел по его следу из Годриковой лощины. Остался только один крестраж, но прежде чем он сможет разобраться с ним, ему нужны были ответы. Гарри достал золотой снитч, который был завещан ему Альбусом Дамблдором, из своей сумки из Мокрой кожи и уставился на него. Старшая палочка была одним из Даров Смерти. Теперь он понимал, почему Волдеморт был одержим этим. Он также вспомнил большой черный камень со странными отметинами на нем, который был превращен в Крестраж, который, как он догадался, был в этом снитче. По словам Винки и Кричера, это был символ Даров Смерти. Было чрезвычайно полезно иметь эльфов, выросших в домах чистокровных семей. Они были кладезем информации о магической культуре. "Я открываюсь под конец" Что это может означать? Его глаза сузились, когда он задумался о том, что, должно быть, запланировал для него Дамблдор. Ни на секунду он не поверил, что покойный директор не понимал, что в шраме Гарри находится один из крестражей Волдеморта; разговор, который они провели после инцидента в Тайной комнате, доказал это. Следовательно, не было непрактичным предположить, что Дамблдор хотел, чтобы он умер. Конечно, если бы старик знал способ уничтожить частицу души, не убивая его, он бы сделал это в одно мгновение. Но бездействие Дамблдора заставило Гарри поверить, что в какой-то момент его бывший наставник ожидал, что он пожертвует собой. Это имело смысл, поскольку Гарри был готов принять свою судьбу в тот момент, когда узнал об истинной природе своего шрама. Принять свою судьбу... Мрачная улыбка тронула его губы. Слово «конец» было метафорой. — Смерть, — прошептал Гарри, держа снитч в руке, близко ко рту. Снитч открылся, обнажив черный камень. Он взял камень и трижды повернул его, как было описано в сказке. Перед ним внезапно возник Альбус Дамблдор, выглядевший не совсем живым, но и не мертвым. Голубые глаза покойного директора выражали огромную боль и печаль. — Гарри, позволь мне объяснить... — Заткнись, Дамблдор, — холодно прервал его Гарри. «На этот раз я буду задавать вопросы, и не смей даже пытаться скрывать от меня правду». ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Волдеморт сгорал от ярости, держа в руках труп Нагини. Поттер заплатит за это. Он уничтожит мальчика и каждого из его союзников за убийство своего любимого фамильяра. Была ли Нагайна целью, потому что Поттер знал, что она крестраж, или потому что она представляла угрозу для его жизни, когда напала на мальчишку? Было трудно судить, так как он понятия не имел, какими знаниями Поттер обладал о его хоркруксах. Приходилось принимать меры предосторожности. Очевидно, мальчик не был мертв, как он предполагал. Он до сих пор не проверил, в безопасности ли кольцо в лачуге Гонтов, поскольку Нагини вызвала его как раз перед тем, как он собирался отправиться в Литтл-Хэнглтон. И если Поттер действительно охотился за хоркруксами ему пришлось бы предупредить своих Пожирателей Смерти, что мальчишка может попытаться проникнуть в Хогвартс или Гринготтс. С потерей еще одного крестража было крайне важно, чтобы он без промедления проверил свои оставшиеся якоря. Он кипел от злости, когда исчез труп Нагини. Так много вопросов осталось без ответа! Как такой жалкий, посредственный волшебник, как Поттер, зашел так далеко? Ему удалось вырваться из его лап без чьей-либо помощи! Ему нужен был план, чтобы мальчишка не был неуловимым долго. Если Поттер действительно охотился за его хоркруксами, его нужно было немедленно остановить! И лучший способ сделать это — атаковать совесть Поттера. На безгубом рту Волдеморта появилась медленная ухмылка. Как бы отреагировал мальчик, если бы его друзья оказались в серьезной опасности? Разве он не бросился в Департамент Тайн, чтобы спасти своего крестного отца, когда думал, что Сириус Блэк находится в плену у Лорда Волдеморта? Тот же сценарий может быть выполнен еще раз с некоторыми изменениями. Если на его друзей в Хогвартсе нападут, и паршивцу будет поставлен ультиматум: либо сдаться, либо смотреть, как они умирают, это сотворит чудеса. Поттер охотно пришел бы к нему. Когда Волдеморт пересек порог гостиной, чтобы выйти из коттеджа, его острый взгляд уловил кое-что интересное; фоторамка, содержащая сфотографированный портрет молодого человека. Белокурый мальчик был вором, укравшим Бузинную палочку. Чувство эйфории пробежало по его венам, когда он сразу узнал мальчика из воспоминаний Грегоровича. К счастью, книга Риты Скитер, подробно описывающая жизнь Альбуса Дамблдора, лежала на столе и собирала пыль. Он собрал кусочки вместе. Геллерт Гриндельвальд. Это означало, что у человека, который последним победил Гриндевальда, была Бузинная палочка. Палочка находилась в могиле Альбуса Дамблдора. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Ноги Гарри коснулись заснеженной земли знакомой широкой улицы Хогсмида. Отсюда он мог видеть очертания замка Хогвартс. В нем закипела ненависть, когда он вспомнил, что был здесь несколько месяцев назад, неся с собой ослабевшего Дамблдора после попытки украсть из пещеры медальон. Никакие извинения не могли заставить его простить покойного директора. Лживый, коварный старый ублюдок! Как только он сделал еще один шаг, внезапный визг разнесся по всей деревне, как сирена. Гарри напрягся; его присутствие было обнаружено. Он пытался аппарировать, но безрезультатно. Воздух казался довольно плотным, что означало одно — обереги от аппараций и портключей. Дюжина Пожирателей Смерти вырвалась из дверей «Трех метел» и направила свои палочки туда, где он стоял. "Плащ Акцио!" - завопил Пожиратель Смерти. Гарри схватился за складки, но в этом не было необходимости. Заклинание призыва не сработало на Даре Смерти. "Значит, не под своей накидкой, Поттер?" Пожиратель Смерти сплюнул. Мужчина повернулся к своим товарищам и приказал: "Рассредоточьтесь. Он здесь. Применяйте ошеломляющие заклинания по всей округе; одно из них обязательно попадет в него." "Оцепенение!" Струи красного света полетели во все стороны, когда Пожиратели Смерти попытались загнать его в угол. Гарри едва увернулся от них, когда, спотыкаясь, добрался до "Кабаньи головы". Он с паникой осознал, что Волдеморт, должно быть, понял, что он охотился за крестражами. Он, очевидно, сообщил им, что Гарри приезжает в Хогвартс! «Выпустить дементоров!» — закричал Пожиратель Смерти. Глаза Гарри расширились от ужаса. Плащ-невидимка не мог обмануть дементоров, и у него не было возможности сбежать. Он мог бежать, но следы на снегу быстро выдали бы его, как и использование Патронуса. Пожиратели Смерти были к этому готовы. Что делать? Небо потемнело, и воздух стал более морозным, чем прежде. Уже дрожа от холода шотландской зимы, Гарри прислонился к стене здания «Кабанья голова», отчаянно пытаясь найти выход из этой неразберихи. Дементоры скользнули к нему, и Гарри услышал отдаленное эхо криков матери. Не оставив выбора, он поднял палочку и прошептал: «Экспекто Патронум!» Серебряный олень вырвался из кончика его палочки и бросился на дементоров, выдав свое местоположение. Внезапное появление Патронуса также гарантировало, что Пожиратели Смерти на несколько мгновений отвлеклись, а это как раз то, что нужно Гарри. Он уже собирался уйти, когда дверь слева от него внезапно открылась, и он услышал резкий голос: «Поттер, иди сюда, быстро! Иди наверх и молчи!» Гарри инстинктивно подчинился и вошел в «Кабанью голову», как раз в тот момент, когда бармен рискнул выйти наружу, чтобы разобраться с Пожирателями смерти. С первого этажа он мог слышать шум снаружи. Пытаясь успокоить себя и свое бушующее сердцебиение, Гарри внимательно прислушался. «Я до сих пор говорю, что видел оленя Патронуса!» "Олень?" — проревел бармен. "Это коза, идиот!" — Ладно, мы ошиблись, — хрипло сказал другой Пожиратель Смерти. «Но снова нарушишь комендантский час, и мы не будем такими снисходительными!» Гарри терпеливо ждал, пока старый бармен поднялся по лестнице и вошел в комнату над пабом. — Ты чертов дурак, — начал старик без представления, его голос был хриплым. — О чем, черт возьми, ты думал, приходя сюда? Гарри увидел знакомые черты бармена и, самое главное, глаза; яркий синий цвет, который он уже много раз видел в Хогвартсе. Он удивленно моргнул. Как он никогда раньше не догадывался? — Хм, похоже, за последние несколько месяцев ты изменил свой внешний вид, Поттер, — ехидно сказал Аберфорт Дамблдор. «Я чувствую, что это не гламур, а косметическая хирургия во время войны?» — Спасибо, что спасли меня, мистер Дамблдор, — тихо сказал Гарри. «Но мне нужно попасть внутрь замка как можно скорее. Не подскажете способ? Эльфийская аппарация не сработает, я знаю». «Не глупи, мальчик! Ты хоть представляешь, сколько защитных чар они установили вокруг замка в этом году? Это самоубийство…» «Мне необходимо попасть внутрь, мистер Дамблдор! У меня есть дело, и для этого мне нужно...» — Дело, а? ухмыльнулся Аберфорт. — Как мило. Дай угадаю, это мой брат подставил тебя, верно? Забудь об этом, Поттер. Мой брат... — Да, я знаю, был самым большим старым ублюдком манипулятором века, — с горечью закончил Гарри. Он все еще не полностью смирился с предательством Дамблдора; это сильно ужалило. «Теперь мне плевать на вашего брата. Я знаю, в какую игру он любил играть. Дело не в нем. Дело в Сами-Знаете-Ком. Я очень близок к тому, чтобы победить его! Я сражался с ним и сбежал от него в Годриковой Впадине меньше часа назад, нанеся ему сокрушительный удар! Все может закончиться очень скоро, но для этого мне нужно проникнуть в замок раньше, чем он! " Аберфорт несколько мгновений смотрел на Гарри. Низкий смешок сорвался с его губ. — Я недооценил тебя, Поттер. Тебе определенно удалось меня удивить. Я никогда не думал, что ты преодолеешь свое героическое преклонение перед Альбусом, но ты это сделал. Хорошо, я тебе помогу. Он посмотрел на портрет молодой женщины и кивнул ей. Девушка улыбнулась и ушла. «У вас есть только один способ попасть внутрь, — объяснил Аберфорт. «Семь традиционных потайных проходов были запечатаны несколько месяцев назад, но, к счастью для вас, есть один, о котором Снейп не знает. Я вызвал кое-кого, кто может провести вас внутрь. Но будьте осторожны, Поттер. Просто потому, что сейчас зимние каникулы, и это не значит, что ученики разошлись по домам. Это была извращенная идея Реддла заставить их остаться в школе во время рождественских каникул, чтобы родители больше боялись его». Молодой волшебник с благодарностью принял тарелку с бутербродами, которые ему предложили, и спокойно ел, ожидая, гадая, какой потайной ход приведет его внутрь замка и кто его туда отведет. Немногим более чем через пять минут портрет Арианы широко раскрылся, обнажив большую полость, и, к большому шоку Гарри, оттуда вышел Невилл Лонгботтом. — Эй, Эйб, — медленно сказал Невилл, хмуро глядя на черноволосого мальчика в комнате. — Что случилось? А это кто? — Невилл, это я, — мягко пояснил Гарри, улыбаясь своему другу. "Гарри." "Гарри?" — недоверчиво воскликнул Невилл. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Директор школы Северус Снейп получил сообщение от Пожирателей Смерти из Хогсмида. Он проклинал некомпетентных болванов; паршивец явно сбежал. — Он здесь, Альбус. Портрет Альбуса Дамблдора серьезно кивнул. — Скоро тебе придется сказать ему, Северус, но я считаю, что еще слишком рано. Гарри не оправдал моих ожиданий. Я думал, что мой план сработает, но, видимо, я ошибся, — сказал он с явным разочарованием. в его голосе. «Он никогда не должен был приходить в Хогвартс так рано». Глаз Снейпа раздраженно дёрнулся. Ему по-прежнему не нравилось, когда его держали в неведении относительно того, что замышлял Поттер, но он понял, что ему просто все равно. В конце концов, судя по всему, Поттер все равно не выиграет. «Я говорил вам, что глупо с вашей стороны доверять паршивцу, но вы никогда не слушали», — усмехнулся Снейп. «Я должен предупредить остальных. Мне сказали, что он по какой-то причине попытается проникнуть в Башню Рейвенкло». С этими словами Северус Снейп вышел из своего кабинета, его мантия развевалась вокруг него. Он отправил сообщение Патронуса Алекто и Амикусу Кэрроу, предупредив их, чтобы они были бдительными. Темный Лорд уже был проинформирован о прибытии Поттера и специально приказал им схватить мальчика. Неудача не была вариантом. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП — Черт, Гарри, ты изменился, — благоговейно прокомментировал Невилл, глядя на новые черты своего друга. — Рад тебя видеть, но где Рон и Гермиона? Гарри фыркнул. «Они бросили меня больше месяца назад; ну, Рон бросил, и Гермиона пошла с ним, пытаясь его остановить», — ответил он. «Идиот с морковкой не мог думать ни о чем, кроме своего дурацкого желудка и предполагаемых чувств к Гермионе. Ты думаешь об этом во время войны, когда людей убивают каждый день ? » Невилл был ошеломлен. — Они оставили тебя? — недоверчиво спросил он. — Рон и Гермиона? Но зачем они... — Удивительно, не так ли? Последние четыре недели я думал об одном и том же и так и не нашел правильного ответа на этот вопрос. Гермиона на самом деле была не виновата, но Рон... давай просто скажу, что он был менее чем доволен нашими условиями жизни во время нашей миссии». — До меня доходили слухи, что вы что-то затеяли, но никто не мог сказать наверняка. Чем вы занимались с прошлого лета? — Мне нужно было избавиться от нескольких вещей, чтобы победить Сам-Знаешь-Кого, Невилл", - тихо ответил Гарри. "Менее часа назад у меня была стычка с нашим любимым Темным Лордом в Годриковой лощине. Он скоро будет здесь. Пришло время нам, наконец, занять твердую позицию и покончить с этой войной раз и навсегда. Я не хочу никого просить сражаться, но... — Тебе не нужно спрашивать, — перебил Невилл. — Мы все за тебя, приятель. Если Сам-Знаешь-Кто хочет боя, мы дадим ему бой. Гарри не мог не улыбнуться, глядя на недавно поправившегося и уверенного в себе Невилла Лонгботтома. Это был разительный контраст с застенчивым, неуверенным в себе мальчиком, которого он встретил в возрасте одиннадцати лет. Пока они шли по туннелю, Невилл рассказал ему, во что превратился Хогвартс за последние несколько месяцев. Гарри сжал кулаки в ярости, жаждая мести; как можно так обращаться с детьми, было выше его понимания! «Привет всем, Гарри вернулся!» — закричал на них Невилл, сияя от счастья. "ГАРРИ!" — Это Поттер, это ПОТТЕР! Не зная, где они, Гарри занял агрессивную позицию и направил на них палочку с параноидальным блеском в глазах. Когда он узнал несколько лиц, поняв, что находится среди друзей, он опустил палочку. "Где мы?" — спросил Гарри, в замешательстве поворачиваясь к Невиллу. «Конечно, Комната Требований», — ответил он, широко ухмыляясь. "Изменилась, не так ли?" Бормотание и шепот не стихали, пока все в комнате смотрели на Мальчика-Который-Выжил, самого разыскиваемого человека в стране. Многие из них, казалось, вздохнули с облегчением, потому что прибыл их лидер. Для повстанцев Гарри Поттер был единственным лучом света среди моря хаоса и гнетущей тьмы. Увидеть его лично с палочкой в ​​руке было все равно, что сама Мать-Магия благословила их победой. Члены ОД также были весьма удивлены изменениями в Избранном. На смену долговязому очкастому подростку пришел аристократически выглядящий, спортивный юноша, чьи изумрудно-зеленые глаза светились едва сдерживаемой магической силой, уже не скрытой за этими очками. Довольно много девушек с интересом смотрели на него. Гарри определенно выглядел очень красивым. "Не могли бы вы все на некоторое время выйти из комнаты?" - быстро спросил Гарри. Ему нужно было, чтобы все ушли, прежде чем попросить Комнату Требований поменяться, чтобы добраться до Хоркрукса. "Выйти из комнаты?" - потрясенно воскликнул Симус Финниган. «почему? Мы здесь, прячемся от Кэрроу. Если мы выйдем... Гарри разочарованно выдохнул. "Приятель, тебе действительно нужно переделать комнату?" - тихо спросил Невилл. "Да, Невилл. Это очень важно". "Тогда, может быть, тебе стоит рассказать им о Сам-Знаешь-Ком. Он ведь приедет сюда, верно? Тогда нам нужно подготовиться, Гарри." Когда Гарри открыл было рот, чтобы возразить, Невилл опередил его. «Здесь все члены ОД, Гарри. Им можно доверять. Они присоединятся к битве, я гарантирую это. Мы не сможем победить, если на нашей стороне не будет людей». Гарри понял, что его друг был прав. Он не знал половину людей в комнате (они определенно не были частью первоначального Отряда Дамблдора, созданной на его пятом курсе), но решил довериться суждению Невилла. У него не было выбора в этом вопросе. Если они собирались победить Волдеморта и его Пожирателей Смерти, им нужны были способные бойцы. Глубоко вздохнув, он повернулся к собравшейся группе и объявил: «Вы-Знаете-Кто идет сюда». Большинство из них ахнули и закричали от страха, но Гарри продолжил: «Мне нужно, чтобы все покинули эту комнату. Это необходимо сделать вам. Кроме того, мы должны забаррикадировать замок, прежде чем он прибудет. Где МакГонагалл?» — Она, наверное, в своем кабинете, — сказал Невилл. «Все приготовьтесь. Если вы хотите сражаться, это шанс. Вызовите подкрепление. Оно нам скоро понадобится». После его объявления Невилл быстро проводил Гарри к выходу. Он надел мантию-невидимку и молча направился к кабинету МакГонагалл, как вдруг услышал приглушенные шаги. Гарри напрягся, сжимая палочку. Ему следовало свериться с Картой Мародеров. К счастью для него, это был не Пожиратель Смерти. Профессор МакГонагалл шла к нему с напряженным лбом. Когда Гарри вылез из-под плаща, он чуть не довел ее до сердечного приступа. Когда он объяснил, что Волдеморт направляется в Хогвартс, она с благодарностью выслушала, но вскоре их прервали; его присутствие было обнаружено. Гарри повернулся лицом к человеку, которого ненавидел так же сильно, как Волдеморта, — Северусу Снейпу. «Как приятно видеть, что вы, наконец, присоединились к нам, Поттер. Почему вы не сообщили мне, что планируете посетить нас? Мы, конечно же, могли подготовиться к вашему приезду. Отродью Джеймса Поттера, несомненно, понравится приветственная вечеринка», — Снейп. усмехнулся, указывая палочкой на Гарри, ожидая, когда мальчик сделает первый шаг. — О, привет, Сопливус, — парировал Гарри, ухмыляясь желтокожему мужчине. «Как дела в кабинете директора? Приятно поболтать с портретом Дамблдора?» Глаза Снейпа вспыхнули гневом при упоминании ненавистного имени, данного ему Джеймсом Поттером и Сириусом Блэком, но прежде, чем у него появилась возможность подразнить мальчика дальше, Гарри и МакГонагалл решили атаковать. Сражаясь двое против одного, когда Флитвик, Спраут и Слагхорн пришли им на помощь, Снейп решил бежать. "Трус!" — закричала профессор МакГонагалл на удаляющуюся фигуру бывшего мастера зелий Хогвартса, исчезнувшего в конце коридора. — Профессор, он идет! — напомнил ей Гарри. МакГонагалл кивнула и начала говорить со своими коллегами, обсуждая, как защитить студентов и забаррикадировать замок до прибытия Волдеморта. Гарри отошел от них, обдумывая свой следующий план действий. Должен ли он сначала взять палочку или диадему? Его действия сейчас могут решить исход битвы сегодня вечером. Хоркрукс или Дар Смерти? Должен ли он схватить диадему Рэйвенкло, последний хоркрукс Волдеморта, или он должен взять Бузинную палочку, единственное оружие, которое даже отдаленно гарантировало успех против Темного Лорда? Гарри даже не пришлось слишком много думать; ответ был очевиден. Даже несмотря на то, что Волан-де-Морт был смертным, Темный Лорд все еще был чрезвычайно могущественным волшебником. И Гарри без сомнения знал, что он, семнадцатилетний волшебник, не мог сравниться с его врагом в знании магии и дуэльных навыках. Хоркруксу придется подождать. Имея это в виду, Гарри снова надел мантию-невидимку и бросился на территорию. Через несколько минут возле могилы Альбуса Дамблдора появился Гарри. Безмолвным взмахом его палочки белая мраморная гробница раскололась, обнажив тело старого директора. Бузинная палочка была там, похороненная вместе с ним. Гарри взял его, как раз в тот момент, когда палочка испустила множество искр, готовый наконец служить новому хозяину. «Кто настоящий хозяин палочки?» Гарри задумался. Из того, что ему сказал Дамблдор, когда он вызвал его дух, по легенде, человек, победивший предыдущего владельца, становится хозяином палочки. Покойный директор школы считал, что для передачи права собственности смерть не обязательна. План Дамблдора состоял в том, чтобы разрушить силу палочки, так как его смерть была запланирована между ним и Северусом Снейпом. К сожалению, он был обезоружен до того, как Снейп успел его убить. Гарри решительно выпрямил спину. Он должен был стать хозяином Бузинной палочки. А для этого ему нужно было победить его нынешнего хозяина, того, кто обезоружил Дамблдора — Драко Малфоя. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП — Гарри в Хогвартсе, — объявил Билл. «Я получил сообщение от профессора МакГонагалл. Судя по всему, Сам-Знаешь-Кто направляется в школу. Они все готовятся к бою». — А как насчет остального Ордена? — спросила Гермиона. Вместе с ней в Норе находился вся семья Уизли, за исключением Перси. «Их тоже проинформировали. Поехали». — Нет! Я запрещаю! Вы все дети! — взвизгнула Молли. — Вы слишком молоды, чтобы драться! Прежде чем кто-либо успел ответить, Фред и Джордж опередили их. — Мама, ты нас не остановишь, — мрачно сказал Джордж, на его лице не было и следа веселья. — Не в этот раз, — согласился Фред. «Мы с Джорджем никогда себе не простим, если будем смотреть со стороны». «Мы живем в Косом переулке, мы знаем истинное влияние этой войны, то, как она уничтожила бесчисленное количество жизней. Фред и я собираемся помочь остановить это раз и навсегда, и ничто из того, что ты можешь сказать или сделать, не удержит нас здесь». — Артур, останови их! Молли закричала, когда они все один за другим ушли, звук Аппарации звенел в ее ушах. Ее муж грустно улыбнулся, но знал, что близнецы правы. Он тоже ушел молча. Молли рухнула на стул и зарыдала. Все стрелки на семейных часах указывали на смертельную опасность. ГП*ПОСЛЕДСТВИЯ*ГП Тем временем в Хогвартсе с Кэрроу разобралась профессор МакГонагалл. Завладев Бузинной палочкой, Гарри вошел в Большой зал, чтобы найти Драко, так как именно там собирались ученики всех четырех факультетов. Он заметил, что члены Ордена Феникса тоже присутствовали. — А наши вещи? — позвала девушку за столом Рейвенкло. "Наши чемоданы, наши домашние животные?" «У нас нет времени собирать вещи», — сказала профессор МакГонагалл. — Главное, чтобы ты благополучно выбрался отсюда. — Где профессор Снейп? — крикнула девушка из-за слизеринского стола. "Этот трусливый бывший директор этого уважаемого учебного заведения, выражаясь общепринятым языком, совершил ошибку", - холодно ответила профессор МакГонагалл, и гриффиндорцы, хаффлпаффцы и равенкловцы разразились бурными аплодисментами. Как только МакГонагал заканчивала предложение, их прервал громкий голос, который эхом разносился по замку, заставляя людей кричать и хныкать от ужаса. «Я знаю, что вы готовитесь к бою. Ваши усилия тщетны. вы не сможешь сражаться со мной. Я не хочу вас убивать. Я очень уважаю учителей Хогвартса. Я не хочу проливать волшебную кровь». — Отдайте мне Гарри Поттера, — сказал голос Волдеморта, — и никто не пострадает. Дайте мне Гарри Поттера, и я покину школу нетронутой. Дайте мне Гарри Поттера, и вы будете вознаграждены. — У вас есть время до полуночи. Наступила гробовая тишина, пока люди смотрели на Гарри, многим из них требовалось около минуты, чтобы узнать его. Внезапно из-за слизеринского стола медленно поднялась фигура. Пэнси Паркинсон подняла трясущуюся руку и закричала: «Он там! Поттер прямо здесь ! Кто-нибудь, схватите его!» Произошло массовое движение; большинство гриффиндорцев вытащили свои палочки, направив их на слизеринцев, повернувшись спиной к Гарри. Их действия повторили Рейвенкло и Хаффлпафф. Крайняя ярость и отвращение были запечатлены почти на каждом лице, когда они демонстрировали слизеринцам свою мощь. Гарри уставился на студентов факультета Слизерин и заметил выражения на лицах большинства из них. Младшие тихо плакали, в то время как другие выглядели потрясенными. Вероятно, последние несколько месяцев в подземельях не все было гладко. Он бы не удивился, если бы там насиловали девушек. Только сейчас он понял, что, кроме Малфоя и Паркинсон, он никогда не общался ни с кем из Слизерина. Они тоже выглядели избитыми, как и вся школа. Должна ли четверть населения Хогвартса быть обвинена, заклейменная как зло в нежном возрасте одиннадцати лет, только из-за таких людей, как Волдеморт и его Пожиратели Смерти? Если Гриффиндор в целом не был обвинен в действиях Питера Петтигрю, если Равенкло не взял на себя вину за действия Барти Крауча-младшего, то почему невинные люди в Слизерине тоже должны нести ответственность? Гарри также понял, что им нужно быть сильными изнутри, если они хотят выйти победителями в этой битве. Раскол, вызванный Домами Хогвартса, разорвал страну на части. Хватит этого! — Спасибо, мисс Паркинсон, — резко сказала профессор МакГонагалл. «Вы покинете Холл первыми с мистером Филчем. Если остальные члены факультета смогут последовать за вами». "Нет", - громко сказал Гарри, снова привлекая всеобщее внимание к себе. "Это то, чего он хочет. Разве вы не видите этого? Мы саморазрушаемся изнутри, как он и хочет, и все из-за этого безумного психопата. Я не позволю, чтобы каждый человек в Слизерине стал мишенью только потому, что некоторые из них преданы Волдеморту. Те, кто хочет остаться и сражаться, вы можете это сделать. Сейчас самое время выбрать чью-то сторону. Этот момент навсегда решит твою судьбу. Если вы хотите слушать пропаганду, распространяемую этим монстром, продолжайте, но имейте в виду смерти сотен, а может быть, и тысяч людей всего за последние полтора года, и все из-за Волдеморта и его Пожирателей Смерти. Те, кто умер, были ведьмами и волшебниками – такими же, как вы! И если вы ничего не сделаете, чтобы остановить его сейчас, может наступить время, когда вы окажетесь в таком же затруднительном положении, как и они; просто еще один номер в куче мертвых тел". "Гриффиндор, Хаффлпафф, Равенкло, Слизерин... Что такого особенного в этих Факультетах, в любом случае?" - сердито спросил Гарри у всей комнаты, где все слушали. "Кого они волнуют? Почему вы все настаиваете на том, чтобы клеймить людей как добрых или злых, основываясь на сортировке? Сортировочная шляпа - это просто заколдованный предмет! Он не может диктовать вашу судьбу или ваши действия! Путь, который вы выберете в жизни, - это ваше решение, и никакой магический артефакт не может повлиять на это." "Опомнитесь, люди! Основатели Хогвартса жили более тысячи лет назад. Их жизнь закончилась давным-давно, и мы не должны позволять их опыту и поведению влиять на нас тысячелетие спустя! Наши жизни принадлежат нам самим! Посмотрите на себя и посмотрите на тех, кто вас окружает! Разве у всех нас нет атрибутов всех четырех Домов? Разве все мы не проявляем такие качества, как храбрость, ум, преданность и честолюбие? Почему вы этого не видите? Меня самого чуть не отправили в Слизерин, так что я злой?" он сплюнул, не обращая внимания на вздохи многих студентов. "Если вы мне не верите, спросите Сортировочную Шляпу. Слизерин был тем местом, куда меня хотели отправить, а не Гриффиндор. Разделение по Домам больше не имеет значения, потому что сами Основатели на данный момент не имеют значения! Как вы можете праздновать их величие, если вас самих нет в живых, потому что за тобой охотится это чудовище?!" В Большом зале воцарилась гробовая тишина. Каждая пара глаз уставилась на высокого мальчика с волосами цвета воронова крыла, на каждом лице было написано потрясение. Никто не ожидал, что Гарри Поттер, из всех людей, квинтэссенция Гриффиндора, будет вести себя подобным образом, разрушая стереотипные представления, которые у всех были о Факультетах Хогвартса. "Сонорус !" Гарри внезапно произнес заклинание, направив Старшую палочку себе на горло. Его голос эхом разнесся по всему замку, и его мог слышать весь Хогсмид. "Лорд Волдеморт. Ты всего лишь жалкий трус. Я помню, что ты сказал мне, когда мне было одиннадцать. Ты утверждал, что нет ни добра, ни зла; что есть только сила и те, кто слишком слаб, чтобы использовать ее. Теперь я говорю тебе, что ты ошибаешься. Достижение великой власти - достойная цель, но именно средства ее достижения определяют нас. И это определило тебя. Ты - воплощение зла, которое заслуживает того, чтобы тебя пристрелили, как бешеную собаку." "Вы все хотите знать, кто такой Волдеморт на самом деле? Его зовут Том Марволо Реддл. Он полукровка, распространяющий чистокровную пропаганду для достижения своих целей по достижению власти. Он окончил Хогвартс в 1945 году; староста и так называемый самопровозглашенный наследник Салазара Слизерина. Он незаконнорожденный сын опозоренного Дома Гонтов. Его мать, Меропа, была сквибом. Она использовала любовное зелье на маггле по имени Том Риддл и забеременела. Когда она перестала использовать любовное зелье на своем муже-маггле, он сбежал, оставив ее беспомощной. Этот ваш драгоценный Темный Лорд, дитя такого союза." "Он дважды открыл Тайную комнату, пытаясь убить магглорожденных, потому что в детстве ему было плохо с магглами в приюте. В Слизерине над ним издевались за то, что он был магглорожденным, когда его распределили, но он поднялся по служебной лестнице, запугивая людей своими способностями к парселтангу. Скажите мне, если он действительно заинтересован в превосходстве чистокровных, почему он убивает так много чистокровных? Должны ли мы сосчитать количество семей, которые были уничтожены из-за него? Семья Гонтов вымерла; он обвинил своего дядю в совершенных им убийствах, которого затем отправили в Азкабан, где он и умер. Маккинноны вымерли. Той ночью он убил почти двадцать чистокровных, включая беззащитных детей. Он убил двадцать три члена Дома Боунс, семьи, столь же древней, как и любая другая в нашей стране, не считая самой Амелии Боунс, одной из величайших ведьм своего поколения. Он убил Прюэттов; он убил Фенвиков; Дирборнов; Медоуз; он является причиной почти полного исчезновения семей Лонгботтомов, Боунсов, Поттеров и Блэков, все из которых являются древними чистокровными Домами. Если он так сильно любит чистокровных, почему он убивает так много?" "Он даже не уважает своих собственных последователей. Он назвал вас всех своими слугами. Я думал, гордые чистокровные ни перед кем не преклоняются, но ваш собственный хозяин - сын маггла, который любит вас пытать. Вы ползаете на коленях перед полукровкой, в то время как вы сами называете нас грязью. Вы были ослеплены так долго, и из-за этого вы чуть не разрушили наше общество. Вы все дураки! Если мы столкнемся с магглами, война между нами и ними будет неизбежна! Есть причина, по которой был введен в действие Международный статут о секретности, и почему каждая страна в мире так жестко его соблюдает! Война с ними была бы бесконечной! Там миллиарды магглов! Что ты собираешься делать? Убить их всех? Это невозможно! "Если вам все еще нужны доказательства испорченной родословной вашего хозяина, посмотрите на это!" Гарри использовал то же самое заклинание, которое Реддл использовал в Тайной комнате, и нарисовал в воздухе. ТОМ МАРВОЛО РЕДДЛ Взмахом его палочки буквы перестроились в форму: Я ЛОРД ВОЛДЕМОРТ "Волдеморт - это выдуманное имя, придуманное подростком с проблемами с рассудком", - объявил Гарри, его голос все еще эхом разносился по всему замку и окружающей деревне. "Реддл, это сообщение для тебя. ты использовал этих людей, как скот, клеймя их своим клеймом. Я не Альбус Дамблдор. Я знаю о преступлениях, которые ты совершил, и о преступлениях, которые совершили твои последователи. Я не тот человек, чтобы давать второй шанс. Если ты придешь с палочками наперевес, чтобы убивать невинных детей только потому, что они стоят у тебя на пути, я убью тебя, точно так же, как я усмирил твоего ручного оборотня Фенрира Грейбека. Я предупредил тебя." "Квиетус!" В Большом зале было тихо, как в могиле, и люди ошеломленно уставились на Гарри. Рон и Гермиона гадали, что случилось с их лучшим другом за последний месяц. Когда он успел обрести достаточно уверенности, чтобы так насмехаться над Волдемортом? Кроме того, как он мог заставить себя сделать это? Ни один из хоркруксов еще не был уничтожен! Во всем этом не было смысла. Прольется невинная кровь, потому что Гарри занял позицию, когда они еще не были готовы. Кроме того, Гарри убил Грейбека и тех егерей? Профессор МакГонагалл откашлялась. Было видно, что она потрясена не меньше остальных. «Спасибо за эту речь, мистер Поттер. Несовершеннолетние студенты, пожалуйста, следуйте за профессором Спраут, она приведет вас в безопасное место. Все те студенты, которые хотят присоединиться к людям снаружи, уходите, пока мы вас не заставили». Было движение из каждого дома. Гарри увидел, что несколько человек из Гриффиндора, Хаффлпаффа и Рейвенкло тоже присоединились к группе слизеринцев, когда они вышли из зала, все еще ошеломленные тем, что сказал Гарри, хотя Панси продолжала бросать на Гарри грязные взгляды. Почти четверть слизеринцев ушли, оставив остальных позади. — Пришло время отложить в сторону ваши разногласия здесь и сейчас, — твердо сказал Гарри. «Когда начнется бой, не используйте оглушители, они бесполезны. Используйте редукто, режущие проклятия и все, что смертельно опасно. Повторяю, оглушающие заклинания бесполезны, так что не используйте их! Эти ублюдки здесь, чтобы убить вас. Они здесь, чтобы убить невинных детей. Не проявляйте пощады». — Но мы не можем этого сделать! — воскликнула Гермиона. «Гарри, мы не можем убивать людей только потому, что они Пожиратели Смерти. Профессор Дамблдор...» «...мертв, и неважно, чего он хотел, потому что сегодня ночью здесь с нами сражается не он», — категорически закончил Гарри. «Это война. Либо убей, либо будь убитым. Если вы оглушите Пожирателя Смерти, он будет преследовать вас вечно, напоминая вам о вашей неудаче в предотвращении гибели множества невинных людей только потому, что вы решили произнести заклинание. которые мог бы нейтрализовать студент-второкурсник. Если вы не хотите убивать, выведите их из строя. Отрежьте им руку с волшебной палочкой или используйте Проклятие разрушения костей. Позовите мадам Помфри. Когда начнется битва, нам потребуются целители, чтобы вылечить наших раненых. Кингсли, пожалуйста, займите место». Кингсли Шеклболт кивнул Гарри, в его глазах светилось одобрение, когда он повернулся, чтобы обратиться ко всем, объясняя им свои боевые стратегии. Гарри тихо вышел из Большого Зала и направился в Комнату Требований. Как только он закончит уничтожать последний хоркрукс, он разберется с Драко. Как только он вошел в коридор, ведущий в Комнату, он увидел, что там стоят только три человека — Джинни, Тонкс и женщина царственного вида, в которой Гарри узнал бабушку Невилла. — Тонкс? — недоверчиво спросил Гарри. — Что ты здесь делаешь? Я думал, ты дома с Тедди? Тед Люпин, сын Ремуса и Тонкс, появился на свет в третью неделю сентября. Они встретились во время Святочных каникул, когда Гарри учился на шестом курсе. Её неожиданная беременность быстро привела к свадьбе, и Гарри был весьма сбит с толку, когда они попросили его стать крестным отцом их еще не родившегося ребенка, когда он прибыл в Нору несколько месяцев назад. Он не знал, почему они спросили его, потому что, откровенно говоря, он не очень хорошо знал ни Ремуса, ни Тонкс, но тем не менее принял это предложение. Само существование Тедди было исключительно личным делом, известным только членам Ордена; об оборотне, родившем ребенка, было неслыханно, и они решили держать это в секрете, чтобы население Волшебной Британии вместе с Министерством магии не решило навредить ребенку из-за своего страха и фанатизма. — Здарова, Гарри. Он в Норе с Молли, — рассеянно ответила Тонкс. — Она присмотрит за ним. Где Ремус? «Ты должна спрашивать Кингсли. Он организовывает людей. Вы также найдёте Невилла в Большом зале, леди Лонгботтом», — ответил Гарри. Тонкс и Августа Лонгботтом кивнули и поспешили прочь. — Джинни, извини, но тебе придется покинуть комнату. — Наконец-то, — пробормотала Джинни себе под нос. Ее отец очень настаивал на том, чтобы она оставалась в Комнате Требований. Она посмотрела на Гарри и не могла не обнять его за шею. Со своей стороны, Гарри чувствовал себя очень неловко. Почему он чувствовал себя таким образом, было выше его понимания, ведь всего месяц назад он был уверен в своей любви к Джинни. — Джинни, сейчас не время. — Я знаю, — прошептала она. — Удачи, Гарри. Она поцеловала его в щеку и быстро ушла. Гарри смотрел, как она исчезает в коридоре, на его лице преобладала хмурая гримаса. Почему-то он чувствовал, что его больше не привлекает дочь семьи Уизли. Покачав головой, чтобы прогнать такие мысли, он решил сосредоточиться на насущном вопросе. Как только он начал расхаживать перед входом в комнату, его прервали. "ГАРРИ!" Гарри застонал, увидев бегущих к нему Рона и Гермиону.