Четыре утра

Под окнами слышались громкие шорохи и свист. А где-то на балконе был беспорядок, состоящий из осенних листьев. Ветер сорвался в прикрытое окно и раздул лепестки цин синь, что так бережно собрал архонт, вплетая их в волосы адепта. Четыре утра. Он уже должен был выбиться из сил и уснуть на месте, но он лишь тихо смеётся и целует в щёчку. Говорит какой Сяо милый, когда у него растрёпанные волосы. Поднимает цветы и заново начинает заплетать косички. Не по себе, когда тебе смотрят прямо в глаза. Алатус отводит взгляд на пол. Туда, где виднелась рука, собирающая остатки цветов. Дожидаясь, когда он закончит заплетать, ляжет на колени, и, наконец, уснёт. Вместо этого мягкая рука переместилась на щеку, поглаживая большим пальцем. Просит посмотреть на него. – Тебе нечего стесняться. – говорит, замечая румянец. Заправляет волосы за ухо и снова целует куда-то в висок. Кладёт голову на плечо адепту, обвивая руками талию, прижимает к себе. Щекочет шею дыханием и ёрзает на коленях. Хочет, чтобы обняли в ответ? Алатус неуверенно обнимает Венти, залезая руками под зелёную накидку. Тонкими, длинными пальцами перебирает пряди на затылке, пока Сяо убирает лепестки цин синь на плаще Венти. Архонт добирается руками до плеч и поднимается, смотря другому в лицо. – Ты знал, что тебе идёт? – слегка наклонил голову в бок и улыбнулся. – Тебе цветы больше подходят. – Согласен, ты и без них милый – очередное хихиканье и поцелуй в щёку.