-Я ненавижу тебя, Ганнибал.

В висках пульсировало, голова раскалывалась, тело дрожало. Каждое движение давалось ему не легко, перед глазами плыло, а ноги будто не слушались. С тяжестью преодолевая лестницу и моментами погружаясь в свои мысли, наконец он дошел до двери. Уилл ещё раз поставил себя перед выбором “а стоит ли?”. Вдруг он выгонит его, ведь мужчина проявил страх, испуг и слабость при убийстве. Уже не первый год работы в ФБР. Эти расследования убивали Уилла морально и физически, с каждым разом становилось больнее. Сегодняшний день, казалось, был последним для карьеры мужчины. Ещё точно не известно о состоянии Эбигейл Хоббс, но её отец был убит. Уилл убил его. Из глаз потекли слезы, а руки задрожали, на нём была еë кровь.. Он быстро провёл запястьем по глазам, дабы убрать слезы. Уилл уверенно и резко схватился за ручку, потянув на себя, он зашёл и захлопнул дверь. Войдя, перед ним предстала картина - Ганнибал стоял посреди кровавого месива, вся его одежда и руки были в крови, в правой руке он держал сердце, в левой - нож. На полу валялись различные органы, а возле ног психолога лежала отрезанная голова Эбигейл. Из рук пациента выпали отчёты и пиджак прямо на кровавый пол. Слезы текли из его глаз и, средь тишины, громко капали на пол. Он медленно сдвинулся с места и подошёл к Ганнибалу, его бесчувственный взгляд упал на голову. Уилл медленно опустился на колени и, медленно потянувшись, поднял голову Эбигейл. Пациент смотрел в ее мертвые глаза, которые уже никогда не будут сиять и блистать. Ганнибал смотрел на него свысока и со спокойствием относился к ситуации, он не собирался его ранить или убить, мужчина даровал ему выбор - принять или отвергнуть. Ганнибал бросил нож и орган в сторону. Слезы Уилла падали на еë щеки. Через несколько секунд он поднялся и с ненавистью посмотрел в очи Ганнибала. Уилл резко ударил психолога в живот, тот же слабо отшатнулся и никак не отреагировал. Попытки пациента повалить Ганнибала не увенчались успехом, он легко блокировал его удары, но что странно, вовсе не пытался ударить в ответ. Дыхание Уилла сбивались от попыток выплеснуть свой гнев на психологе, но в конце концов решился достать пистолет. Как только пациент потянулся за ним, тут же получив резкий удар в спину от Ганнибала, который прижался к нему и своим весом повалил его на пол. Оказавшись на кровавом полу, Уилл постарался вырваться и дать отпор, но это не удавалось. Психолог схватил кровавую верёвку и начал связывать ею пациента. Ганнибал перевернул к себе лицом связанного Уилла и, как будто, стал любоваться им. Лицо, искаженное гримасой гнева и страха, кровавые волосы, прилипшие ко лбу, одежда и верёвка, обтягивающие его тело, все это казалось Ганнибалу чем то необычным. Психолог резко и безмолвно прислонился к шее и начал до боли кусать еë, оставляя пятна, из уст Уилла раздавалось рычание, бившееся о стены создавая эхо. Он пытался вырваться, но это было бесполезно, со стороны он выглядел беспомощно и привлекательно. Ганнибал не прекращал кусать, оставляя всё больше и больше укусов. Резко его слух пронзил сладкий стон Уилла, лежавшего под ним. Психолог поднял голову от шеи и с кровожадной улыбкой посмотрел пациенту в глаза, тот же старался отдышаться и периодически ëрзал. Попытки выбраться были провалены, Ганнибал продолжал до боли кусать его шею. Тело Уилла дрожало от страха, на глазах были заметны небольшие блестящие на свету слезы. Сердце билось очень быстро, казалось, что он слышал это. Адреналин в крови повышался, страх быстро отдавался в виски, казалось ещё немного и он потеряет сознание. Психолог привстал и перевернул Уилла к себе задом, немного приподняв его пятую точку к верху и раздвинув ноги. Он понимал что сопротивление бесполезно, оставалось только не дёргаться, так он быстрее перестанет чувствовать боль. Ганнибал начал снимать с пациента джинсы и нижнее бельë, чувство отчаяния росло с каждым действием его мучителя. Он боялся, хотел просто исчезнуть, не желал видеть это всё, лучше бы Уилл не приходил сегодня на запись. Ганнибал, резко начавший растягивать тело под собой. Уилл, уже отчаявшись, издал мучительный и приглушенный стон. Пациент старался молчать и не издавать ни звука, но давалось это сложно. Растянув достаточно, психолог начал растëгивать свой ремень и снимать штаны. Он вошёл резко и полностью. Уилл издал что-то похожее на стон, только полный боли и отчаяния и начал подрагивать от надвигающейся истерики. Уилл хотел громко зареветь от предательства и боли, ударить его, накричать или просто отключится, чтобы не чувствовать и не воспринимать то, что с ним делает Ганнибал, но не мог, он знал последствия. Он хрипел от боли, с каждым толчком становилось все больнее, это словно удар ножом в сердце от любимого человека, тяжело и больно. Веревка туго обтягивала его руки и оставляла на них покраснения, которые возможно в будущем превратятся в гематомы. Ганнибал кончил с тихим хрипом удовольствия, а Уиллу это принесло лишь боль - моральную и физическую. Пациент, с гневом и страданием во взгляде, безмолвно упал на ковер посреди квартиры. Психолог, развязав его руки и поднявшись, начал одеваться, ни сказав ни слова, но тишина ранила уже достаточно. Дрожа, Уилл поднялся и быстро, насколько это возможно, натянул штаны и подошёл к, упавшим из его рук, бумагам и пальто. Поднявшись, Уилл встал перед дверью совершенно безэмоционально сказал: -Я ненавижу тебя, Ганнибал. Он быстро вышел и, с характерным хлопком, закрыл дверь. От Ганнибала ни последовало никакой реакции, но ему было наплевать на эту ситуацию. Уилл вышел на улицу и, медленно шагая под дождем, морально убитый и опустошенный, пошёл домой. На улице не было ни единого человека, ну естественно в такой то ливень. Дождь смывал всю кровь Эбигейл с него. Он шел, дрожа от холода и шатаясь от все еще оставшейся боли, из его глаз текли слезы, но их было вовсе не заметно из-за ливня. Уилл остался один на один со своими мыслями навсегда, он больше никому не сможет довериться и открыться. Эта была его последняя встреча, это был его последний день...