десятки прикосновений

Did I take it too far? Я зашла настолько далеко? Now I know what you are Теперь я знаю, что ты такое. You hit me so hard Ты так сильно меня ударил, I saw stars Что искры из глаз посыпались. Think I took it too far Кажется, я зашла слишком далеко, When I sold you my heart Когда продала тебе своё сердце. How'd it get so dark? Как же стало так темно I saw stars Я видела звёзды. nda — billie eilish

      Первый раз, когда она прикоснулась к нему, был на третьем курсе.       Это было на первом уроке Хагрида, на котором Малфой после получил от Клювокрыла за то, что тот слишком того не уважал. Она помнила очень чётко тот момент, когда Хагрид решил, что Гарри будет первым, кто прокатится на Клювокрыле. Гарри тогда неуверенно вышел вперёд и подошёл к магическому существу, а все остальные столпились и внимательно следили за этим. Когда Клювокрыл встал на задние лапы, все ахнули, испугавшись.       И Гермиона тоже испугалась за Гарри. От страха она схватила руку парня, что стоял слева от неё, поспешно решив, что рядом стоит Рон. Поэтому она повернула голову, встревоженно взглянув на него.       Но слева от неё стоял Драко драккл-его-дери Малфой, который ошарашенно смотрел на неё. Сердце замерло, как и она сама. Боялась пошевелится. Она забыла и про Гарри, и про Клювокрыла, да вообще про всё.       Словно только вспомнив, что она может двигаться, Гермиона опустила сначала взгляд на свою руку, которая крепко вцепилась в его оголённое правое предплечье, а потом снова подняла взгляд на парня.       — Убрала свою херову руку, грязнокровка. — Прошипел он тогда в своём привычном тоне.       Только тогда она поняла, что почему-то не убрала её сразу, и послушно сделала это, вцепившись пальцами в край мантии. Малфой хмыкнул, будто услышал её мысли, от чего Грейнджер смутилась и отвернулась.       «Какого чёрта он стоял рядом?! Он же, блять, не выносит меня.» — Подумала она и нахмурилась.       После занятий Малфой поймал её по пути в Большой зал, загнал в заброшенный кабинет и в своём привычном малфоевском тоне развёл тираду о том, что больше подобное никогда не произойдёт. Будто она сама планировала повторять такую глупую ошибку?!

***

      Второй раз прикоснулся к ней уже он. Это было на следующем курсе, во время Святочного бала.       На протяжении всего года она не могла отделаться от мысли, что он ей интересен. Она периодически ловила себя на мысли, что начинает невольно искать его в толпе. Ловила каждое упоминание его имени в разговорах с друзьями и хмурилась, когда он не появлялся на занятиях.       Произошло это, — ну, прикосновение, — при совершенно странных обстоятельствах, во время танцев. Когда очередной партнёр сменился, Гермиона оказалась лицом к лицу со своим врагом. Его тоже не обрадовалась новая партнерша.       Увидев перед собой гриффиндорку, его взгляд тут же стал нечитаемым и тяжёлым, а губы плотно сжаты.       — «Никогда», Малфой? — ехидным тоном спросила она, цитируя его слова, сказанные в том заброшенном кабинете.       Его рука на талии сжалась, от чего ей показалось, что на том месте останутся «холодные» ожоги, потому что он был слишком холодным. Его серые глаза сейчас больше напоминали айсберги, а его взгляд заставлял её думать, что он пытается её заморозить. Платиновые волосы были уложены в красивую причёску, а чёрно-белый костюм смотрелся на нём просто божественно. Она не была настолько слепа, чтобы не заметить его красоту.       О, он определенно был красив.       — Заткнись, Грейнджер, и танцуй, — грубо ответил он, что её совершенно не удивило.       А вот что точно удивило, так это то, что он притянул её ближе к себе, от чего его горячее дыхание касалось её ушной раковины. Гриффиндорка задержала дыхание. Она была уверена, что отныне только его близость вызывает в ней противоречивое удовольствие. Никто больше не вызывал в ней это щемящее чувство в районе сердца, от чего она ругала себя за то, что допустила это.       — Что ты творишь? — уже удивлённым тоном спросила девушка.       Но Малфой не ответил. А после окончания танца скрылся из виду, не дав ей напасть с расспросами, а на его место пришёл Виктор, который увлёк её танцевать дальше.

***

      Третий, четвёртый и пятый разы произошли тем же вечером, но после того, как Рон устроил скандал из-за того, что она пришла на бал с Виктором. Гермиона радовалась, что Рональд не увидел её с Малфоем или не придал этому значения, иначе она бы не выдержала его гнева.       После ссоры с Роном она отправилась в Астрономическую башню, где дала волю слезам. Ссора с Роном подбила Гермиону, ведь она доверяла ему и считала, что тот не станет упрекать её за мнимую связь с врагом. Это ведь всего лишь танцы.       Видимо её плач был слишком громкий, ведь он привлёк внимание проходящего мимо Малфоя, который в скором времени застал её всю в слезах.       Тогда она готовилась к очередной тонне яда из его рта о том, какая она жалкая и мерзкая, но этого не последовало.       Вместо этого он подошёл, схватил за плечо и повернул её лицом к себе.       — Что тебе нужно, Малфой? — дрожащим голос спросила она, вздёрнув подбородок. Всё равно хуже уже не будет.       — Кто это сделал? — он проигнорировал её вопрос, от чего она шумно втянула воздух.       Этот вопрос был последним, который она могла услышать от него.       — Что? — удивленно произнесла она, от чего слёзы прекратили течь.       — Кто. Тебя. Блять. Обидел. — Чётко, по словам произнёс Малфой, от чего гриффиндорка нахмурилась.       — Какое тебе дело? Боишься, что кто-то сможет занять твоё место? — прошипела Гермиона.       — Грейнджер, — прорычал он. — Не беси. И ответь на вопрос.       — Сначала ты ответь. Зачем тебе это, Малфой?       Слизеринец на секунду закрыл глаза, откинул голову назад, от чего его волосы красиво упали назад, и обречённо вздохнул, видимо понимая, что иначе он не сможет добиться желаемого.       — Мне просто нужно знать. — Натянуто ответил блондин.       Грейнджер удивлённо приоткрыла губы. Что значит «нужно»? Зачем Малфою информация, которая касается её?       — Зачем? — не унималась Гермиона.       — Один от тебя вопрос, один от меня. — Он усмехнулся, но его потемневшие глаза оставались серьёзными. — Последний раз повторяю: кто это сделал?       Девушка смотрела на него добрые несколько минут, пытаясь найти какую-то подсказку или намёк, хоть что-то, что поможет ей понять, с чего вдруг такая перемена в Малфое. Но его лицо — чистый лист.       А если подумать, что будет, если она расскажет ему? Ведь это не было каким-то секретом. Да и знание не могло причинить ей вреда.       Обреченно вздохнув, девушка ответила:       — Рон. Это был Рон. Доволен?       На его лице появилась хищная ухмылка, от чего на её коже появились мурашки. Он протянул руку и стёр остатки слёз с её лица.       Гермиона распахнула сухие губы и удивлённо вздохнула. Жест привлёк внимание Малфоя: он большим пальцем провёл по её нижней губе. Это движение вызвало в ней легкий трепет.       Его серые глаза внимательно рассматривали её лицо, будто она была самым желанным подарком, который он когда-либо получал. Проведённая ею параллель показалась ей чересчур абсурдной. Как он может желать… её?       Словно очнувшись от наваждения он отнял руку и, перед тем как покинуть Башню и оставить её наедине со своими вопросами, произнёс:       — Более чем.       Через несколько минут она отправилась в гостиную Гриффиндора, где никого не застала. Решив, что хватит с неё сегодняшнего дня, девушка отправилась в спальню, где, коснувшись подушки, уснула.       На следующее утро, во время завтрака, от Гарри и Джинни она узнаёт о том, что Малфой и Рон по непонятной для всех причине подрались на Святочном балу. Запустив левую руку в свои волосы, она тяжело выдохнула и посмотрела на слизеринской стол, где нашла Малфоя, который о чём-то переговаривался с Блейзом Забини. Но, словно почувствовав её взгляд, он перевёл взгляд на неё.       «Зачем ты это сделал, Малфой?» — Вопрос застыл в её глазах, но он проигнорировал его, отвернувшись к друзьям.

***

      Шестой раз произошёл спустя несколько дней бесконечных попыток поймать Малфоя. Если более точно, то на второй день.       Гермиона поймала Малфоя, когда направлялась из внутреннего двора в здание школы. Через несколько минут должен был начаться урок по нумерологии, поэтому она торопилась, но, заметив платиновую макушку, решила, что мадам Вектор простит ей опоздание. Осознание того, что она по собственной воле решила пропустить занятия ради разговора с Драко чёрт-возьми Малфоем, поразило ей до глубины души.       Добралась до Малфоя она только когда они вошли в вестибюль. Грейнджер схватила его за руку и повела в противоположную сторону, где буквально затолкала его в пустующий кабинет.       Всю дорогу Малфой молчал, от чего девушка насторожилась. Ни тебе язвительных комментариев, ни угроз. Это… странно.       После того, как она закрыла дверь, брюнетка повернулась к нему и скрестила руки на груди.       — Ну? — подал голос Малфой, сев на стол. — Какого хера ты меня затащила в эту дыру?       — Ой, а то ты не знаешь. — В тон ему ответила Грейнджер. — Почему ты подрался с Роном?       Его глаза тут же злобно сощурились.       — Что, твой Уизел пожаловался и попросил отомстить за него? — прошипел блондин.       Гермиона удивлённо уставилась на него. Вот, это уже старый добрый Малфой, но её удивило не это. Удивила перемена в его настроении и тон его голоса. Он будто… ревновал?       «Да нет, это бред какой-то». — Подумала Гермиона. — «Какая ревность?»       — Никто мне не жаловался. И никто не просил меня ни о чём таком. — Ответила гриффиндорка. — Я ответила на твой вопрос, так что ожидаю того же и от тебя.       Малфой спрыгнул со стола и подошёл к ней, очень близко. Его дыхание щекотало её лицо.       — Прежде чем спрашивать, стоит подумать, а готова ли ты к ответу на этот вопрос. — Произнёс он медленно и тихо, его голос гипнотизировал. — Ты уверена в том, что хочешь знать ответ на этот вопрос?       Конечно же она была уверена, иначе зачем она его задавала? Кто вообще задаёт те вопросы, ответ на которые не хочет услышать?       — Да, — прошептала она решительно.       Малфой наклонился к её уху, опаляя его своим горячим дыханием, и прошептал, задевая губами мочки уха седьмым почтиприкосновением:       — Потому что он обидел тебя.       Гермиона широко распахнула глаза.       В её голове появилось ещё столько вопросов. Почему для него это важно? Что он хотел добиться дракой? Почему он ведёт себя так?       — Ч-что ты имеешь в виду?..       Но слизеринец уже покинул её.

***

      После этого она его избегала. Ей нужно было подумать, взвесить всё, но она в упор не понимала, что он имел в виду. Не мог же он действительно беспокоиться о ней? Малфой словно чувствовал, что Гермиона пребывала в растерянности, поэтому специально держался поблизости. В Большом зале его взгляд всегда был прикован к ней, когда его не отвлекали друзья. На занятиях было то же самое. В коридорах же он со своей свитой постоянно маячил перед её глазами, от чего ей приходилось быстрым шагом преодолевать коридоры, чтобы он или кто-то из его дружков не успел остановить её.       Но и восьмое прикосновение не заставило себя ждать. Произошло оно спустя неделю, по инициативе Малфоя, который поздним вечером подкараулил её у библиотеки и увёл в нишу между лестниц. Это было неожиданно, ведь она надеялась, что у него просто было временное помутнение рассудка. Видимо не временное. А помутнение рассудка ли?       — Набегалась? — первое, что он произнёс, нависнув над ней.       Девушка сглотнула и вздёрнула подбородок, что заставило его хмыкнуть.       «Чёртов Гриффиндор.»       — Скучал?       Её вопрос застал его врасплох.       — Один-один, Гриффиндор. — Он ухмыльнулся и склонился к её лицу, практически соприкасаясь носами. Девятое почтиприкосновение. — А что, если и скучал? Что бы ты сказала?       Гермиона от нервов вцепилась в подол юбки. Что?       Он же не может скучать по ней… Не может ведь? Она — гриффиндорская принцесса, маглорождённая и лучшая подруга мальчика-который-выжил. С чего бы ему — чистокровному слизеринскому принцу и главному врагу этого самого мальчика, — скучать по ней?       — Я бы спросила, знаешь ли ты дорогу до больничного крыла.       Малфой ухмыльнулся.       — Какая недоверчивая.       — А что ты ждал? Что я поверю в это?       Малфой сначала долго смотрел на неё, — Грейнджер даже не поняла, с какой целью он это делал, — а потом кивнул своим мыслям.       — Конечно, нет. Ты слишком умная для этого.       — Это был комплимент? — удивлённо-игривым тоном спросила она.       — Это был не комплимент.       — Это он.       — Ладно, пускай так.       Гермиона Грейнджер и Драко Малфой серьёзно флиртовали, прячась за ширмой альковы? Это определённо что-то новенькое.       — Малфой. — Произнесла она после затянувшегося молчания. — Чего ты…?       «Чего ты добиваешься?» — хотела сказать она, но Малфой не позволил окончить фразу, а вместо этого опустил свои губы на её в десятом прикосновении.       На этом счёт прервался.       Этот поцелуй не был нежным. Или холодным.       Поцелуй был обжигающим, страстным и резким. Она даже не заметила, как стала отвечать ему с той же резкостью и страстью. От давления её губа лопнула, от чего перед глазами показались искры. Он провел языком по её губе один раз, слизывая капельки крови, второй.       Его руки опустились на её талию, и он подтолкнул её к стене, что была позади. Боясь потерять равновесие, Гермиона схватилась за его плечи.       — Я держу, — прошептал Малфой ей в губы.       От его шепота защемило сердце, а разум прояснился.       — Стой. — Сказала она.       Девушка запустила руку в его волосы, приятно сжимая их у корней, и отстранилась.       Его тело напряглось, но он позволил ей отстраниться лишь настолько, что она смогла увидеть его глаза. Он смотрел на неё с волнением.       — Что… — она облизнула губы, которые в мгновение пересохли, и вздохнула, когда задела рану на губе, — что это всё значит?       — А сама как думаешь?       — Я не знаю, что и думать.       Вместо ответа Малфой снова наклонился, захватывая её губы в плен. Его зубы обхватили нижнюю губы девушки и оттянули, а после их губы снова слились в поцелуе. Гермиона протестующе замычала и сжала волосы на его затылке.       — Грейнджер… — предупреждающе прорычал Малфой, от чего она рефлекторно убрала руки с затылка на шею. Он прервал поцелуй. — Нет. Ещё.       Его яростный шепот и повелительный тон бросили её в жар. Гермиона вернула руки на затылок, пропуская платиновые волосы между пальцев.       — Да, вот так, — прозвучал его довольный голос. — Умница.       Умница.       Умница.       От этого слова по её телу прошлась дрожь, а она прикусила уголок нижней губы. Это не ускользнуло от внимательных серых глаз.       — Интересно, — сказал слизеринец и потянулся за ещё одним поцелуем. Но Грейнджер отвернулась, от чего его губы оказались на щеке. Отстранившись, он нахмурился. — Что?       — Объяснись. Что это всё значит? — повторила она свой вопрос.       Было видно, что поначалу он хотел в очередной раз уйти от ответа, но после нескольких мгновений молчания Драко раскрыл губы, чтобы ответить. Но его прервал мужской голос, который Гермиона прекрасно знала.       Драко резко притянул её за основание шеи к груди, чтоб гость не смог увидеть её лицо. Была ясна причина этого действия — он не хотел, чтобы тот парень понял, что с Драко Малфоем именно она. Потому что тогда у них были бы большие проблемы.       — Поттер, какого хера ты тут забыл?! — прошипел слизеринец, повернул голову в сторону гриффиндорца.       Гермиона прижалась лицом к груди Малфоя сильнее, боясь выдать себя. Адреналин в её крови был в такой огромной дозе, от чего сердце колотилось с огромной силой.       — Малфой, успокойся. Я просто услышал шум и подумал, что тут может быть Гермиона. Мы не можем её найти. Ты не…       — Нет, Шрамоватый, я не видел Грейнджер. А теперь пошёл. Отсюда. Вон.       Гарри пробубнил себе под нос что-то из серии «Полечится бы тебе, Малфой, а то совсем крыша поехала», а после покинул нишу.       Тишина заполнила пространство между ними.       Гермиона не спешила отходить от Малфоя, а он не торопился оттолкнуть её от себя. Они так и продолжали стоять, пока Драко не заговорил шепотом:       — Тебе лучше вернуться, пока они не подняли тревогу.       — Но…       — Мы продолжим разговор, но позже. — Его голос показался ей довольным, от чего уверенность в том, что на его лице сейчас светится лукавая ухмылка, взлетела до небес. — Завтра, после трансфигурации. Я тебя найду.       — Хорошо.       Малфой поцеловал её в макушку. Она покраснела. Этот жест был высшей степени милым и таким личным, от чего у неё защемило сердце.       Гермиона отстранилась, давая ему возможность уйти.       — Ты первый.

***

      Гермиона готовила эссе по нумерологии в библиотеке, когда на горизонте появился Малфой. Она всегда предпочитала занимать дальний угол в библиотеке, где можно было в тишине учиться. Сейчас это было как раз кстати, потому что они могли поговорить без лишних свидетелей.       Слизеринец сел напротив неё, вальяжно откинувшись на спинку стула.       — Малфой. — Произнесла Грейнджер вместо приветствия.       — Возвращаясь к твоему вопросу: это значит, что я крайне серьёзно настроен в отношении тебя. — Без предисловий начал Малфой. Его голос был серьёзным. — Мне надоело быть тем, кем ты видела меня до этого. Мне надоело скрывать свои чувства к тебе. Я намерен сделать всё, чтобы ты была со мной.       — А если я не хочу быть с тобой? — спросила она.       Конечно, она не могла отрицать, что хотела быть с ним, но ей хотелось услышать его аргументы.       Малфой фыркнул.       — Тогда почему же ты вчера стояла рядом и жалась ко мне? Почему позволяла мне целовать тебя? Почему сама целовала меня? Если бы ты не хотела быть со мной, то не позволила бы мне этого.       Гермиона кивнула.       — И давно у тебя появились чувства?       Это вопрос действительно волновал её, потому что до недавних пор она не замечала в его поведении подтекста, хотя бы намека на романтические чувства.       — Давно. С самой первой встречи.       Девушка шумно втянула воздух и крепко сжала перо.       — Но почему тогда ты решил действовать только сейчас?       — Потому что до этого я не мог быть с тобой открыто.       — И что изменилось?       — Я рассказал родителям о своём желании быть с тобой. И они не отреклись от меня, что уже показатель. Хотя отец был точно не в восторге.       Перо выпало из её руки. Чернилы бисеринками покатились по пергаменту, безнадежно порча её эссе. Но её внимание целиком и полностью было во власти совершенно другого. До неё не сразу дошёл смысл слов, но когда это случилось… Она удивлённо распахнула глаза.       Малфои. Разрешили. Ему. Быть. С. Ней.       — Что? — прохрипела она. — Ты серьезно?       Драко понимающе улыбнулся.       — Я тоже сначала удивился. Я готовился к ссоре, а получилось иное. Даже не поверил сначала. Но сейчас я точно уверен, что это серьезно.       — И что ты планируешь делать?       Он ухмыльнулся. От его ухмылки у неё пересохло во рту.       Что он задумал?       — Как минимум поцеловать тебя… а как максимум увидеть на твоей руке кольцо Малфоев.