Портной

Приятные бежево-молочные цвета ароматного помещения. Запах здесь был не таким, какие принято считать приятными. Это был не запах освежителя воздуха, не пряный, и не обманчиво приторно-булочный. Этот запах, если почувствуешь, потом сложно спутать с чем-то другим. Немного разогретого машинного масла, струя свежего воздуха из приоткрытого окна, и переливы запахов от горелой древесины до больше похожих на парфюм. Так пахнут десятки рулонов с самыми разнообразными тканями. А их хозяин как раз принюхивался к подожженному им же клочку новой ткани, что прибыла к нему вот только что, вместе с новоприбывшей клиенткой. – Добро пожаловать, – голос портного приятен. Он улыбается замявшейся на пороге девушке и указывает на небольшой гостевой диванчик. Мастерская залита мягким светом летнего закатного солнца. Достаточно ярким, чтобы не включать свет, но уже не ослепительно обжигающим. Именно таким, под который комфортно и работать, и отдыхать. – А что... Что я здесь делаю? – удивленно спросила она, но приняла приглашение и присела на край дивана. – Кофе, чай? – К-кофе... В ее глазах ясно читалась растерянность — не новая эмоция в этой мастерской, но всякий раз до приятного трогательная, на которую портной всякий раз нежно улыбается и, прежде чем начать разговор, подает клиентке заказанный напиток — чашечка ароматного бразильского кофе. – Ты здесь получаешь прекрасное новое платье, дорогая. – А оно мне нужно?.. – Всем нужно новое платье! Мастер с еще более веселой улыбкой вскидывает руками и, сняв с шеи мягкую сантиметровую ленту, поднимает девушку с дивана, прямо так, с чашечкой кофе в руках. Он снимает с нее мерки не записывая, запоминая, как и сотни раз до этого. – А по какому поводу? – не унимается любопытная душа. – Давай я сейчас сниму мерки, а потом мы с тобой все обсудим, м? – отвечает портной и на последних словах подмигивает девушке, намекая, что та отвлекает его своими разговорами. Они умолкают. Творец творит, холст изумленно молчит, попеременно наслаждаясь действительно очень хорошим кофе. Пожалуй, лучшим из всех, что она пробовала. – Должна сказать, ваш кофе очень хорош, – говорит она, освободившись от рук портного и вновь садится на диван, придерживая тарелочку и чашечку над коленками как истинная леди. – А я пью очень много кофе, поверьте. – Охотно верю. Кем ты работала? – кивает портной в благодарность за комплимент. – Работаю. Я агент по подбору персонала сразу в двух строительных компаниях. – О, знаю-знаю. С виду, очень простая профессия, а на деле — сущий ад! – знающе покивал портной, раскладывая на своем столе полотно ткани. Прекрасный штапель с легким цветочным принтом, ни к чему не обязывающим, но при этом элегантным и в меру строгим. – Много вас у меня бывает... – Из этой ткани будет мое платье?.. – недоверчиво спрашивает девушка, со стороны наблюдая за работой. – Я слышу в твоем голосе нотки недоверия. Поверь, в нем ты будешь прекрасна. Портной звучал так уверенно, что ей ничего не оставалось, кроме как насладиться минутами покоя в этой мастерской. – Лучше расскажи о том, как прошел твой день? – мастер вновь задает вопрос, лишь на секунду отвлекаясь на девушку, прикидывая как расположить выкройку. Девушка вздыхает. – Да день как день... Хотя. С самого утра все сыпалось из рук, как песок сквозь пальцы! За что не возьмусь — все выходит как-то не так! С самого утра: то кофе на себя пролью, то споткнусь, то очередной неадекват на собеседовании. – Это уже не звучит как «день как день», – усмехается портной, уверенно разрезая прекрасную ткань на детали. – Давай по порядку? – По порядку... – выдохнула девушка, расслабляясь окончательно и откидываясь на мягкую спинку удивительно удобного дивана. Теплого и уютного, окутывающего со всех сторон в объятия покоя и комфорта. – Утром, пока я ловила такси, в меня чуть не врезался велосипедист. Толкнул меня, и я опрокинула на себя свой термос с кофе. Мало того что я обожглась, так пришлось возвращаться домой и переодеваться! Я опоздала на работу из-за него и получила выговор. А этот парень даже не остановился чтобы извиниться. – Очень невежливо с его стороны. – Вот-вот! А выходя из кабинета начальника я задела его отвратительный ковролин каблуком, а эти туфли этот мудак же и заставил меня носить. А навернулась я прямо на глазах всего логистического отдела! Хорошо, что хоть никто не смеялся, я бы, наверное, сгорела со стыда... – Ковролин и правда был таким ужасным? – Вы даже не представляете насколько! – девушка выделила последнее слово особенно эмоционально и, подумав над этим с несколько секунд, усмехнулась, найдя это забавным. – А что же за неадекват на собеседовании? Портной слушал внимательно, казалось, он был больше в разговоре, чем в работе, но отнюдь. Его гений скользил в каждом движении ножниц на ткани, в каждой заколотой булавке и вычерченной вытачке. Из-под его рук, словно из-под пальцев музыканта, вырисовывалось платье с аккуратно расположенным принтом. – Да об этом даже говорить не хочется. Таких, иногда, по десятку день. «Я ничего не умею, нигде не учился, возьмите меня, пожалуйста, на сто тысяч миллионов в день, и чтобы работы поменьше»! А этот еще и на грудь мою пялился. – Не сочти за дерзость, это комплимент, но посмотреть ведь действительно есть на что, – весело говорит портной. – Да... Стоило бы одеваться на работу поприличнее, но мои начальники, причем оба, прописали мне дресс-код прямо в трудовом договоре, – устало вздохнула девушка, сбрасывая кончиками пальцев со своего колена невидимую пылинку. – Таковы мужчины — любят красивых женщин. – Да и женщины любят красивых мужчин, – согласно кивает девушка. На фоне непринужденной беседы тихо зажужжала швейная машина. – Теперь у меня будет красивое платье, чтобы ходить на работу, – с улыбкой добавляет она, наблюдая за работой портного, что даже шил с утонченной грацией, всем видом невольно показывая, как он наслаждается процессом. – Оно не для работы, милая. – Хм... Думаю, вы правы, слишком непринужденный принт, – немного подумав говорит девушка. – Ну, что, на этом глазастом соискателе твои приключения закончились? – О, как бы не так, – вновь заводясь веселой иронией говорит девушка. – У меня же две работы. После обеда я поехала на вторую, а там, о боже, корпоратив... Заключили в первой половине дня многомиллионный контракт, во второй половине празднуют. – Ты не любишь праздники? – Люблю, но не такие. Вручили пластиковый стаканчик с коньяком на дне и потащили танцевать в переговорной. А там начальник тоже... Не самый тактичный, – она скривила лицо, в отвращении закатывая глаза. – Пойдем примерим, милая, – поверх ее слов говорит портной, вставая со своего стула и подходя к ней уже со сметанным платьем. – Так быстро?.. – Оно еще не готово. Но у тебя прекрасный портной, платье будет готово быстро. Блузлочку и юбочку прочь, обещаю не лапать тебя, как это делал второй начальник. – Откуда вы знаете? – девушка отставила чашечку кофе на журнальный столик рядом и встала чтобы раздеться. – Было не трудно догадаться, – мастер тактично отвернулся, держа в руках платье, которое потом подал ей. – Ага. Ну, вы уже поняли. Он-то пил уже, наверное, целый час. И музыка была такая... Знаете, такую на радио крутят в самые прослушиваемые часы. На мое место очередь, поэтому пришлось ему подыгрывать. А он и так невообразимый мудак, а как выпьет, так вообще меры не знает. Пока она говорила, мастер закалывал ткань на ней, забавно пережевывая во рту кончики булавок — так ему было удобнее их держать. – Сегодня особенно прекрасный закат, – вдруг мечтательно вздыхает она, посмотрев на широкие окна мастерской. – И долгий... – Он здесь всегда такой, – уклончиво говорит портной. Справился он довольно быстро, после освобождая клиентку из колючей, из-за булавок, ткани. – Мне одеться? – Набрось халатик. Я быстро управлюсь, особенно если продолжишь рассказывать. – Мне кажется, я утомляю вас своей болтовней, – слегка смущенно ответила девушка. Она нашла предложенный халат на вешалке рядом с диванчиком и, сняв его, набросила на свои плечи, садясь обратно. – Отнюдь, всем нужно выговориться, а я благодарный слушатель. – Это правда, вы очень хорошо умеете слушать. Если бы все люди были такими... – выдохнула она, собираясь с мыслями, и продолжила говорить. – Ну, в общем, на этом «празднике жизни» я была явно слишком к месту, особенно для пьяного начальника. И руки у него были липкие, фу. В общем, я написала подруге чтобы она спасла меня из этого ада, и она позвонила. Обставили все так, как будто у меня дома сорвало кран, и я заливаю соседей! Они рассмеялись вместе. Это было гениально просто. – А потом, когда я ловила такси, меня окатили из лужи, – резко перестав смеяться говорит девушка, но все же улыбается с долей иронии. – Вот уж точно денек что надо, – портной весело пожимает плечами. Девушка замолчала, наблюдая за его работой, а он больше не настаивал на продолжении разговора. Закат все не сбавлял оборотов, а ароматный кофе в чашечке не заканчивался, хотя кофейная линия внутри ясно давала понять, что из нее все же отпивали. – Очень спокойно у вас тут, – шепотом говорит она, боясь спугнуть наваждение. – Даже машин не слышно. – Это место создано для успокоения, – кивает портной, прорезая петлю для пуговицы. – Когда я была маленькой, я любила перебирать пуговицы в маминой коллекции... Позволите? – Конечно, – мастер взмахнул рукой на десятки аккуратно составленных ящичков. Возле них девушка, кажется, зависла надолго. Цветное разнообразие от пестрых детских пуговочек, до строгих костюмных. Массивные пальтовые, маленькие потайные. Здесь можно было найти все что душе угодно. Прямо как в детстве, когда мама чинила ее порванные штаны, а она выбирала самую красивую пуговицу из всех, и, конечно, они пришивали именно ее на место утерянной. Когда-то эти штаны, кофточки и платья казались ей поношенным и сотни раз заштопанным старьем, а теперь о них осталось только приятное воспоминание о заботливых руках матери, что бессонными ночами аккуратно зашивала каждый разошедшийся шовчик, латала каждую дырочку, пришивала нашивки и бантики. «Для своей принцессы», – так она говорила. – Скучаете по маме? – голос портного осторожно разрезает тишину. – Выбрали пуговицу? – Да, вот эту... И, да, конечно, скучаю. Уже почти готово? – Осталось пришить пуговицу, – он забирает у нее пуговицу и лучезарно улыбается, поднимая настроение одной улыбкой. Девушка смахивает скатившуюся слезу и улыбается ему в ответ. – Сейчас, выговорившись, вам не кажется, что вы были немного категоричны к людям? – Вы о чем? – О велосипедисте, о глазастом соискателе, начальниках. – Думаете? – Попробуйте взглянуть на них с другой стороны. Велосипедист не остановился, когда вышиб кофе из вашей руки. Думаю, он спешил куда-то. Не спавший студент спешит на очередную подработку, так сильно уставший, что не заметил красотку на каблуках? Не думаю, что у него не осталось синяка от вашей встречи. – Да, понятно, что это было неприятно нам обоим. – А этот несчастный, что так запутался в самом себе, что не знает, кем он хочет быть по жизни? Работа — основная деятельность человека. И вот он, отец двоих детей, приходит в фирму где можно работать руками и не требуется особенного образования, а его встречает красотка на шпильках. Она не смеется над ним открыто, но он-то видит в ее глазах насмешку. – С соискателями я веду себя корректно... – У одного начальника на хвосте сидит налоговая, у второго гулящая жена. Портной поднимается из-за своего рабочего места и протягивает девушке готовое платье. – Это не дает им права меня домогаться, – с иронией отвечает она и снимает халат, чтобы надеть обновку. – Не дает. Но, я думаю, мы оба можем их понять. – Да, можем, почему нет-то... Девушка согласно кивает. Скидывает халат, надевает платье и, застегивая пуговицу, подходит к зеркалу. Лицо ее тут же расцветает улыбкой, а ноги сами заставляют закружиться в восторге, осматривая себя со всех сторон. – Вы были правы! Я действительно прекрасна! – задорно смеется она, играя с широкими полами юбки. – И рисунок великолепно лег. Вы гений! – Отличное платье для последнего праздника, – портной довольно улыбается, со стороны разглядывая свое творение. На его шее висит сантиметровая лента, а руки сложены на груди. – Праздника?.. – не понимая спрашивает она и удивленно вздергивает бровями. – А знаете, я совсем не помню, как попала сюда... – Что последнее вы помните? – Я ловила такси у здания офиса, и меня окатила из лужи пронесшаяся мимо машина. Я даже выронила свою сумку... – девушка говорила медленно, вспоминая все по крупицам, и постепенно меняясь в лице с удивления на испуг. – Наклонилась чтобы поднять ее, а когда подняла глаза то... Увидела несущийся на меня внедорожник? Ее лицо застыло в изумлении, а глаза заморгали часто-часто. Она взглянула на портного, задавая безмолвный вопрос. – Тебя сбила машина, моя дорогая. День, действительно, не очень, – он пожал плечами. – И я?.. – Умерла, – портной беспощадно и столь же непринужденно закончил за ней фразу. – Это твое платье на твой последний праздник. Ты прекрасна в нем, и праздник будет таким же, ничего не бойся. – А как же моя работа?! – испуганно вскрикнула девушка. – А она так сильно тебе нравилась? – портной иронично усмехнулся, чем вызвал смешок у нее. – Ну, все, иди. У меня следующий клиент вот-вот появится. – Как-то... Страшновато. Я правда должна идти? А что там будет? – Я же сказал: ничего не бойся. Там точно не будет твоего начальства и глазастого соискателя, – положив ладонь на ее лопатки, он проводил ее до двери, и добавил: – Там будет мама. Девушка в неуверенности закусила губу, берясь за ручку двери, и взглянула в добрые глаза портного. Она была готова вот-вот выйти, но задержалась, чтобы сказать ему: – Спасибо. И за этот вечер, и за чудесное платье.