Тайна

*** Рыков бесцеремонно прошёл в кабинет строгой начальницы и любимой жены. Оля приподняла голову вверх, оторвавшись от бумаг. Паша присел на стул, нежно сжал её ладони. – Оль, я чё зашёл-то? В общем, я на счёт детей. – Паш, если ты хочешь задать вопрос не по работе, задай его, пожалуйста, дома. – сказала она строго и нервно. В бездонно-голубом омуте отчётливо виднелись сомнение и страх. – Оль, – обратился Павел более нежно и чуть настороженно, – я понимаю твои опасения. – Иди уже. – Арефьева разжала ладони и откинулась назад. Паша послушно вышел из кабинета и кинул вскользь: – Ну, если что, давай Буратинку-то, всё-таки, состругаем. – сказал Паша расслабленно и успел заметить, что обожаемая Олечка чем-то излишне взволнованна. – Иди работай, Папа Карло! – усмехнулась Оля и откинулась на спинку кресла. *** Строгой и серьёзной Ольге было страшно, из головы никак не выходил разговор, заведённый мужем, уверенности в себе не добавляла и задержка в несколько недель. С тяжёлой, чугунной головой она прошла в спальню и, переодевшись в сорочку, легла. Руки Павла нежно обнимали её за талию, и успокоившись от тёплых объятий, она уснула. Утром Ольга быстро позавтракала, надела костюм и поцеловала Пашу в щёку. – Оль, ты чего? – изумлённо спросил Павел. – Доброе утро. Я тебе обед собрала, пожалуйста, возьми с собой, а не стреляй пирожки у Араша. – Что за приступ нежности? – Всё, пока. – сказала Оля и закрыла за собой дверь. *** Автомобиль строгой начальницы остановился неподалёку от подстанции, Ольга посмотрела на дату — 25-е апреля. – Зашибись. – изрекла она. Оказалось, что "дела" должны были случиться ещё месяц назад. – Рыков, мать твою. – рявкнула Ольга. – Ну, я тебе устрою, я тебе такого Буратинку устрою! – оскалилась она и вышла из машины.