Сможем изменить мир

      Биться об стену — идеальный вариант для того, у кого отсутствуют хоть какие-то мозги. Наруто, несмотря на свою детскую глупость и наивность, всё же причинять себе вред самолично не хотел. Как же тогда ему попасть в своё подсознание?       «Я считаю, что потерять сознание от истощения в настоящем бою будет лучшим решением! Ещё желательно, чтобы этот самый бой был из-за защиты чести невинной девушки.» — Почесав затылок и взглянув на святящее над ним солнце, Узумаки призадумался. — «Но где же мне тогда найти её? Я бы попросил Хинату сыграть девушку в беде, у неё это хорошо получилось бы. Ну, а хулиганы и так всегда найдутся. Но она, по понятным причинам, не сможет мне помочь…»       Наверное, это выглядело странно в глазах случайных прохожих. Наруто с серьёзным лицом расхаживал по всей деревне, пристально всех рассматривая.       — Большелобая! Ха-ха. Саске никогда тебя не полюбит, — компания детей окружила несчастную заплаканную девочку.       Ситуация была плачевной и очень неприятной, но Узумаки был рад. Это его возможность.       — Я Узумаки Наруто не позволю издеваться над слабыми…! — во время прогулки и часа поисков тот сочинил, по его мнению, наипрекраснейшую и пафосную речь, но только было начав ее произносить, его прервали.       — Кого это ты назвал слабой?! Получить хочешь? Кь-я! — вот мальчишка и получил заветный удар по голове, но не так как хотелось бы.       Прикрыв глаза, а после через мгновение их открыв, он понял, что находится там, где нужно. Путь к клетке он относительно помнил, поэтому дошёл без происшествий. Перед ним предстала огромная клетка, в которой находился Кьюби, но Четвёртого Хокаге не было видно.       Мальчик начинал уже чувствовать панику, как из печати стала выливаться голубая энергия, впоследствии сгущающаяся и собирающаяся в единое целое.       — Папа! — при виде стоящего перед ним мужчины, мальчик готов был подпрыгнуть от радости. Встреченный им совсем недавно Бывший Хокаге в данный момент был его единственной семьёй, снова оставаться одному, ему не хотелось.       На лице Минато появилась маленькая, грустная улыбка. Он не хотел омрачать эту встречу, но Намикадзе понимал, что скрывать от ребёнка правду не стоит. Рано или поздно им придется попрощаться, чакры в печати не бесконечно. Только из-за того, что его побеспокоили раньше планированного, он мог продержаться ещё несколько месяцев.       — Я хочу больше узнать о тебе! И маме! Как она выглядела? Как вы познакомились? — не успел Минато моргнуть, как его завалили вопросами.       — Тише-тише, давай всё по порядку. Я расскажу тебе историю с самого начала. Давным давно… кхм-кхм, — на этом моменте он запнулся, хотя что уж там, на самом деле у него встал ком в горле. Перед глазами промелькнул образ его любимой женщины.       Кушина в детстве была бойкой и уверенной в себе девочкой, как в прочем и до последнего момента в своей жизни. Сейчас перед Наруто стоял не отец, а клон Минато, но даже так это не отменяло того факта, что тот мог чувствовать предположительные эмоции своего создателя.       Клон не настоящий человек, и это в какой-то степени печально. Одно радует: в нём содержится память Минато. Ребёнок имеет право узнать получше своих родителей, и он узнает.       — Познакомились мы с твоей мамой ещё в академии, она, также как и я, всем сердцем желала стать Хокаге.       — Хокаге? Я тоже хочу им стать! — Минато перебили, но он не злился. Все дети в таком возрасте были неугомонными. Они не могли спокойно выслушать всё, что им говорили.       — Я рад, значит ты идёшь по нашим стопам, — бывший Хокаге потрепал его по голове, — Так вот…

***

      Были слёзы. Много слёз. Наруто думал, что он будет счастлив, когда узнает всё о своих родителях.       Да, он правда был рад, услышанному. Но от этого становилось только хуже, на душе было паршиво. Его отец и мать — прекрасные люди. Они были весёлыми, отважными, такими какими он их представлял. Он не сомневался, что те также стали бы ему замечательными родителями.       Наруто хотелось залезть в клетку и вырвать шерсть у лиса, ему хотелось врезать по его огромной морде. Это бездушное животное убило его родителей, лишило его семьи. Бывший Хокаге сказал ему, что вина за разрушение деревни и их смерть лежит на каком-то неизвестном мужчине, проникшим в Коноху во время родов Кушины. Его Наруто тоже хотел прибить.       Из-за такой бури эмоций его выкинуло из подсознания. Открыв глаза, он понял, что пробыл в отключке довольно долго. Вокруг было темно, солнца уже не было видно, лишь луна слабо освещала окружавшие его деревья.       — Неужели уже ночь, — по спине прошёлся холодок, но даже он не остудил всего того гнева, который скрывался в нём. Идти домой категорически не хотелось. Да и можно ли назвать это пустое место домом? Что его ожидало там? Гора пыли и разброшенный по полу мусор.       Хотелось пройтись, избавиться от негативных эмоций. Он встал и, отряхнувшись, неторопливо побрёл по пустой тропе. Окружающая обстановка была не очень привычной. Обычно на улицах всегда было много людей, постоянно куда-то спешащих. Они все ненавидели его, но именно за них его отец готов был отдать жизнь. Тот защищал их и верил, что те поймут его дитя, будут благодарны за спасение.       Спать не хотелось совсем. Не хотелось после рано вставать в академию, делать вид что ему не грустно.       — Ты думаешь, почему я променял тебя на защиту деревни, повесил собственными руками ярлык джинчурики. Я уже говорил: я думал, они будут считать тебя героем. Но это не единственная причина, по которой твой отец, не раздумывая, выбрал тебя как сосуд. Ответ прост. Я знал, что ты справишься.       — Почему?       — Потому что ты мой сын.       «Не честно, лучше бы ты не был Хокаге. Какой толк в том, что ты такой крутой и сильный? Будь ты обычным рабочим или же посредственным шиноби, которого никто не знает, я жил бы лучше, просто потому, что ты и мама были бы живы.»       Мальчик пнул камень под своими ногами и остановился.       «Но мне приятно, что ты веришь в меня. Сенсей уже рассказывал, что путь настоящего шиноби не прост. Что Хокаге обязаны выполнять свои обязанности и защищать деревню… Я не знал, что, чтобы защитить людей, нужно будет пожертвовать другим человеком… своим собственным счастьем… Мне трудно разобраться в том, что я чувствую…» — он был слишком молод, чтобы зараз переварить всю полученную информацию.       Сейчас лучшим вариантом будет смириться. Ничего уже не исправить, да и изменить он ничего не смог бы.       «Почему старик не рассказал мне всё раньше. Зачем скрывал?» — Наруто сделал вздох и коснулся лба. Голова начала болеть от непрекращаемых мыслей.       Дойдя до основания реки, в отдалении от домов, он наконец-таки решил присесть. Помимо головы у него вдобавок болели ноги.       — Я устал, — прижав ноги к груди, он посмотрел на своё еле различимое отражение в водной глади.       «Быть Хокаге не просто. Ты пожертвовал мной… Я обижаюсь на тебя, но не думаю, что поступил бы по-другому, будь я на твоём месте.»       Мальчику всё ещё хотелось получить заслуженное признание, ему ещё хотелось иметь возможность защитить то, что ему дорого. Но если ему придётся пожертвовать этим дорогим в опасной ситуации, будь он Хокаге, то был ли смысл им становиться?       Наруто всем сердцем желал стать главой деревни. Причина этого была проста: он хотел, чтобы его признали, чтобы перестали считать чудовищем, чтобы окружающие стали видеть в нем человека. Стать Хокаге было логичным. Но разве обязательно им становится, чтобы с тобой начали считаться?       — Хочу стать Хокаге… — пробурчал он себе под нос. Всё же отказываться от этой мечты не хотелось. Но и нести на себе такой груз ответственности тоже. Возможно, он бы и был готов защищать людей, заботиться о деревни, но не теперь.       Приведя мысли в порядок, он пришел к выводу:       «Мне не нужно признание тех, кто изначально ненавидел меня не из-за того, что я сделал что-то плохое, а потому, что им хотелось выместить свою злость на ком-то.»