Разделённые мирами

- Можно я пойду с тобой? – вырывается у меня прежде, чем я успеваю, как следует обдумать вопрос. - А-э…– Перси застывает в согнувшемся положении с так и не натянутым ботинком, - в архив? - Что-то мне подсказывает, что я разберусь лучше тебя даже в твоих книжках, - хмыкаю, сложив руки на груди и прижавшись плечом к дверному косяку. Молчу о том, что не хочу оставаться одна. Но мне кажется, он итак это понимает. – А если честно, две головы всяко лучше одной. Ты сказал, что собираешься в – как ты там выразился? – в главный пылесборник мира. Держу пари, один ты там будешь бродить годами. - Справедливо, - соглашается он, справившись с обувью и выпрямляясь. – Так! Твоя одежда вполне подойдёт, а вот обувь нужна удобная и не жаркая. Есть что-то кроме этого? У нас намного теплее. - Серьёзно? Прямо вот эта домашняя одежда подойдёт и никого не смутит? – я демонстративно обвожу руками чёрные лосины и серую затасканную футболку, сползавшую с одного плеча из-за слишком растянутого ворота. Как только мы вернулись домой, я поспешила переодеться в максимально уютные вещи… чтобы мне просто стало комфортнее. Чтобы вычеркнуть всё, что случилось в офисе за эти сумасшедшие выходные. Чтобы отогнать чувство страха, буквально въевшееся мне под кожу. Я всё ещё почти ощущала мерзкие руки и собственный ступор, потому что никак – совсем никак – не могла принять, что нечто подобное может происходить со мной. И всё ещё помнила свою наивность, когда вчера мчалась в кабинет Смитсона, уверенная, что произошло недоразумение. Что мне привиделись приставания моего руководителя. Что сейчас я получу разъяснения и защиту… - …ница? Это ведь лишь твоё дело, в чём ты ходишь. Аннабет? – я встряхиваю головой и обнаруживаю брюнета на неприлично близком расстоянии. В его сузившихся глазах вновь появляется нечто угрожающее, направленное не на меня, но всё равно пугающее. Он как будто чувствует, что я вновь погружаюсь в переживания о вчерашнем дне и не слышу его слов. – Да, пожалуй, тебя действительно лучше не оставлять одну. - Что? – я встряхиваюсь, полностью отгоняя неприятные воспоминания. Хватит. Всё в прошлом. И я не из тех, кто поддаётся эмоциям и переживаниям. Мне следует думать о новом дне. - М-нет, говорю, что никому нет дела до того, как ты будешь выглядеть. Но будет ветер, а ты не привыкла… так что лучше накинь что-нибудь. - Перси, а никого не напряжет мой стиль? Я о том, что может, кто-то догадается по моему внешнему виду, что я… ну, иная? У вас же все знают о гостях из иных миров, верно? Значит, любой может догадаться, если я не буду выглядеть, как все. - М! – он медленно моргает, - а, это, ерунда! Ты посмотришь на главный остров и всё поймёшь! Никого не будет волновать твоя внешность, там всегда собирается уйма народа со всего света. К тому же знак моего отца разом отвадит всех, - он, застыв, смотрит куда-то в район моей груди. Но я абсолютно уверена, что за этим взглядом не стоит никакой сексуальной подоплёки, - знак, - повторяет растерянно и ругается, - забыл! Сейчас. Он скрывается в недрах комнаты и начинает перерывать ящики. Поразительно, как беззаботно я это воспринимаю. Всё-таки есть своя изюминка в том, чтобы жить с тем, кто никогда без твоего ведома не сможет заглянуть в твои шкафы. Вообще не приходится думать о том, как спрятать личные вещи или что-то сберечь. Плюс существование ящиков в двух экземплярах увеличивает общий объём жилплощади, что мне кажется абсолютно абсурдным и нарушающим законы природы, но невероятно удобным. Персей, которого мне намного проще воспринимать как бестолкового шалопая Перси, даже несмотря на его невероятное поведение в офисе сегодня утром, с победным воплем извлекает на свет из кучи одежды крупное украшение на цепочке, и на меня навешивается таинственный амулет. - И напомни мне про морскую воду, когда выберемся на берег, - бормочет он, а затем вытаскивает из шкафа ремень и одним мать его лёгким движением своего меча отрезает тонкую полоску. Я всё ещё в ступоре смотрю на его карман под впечатлением от остроты ножичка, пока он завязывает импровизированный кожаный браслет мне на запястье, кажется, вознося какую-то молитву. - Что за шаманский обряд? – интересуюсь, продолжая бесстрастно наблюдать за его действиями. Несмотря на моё полное непонимание странного ритуала, даже не думаю сопротивляться: Джексон сделал для меня так много, что я просто не вправе его подозревать в дурных намерениях и оскорблять своим недоверием. - Это должно обмануть на какое-то время… - Кого? - Что? – он непонимающе смотрит на меня, кажется, на некоторое время выпав из реальности. - Ты сказал, что это должно обмануть кого-то. Кого? - А. Не кого, а что. Не знаю, как правильно объяснить, но у нас все странности граней отслеживаются. То есть обычно о появлении представителя из иного мира становится известно в первый же час. И, - он знакомо отводит взгляд и закусывает губу, - а дальше… - А дальше приезжают добрые дяденьки и увозят персону нон-грата. Поняла, не глупенькая. Мы всё-таки выходим на крыльцо. И когда я вижу огромный простор, сбегающую по плавному склону траву и подрагивающее полотно воды вдоль всего горизонта, у меня перехватывает дух. Несколько минут я стою у ограды, боясь к ней прикоснуться, и просто смотрю вдаль. Я могу быть сколь угодно обитательницей мира, в котором за десять часов полёта можно перебраться с одного континента на другой, но весь мой опыт путешествий ограничивался представлениями о правильном моей матушки. Я всегда знала, что не могу ступить шагу, чтобы это не стало известно бдительной родительнице. Другое дело, что большую часть шагов, пока я нахожусь в зоне её контроля, она игнорирует. Но здесь, сейчас… передо мной расстилается мир, в который у неё нет доступа. Она ни о чём не узнает. И если захочет отчитать из-за «сцены» на работе, то не сможет до меня дозвониться. И даже не потому, что я перевела телефон в авиарежим. Здесь просто нет связи. Я смеюсь, чувствуя себя как никогда свободной. И мне всё кажется волшебным. Трава зеленее, чем я привыкла. Небо – пронзительнее. Ветер – смелее. Деревья словно переговариваются друг с другом. Сама земля дышит. И эта лестница непременно ведёт прямо в небо… Стоп. - А..? – не уверена, как сформулировать вопрос и нелепо шевелю пальцами в воздухе. - Что? Лестница? Это на второй этаж. - Здесь есть второй этаж?! - Хочешь посмотреть? Там, правда, ужасный беспорядок. - В смысле, он всегда был? - Думаю, прошлые хозяева поддерживали чистоту везде, но в доме никто не жил пару десятилетий, поэтому он оказался запущен… - Я имею в виду этаж, а не беспорядок! Он был здесь сразу? - Ну да, двухэтажный дом. А, тебя удивляет, что первый этаж слился с твоей квартирой, в то время как второй остался не тронут? – брюнет начинает подниматься по ступеням, - понятия не имею, почему так. Но можешь взглянуть своими глазами, ты ведь у нас такая сообразительная, до чего-нибудь и додумаешься. Я осторожно ступаю следом за ним, даже прохожу вглубь между настоящего склада всевозможных вещей и на глаз прикидываю размер комнаты – издержки профессии, что поделать. Первичные расчёты не утешительные. Хотя бы потому, что они больше тех размеров, которые присущи моей квартире по документам. Я только собираюсь попросить Перси спустится вниз, чтобы померять комнаты, так как меня начинает глодать нехорошее предчувствие, когда замечаю паутину. Меньше, чем через секунду я оказываюсь на улице в нескольких метрах от дома. Вскоре в дверях показывается Джексон, недоуменно глядя на меня с вершины лестницы. А я всё сражаюсь с желанием спалить дом к Дьяволу. - У меня… особые отношения с пауками, - выдаю скороговоркой, - было бы замечательно, если бы ты убрал их всех к чёрту. Или я спалю этот дом без всякого участия твоих бравых коллег-охотников на иномирцев. - Как пожелаете, мисс Чейз, - усмехается Перси, но больше никак не комментирует мою просьбу. Я расхаживаю по поляне, нервно заламывая руки и вздрагивая при каждом шорохе или стуке. А потом вспоминаю о расхождениях в размерах помещения и неохотно возвращаюсь к зданию. В моей квартирке присутствия исчадий ада не ощущается, так что я немного успокаиваюсь и измеряю параметры спального места. Помнится, у меня как раз случился небольшой конфуз, когда каркас при первой примерке оказался меньше ниши. Я тогда списала всё на собственную невнимательность и усталость. Дескать, прислали не то. Или я указала как-то неверно замеры. И вообще, мне просто что-то не то приглючилось от недосыпа. Любая причина возможна, кроме фантастической. Разве можно быть настолько идиоткой, чтобы не обратить внимания на то, что после реконструкции кровать на полметра больше положенного? Простейшая проверка доказывает, что можно. Что я полная идиотка. Потому что моя ниша каким-то непонятным образом оказывается на полметра больше со всех сторон, чем была изначально. Естественно, тоже касается коридора. И ванны. Где меня и вылавливает Перси, гордо сообщая об успешном выполнении порученной миссии. Но меня сейчас не могут расшевелить даже известия о пауках. У меня, чёрт возьми, из-под нос уплывает моя квартира. Потому что она просто не вписывается в рамки, существующие в многоэтажке в моём доме. А значит… - Это твой дом. – Выдаю и сажусь на край ванны в полной растерянности. - Эм, ну, да. Он настолько же мой, насколько и твой из-за неразберихи миров. Но мы попробуем сегодня решить эту проблему. Если, конечно, ты ещё готова… - Да. Определенно да, - я медленно встаю. И не удерживаюсь, в подробностях рассказывая парню о своих открытиях. Кажется, его мой праведный гнев нисколько не заботит. - То есть, ты получила лишние метры? Так это же хорошо. - Что хорошего?! – взмахиваю руками из-за его непонятливости, - если нам удастся развести миры, моя квартира, вероятнее всего, вернётся к своим прежним границам! У меня же там соседи за каждой стеной! Боже, как несправедливо! И как я только не заметила этого во время ремонта? Оно ведь расползалось, а я просто продолжала строить… - Аннабет, слушай, ты не можешь знать наверняка, что случится после. Но в любом случае, нам нужно хотя бы понять, как это случилось. Потому что нельзя допустить, чтобы этот эффект расползся дальше, или чтобы вместо достаточно забавной ситуации с задвоившимся домом мы получили ещё один разрыв. - Да. Да, конечно, - вздыхаю, собираясь с мыслями. – К лучшему, что мы узнали об этой странности. Может, как раз этой информации нам бы и не хватило, чтобы разобраться в ситуации. Прости за задержку. Идём? Я остаюсь задумчива весь путь, пока мы спускаемся по склону вниз, к плещущимся волнам, и Перси брызгает на меня морской водой, опять что-то приговаривая. Никакие шаманские ритуалы меня больше не тревожат. И только вид нашего предполагаемого транспорта разом возвращает меня в реальность. - Это… что? - Пират, - с гордой улыбкой отвечает Джексон, - по крайней мере, он любит, когда его так называют. - Это… конь. С крыльями. - Пегас, - соглашается парень кивком, похлопывая чёрного монстра по шее. Тот встряхивает головой и ржёт – именно что ржёт, почти как человек. Не знаю, каких усилий мне стоит не отступить. – Я уже догадался, что у вас лошади не летают, но не переживай – тебе не придётся управлять. И как я понял, простые кони у вас есть, верно? Вот и воспринимай Пирата как обычную лошадь – хотя он, конечно, совершенно необычен, да, брат? Конь согласно кивает головой – в смысле реально согласно кивает своей огромной башкой – и снова что-то выдаёт на лошадином. Перси смеётся, как над хорошей шуткой. Я чувствую, что моя реальность трещит по швам. Чертовски весело. - Что б ты понимал, - безразлично пожав плечами, я решительно подхожу к брюнету, готовая к невообразимой поездке, - я, конечно, сидела пару раз верхом. На чинных прогулках в рамках туристических маршрутов. Всё, что мне запомнилось, что когда фотографируешь чудеса архитектуры с чьей-то спины, все чудеса смазываются в неразборчивые силуэты. - Я понял, что ты была верхом, - усмехается парень, - уже что-то, верно? - Да-да, - кривлюсь я, пытаясь понять, как забираться на это чудо. Без седла. Без стремян. И без уздечки, чтоб наверняка разбиться. Мне нравится. – Я так понимаю, вы как жители степей рождаетесь верхом. - Вообще-то у меня есть друзья, которые ни разу не садились даже на лошадь, не то, что на пегаса, - замечает Перси. Удивительно, но про жителей степей он понимает без пояснений. И каким-то мистическим образом я вдруг оказываюсь сидящей на коне. То есть, я всё ещё чувствую ладони Джексона на своих боках, но просто взять меня и… закинуть наверх? А после он сам легко оказывается позади меня. Мне всё больше хочется посмотреть на его тренировки. Или стащить немного магии, позволявшей ему быть в столь нереальной физической форме. – Всё нормально? – беспокоится он. Я киваю, вдруг думая о том, насколько неприлично наше положение: он прижимается к моей спине, соприкасаются наши бёдра и ноги. Его дыхание шевелит мои волосы и изредка касается уха, когда он наклоняется что-то сказать. А его рука почти невесомо придерживает меня в районе талии, но я уверена, в секунду может превратиться в стальную хватку. Но несмотря на весь возможный откровенный подтекст, я чувствую себя совершенно уютно и безопасно. То есть головой я понимаю, насколько мы близки, но физически этого не ощущаю. Потому что он слишком тактичен, соображаю спустя минуту. Потому что в каждом его жесте и слове я читаю лишь уважение, и ни капли вожделения. С ума сойти. - Прежде чем взлетать, мы сейчас пройдём немного вперёд, а ты понаблюдай за своими ощущениями. Не слишком страшно? - Всё круто, - мышцы подо мной приходят в движение и плавно несут… куда-то. – Просто пытаюсь понять, не устают ли твои знакомые ходить пешком? - Не поверишь, но они тоже летают на пегасах. - А как же?.. - Сидя в колесницах, - фыркает он, придерживая меня, и в каждом его предупредительном жесте проявляется только сдержанная почтительность. Всё ещё ни грамма пошлости. – Почти так же быстро, но удобнее и дороже. К сожалению, в этом захолустье отсутствует представительство проката. Так что мы либо добираемся на Пирате, либо добираюсь я один. - Это что, попытка угрожать, мистер Джексон? – хмыкаю я, пребывая в каком-то неописуемом состоянии. В голове никаких тревог, забот, расчётов… лишь звенящая пустота, раскрашенная приглушенными искрами восторга. И даже это ощущение словно где-то за пеленой, словно не со мной. - Тебе попробуй поугрожать, - насмехается этот балбес, - сразу же сбросишь меня отсюда. Я ничего не отвечаю, потому что без всякого предупреждения пегас разгоняется в пару шагов, расправляет крылья и резко взмывает в небо. Кажется, я начинаю бормотать вслух что-то из известных высказываний древности на латыни и древнегреческом. Но это же… Боже. Я. Ле. Чу. - Кажется, тебе нравится, - перекрикивает ветер Перси, но мне нет до него никакого дела. Я высоко в воздухе, остров уже скрывается из виду и вокруг лишь безграничный океан и приближающиеся с каждым мигом облака. Я словно падаю в небо. – Прости, выше не рискну. Я итак рядом с верхней границей, а мне совсем не хочется сейчас объясняться с громовержцем. Эй? Аннабет? Потеряла дар речи? - Заткнись и следи за дорогой, - отмахиваюсь я, буквально впитывая в себя сами небеса. Джексон имеет наглость рассмеяться. - Как скажешь. Нам очень далеко лететь, поэтому придётся мчаться очень быстро. Поправь ворот, чтобы шею не продуло, а то ты только после простуды. *** Полёт буквально поражает моё воображение. Я даже не сразу понимаю, что расширяющаяся вдали полоса – это всё земля, чей берег тянется по всему горизонту. И при нашей сумасшедшей скорости приближается она слишком медленно. Сперва под нами мелькает группа из шести островов, соединенных между собой изогнутыми мостами с множеством арок, как в какой-нибудь фэнтези-игре. - Сторожевой пункт, - комментирует Перси, и только тогда я замечаю башни и каменную стену, венчающую небольшой горный хребет. - Такие посты охраны расположены по всему периметру главных островов на примерно равном расстоянии, чтобы обмениваться сигналами. - Ого, вот это феномен природы! - Эти острова возведены искусственно на заре времен. - Они рукотворные? В смысле, не архитектура, а сами острова? Целиком?! Со скалами, пляжами, лесом? - чуть не сверзившись из седла, выкручиваюсь из-под руки парня в попытке получше рассмотреть возведенный человеком архипелаг. И таких несколько по всему периметру? Вот это масштаб. – А почему две гавани? Причём между островами. - Сквозные проливы, чтобы судам не нужно было разворачиваться. По одному корабли попадают на территорию Острова, по другой покидают её, - корабли я тоже вижу - красивые: парусные и вёсельные. - А просто обогнуть архипелаг? - Нелегально? Тогда с ближайшего охранного пункта к нарушителю вылетят бравые воины на пегасах. Если успеем, на обратном пути спустимся немного, и ты посмотришь, как происходит растаможивание судов и регистрация прибытия. - О? А нам самим не нужно там отметиться о въезде? То есть, влёте? - Скажем так, у меня особые привилегии. Кстати, я немного сменил курс относительно изначального. Уже вечереет, и мы бы прибыли на Центральные острова слишком поздно. К тому же Зона, в которую мы направляемся взамен изначально планируемой, является скоплением вековой мудрости. И возможно, там нам повезёт даже больше. Кстати, смотри, это второй круг островов, которые возведены вокруг Главного в Зоне. - Ты меня совсем запут…ал, - выдыхаю разом теряя всякий интерес к неразберихе во всех этих его названиях. Потому что мы достигли той огромной земли, которая издалека мне казалась обычным берегом материка. Но это, в самом деле, острова с огромными проливами, над которыми возведены мосты настолько широкие и монументальные, что показались мне продолжением земли, тянущейся слева направо без начала и конца. – Боже! Какое расстояние от одного берега до другого? Я имею в виду проливы. - Хм… справа где-то четыре-пять миль, а тот, что дальше, слева – больше двадцати, - я быстро перевожу в более привычные километры. И если километров семь перевариваются более менее, то тридцать звучит немного угрожающе, так как на своей родине я могу вспомнить всего с десяток мостов такой длины, расположенных над водой. Наземные не берём в расчёт. Вопрос: как? Перси не спешит дать мне ответа, не видя ничего аномального. - Так что любые суда пройдут без проблем. И обычно между двумя любыми соседними островами из второго круга соблюдается дистанция от пяти до сорока миль. Это хорошее расстояние и для судоходства, и для наземного передвижения между островами, и при необходимости обороны. Их ведь и возводили для защиты, - он осекается, когда я чуть не падаю, желая посмотреть ему в глаза и убедиться, что он не лжёт. Мы всё летим над этим «кругом островов», и из воды, которой положено окружать острова, я вижу только полоску пролива, которая в данном масштабе выглядит чуть ли не ручейком. Нет, я знаю, что и в моём мире возводили искусственные острова, строили аэропорты на насыпных островах. Но я так же, чёрт возьми, знаю, насколько дорогостоящее и сложное их строительство! В то время как Перси демонстрировал непонимание базовых технологий моего мира, и ничто из увиденного мною не дало понять о том, что развитие их науки позволяет провести хотя бы расчёты, не то, что совершить само строительство. Парусные и вёсельные корабли; лошади, телеги; из самых удивительных строений – здания в стиле архитектуры нашего древнего мира. И острова с безумными мостами. - Урок географии? – оборачиваюсь через плечо, стараясь при этом усидеть на лошадиной спине. Мне определенно нужно получить чёткое представление о территориальном устройстве вместо всех тех разрозненных обрывков, оброненных моим спутником. На горизонте как раз вновь появляется море, и постепенно земля остаётся позади, - у вас как то слишком много островов. Как они расположены? - Хах, да, пожалуй, новичку сложно разобраться. Я уже и забыл, когда последний раз общался с ребёнком, который бы не ориентировался в географии. - Какие у вас образованные дети, - закатываю глаза. - Ну, надо же знать, куда бежать в случае опасности, - парирует он с усмешкой и, наконец, начинает объяснять, - смотри, вообще все наши территории вместе называются Олимпийскими Островами. Самые главные среди них это Центральные Острова. - Дай, угадаю, потому что они в центре всего? - Потому что они самые огромные и самые первые, - поправляет брюнет с нахальной ухмылкой, - и именно поэтому вся цивилизация вырастала вокруг них. А в последствии вся возникшая вокруг территория, - он изображает руками кольцо, - была поделена на двенадцать Зон, названных в честь бога, который этой Зоне покровительствовал. У каждой из этих зон есть свой административный центр – Главный Остров, который так же традиционно называют просто именем Бога. - Дай угадаю, мы подлетаем к одному из них. Но существует ещё одиннадцать таких же. И уже в свою очередь вокруг каждого из них возведен свой второй круг и сторожевые посты. Но это же с ума сойти. Я не могу себе представить природные силы, которые могли бы воздвигнуть подобную стройную схему. Но при мысли, что нечто столь монументальное возвёл человек, у меня подкашиваются ноги. - Просто прими как данность. У нас любят число двенадцать, любят прославлять своего бога и возводить в его честь храмы и острова и очень не любят монстров и разрывы между мирами. *** Вместо библиотеки на Центральных Островах мы прибываем в Архив Зоны Афины, которая занимается сохранением и преумножением мудрости, так что где, как не здесь нам искать ответы? Пока я, кутаясь в неизвестно как раздобытый парнем плед, прихожу в себя и перебираю в голове кучу новых сведений (увольнение на фоне скромно меркнет), Перси уходит, чтобы отметиться у хранителя и получить пропуска. Хоть где-то этому рыболюбу требуется пропуск. Я начинаю отогреваться после длительного полёта и с любопытством осматриваюсь. У меня для этих целей самое подходящее расположение – вход занимает отдельную небольшую платформу, похожую на балкон, с которой открывается чудесный вид на весь огромный зал. Высота потолка составляет метров десять, книжные полки тянутся по всей стене, и для доступа к книгам на разной высоте предусмотрены лестницы, примыкающие к шкафам дорожки и мостки. Архив всего двухэтажный, при чём «второй» его этаж находится под землёй. Ничего неординарного, но я буквально заворожена этим местом, хотя видела в жизни библиотеки побольше. - Тебя провести внутрь, малышка? – я настолько поглощена созерцанием, что не сразу понимаю, что обращаются ко мне. Я замечаю парня, стоящего вплотную с той стороны ограды, опоясывающую балкон, и, хмурясь, пячусь назад. Как он, чёрт возьми, висит в воздухе? Боже, тут что, водятся призраки? – Я не кусаюсь. И у меня есть право проводить сюда гостей, - скабрезно скалится он. А я не знаю, как правильно реагировать, и немного теряюсь из-за того, что один его глаз закрыт повязкой, из-под которой виднеется несколько ниток шрамов. - Благодарю, - замечаю осторожно, - не стоит утруждаться. - Какой труд, крошка? Пять минут и вопрос решён! - Простите. Думаю, мне нужно найти моего… - я отворачиваюсь, надеясь понять, за какой именно дверью скрылся Джексон и не замечаю, как парень резво перепрыгивает через преграду и хватает меня за руку, которой я придерживаю плед. Ничего призрачного. - Попалась, пташка! А… - что он хочет сказать, я так и не узнаю, шиплю, пытаясь его оттолкнуть, и даже резко наступаю на ногу. Вообще-то одноглазому человеку не очень хочется вредить, но он слишком неожиданно хватает меня, поэтому я реагирую скорее инстинктивно. Его пальцы сжимаются на моём запястье подобно тискам, а взгляд, направленный в район груди, под распахнувшийся плед, стекленеет. – Бездна! – он даже бледнеет и буквально отбрасывает мою руку, отступая назад, - зачем ты закрыла знак?!? Я бы никогда… - Я ничего не закрывала! Просто замерзла, - потираю освобожденное запястье и закутываюсь обратно в плед, настороженно наблюдая за одноглазым, но он больше не предпринимает попыток сблизиться. - Что? Так ты… кхм… могу я принести свои извинения и загладить свою вину? – он опять делает шаг ко мне. - Да катись ты со своими извинениями, знаешь куда?! – отшатываюсь я во избежание. На его лице застывает чистое изумление. - Прости…те, я могу уйти? Я… правильно понял те…кхм…вас? – после такой резкой смены я окончательно понимаю, что очень серьёзно облажалась в выборе поведенческой тактики. В памяти также оставляю заметку поинтересоваться, что это такое нацепил мне на шею брюнет, что местного настолько пробрало. - Будет замечательно, если вы избавите меня от своего присутствия, - стараюсь отвечать максимально вежливо и с достоинством. - Какая ты странная, - снова сбивается он на «ты». Я не поправляю, незаметно косясь на двери и раздумывая, а не подождать ли мне Перси около Пирата? Интересно, догадается ли этот безмозглый искать меня около своего обожаемого пегаса? – Да ты, правда, как какая-нибудь звёздная девочка! – вдруг хмыкает одноглазый, - ещё раз приношу свои извинения за беспокойство. Я же окончательно утрачиваю к незнакомцу интерес, услышав голос Джексона и торопясь навстречу к своему соседу. Всё-таки, лучше знакомое зло. Перси машет мне пропусками - парой деревянных кружков на шнурках – временное прибавление в моей коллекции амулетов – и сложенным листом, где ему отметили расположение отделов по интересующему вопросу. Допуск к вековой мудрости разом перечеркивает все мои воспоминания о стычке с одноглазым, и я чуть не спрыгиваю вниз, нетерпеливо дожидаясь, пока нам подадут лестницу. И спешу мимо бесконечных книжных полок, подгоняя растерявшего весь пыл Джексона. Отчего-то я даже не задумываюсь о том, как могу прочесть хоть что-то, воспринимая знание языков как данность. С час мы занимаемся активным поиском, не обращая ни на что внимания. То есть, конечно, я занимаюсь, а брюнет с выражением крайнего неудовольствия на лице рассматривает древние свитки на расстоянии вытянутой руки. Большая часть литературы, посвященной иным мирам, - это жизнеописания людей, которые прибыли из иных вселенных и сделали для местных что-то хорошее. Или о плохих ребятках, последствиях их деяний и воспевании их казней. Или так или иначе связано с разрывами, которые уже упоминал Перси, и суть которых остаётся для меня загадкой. Я периодически отвлекаюсь на красочные атласы и бестиарии, которых просто неприлично много для архива, который должен быть пристанищем мудрости, а не склепом для сказок. Подводя итоги, информация в свободном доступе сводится к «люди ходят между мирами». Джексон предлагает заглянуть в подвал, в одну из закрытых секций, куда наши деревянные кружки тоже дают допуск. И пока мы меняем дислокацию, продолжаем переговариваться, удивительно, но даже без острот. - Ничего полезного или хотя бы утешающего, - сетую я. - Зато сколько ужастиков о страшной судьбе плохих иномирян, - кривится в свою очередь брюнет. - Мда, судьба у меня здесь может быть незавидная. - Справимся! Никто ведь не подозревает о твоём иномирном происхождении… - О, звёздная девочка! - вдруг доносится снизу, и я застываю, ясно понимая, что означает "звёздная"...нездешняя. К моему величайшему сожалению, на узкой тёмной лестнице мы, естественно, сталкиваемся с одноглазым, - так ты здесь с нашим Героем? Могла бы и сказать, а не позволять мне трястись от страха! - Ты что здесь забыл, Накамура? – мгновенно весь напрягается Перси, - у тебя же смена только в четыре закончилась? - Ага. Вот и залетел сразу после работы. Давно надо было решить пару вопросов. Но я-то ладно. Но ты, Джексон, совсем бессмертный что ли? Или никак с разрывом расстаться не можешь? Так работал бы круглосуточно, мы бы с ребятами с радостью отдохнули! - Дела вынуждают! – прищуривается мой спутник. - Вижу твои дела, - усмехается одноглазый, - познакомишь? А то я всерьёз её за жрицу принял, и она ведь ни словом не обмолвилась, что с тобой… - Эфан, - произносит брюнет так весомо, что, кажется, замолкает всё вокруг, - ты отчёты давно не писал?.. – одноглазый бледнеет и в миг поспешно ретируется. Я даже не поворачиваюсь, чтобы посмотреть ему вслед. Вместо этого смотрю на Перси, подняв брови: - Он так не любит бумажную работу? - Он так не любит попадаться под горячую руку начальнику, - парень вновь начинает медленно, словно неохотно спуск вниз. - Начальник очень жесток?.. - Начальник – я. - Оу. Ясно. Вернёмся к книгам, - хмыкаю, пряча улыбку за одним из прихваченных с собой для домашнего чтения томов. - Думаю, нет смысла, - вздыхает Перси, оглядывая «закрытую секцию». – Здесь половина изданий те же самые, можно разве что вот эти свитки просмотреть, они выглядят достаточно старыми, чтобы содержать хотя бы немного интересной информации. Я не возражаю – ему виднее. Как оказывается, это ещё не все впечатления, что приготовлены для меня в этот бесконечный день. К несчастью, посмотреть на суда в порту мне не суждено, так как когда мы подлетаем к сторожевому пункту в воздухе разносится странный звук, и мы резко меняем направление. А после застреваем на охранном острове, но не чтобы посмотреть на закат и бухту, а из-за появления чудовища. - Это, чёрт возьми, что?! - Лев, - уведомляет меня Перси, бесстрастно наблюдая за схваткой с тварью, словно внизу всего лишь взбесившийся карманный шпиц. А затем свистит и зависает над сражением с обнаженным мечом, но не делает попыток приблизиться. - Какой ещё лев?! - Немейский. - Да в смысле, «лев»?! Он с грузовик размером! – пытаюсь вернуть челюсть на место, но это оказывается мне не по силам. Там, как бы подо мной тварь, сбежавшая из ужастиков с лучшей компьютерной графикой, пытается съесть живых людей, оружие в руках которых по сравнению выглядит бесполезными зубочистками и не вредит её шкуре от слова совсем. – Что ЭТО?! – Перси мне не отвечает, зато с помощью свиста, кажется, отвечают ему. Потому что он со вздохом "лентяи" велит мне прижаться к шее пегаса и ни за что его не отпускать, а сам спрыгивает вниз. На минуточку. Спрыгивает с летающего коня с высоты примерно в двадцать метров на голову жуткого монстра. *** Я прихожу в себя лишь уже на земле. Нет, сознания я не теряю, но мой процессор немного заклинило в процессе обработки информации, так что я отключаюсь от происходящего. То есть… я столько раз слышала из его уст про чудовищ… Но до сих пор воспринимала это как нечто иносказательное. Он же говорил как-то «монстры лезут, гости лезут», и для меня оба этих понятия были примерно равны. А не… Перси подходит к колодцу, вокруг которого собираются все участвовавшие в заварушке воины, и выливает на себя ведро воды, чтобы смыть ошметки чудовища. Его футболка безнадежно испорчена, и он без тени сомнений избавляется от неё. Здесь же. Прямо на площади. Никого особо не заботит его обнаженный торс, а одна шустрая девушка торопливо подаёт ему чистую одежду, на деле оказывающуюся светлой безрукавкой. Люди, которые меньше минуты назад у меня на глазах распотрошили чудовище, беспечно переговариваются и даже обмениваются подколками про «заржавевший меч». Джексон перепоручает отчёты о выполнении задания худому пареньку, добавляя, что об участии брюнета в убийстве ребята могут промолчать. Те в ответ смеются, что дополнительная премия – это хорошо, но никто не поверит. Что всё равно собирались вызывать Перси, повезло, что он был совсем рядом и оперативно пришёл на помощь. Рыболюб на это возмущается совершенно искренне, что они разленились. И пусть только попробуют позвать его в следующий раз – устроит им проверку! Его поведение столь безмятежно, что должно быть признано преступлением: он невозмутимо подходит ко мне и Пирату, подсаживает меня обратно в седло, садится сам. И мы спокойно летим домой, как ни в чём не бывало. Полная идиллия блин. *** Благополучно вернувшись в квартиру, я сразу завариваю себе крепкий чай, пока Джексон полноценно отмывается от пота, крови и пыли. Смотреть ему в глаза я пока не готова, малодушно скрываясь в спальне вместе с кружкой и книгами из архива, и даже опускаю занавес, чтобы отгородить кровать и подумать в одиночестве. Выходные выдались слишком насыщенными. И мне требуется время и покой, чтобы всё окончательно разложить по полочкам. Монстр – это, конечно, тяжёлая артиллерия. Пусть Перси и уничтожил его без особых усилий, но - монстр! Думать обо всех странных вещах, сказанных брюнетом за время нашего знакомства, и реальности их существования вовсе себе запрещаю. И без того тревог хватает. Кстати о тревогах. Поразительно, что моя маман всё ещё не устраивает разнос из-за моего увольнения. Телефон радостно напоминает мне о том, что был отключен всё время, пока я гостила в мире Перси. Чёрт! Конечно, у меня немыслимое количество непрочитанных сообщений и больше двух десятков пропущенных звонков. Но что удивительно, целых три из них не от матушки, а с неизвестного номера. Не успеваю я пролистать гневные сообщения от родительницы, как мобильный оживает, уведомляя о входящем звонке. С того самого неизвестного номера. Колеблюсь недолго. После того, как у меня на глазах Перси всадил меч в открытую пасть монстра, звонки от неизвестных не тревожат мою нервную систему вовсе. - Добрый вечер, мисс Чейз? – уточняет вежливый мужской абсолютно незнакомый голос. - Добрый, - осторожно отвечаю, готовая в любой миг бросить трубку. - Приношу свои извинения за поздний звонок и надеюсь, вам удобно говорить. Я представитель «Ветра-экспресс», компании, для которой ваша фирма…прошу прощения, ваша бывшая фирма готовила проект нового офиса. - Здравствуйте, - снова выдаю приветствие, не понимая причин этого звонка. - Мы с вами даже пересекались пару раз, но лично не общались, к моему сожалению. Знаете, это был самый сложный поиск номера девушки в моей жизни, - доверительно замечает он и даже смеётся, - и понимаю, что в свете того, что произошло у вас с вашими бывшими коллегами... - А вы, кажется, неплохо осведомлены! – выпрямляюсь я и уже собираюсь прервать связь, но следующее торопливо выпаленное предложение выбивает из меня весь дух. - Собственно, я бы хотел обсудить с вами возможность совместной работы. Вы можете не доверять мне. Поэтому не буду возражать, если вы приедете к нам в офис. Признаться честно, я лелеял на это надежды и уже включил вас в список гостей. Если вдруг вы надумаете… И чтобы удостовериться, что ведёте разговор не с мошенником, можете хоть прямо сейчас позвонить в приёмную по официальному номеру и попросить соединить с мистером Кас… - Всё в порядке! – Перебиваю неожиданно для самой себя, - чем я могу помочь вам? На том конце возникает тишина. Но лишь на самый короткий миг. - Разве неясно? Сделайте новый проект. Я лишаюсь дара речи. Это просто не может быть правдой. Я ударилась головой или попала под чары в архиве? - Простите? Мне послышалось… - Что я прошу о совместной работе. Так сложилось, что когда наша делегация приехала в вашу бывшую фирму, чтобы оценить проект, мы случайно стали свидетелями… вашего бурного общения с другом. Я услышал несколько любопытных вещей, и когда мне представили проект, задал вашим бывшим коллегам вопросы, порожденные тем, что сказали вы на улице. Об оценке инженерами, лишних стенах, прочности и прозрачности… - А! Я… - я краснею, понимая, что они слышали абсолютно всё, – извините. - Что вы! Признаюсь, ваши бывшие коллеги оказались настолько некомпетентны, что засыпать их не стоило бы труда, даже если бы я ничего не подозревал об их лжи и двуличии. Но вы изрядно упростили мне эту задачу, благодарю. - Всегда пожалуйста, - бормочу по инерции, находясь в прострации от происходящего. - Главный архитектор, без сомнений, когда-то был потрясающим специалистом, - продолжает разглагольствовать мужчина, - но дни его славы давно остались позади. Хотя, честно, не верю, чтобы у него хоть когда-то были блестящие идеи. Зато вы привлекли моё внимание. Как специалист, конечно, - поспешно добавляет он, чем только порождает у меня сомнения. – Я говорил о вас с отцом, и он предложил вам тоже принять участие в конкурсе – от своего имени. У нас всё равно нет победителя; все представленные работы соответствуют нашим критериям, но ни одна не заставила утратить дар речи. И подозреваю, что у вас как раз есть все шансы для этого. - Вы всерьёз хотите, чтобы я подготовила для вас проект? - Знаю, что это не совсем стандартная ситуация, но согласитесь, у нас вообще здесь очень нестандартный случай. И даже если вы не выиграете, вы можете начать делать себе имя. В конце концов, мой отец постоянно фонтанирует идеями. Сейчас он решился на расширение на другой континент и хочет возвести новый офис на своей родине, которую был вынужден покинуть в юности. Но помимо главного здания планируются десятки офисов по разным странам, и не все из них будут просто арендованными помещениями. К тому же мы можем порекомендовать вас нашим партнерам. - Я прекрасно понимаю всю выгоду вашего предложения! – не выдерживаю я, - что требуется от меня сейчас? Если моё участие в конкурсе официальное – по какой форме будет составлен договор? Какие сроки? Требования к зданию остаются прежними? И разве вообще ещё можно подавать заявки на конкурс, он ещё не закрыт? - Всё больше понимаю, что вы – настоящее сокровище. А эти глупцы ещё смели говорить о вас в дурном тоне… - Простите?! - Кхм, да… приношу свои извинения, отвлёкся. Что ж, конкурс ещё не закрыт, мы собираемся объявить дополнительный тур через несколько дней. Но следующие выходные – это крайний срок, когда нам нужно определиться с проектом, а значит, у вас меньше недели. Чем быстрее вы справитесь – тем лучше. И мы с отцом оба с нетерпением ждём, что вы сможете обыграть и своих бывших коллег и некоторые именитые фирмы. - Несколько дней, - хмурюсь, понимая, насколько сжаты сроки. - Знаю, времени мало, - словно читает мои мысли мужчина, - но от вас не требуется зрелой модели – этого нет даже у вашей прежней фирмы; доработайте эту тему с радугой или выдайте новый концепт. Я сам не знаю, чего ожидаю от вас, мисс Чейз. Но если вы выиграете этот этап, у вас будут и деньги, и целый коллектив, чтобы доработать вашу идею. Обменявших контактами, я в ошеломлении и восторге завершаю разговор и пару секунд смотрю на погасший экран. Боже! Несомненно, я завтра позвоню в приёмную и всё проверю. Но… боже! Если это правда! В не себя от радости я влетаю в кухню и застываю в дверях. Над столом в воздухе висит бюст мужчины, окруженный радужной дымкой. И прежде чем я спрашиваю, что за устройство создаёт эту трёхмерную проекцию, изображение открывает рот: - …не делай вид, что не понимаешь, о чём я говорю. - У мужчины жидкая каштановая бородка и мудрые карие глаза и, кажется, он по-отечески выговаривает Джексона. А я крайне заинтересовываюсь технологией, позволяющей подобную связь, пока не раздаются следующие слова. - Что ж, хочешь прямо – пожалуйста. На тебя поступил донос. - Как мило, - брюнет невозмутимо продолжает вытирать влажные после душа волосы полотенцем, как если бы речь шла о погоде, - доказательства? - Перси! Какие доказательства?! – повышает голос мужчина, - ты хоть понимаешь, как всё могло закончиться? А если бы Накамура обратился прямо в храм? - А, Эфан, - кривится Перси и плюхается на диван, оставив полотенце болтаться на голых плечах, - разберусь. - С чем ты собрался разбираться, мой мальчик? Я связался с тобой не чтобы отчитать, а попросить об осторожности. Конечно, я уже решил вопрос с Накамурой. Хотя, поверь, мне было крайне неприятно узнать о некой звёздной девочке и твоём интересе к иным мирам не от тебя самого. Если ты опять ввязался в какую-то историю, просто расскажи, чтобы я знал, чем помочь тебе. - Всё под контролем, Хирон, - заверяет Перси, а я стою в дверях, сжав кулаки и чувствую, что сердце бьётся глухо где-то в горле. Ни в офисе, ни во время сражения со львом мне не было так страшно, как в этот миг, когда я принимаю, что попала в очень опасную историю. Что мой сосед не преувеличивал - в его мире я считаюсь угрозой, подлежащей устранению. - Я действительно надеюсь на это, мой мальчик… - Можете не сомневаться. – Вновь повторяет брюнет, и в его сине-зелёных глазах сгущается что-то тёмное. – Я никогда вас не подводил, и сейчас обо всём позабочусь. - Хорошо бы, - расслабившись, вздыхает мужчина, а затем подробно пересказывает разговор с Накамурой. Что скрыв удивление от поступившей информации, он хмуро отчитал самого Эфана и повернул ситуацию так, словно Накамура оставил без присмотра потенциальную угрозу и не направил немедленно заявку в храм. Одноглазый, сообразив, чем грозит ему игнорирование устава, пошёл на попятную. И сам подал Хирону новую идею, как выкрутиться из щекотливого положения без огласки и отвести подозрения от Перси: мужчина словно бы сообразил, что знает, о ком идёт речь. – Так что теперь, Перси, к нам очень издалека инкогнито прибыла мисс, для изучения проблем разрывов. Пока она якобы болеет, поэтому я велел отложить вам всякие исследования и очень огорчился, узнав, что вы проигнорировали моё пожелание и уже приступили к работе. - Держу пари, ты бурчал что-то в стиле «молодые люди никогда не слушают старших», - ехидно вставляет мой сосед, но я вижу, что он по-прежнему сильно напряжен. - Да, Перси. Мне даже пришлось извиниться перед Накамурой за то, что я якобы повысил на него голос – дескать, сейчас такая неприятная обстановка... - Прости, Хирон. Вечно ты меня прикрываешь. Но Эфан точно повёлся и не станет больше возвращаться к этой теме. Он извинения любит больше лести. - Я надеюсь, Перси, что отвёл от тебя подозрения. И можешь не объяснять мне, что на самом деле происходит, - мужчина сцепляет перед собой руки в замок и добавляет, - я, правда, надеюсь на твоё благоразумие, мой мальчик. Вокруг… слишком неспокойно. После потери Богини грань миров нарушалась лишь разрывами и монстрами, и в последнее время эта тенденция развивается всё больше. А нам ни к чему лишние волнения. Сейчас не то время, когда люди способны к разумности и пониманию, так что вам следует быть крайне осторожными и поскорее разрешить… недоразумение. - Я вас понял. - Брюнет разрывает связь и коротко ругается, - проклятье! - Это… - Это мой непосредственный руководитель. Он страсть как любит организационные моменты, - говорит с почти привычной мне усмешкой парень, но я не верю в его пренебрежение этим предупреждением. - Я… - мнусь в дверях, не решаясь пройти, - это проблема, да? Мне… лучше съехать? - Нам обоим, – ухмылка растворяется без следа. Перси устало трёт лицо. – Но это не решит проблему самого дома. А я… не могу всё так оставить. Нужно устранить межмировой коллапс, пока разрушения не стали необратимыми. Я обязан, понимаешь? Это тоже часть моих рабочих обязанностей. - Понимаю. – Неожиданно я и, правда, понимаю, - это сейчас всего лишь накладка домов. Но она может разрастись и обернуться чем-то плохим, верно? Например… разрывом? – осторожно использую я не слишком привычное слово. - Не знаю. Надеюсь, что нет. Но лучше мне присмотреть за этим местом. И знаешь, пока я остаюсь здесь, ты тоже можешь оставаться, - вдруг миролюбиво предлагает он. Замирает, а затем вдруг на его щеках проступает еле заметный румянец, - в смысле, если ты можешь смириться с моей компанией. Просто ты упоминала, что вложила много труда в эту квартиру и, наверное, не захочешь с ней расставаться. Да и я… я вообще не знаю, есть ли у тебя возможность куда-то уйти. А Хирон любезно нашёл нам прикрытие… - Я буду рада. Мне сейчас совершенно нежелательно менять место жительства, хватает проблем с работой. А ведь я так обрадовалась, получив предложение от «Ветра-экспресс». Я думала, что использую его для объяснения с матушкой, чтобы не упоминать о скандале. Она обязательно станет интересоваться, с какой стати я уволилась. А я бы могла использовать предложение Ветров в качестве оправдания. Сказать, что работа с ними стоит того, чтобы уволиться. Ведь я действительно так думаю. Контракт с этой компанией - это чёртов выигрышный лотерейный билет! Но после услышанного, я больше не чувствую прежней радости. Мы расходимся по спальным местам, озабоченные каждый своими мыслями. В этот момент замечаю уведомление о новом сообщении. И подскакиваю. Это не просто письмо. Оно с официального е-мэйла «Ветра-экспресс»! «Добрый вечер, мисс Чейз! Надеюсь, я не смутил вас личным звонком. Стремясь развеять ваши сомнения, отправляю вам письмо от секретаря, но надеюсь, что в дальнейшем нам не придётся прибегать к его услугам в качестве посредника. Во вложенном файле – новое «план-задание» специально для вас. И мне жаль, что сегодня произошла столь нелицеприятная ситуация, и что вы подверглись оскорблениям со стороны…» Как бы неприлично это не было, я просто пропускаю весь дальнейший текст и со смесью волнения и предвкушения открываю вложенный файл под названием «Сопроводительное план-задание к проекту Главного офиса «Ветров» в городе N». А затем чуть не роняю телефон. Потому что документ состоит из одного листа. В центре которого лишь три слова: «Удивите меня снова».