Cherry flavored

Пацифист. Он убеждён, хорошие дети никогда не умирают. Без сомнений, для него место готовится с детства, и явно не под солнцем. Феликс живет слишком просто, ибо смысл ножа, если им не резать? Слишком просто это когда мирно сидишь в классе, поглощаешь японские письменности и глубоко в подсознании уже в районе Тохоку, пьёшь кремовую соду и дышишь пылью в местных барах. Это немного уязвимо, чудесно в просторах сознания, как слишком волшебная правда. Утомительно тянуться за звёздами, он помнит, легче дождаться пока те сами спустятся — так мама учила. Слишком скудно для сегодня, но ценно для вчера. Как негодование и психоз в одном флаконе, так бы он назвал свои будни. На обед только лавандовый чай, обязательно без сахара, а комната увешана постерами из дешевых супермаркетов. Не хватает гламурного журнала в рюкзаке вместе с пачкой дешёвых вишневых сигарет. Любитель программ по раскопкам древних костей и архитектуры. Феликс вроде сам как древняя скульптура, чтобы просто смотреть и не трогать, чтобы проходящие случайно задели и оставили без руки. Его прозвище — Венера Милосская, вся школа знает. Минхо не знал никого, кто бы пал так сильно, хотелось чужую голову со стеной познакомить, да чтоб до красного следа на обоях — так уморительно. Иногда было интересно, почему же именно он, но это казалось настолько очевидным, что так и осталось без ответа. Чужие коленки как-то мило сталкивались с плиткой, чуть краснея, а зажимать его ещё приятнее, не дёргается же. Он немного перегибает, когда поглаживает за ухом, чувствуется чуждо для понедельника. — Я чувствую себя тенью, так кисло, — неживой-неживой. Беседы с Минхо такие долгие, всегда держат на плаву, обычно о Мураками и звёздах. Кажется это и есть шлюпка в Китай — по своей сути медленная, длиною в две жизни. — Но знаешь, тебя ведь это устраивает, больше не летаешь в облаках, — Минхо прикуривает, рассматривая напротив подобие пепельницы с различным мусором. Феликс меж разведённых ног кажется слишком миниатюрным, бесконечно уставшим с задумчивым видом, мелко подрагивает и опускает щёку на чужую коленку, притираясь. Отправьте его душонку в отпуск. Им обоим нужно выплакаться, точно. Чтобы на переменах не сверлить друг друга до пятен в одежде и не есть на обед собственные руки. Сказать правильнее, Феликс слишком спокойный, как будто не привык ещё к внезапности старшего. Понятно, что это не то, что так хочет Минхо, но слишком неприятно влюблён, стоит только им встретиться дома. Кусаться по субботам входит в привычку, кажется, что кто-то скоро бы остался без шеи, если бы не перерывы между приятным сексом и полным избеганием в жизни. Сломать хочется что-то по хорошему, например кадык феликсов, чтобы задохнулся прямо на коленках со своими хрустальными глазами. Знает, как тот бы трепыхался, пытаясь удержаться за него, точно бы клюнул в губы за предательство, но это было бы сладко, вишнёво — Минхо уверен. Ловит его во дворе и вгрызается в загривок, заводит руки к стене и давит, сильно давит, в талии, в бёдрах, всем телом. Тот пищит непонятно, довольно или разочарованно, но подставляется сильнее, чтобы знать точно, что не убежит. Страшно от такой чуткой заботы, когда проходятся по позвоночнику губами и сжимают бёдра до черничных разводов, но это интереснее, не так ли? Его носочки на спинке кровати — Феликс любит внимание. Когда интересуют его руки, ноги, когда оглаживают каждый миллиметр, хочется впитать чужие прикосновения и лежать в неге целыми днями. Минхо будто злится, широко лижет ключицы, надавливая пальцами в солнечное сплетение — чтобы не наглел. Феликс гнётся тихо, чуть заметно улыбаясь собственному удовольствию, когда резко подхватывают за талию и конкретно так пожирают. Они вроде как содержат друг друга, когда кормят с руки по утрам и облизывают по краям уголки губ. Невыносимое блаженство живых душ. — Кому ты позвонишь, если тебя поймают? — Не переживай, я удалю твой номер, — стряхивает пепел в окно и усаживается подле младшего, прикрывая глаза Феликс и вправду миниатюрный, особенно когда заканчивает 9 класс, а родители замечают не ночующего сына в собственной кровати. Он ищет аккуратность, к его телу и душе, а Минхо, к сожалению, хорошо с этим справляется, будучи старше и опытнее. С кем он спит? Наверное один, когда суббота заканчивается.