одним жарким днём

Весь день они провели в квартире Син Цю, прячась от невыносимой жары с тремя вентиляторами в разных уголках комнаты. Но даже с ними ощущения будто ты медленно таешь. Борясь с пульсирующей головой болью, Чун Юнь сидел в чёрной майке и свободных бело-синих шортах, лицом к вентилятору. Он блаженно прикрыл глаза. Ветер на лице ощущался просто прекрасно и совсем не хотелось чтобы это прекращалось. Синь Цю наблюдал за спокойными четрами лица, чуть подрагивающими ресницими и слабой улыбкой. Ему определённо нравилось как сейчас выглядит его друг. Словно он был ребёнком снежной королевы и создан из снега и хрупкого льда. Прекрасное её создание. Вскоре глаза пришлось закрыть и опустить голову с дивана. Для наблюдением за прекрасным нужно много энергии, которую в такую жару ничтожно мало. Синь Цю расслабился, немного постанывая из-за боли в шее. Он ощущал себя желе, что забыли на улице полящим солнцем. Он готов был забыться в этом ощущении, граничащим с головокружением и дремотой. В чуства привело сообщение пришедшее на чей-то телефон, под головой. Там лежали зарядники, чьи-то наушники, повербанк и два телефона. Синь Цю взял тот,чей экран ещё не был потушен. Приняв сидячее положение, он востанавливал зрение, от долгого нахождения вниз головой. Писала Ху Тао. «Смотри, я придумала как заполучить внимание твоего... » Это всё что можно было прочитать на не разблокированном экране. Сначала сообщение показалось странным, ведь Синь Цю никогда не говорил с ней о том, что ему кто-то нравится. С опозданием, но до него всё же доходит, что это телефон его друга. Что он чувствует по этому поводу? Он не знает. Скорее волнение и интерес. Это не то, что он думал ощутить, когда узнает,что его первой любви кто-то нравится. Шанс, того,что это будет он сам, никто не отменял, ведь так? Всё верно. Чун Юнь всё ещё сидит перед вентилятором, не смея даже шорохнуться. — Ох. Дорогой мой Чун Юнь. Сказал он с таким видом,будто собирался сказать весть о смертельной болезни. Выглядит очень наигранно. — Не знал, что тебе кто-то нравится. Ох! Он приложил руку ко лбу и прикрыл глаз. Чтобы можно было наблюдать за широко открытыми глазами и медленно краснеющим лицом. Даже лёгкий румянец на бледной кожей Чун Юня был слишком заметным, что всегда умиляло. — И даже мне! Своему лучшему другу ничего не сказал! Как ты мог!? Я ведь тебе всю свою душу, а ты, вот как?! Син Цю говорит громко с нотками веселья в голосе и игривой улыбкой на лице. И совсем не ожидает, что его вечно спокойный друг резко подскочит и попытается забрать телефон. — Отдай! С громким смехом, он валится на мягкое одеяло и подушки, на которых лежал раньше, а Чун Юнь падает лицом в оголённый живот. Короткая футболка задралась на половину, открывая вид на впалый живот. Лицо Чун Юня стало слишком красным и тот слишком резко поднимаетя. Он выглядит слишком потеряным в ситуации и окончательно сбивается с толку от звонкого смеха. — Глупый, глупый, Чун Юнь! Вторая попытка забрать телефон проваливается также как и первая. Теперь лицо Чун Юня сжато между бёдрами Син Цю. Последний это сделал из-за нахлынувших эмоций и адреналина. Ему было настолько весело, что отдавать отчёт за свои действия совсем не хотелось. Так вот. Чун Юнь прижат между его бёдрами и Син Цю это чертовски нравилось. Его покрасневшие щеки сжаты и немного прикрывали обзор на прекрасные голубые глаза, волосы были растрёпанны, а губы трубочкой. Он был похож на милейшего плюшевого утёнка. Они смотрят друг другу в глаза. Чун Юнь глупо хлопает глазами и теперь очередь самого Син Цю краснеть. Он разжимает чужое лицо и быстро садится. Поправляет футболку, волосы, шорты, зачем-то одеяло под собой и неловко поднимает взляд на Чун Юня. Тот уже смотрел в стену с паникующим взглядом, всё ещё красный до кончиков ушей и прикрывал рот рукой. — Чун Юнь. Названый вздрагивает, но принимает свой телефон в руки, бегло читая сообщение на экране. Он тяжело вздыхает. — Т-ты. Он останавливается. Совсем не знает,что сказать, ведь Синь Цю не мог знать кто на самом деле нравился ему? Да? Наверное. Синь Цю иногда очень сложно понять. — Я не знаю кто тебе нравится. Нервно сказал тот смотря на свои ноги, на ляшках остались красные следы. Чун Юнь тоже уловил направления взгляда. Кажется у него поднимается температура. — Синь Цю, я... — Какие вы неловкие, ужасно! Они синхронно повернулись к девушке, что была уже в одном лифчике и коротких свободных шортах. Она вальяжно сидела на кресле в полуметре от второго вентилятора и весело смотрела на картину перед ней. Теперь они оба сидели красные. — Что уже забыли, что я с вами в одной комнате? — Сян Лин... Было начал Синь Цю, но девушка махнула рукой и встала с кресла. — Вы умрёте от неловкости быстрее чем от жары. Давайте лучше закажем пиццу и посмотрим «Кости», разрядим обстановку, так сказать. Она улыбнулась и поянула руку к Синь Цю, что охотно ей ответил тем же. Пока вставал, они оба чуть не навернулись, потому что кое-кто грациозно споткнулся о чужую голень. Чун Юнь же отказался от помощи и встал под умирающий смех своего лучшего друга. Они поговорят об этом. Да им будет неловко, но это лучшее чем вечная недосказанность.