Так и живём

До дня Спортивного Фестиваля оставалось четыре дня, а это означало, что Шота был перегружен работой и достаточно напряжен ещё до того, как он получил, пожалуй, самое обескураживающее сообщение от Юрея. Линчеватель заранее предупредил его, чтобы он не ждал его во время патрулирования той ночью, сказав, что ему нужно кое о чем позаботиться и он не успеет, так что внезапно получить от него сообщение с некоторыми координатами мягко говоря, настораживает. К счастью, Шота с самого начала был не слишком далеко от этого места и добрался туда всего за пару минут, легко приземлившись на вершину ближайшей крыши. Чего он толькони ожидал — может быть, драки? Юрей ранен? Могущественный злодей? — это точно не был Юрей, сидящий со скрещенными ногами на вершине мусорного бака и тихо разговаривающий с неизвестным человеком, который, в свою очередь, прислонился к противоположной стене переулка. Они оба выглядели так, будто только что участвовали в драке, небольшие порезы и травмы, с изодранной грязной одеждой, но у Шоты не сложилось впечатления, что они были друг против друга. Он спустился вниз, ловя конец их разговора. — … пусть сестрёнка позаботится о них позже, перестань суетиться, — проворчал незнакомец. «Это не суета — о, Сотриголова!» Юрей оживился, махнув рукой в ​​его сторону, и Шота приветственно кивнул, следя за тем, чтобы незнакомец оставался в поле его зрения. «Спасибо, что пришли так быстро». Он рассеянно хмыкнул, позволив себе немного расслабиться из-за отсутствия каких-либо действий. — Почему ты позвонил мне? — наконец спросил он, глядя, как Юрей потирает затылок, выражая легкую застенчивость. Шота подавил желание нахмуриться. — Юрей? — Не злись, — начал Юрей, и это были волшебные слова, которые действительно заставили его нахмуриться, потому что за ними обычно не следовало ничего хорошего. – Вот, просто… посмотри сам. Юрей неопределенно указал на незнакомца. Точнее, на ноги незнакомца, и Шота прищурился, задаваясь вопросом, что, черт возьми, мог показать ему Юрей… Он сделал паузу. Это было… тело? На один поистине сюрреалистический момент он подумал, что, может быть, Юрей кого-то убил и ему нужна помощь — помощь Шоты в этом — чтобы спрятать тело, но затем он уловил исходящий от него звук неглубокого дыхания и отбросил эту мысль. Тем не менее, это все еще оставило его с телом. — И кто это должен быть?.. — спросил он, потому что о чем еще можно было спросить в этот момент? Очевидно, Юрей хотел, чтобы он что-то с этим сделал, учитывая, что в противном случае он просто передал бы человека полиции. Юрей моргнул, выглядя сбитым с толку, в то время как незнакомец издал стон, как будто внезапно осознав что-то очень очевидное, и шаркнул прочь от тела. Впрочем, не слишком далеко. Ровно настолько, чтобы его было лучше видно в тусклом свете уличного фонаря, но все же на расстоянии вытянутой руки на случай, если он вдруг начнет двигаться. Шота снова внимательно изучил его, пока тишина затягивалась, вглядываясь в окровавленную черную одежду, отдельно связанные руки и подозрительно знакомые седые волосы. Очевидно, Шота должен был узнать этого человека. По крайней мере, так думал Юрей. Словно понимая, что ему, вероятно, следует объясниться, линчеватель неловко откашлялся. — Это, эм… Сотриголова, это Шигараки Томура. А, так вот почему Юрей начал этот разговор фразой «не злись». Если Шота поседеет в молодости, это определённо будет вина Юрея.