atlantis

seafret - atlantis

пролог

17.02.2028, 6:26

      тонкий луч предрассветного солнца лениво пробрался сквозь не плотно задернутые шторы и небрежной ломаной полосой лег на умиротворенные от глубокого сна черты чужого лица. давно не спящий чонгук вытянул руку и аккуратным, боязливым движением смахнул с чужих глаз непослушную, сухую от частых окрашиваний челку, которая тут же вспыхнула ярким бирюзовым оттенком под солнечным светом. оставив лёгкий поцелуй на чужом оголенном плече, чонгук выбрался из-под плена пухового одеяла и, тихо собравшись, без оглядки покинул чужую квартиру. унося с собой лишь небольшую, не полностью заполненную дорожную сумку и свое собственное разбитое сердце.

***

18.12.2018

      двумя первыми вещами, которые врезались в память чонгука после их личной мимолётной встречи, были глаза и запах этого парня: свежая нота морской соли гармонично переплетенная с цитрусовой горечью и терпкостью, словно кокон из надежно сплетенной паутины, окутала собой с ног до головы, а дерзкий взгляд лисьих глаз из-под сожженной, выбеленной чёлки зацепил мгновенно и бесповоротно.       мин юнги. конечно же, чонгук знал его. кто, черт возьми, мог не знать юное дарование с музыкального факультета, когда, буквально, каждый преподаватель, так или иначе, воспевал ему оды восхищения? дерзкий и прямолинейный, хватающий, так любезно предоставленные ему судьбой, звезды с неба, обвешанный цепями и считающий драные джинсы за лучшую учебную форму - юнги - был той еще занозой в задницах остальных, не столь одарённых, студентов, и, как не трудно догадаться, абсолютным любимчиком большинства преподавателей.       и пусть чон чонгук никогда не считал себя обделенным талантом и, что немаловажно, никогда не создавал себе кумиров, но взгляд тех раскосых, смотрящих в самую душу, глаз стал его личной занозой. тем, что, так или иначе, не предвещало ничего хорошего.

***

25.07.2020

      вот что было забавно: он знал. знал, что однажды это непременно произойдёт. но, что было забавнее вдвойне - он никогда не пытался это предотвратить.       жаркий июльский день близился к концу, но температура на улице едва ли упала хотя бы на несколько градусов, от чего, и без того вечно душное, пространство его маленькой квартирки было похоже на духовой шкаф.       юнги вываливается из ванной комнаты в одних лишь едва держащихся на тазобедренных косточках джинсах, с кончиков его волос падают капли воды и, рисуя незамысловатые узоры, стекают вниз по разгоряченной молочной коже. мин оглядывает захламленную после ночной тусовки комнату и, тихо фыркнув себе под нос, отпинывает в сторону пустую банку из-под пива.       - юнги-я? - тихое копошение доносится из центра его кровати и мин бросает в ее сторону удивлённый взгляд.       - почему ты до сих пор здесь? - недовольство сквозит в голосе парня, но девушка, что выныривает из-под тонкой простыни, пропускает это мимо ушей и, зевнув, тянет к юнги руку.       - вернись ко мне, - улыбается она и юнги, пожав плечами, следует к ней.       солёная кожа, тонкая лямка кружевного бра, спавшая с острого плеча, и тяжёлое дыхание, оседающее на губах, словно заученный рецепт пресловутого коктейля - терпкий, но ощущающийся привкусом желчи на языке. юнги скользит ладонью по загорелой гладкой коже живота и девушка под ним инстинктивно тянется за прикосновениями, изгибается завораживающе, словно змея, но не может затронуть в мине ни одной струны его души или сердца.       - юнги-я, - срываясь на стон, шепчет она между поцелуями, ее волосы вновь рассыпались по подушке рыжими волнами. - ты меня не хочешь?       на секунду заглянув в чужие, подернутые пеленой похоти глаза, юнги склоняется к тонкой девичьей шее и оставляет на ней дорожку кусачих поцелуев, которые срывают с чужих губ новые стоны, что, впрочем, обрываются с громким хлопком входной двери.       - какого хуя.., - голос чонгука за спиной наполнен неприкрытым гневом и раздражением, тень мимолётной усмешки ложится на губы мина. - пошла вон отсюда.       перевернувшись и усевшись посреди разворошенной кровати, мин лениво наблюдает, как девушка собирает свои вещи, а после, пряча стыдливый взгляд и одеваясь на ходу, пробегает мимо чонгука, оставляя после себя лишь звенящую тишину.       мин переводит скучающий взгляд на лицо чона и, откинувшись на вытянутые руки, тянет губы в ухмылке.       - доволен?       тот молчит долгую минуту, густые брови сведены к переносице и изломаны в хмурой линии. заостренная линия челюсти, сжатые кулаки и сквозящее в воздухе напряжение - буквально все в нем кричит сейчас: «не подходи, убьёт». но юнги, соскользнув с кровати грациозной кошкой, вопреки всем осторожностям и возможным опасениям, подходит медленно, смотря прямо в глаза.       - я спрашиваю, доволен ли ты? - щёлкает он языком.       и этот щелчок, как звук слетевших предохранителей, приносит за собой лишь бурю и разруху.       чонгук бьёт наотмашь, точно в линию чужой острой челюсти и вид крови, что тут же проступает из пореза, оставленного парным кольцом, ничуть не унимает царящий внутри хаос.       - какая же ты блядь, - плюётся ядом чонгук и бьёт снова. - почему?       юнги издаёт тихий стон боли, когда чужой кулак прилетает прямиком в его живот и, согнувшись пополам, оседает на пол, к ногам чонгука.       - блять! - голос, полный злости, разносится по комнате и юнги усмехается, когда слышит звон разбитого зеркала. - разве меня мало?!       воцарившаяся на мгновение тишина режет слух своей остротой и мин, стерев кровь с уголка разбитой губы, поднимает взгляд кверху. он вздрагивает, будто бы от нового болезненного удара, когда натыкается на взгляд, полный боли и искрящихся слез и, не выдержав, отворачивается в сторону.       - разве меня мало? - хриплым шёпотом повторяет чонгук и, не дождавшись ответа, покидает квартиру.       вот, что было забавно: он знал. знал, то однажды это непременно произойдёт. но, что было забавнее вдвойне: он никогда не пытался это предотвратить, потому что чонгука было даже больше, чем достаточно.

***

15.10.2018

      юнги замечает его в начале учебного года и отчего-то больше не может отвести взгляд. взъерошенный воробей, явно едва покинувший родительское гнездо и смотрящий на окружающий его мир искрящимся взглядом своих огромных глаз. что-то в юнги щёлкает с постоянной периодичностью, сбивается с отлаженного годами хода и клинит, едва на горизонте мелькает знакомая всклокоченная макушка.       «раздражение», - думает он время от времени, но, прекращая заниматься самообманом, понимает, что это что-то более глубокое. что-то, запрятанное в самых глубинах его сердца. что-то желающее наконец-то найти выход.

***

30.06.2021

      чонгук наблюдает за ним издалека. смотрит, как рыжие блики ложатся на острые черты чужого лица, прислушивается к звуку его смеха, что прорывается сквозь гул толпы и звучащую на фоне музыку, и всеми силами пытается (будто это действительно зависит от него самого) поймать на себе ответный взгляд.       но вечер близится к ночи, территория загородного дома, который группа юнги сняла, чтобы отметить успешно защищённые дипломы, и куда по снисхождению мина был приглашён и чонгук, давно укрылась предсумеречными тенями. незримая надежда на внимание ускользала из рук чонгука, также стремительно, как рос в его крови уровень алкоголя.       мир стремительно сокращался до жгучего чувства обиды и ревности, когда хриплый смех юнги разрезал собой пространство небольшого придомового участка, когда тонкие пальцы, крутящихся вокруг мина девушек, отнюдь недвусмысленно касались его рук и груди. стыдно признаться, но, будучи парнем мин юнги, чонгук завидовал каждому на этой чёртовой вечеринке. едкое, выжигающее внутренности чувство зависти росло в его груди с каждым новым звуком смеха, с каждым новым чужим прикосновением у тому, кто по праву был его.       стрелка наручных часов переваливает за два часа ночи, когда чонгук поднимается и шаткой походкой, на слишком ватных от алкоголя ногах, подходит к юнги. наверное, он соображает слишком плохо, когда нарушает давно выставленные чёткие границы и хватает чужую руку в попытке обратить на себя внимание. чувство дискомфорта заполняет голову чонгука, когда, как ему кажется, вокруг них двоих затихает даже ветер.       - заблудился? – выгнув в удивлении брови, спрашивает юнги.       что-то странное мелькает в его взгляде (часть чонгука хочет верить, что это сожаление), но гаснет также быстро, как всполох языка пламени.       - мы можем... можем поговорить?       кто-то на фоне взрывается громким смехом и чонгук, будто опомнившись ото сна, выпускает чужую руку из своей цепкой хватки.       - найди другую компанию, малец, - безразлично бросает юнги и отворачивается к своим друзьям.       путь домой ещё никогда не был таким долгим, а слёзы, что режущим комом встали поперёк горла, никогда не казались столь горьким бременем.       «детка, ты где?» - так и осталось висеть непрочитанным сообщением.

***

11.04.2019

      чонгук смотрит ему прямо в глаза, но у юнги складывается ощущение, что тот заглядывает в самую душу. выворачивает наизнанку. дышит шумно и загнанно, почти без остановки облизывая зацелованные красные губы, на корню обрубая всю мнимую концентрацию юнги.       - я не гей, - зачем-то шёпотом говорит Мин.       - хорошо.       - мы не будем ходить на свидания, держаться за ручки, как в сопливых фильмах о любви и долбиться в дёсна посреди оживлённых улиц.       - ладно, - и то всеобъемлющее принятие, что плещется на дне чужих глаз, разбивает юнги на кусочки.       молчаливые минуты затягиваются в узлы, тишина между ними звучит, как едва уловимый звон битого стекла - такая же острая и опасная. взгляд чонгука падает на губы юнги, а затем вновь возвращается к его глазам.       раз.       два.       три.       - но ты будешь моим парнем? - на выдохе шепчет чон.       юнги вдруг отчётливо слышит как где-то схлопывается с резким свистом охотничья ловушка.       - да.

***

15.05.2019

      чонгук податливый и мягкий, стонет в руках мина своим глубоким тембром. линии его тела плавные, лишённые столь явно выраженных углов, но сила, что кроется в напрягаюшихся мышцах, не позволяет юнги обмануться - чон может перехватить инициативу в любой момент.       мягкие поцелуи по линии челюсти, крепкая хватка на бёдрах и чужое тяжёлое дыхание, что теряется где-то в копне рыжих волос юнги - всё так знакомо, но чувствуется иначе. головокружительнее, глубже, интимнее. ощущается правильно, будто точка наконец-то нашла своё место над буквой «i».       впервые для юнги страсть, разгорающаяся меж зацелованных губ, ощущается на кончике языка жгучим перцем, а не едким привкусом желчи. глаза в глаза, рука в руке и обжигающее тепло от близости.       впервые юнги засыпает в чужих объятиях, не терзаемый оглушающим чувством неправильности. но утро приносит с собой новые, еще более оглушающие мысли.

***

01.01.2023

      эта ссора начинается так же, как и другие - с едких саркастичных слов, что чонгук бросает юнги прямо в лицо, когда в чашу весов его терпения падает последняя капля. плотина, сдерживающая течение бурной реки, с надрывным треском даёт брешь и прибрежный мирный городок сносит неконтролируемой стихией.       маленькая квартирка юнги превращается в зону бедствия, стоит ему лишь перешагнуть порог входной двери. праздничная атмосфера нового года разбивается о стойкий запах перегара и смазанные следы вульгарной алой помады на коже мина. чонгук взъерошенный, сонный и хмурый, смотрит на него обиженно и загнанно, сжимая в руках свёрток в красной праздничной упаковке.       эта ссора начинается так же, как и другие - с едких саркастичных слов, что чонгук бросает юнги прямо в лицо, вот только в этот раз чонгук не возвращается обратно. ни через час, ни через день, ни через месяц, ни даже через год.

***

20.01.2019

      юнги раздражён. и ладно, не то, чтобы это было сенсацией, в конце концов юнги раздражён большую часть времени, но проект с первокурсником выбивает из шаткого равновесия, заставляя задуматься в каком именно месте он свернул не туда, тем самым заслужив такое наказание.       «работа с этим учеником принесёт большие плоды, чем ты думаешь, юнги», - вот что сказал ему преподаватель по музыкальной композиции. и сказать честно, юнги был готов заставить того подтереться его же ненужным никому мнением. в конце концов, будучи лучшим учеником не то, чтобы третьего курса, но и всего этого вшивого университета, юнги прекрасно знает, что и как именно принесёт ему «большие плоды». мин шумно вздыхает, когда дверь в пустую аудиторию, где он ждал последние сорок минут, наконец-то открывается с громким ударом дерева о стену. он недовольно щёлкает языком и будто в одолжении поднимает взгляд на вошедшего. знакомые глаза взъерошенного воробья, что смотрят слегка взволнованно и боязливо, но прямо, будто бросая вызов, заставляют все слова, что юнги хотел выплеснуть озлобленным потоком, застрять поперёк горла.       - мин юнги? - спрашивает воробей и, не дождавшись ответа, подходит ближе. - я - чон чонгук.       чужой, будто звук чистого ручья, голос, звучит, как глоток свежего воздуха.

***

30.12.2023

      чонгук думает, что никогда не привыкнет к этому - к раздирающей изнутри пустоте, что поселилась где-то за клеткой его грудных рёбер, после того, как он ушёл от юнги.       заблокированный номер, запрет на все социальные сети и неустанный контроль за самим собой, словно он грёбаный наркоман в поисках дозы. мин юнги - всегда был его погибелью, но, так или иначе, ему не требовалось находиться рядом, чтобы разбивать чона на осколки. любовь то или зависимость - сложный вопрос, ответа на который чонгук никогда не мог дать, но ломки от отсутствия юнги рядом с каждым днём становились всё более болезненными и выматывающими. «время лечит» - фраза не про них. время, бегущее вперёд, лишь сильнее калечило и без того израненные души.       «абонент не отвечает или временно не доступен», наверное, в тысячный раз слышал юнги из динамика телефона. боль, разрастающаяся внутри, словно сорняк, крепла и рвалась на свободу жгучими слезами отчаяния и никому не нужной гордости. позвонить, зная наверняка, что тебе не ответят, оказалось куда проще, чем прийти, по высеченному на подкорке сознания, адресу.

***

01.09.2026

      юнги будит его мягкими касаниями под одеялом и долгим поцелуем. его руки, настойчивые, но не требовательные, скользят вдоль изгибов, давят на выпирающие тазобедренные косточки.       - чаги-я, - шепчет он между чередой поцелуев вдоль длинной загорелой шеи.       чонгук давит несдержанный стон, когда длинные пальцы обхватывают его вставший член и елозит по постели в попытке получить ещё больше ласки.       - такой милый, - мягкий хриплый смех юнги проникает в самое сердце чона и он готов плакать от распирающего его чувства любви и доверия. - мой милый воробей.       тихие стоны и шорохи одеяла и простыней всё больше наполняют спальню, утренний свет падающий на непослушные чёрные завитки разметавшихся по подушке волос, вспыхивают тёплыми солнечными зайчиками. юнги теряется в запахе смуглой кожи чонгука, тогда как чон давно потерян в самом юнги.       - с днём рождения, - шепчет мин в зацелованные губы, пока чонгук всё ещё смаргивает с глаз негу после оргазма.

***

13.05.2024

      чонгук выныривает из сна из-за назойливой вибрации телефона под подушкой. электронные часы на тумбочке показывают «03:26», а это значит, что он уснул всего полтора часа назад.       он жмурится и, достав телефон, смотрит на незнакомый номер до тех пор, пока вызов не обрывается, а затем - тут же возобновляется снова. чон растирает лицо ладонью и, с трудом приняв сидячее положение, отвечает на звонок.       - алло? - его голос хрипит после сна и он прочищает горло. - слушаю.       на той стороне лишь тишина прерываемая посторонними звуками на фоне и далёкими голосами.       - звонить людям по ночам и будить их - плохая шутка, - хмурясь, говорит чонгук. - я отключаюсь.       - подожди! - видимо, громче, чем хотелось бы, говорят из динамика, прежде, чем чонгук успевает сбросить звонок, а следом добавляют тише. - подожди.       чон застывает на месте и сам того не замечая, сжимает корпус мобильного до побелевших костяшек. звук чужого, но такого родного голоса, спустя почти полтора года разлуки, разгоняет сердце до предела.       - я не знал, кому ещё позвонить, - хрипит юнги. - я в участке. можешь забрать меня?       как обычно, чонгук не может сказать «нет», как не может отказать самому себе в долгих объятиях и жарких поцелуях в чужой квартире посреди тёплой майской ночи после. полтора года разлуки кажутся долгим мигом, затянувшейся засухой, что наконец отступила с приходом долгожданного дождя.

***

02.08.2027

      мысли чонгука тонут в алкоголе, свето-музыке, и танцах. мир за пределами ночного клуба, куда он пришёл после очередной ссоры с юнги, перестал существовать несколько шотов текилы назад.       чонгук потерян, сломан и зол. отношения с юнги, которые и отношениями сложно назвать, ломают его кости и каждый день разбивают сердце. снова и снова. в бесконечном замкнутом круге ссор, поцелуев, расставаний и секса. чонгук не может без него, но с ним... порой он чувствует себя ещё более несчастным и разбитым.       чьи-то сильные руки ложатся на талию чона, притягивают ближе к горячему телу, от чего мысли в голове начинают жужжать подобно рою разъярённых пчёл. это неправильно, грязно и мерзко, но, послав подальше всех и вся, чонгук прижимается к мужчине сзади, отчётливо чувствуя чужое возбуждение.       всё, что происходит дальше кажется смазанной картинкой калейдоскопа. кружащий голову алкоголь, тесная кабинка туалета, руки по оголённой коже, укусы и обжигающие следы чужих губ.       чонгук не смотрит в чужое лицо, не запоминает чужого имени, им ведет не страсть, а жгучее чувство обиды, засевшее в груди. он тянет пальцы к чужому паху и сжимает член сквозь плотную джинсовую ткань, чем срывает с губ напротив высокий стон.       пузырь самообмана лопается также быстро, как злость и обида сменяются на разъедающее изнутри чувство отвращения к самому себе. чонгук поднимает взгляд и встречается с совершенно чужим ему человеком, чьи глаза смотрят на него расфокусированно и так незнакомо. рой жужжащих пчёл приносит с собой воспоминания о кошачьем разрезе глаз, низких хриплых стонах, а ещё - неконтролируемый приступ тошноты, сдержать который чонгук даже не пытается.       - это отвратительно, чувак, - слышит он, уже согнувшись над унитазом, затем - хлопок двери и оглушающая тишина, вакуум которой не способны пробить даже басы клубных колонок. чонгук рыдает в кабинке туалета от ненависти к себе и мин юнги, от отвращения, всепоглощающей любви и осознания того, что он больше так не может.       он приходит к юнги спустя неделю, когда следы синих засосов на его шее сходят на нет.

***

01.09.2026

      юнги везёт его к океану и целый день не выпускает чужой ладони из своей руки. огоньки бенгальских огней искрятся на дне их глаз одним на двоих чувством. от чего-то пропитанное грустью чувство счастья оседает морской солью на ресницах.       юнги дарит ему поцелуй посреди пляжа, на глазах у заходящего солнца. их первое настоящее свидание отпечатывается на сердце тёплым воспоминанием.

***

23.05.2025

      чонгук не знает, как оказался в чужом доме в разгар шумной вечеринки, но, вот он, с банкой пива в руке и тяжестью в сердце стоит посреди толпы, наблюдая, как юнги целуется с чимином.       юнги, который всегда держал чонгука на расстоянии вытянутой руки, опасаясь того, что хоть кто-то узнает об их отношениях. юнги, который никогда не позволял чонгуку даже малейшего физического контакта на людях. юнги, который будучи в хлам пьяным, решил сыграть в «правда или действие» и был пойман на слабо тэхёном.       - поцелуй чимина, - нараспев сказал тогда тэхён, заливаясь глубоким низким смехом с комично расширившихся глаз юнги. - по-настоящему, хён.       чонгук не знает, как оказался в чужом доме в разгар шумной вечеринки, но вот он, с пивом в руке и тяжестью в сердце, стоит посреди толпы, наблюдая, как юнги целуется с чимином.

***

09.03.2022

      юнги остаётся дома. в тёплых руках чонгука, окружённый запахами запечённой утки и звуками старого фильма о любви.       юнги счастлив. окружённый стенами своей квартиры, где можно быть собой и не бояться осуждения в чужих глазах.       чонгук обнимает его слишком крепко, будто боясь, что юнги исчезнет. растворится в воздухе, как мимолётное несбыточное видение. и юнги не может винить его за это.       - спасибо, - шепчет он и утыкается носом в чужую горячую шею.       - за что, хён?       юнги молчит, но он знает, что чонгук и без того знает ответ на свой вопрос. мягкое, тихое «люблю» растворяется в воздухе. день клонится к концу, уснувший в объятиях чонгука юнги, сжимает в руке красный вязаный шарф, который младший подарил ему на день рождения.

***

16.02. 2028

      наверное, юнги понял все сразу, стоило лишь чонгуку переступить порог его квартиры этим утром. аромат пиццы из их любимой пиццерии за углом сразу же заполнил собой всё помещение, а улыбка, тронувшая губы чона, затопила сердце юнги непонятной грустью и тревогой.       - проведём день вместе, хён? - спросил чонгук и что-то странное мелькнуло на дне его глаз цвета тёмного шоколада.       сплетённые под одеялом пальцы, куски недоеденной пиццы, давно выдохшаяся газировка на дне старых, пожелтевших кружек, и играющий на фоне чёрно-белый фильм. что-то едва уловимое и отдающее грустью повисло в воздухе и юнги не знает, как ухватиться за мысли, ускользающие из его рук, словно сухой сыпучий песок.       - хён? - чонгук совсем близко, будто старающийся втереться под самую кожу, пролезть сквозь давно изломанную клетку рёбер юнги. - я люблю тебя.       он целует юнги слишком импульсивно, не давая сказать и слова в ответ. его губы сухие и потрескавшиеся, а дыхание тяжёлое и влажное. его тело дрожит, будто от холода, и он жмётся ближе, стягивает свою и чужую одежду в поспешном, не свойственном ему ритме. всё в чонгуке будто кричит и просит помощи, но юнги игнорирует мигающие тревожные огоньки, собираясь разобраться с этим завтра.       - люблю тебя, - шепчет чон на повторе, сквозь каждый поцелуй, через каждое касание.       всё внутри юнги трещит по швам от напряжения, возбуждения и не унимающееся чувство тревоги, что начинает перекрывать собой всё остальное.       - люблюлюблюлюблю, - скулит чонгук и первая горячая слеза скатывается по его щеке, срываясь с острого подбородка, разбиваясь об оголённую грудь юнги.       мин обхватывает чужое лицо и заглядывает в покрасневшие глаза. всё выстроенное между ними, полуразрушенное и накренённое, вдруг осыпается, будто кто-то без разрешения вытащил последний, державший столько лет шаткий фундамент, кирпич.       - тшшш, - хмурясь, шепчет юнги и стирает с чужих щёк, льющиеся без остановки слёзы. - всё хорошо...       юнги подхватывает уже давно переросшего его чонгука и переносит обмякшее тело в кровать. кутает себя и его в ворохе пуховых одеял, обнимает крепко и бережно, баюкая словно маленького ребёнка.       - я тоже люблю тебя, - шепчет он в ворох угольно-чёрных волос и хмурится лишь сильнее, когда чонгук в его руках заходится новой порцией рыданий.

***

эпилог

17.02.2033, 6:26

      юнги прячет нос в крупной вязке старого красного шарфа и, переступая с ноги на ногу, вглядывается в даль. он безбожно опаздывает на работу, но, как на зло, этим зимним, промозглым утром автобусы устроили против него бунт. мужчина ворчит что-то неразборчивое себе под нос и, тяжело вздохнув, наблюдает за тем, как облако пара от его дыхания поднимается вверх и исчезает в тёмном утреннем небе.       - извините, - неожиданно раздаётся за спиной юнги и, вздрогнув, он разворачивается резким дёрганным движением, тут же застывая на месте.       он вглядывается в такие знакомые черты чужого застывшего в изумлении лица и не верит своим глазам.       - чонгук? - выдыхает юнги и между ними повисает долгая тишина, которую нарушишь и видение напротив рассеется, будто призрачное воспоминание.       - хён? - сморгнув удивление выдыхает чонгук. - ты тут откуда?       - я живу в паре домов отсюда, - улыбнувшись, отвечает юнги. - а ты?       - странно, - чон в неловкости чешет кончик носа, как делал это раньше, и издаёт что-то похожее на нервный смех. - я тоже.       они стоят друг напротив друга, разглядывая позабытые, но, казалось бы, навсегда высеченные в памяти черты лиц. печаль, копившаяся внутри каждого, грозится вот-вот выйти из берегов, залить всё вокруг и потопить каждого без права всплыть обратно.       - ты один, хён? - шепчет чонгук внезапно и невпопад, его взгляд сосредоточен на красном вязаном шарфе, что обмотан вокруг шеи юнги.       - да, - говорит мин в ответ. - а ты?       чонгук поднимает свой взгляд и смотрит прямо в глаза юнги и там, на дне чужих глаз мин видит так много ответов на не произнесённые когда-то вслух вопросы.       - хочешь сходить со мной на свидание? - боясь говорить хоть немного громче, шепчет юнги. - в кафе или парк. я хочу держать тебя за руку и целовать прямо посреди оживлённой улицы. хочу попросить прощения за все свои ошибки и наконец-то сделать тебя счастливым.       чонгук смотрит на него бесконечно долгие минуты. его брови нахмурены, а взгляд мечется по чужому лицу в сомнении.       - дашь мне последний шанс? - пробует юнги снова.       - да, - на выдохе все же отвечает чонгук.       первый поцелуй после долгой разлуки ощущается, как тёплый весенний луч солнца посреди задержавшейся в сердце зимы.