Наследники Сказки

Как только я разлепил глаза, я сразу же подумал, что все ещё спят, солнце ещё только выходило из-за горизонта. Но пошарив по кровати рукой, я понял, что моего возлюбленного рядом не наблюдалось. Я совершенно точно знал, что он меня не бросил, я ведь всё-таки у него дома нахожусь. Моим решением было выйти на его поиски. Дорогу до кухни я смутно, но помнил, поэтому отправился именно туда. Мне повезло. Том стояло около плиты и самозабвенно что-то жарил. Я подошёл к нему и залюбовался его прекрасным лицом. Лишь, когда я попал в поле его зрения, он обратил на меня внимание. – Доброе утро. – ласково произнёс он, целуя меня в губы. Ничего лишнего, просто нежное прикосновение к губам. – Ты так рано встал. – улыбнулся я. – Решил, что ты будешь голодным с утра. – Мне кажется, что ты знаешь меня уже вечность. – зашептал я ему в шею, кладя руки ему на бёдра. – А почему ты готовишь? Моя ж очередь! – нашу идиллию прервала Лола, сестра моего ненаглядного. – Ты не могла войти позже? – резко отозвался Том. – Могла. Но иначе вы бы осквернили наш стол. Мои щёки покрылись румянцем. С такими непристойностями мне ещё не приходилось сталкиваться. Раньше я даже представить не мог, что кто-то может это сказать так громко, совершенно не стесняясь. Но после знакомства с семейством волков, я понял, что понятие "культурное поведение" не может существовать здесь. Тома же смутить было не так просто, поэтому он с удовольствием вступил в эту схватку. – А что? Завидуешь? – Чему завидовать? Твоей слабости перед кем-то? – Ты ведь сама была влюблена. И, хочу напомнить, не видела в этом ничего постыдного. Или ты разочаровалась в любви, когда он тебя бросил? – Он меня не бросал! – запротестовала волчица. – Это я выбрала личностный рост, а не любовь. – Ага, ага, ври да не завирайся. Конфликтом или же ссорой это назвать было нельзя. Насколько я понял, такого рода перепалки были частым явлением в их доме. Тем не менее можно было в их словах уловить желание поддержать. Волчица подобралась ко мне и, приобняв за плечи, улыбнулась. – Добро пожаловать в семью, Джереми. Моему счастью не было предела. Меня приняла семья моего самого близкого человека. Я был благодарен небесам. ────༺༻──── Весь день я провёл в доме стаи. Вечером должен состояться семейный ужин, ведь весть об помолвке их "младшенького" разнеслась по всей округе. Раньше бы я это не заметил, да в принципе и сейчас не особо вижу, но оказывается весь лес заселён волками, просто их дома замаскированы, поэтому издалека выглядят как природные объекты. Также оказалось, что половина из них – это родственники моего Тома. Мы приготовили огромное количество разных блюд. Стол ломился от еды. Гости начали подходить. Том сразу же взял меня под руку и начал представлять как своего жениха. Никого не смущало, что я парень. Все были рады мне. Я счастливо улыбался и, видимо, не мог скрыть своих влюблённых взглядов, ведь многие присутствующие бросали на меня взгляды. Хотя Том своей влюблённости скрывать был не намерен. Поэтому было бы странно, если б на это никто не обращал внимание. Мне все приветливо улыбались, но как только подходили к столу забывали обо всём. Еда действительно была бесподобна. Разумеется, стол не мог вместить большое количество персон, поэтому решено было сделать банкет в виде светской вечеринки, хотя оборотням было далеко до светского общества. Тому быстро наскучило улыбаться всем и делать вид, что он им рад. Это он сам мне прошептал, когда к нам подошёл очередной семиюродный дядя в пятом поколении. Мы решили немного отдохнуть, поэтому вышли подышать свежим воздухом. Но так думал лишь я. Зал, в котором проводилось празднество, находился где-то в середине дома, поэтому для выхода на улицу нужно было пройти какие-то комнаты и уже знакомую мне кухню. Какого же было моё удивление, когда, вместо того чтобы пройти дальше, мы резко завернули в проём. На кухне было темно, но всё равно были видны очертания кухонной утвари. Мой взгляд зацепился за сковородку, которую мы забыли убрать, и я решил немедленно это сделать. Мои руки очутились придавлены к стене, как, собственно, и я сам. Я так и не смог вспомнить момента, когда Том прижал меня, но я определённо был не против. Он губами прислонился к моему уху и невесомо поцеловал. – Как же меня достали эти традиции. Я просто хочу быть с тобой, проводить с тобой каждую секунду своего времени, целовать тебя, когда мы того захотим. – раздался над моим ухом шёпот. – Я люблю тебя. – хоть до кухни и доходили приглушённые голоса с зала,мой шёпот всё равно прозвучал слишком громко. Да, буквально пару минут назад мы всем без разбору представлялись молодожёнами, но лишь сейчас я осознал всю серьёзность моего решения. И я не собирался отступать от этого. Я люблю его, чёрт возьми, и никто не имеет права отнимать его у меня, даже думать о том, что мы не должны быть вместе! Мои губы обдало жаром. Я почувствовал его дыхание и уже предвкушал поцелуй, но он останоыился в сантиметре. – Ты мой смысл жизни. – его шёпот был прекрасно мной услышан, но я чётко понимал, что если бы кто-то ещё находился в этой комнате, он бы не услышал этого. Я избавился от расстояния между нами. Наши губы соприкоснулись, а языки сплелись. Наверняка, я бы не осмелился сотворить такое при ком-то, да в принципе когда-нибудь сотворить, но Томи вскружил мне голову. О своих чувствах хотелось кричать на весь мир, но мы их шептали в кухонной полутьме, ведь для нас всем миром были лишь мы. Поцелуи плавно переходили на шею, Том выцыловывал каждый миллиметр моей кожи. Удовольствие было в переизбытке. Я даже не заметил, как мои ноги оказались закинуты на его пояс, а я сам возвышался над ним. Наши губы неотрывно находили друг друга, а огонь, казалось обдавал наши тела. Было жарко, жарко настолько, что хотелось раздеться. Меня пугала эта мысль, но прекращать не хотелось не под каким предлогом. Мои руки плавно опустились на шею Тома, невесомо прикасаясь. Прикосновения плавно перетекли в ласковые поглаживания. Мои руки спускались всё ниже и ниже, задевая ворот рубахи. Пальцы обдало каким-то импульсом, похожим на удар молнии. Мне невероятно нравились эти ощущения. Казалось будто огоньки решили поиграть в догонялки на мне. Всё невыносимо распаляло меня. Пальцы сами нащупали пуговицу, которая мешала им продвигаться ниже по телу Тома. Она была тут же устранена, как и последующие. Мои руки уже бессовестно блуждали по накаченному торсу. Лицо пылало от смущения, но тело выдавало истинные желания. Тому также было невтерпёж прикоснуться ко мне. Как только мои руки прикоснулись к его плечам, то нежно их поглаживая, то сжимая до покраснения, его губы начали спускать к моей груди. Он то горячим влажным языком лизал кожу, то нежно прикасался губами, то аккуратно покусывал. Его руки забрались мне под рубаху и сжимали мою талию, нежно поглаживая большими пальцами, что приносило мне неимоверное удовольствие. Его губы снова поднялись к моему плечу, язык начал как-будто зализывать рану, но резко его лицо поднялось до уровня моего уха. – Я хотел оставить тебе метку, прости. – шёпот озарил тишину между нами. – Что же заставило тебя остановиться? – моему смущению не было предела. Щёки невыносимо жгло, но я так хотел быть к нему ещё ближе, так хотел стать его навсегда именно в эту секунду. Его глаза заблестели. Дыхание, которое у обоих участилось так, будто мы пробежали целый марафон, обдало кожу у плеча. В следующую секунду моё тело пронзила боль. Я моментально закрыл свой рот ладонью, дабы нас никто не услышал. На моём теле теперь была метка волка. Он выбрал меня своей истиной парой. Теперь мы с ним не смогли бы расстаться, даже если б нас заставили. Боль постепенно угасала, и я заметил, что всё это время Том зализывал рану для её скорейшего заживления. Моя рука плавно подняла его за подбородок, чтобы наша глаза встретились. Мне его лицо было слабо видно, но для волка, обладающего ночным зрение, легко было разглядеть моё красное лицо и сверкающие от возбуждения глаза. Я не стал ждать чего-то ещё, просто сплёл наши языки, заставив его прижаться ещё ближе ко мне, хотя, казалось, куда ещё ближе. Мою шею снова начали осыпать поцелуями. А я был полон радости, нежности и страсти, которую хотелось всю сейчас разделить с Томом. С моих губ сорвался тихий всхлип. Между нашими телами не было и миллиметра, настолько тесно мы друг к другу прижимались. Мы уже готовы были пуститься во все тяжки. Дверь резко открылась. – Ой, а это что, не туалет? – какой-то подвыпивший волк прервал нас. – По моим подсчётам я уже должен был прийти, но почему я не на месте! Понастроят, а добрые волки потом вынуждены искать, где справить нужду. – и икнув, он покинул комнату, явно даже не поняв, что мог только что стать свидетелем полных бесстыдства действий. Я ошалело взглянул на Томи. Он лишь рассмеялся мне в шею. – Оборотни они такие. – улыбнулся он мне, подняв голову. – Как думаешь, нас уже спохватились? – Скорее всего нет, сейчас там всем до нас нет дела, уже наверняка тётушка исполняет свою любимую песню. – Так у вас и концертная программа предусмотрена. – Нет, её никто никогда об этом не просит. Она просто всегда так напивается, что ей начинает казаться, что она на своём сольном концерте. Я рассмеялся,чем вызвал улыбку у Тома. Пришло время возвращаться, и, приведя себя в порядок, я счастливый, а Том смеющийся снова вернулись в зал. Нашего ухода никто не заметил. Конечно кроме излишне наблюдательной Лолы. – Вы всё-таки осквернили наш стол? – Нет, но это не значит, что в будущем этого не случится. – пошутил Том. По крайней мере я надеюсь, что он пошутил. А хотя я не против, он может сделать со мной всё что угодно на этом столе. Я, конечно, покраснел и быстро отогнал от себя эти мысли. Вечер продолжался хорошо. Все веселились, творили ерунду, которую в будущем будут вспоминать на праздниках и, конечно, желали нам счастья. Этот вечер обещал быть самым прекрасным в моей жизни, если б его не омрачил один момент. В час, когда никто уж и не ждал прибытия гостей, дверь открылась, и там появилась старушка-волк. Она злобно смотрела на всю процессию, что даже музыканты перестали играть, а гости – танцевать. Её голос раскатами грома разразился по всей комнате: – Ты не можешь жениться на нём! – Могу, бабушка. – спокойно кон, констатировал Томи. – Нет, не можешь, его мать убила твоего деда, он убьёт тебя, а может погубит и весь наш род!