Запретная страсть

      Ухожу с места происшествия, почти убегаю, как можно скорее, чтобы никто не видел и не узнал про случившееся, а на щеке до сих пор горит её удар…       Я — Драко Малфой, чистокровный волшебник, потомственный аристократ, наследник семьи, до безумия верной Тёмному Лорду… Я был рождён, чтобы повелевать рабами-маглами, чтобы избавляться от тех, кто позорит доброе имя волшебников своей нечистой кровью… И я…       Люблю грязнокровку!       Я не помню, как она ворвалась в мою жизнь, нагадано-нежданно, но сейчас это уже и не имеет значения, потому, что мне кажется, как будто она там была всегда. Вокруг полно чистокровных волшебниц, представительниц Слизерина, из самых знатных и древних родов, но я словно не вижу перед собой никого, кроме неё.       Изящная стройная фигура, пышные каштановые волосы, невероятно пленительные кофейные глаза… Казалось бы, простая и абсолютно невзрачная внешность, но для меня она красива, настолько красива, что перед взором постоянно мелькает её образ. Слишком простой, слишком обыденный, слишком магловский, но я не могу выкинуть его из головы. Сколь бы прекрасны и утончённы ни были причудливые черты внешности всех моих знакомых и подруг семьи, меня больше всего тянет к ней… Хочется невольно прикоснуться к этим густым каштановым прядям, хочется утонуть в ласке этих бездонных кофейных глаз, хочется дотронуться до неё, так, как не должен бы желать чистокровный по отношению к маглорождённой… И я не могу перебороть эти желания! Я ненавижу себя за это, но не могу перестать думать об этом, я не могу перестать мечтать о ней.       Будь ты тысячу раз проклята, Гермиона Грейнджер!       Я столько раз пытался забыть её, я столько раз пытался ненавидеть её, я столько раз пытался унижать её, но она проросла корнями глубоко-глубоко в моё сердце и не отпускает. Я не могу любить её, я не должен, но я не могу бороться с этим. И это сильнее меня.       Меня передёргивает от отвращения, что я могу испытывать подобные чувства к какой-то грязнокровке, и одновременно переполняют такие эмоции, о которых я даже не могу никому рассказать. Меня осудят, не поймут, меня морально четвертуют все те, кто должен был бы поддержать, и будут правы. Нас, чистокровных магов, с детства учат тому, что мы должны чтить традиции, соблюдать правила, не сметь пятнать свою неоспоримую репутацию и свой высокий статус в магическом обществе. Мы должны ненавидеть и призирать, мы должны принижать и истреблять таких, как она, ведь они уже одним своим существованием позорят всех волшебников… Грязная, отвратительная помесь с низшими рабами-маглами… Извращение над природой, мерзость! Так почему же я так сильно люблю её?       В ней нет ничего особенного, обычная отличница, вечно проводящая время за книгами, задавака, зубрила, знающая наизусть все заклинания, зануда, идеально следующая правилам, подружка бездарного Уизли и мерзкого Поттера, с невероятным терпением к ним и их глупостям, представительница, раздражающего любого слизеринца, словно быка красная тряпка, Грифиндора, сильная и смелая…       Я хочу говорить о ней гадости, но вместо этого сейчас называю одни комплименты. Я хочу ненавидеть её, призирать, вычеркнуть из памяти, но вместе с тем не могу забыть. Она так глубоко засела в моё сердце, она так сильно запала мне в душу, что я просто не могу выдрать её оттуда с корнями, как на уроке ухода за магическими растениями, противный орущий стебель мандрагоры. Я хочу, но не могу!       Я не должен испытывать к ней подобных чувств, это стыдно, омерзительно, противоестественно. Она ниже меня по статусу, она ниже меня по чистоте крове, она, она… Мерзкое магловское отродье, извращение природы, но в то же время она прекрасна.       Я ненавижу Гермиону за одно её существование, за то, как она ведёт себя, за то, с кем водится, за то, как разговаривает и поступает со мной, ведь она не смеет… И одновременно я в тайне восхищаюсь ей. У неё нет ни единого волшебника в семье, ни единой капли магической крови в жилах, у неё нет права даже быть здесь, в Хогвартсе, рядом со мной, но она ведёт себя так, словно мы на равных. Нет, словно эта мерзкая Грейнджер превосходит меня во всём, и это я — жалкое и отвратительное ничтожество, которое должно стыдиться своего существования.       И я стыжусь. Стыжусь за то, что этими противоестественными чувствами попрал своё чистокровное родство, что совершаю нечто противоестественное и отвратительное, грязное и постыдное, тем, что смею любить её, тем, что позволяю себе испытывать к ней подобную запретную страсть…       Но это выше меня.       Я знаю, что мы никогда не сможем быть вместе, общество не простит и не поймёт. Видимые со стороны стёртые границы между классами волшебников — это миф. И даже если я перестану строить из себя эдакого злодея, надменного мерзавца, магического расиста, стану добрым, мягким, заботливым, как отвратительный гриффиндорец, никто никогда этого не поймёт. Нас будут осуждать. Мои мать и отец, все мои лучшие друзья и родственники, первыми на меня покажут пальцем. Такой мерзкий союз, оскверняющий чистоту крови, такой простой для тех, кто верит в равенство среди волшебников, и такой запретный, для тех, кто веками живёт, как моя семья.       Запретный плод сладок.       Я желал бы вкусить его, но я не могу, не потому, что не хочу, а потому, что не имею права. Да и Гермиона никогда не согласилась бы принять мои чувства.       Что я говорю, что я думаю? Грязнокровка отказалась бы принять мои чувства? Мне самому претит такая мысль, что у меня вообще могут быть какие-то чувства к такому человеку, существу, созданию… Она не достойна, она не имеет права, она — никто, и не заслуживает никаких чувств… Она… Она…       В общем, мы никогда не сможем быть вместе. Потому, что я не хочу! Потому, что я ненавижу! Потому, что я вру себе в этом… Я люблю.       Лучше бы этот неудачник Рон, на которого она смотрит с такой любовью, был грязнокровкой. Даже являясь представителем чистокровной семьи магов он позорит всех нас. Лучше бы он, чем она. У меня, по крайней мере, была бы возможность избавиться от него, хотя бы оправданный мотив, так сильно я ненавижу этого Уизли за то, что он имеет то, чего я не получу никогда. Лучше бы маглорожденным был он… Но, нет, судьба распорядилась слишком жестоко, и той, которая не заслуживает больше всего, навсегда отдано моё сердце, как будто привязано магическими лентами некого непобедимого любовного зелья. Эх… Если бы это была просто магия, просто колдовство, чары, которые можно предотвратить.       Но это выше обычной магии, это выше статуса и чистоты крови, это самая совершенная и самая сильная магия в мире…       Привязанность, страсть, любовь…       Да, гоблин возьми, я люблю её! Люблю её! Я ненавижу её!       Всеми фибрами своей души ненавижу Гермиону Грейджер и буду любыми способами стараться вырвать её из своего сердца. Ей не место там, таким, как она, место у ног чистокровных, чтобы прислуживать, унижаться, умирать. Эта мерзкая грязнокровка должна уйти навсегда из моего разума, оставить в покое мои мысли, покинуть мою душу. И я сделаю всё, чтобы избавиться от неё. Всё, что только смогу.       Нам никогда не суждено быть вместе.       Это просто противопоказанно, противоестественно, грязно, неправильно…       И я всеми силами постараюсь избавиться от этих чувств, от этой запретной страсти, от этой любви, к зазнавшейся грязнокровке Грейнджер! Я покажу ей её место, и я докажу, и ей, и себе, что она не смеет занимать в моей жизни иного. Потому, что Гермиона просто не заслуживает.       И я снова и снова буду унижать её… Пока сердце не забудет…       А сердце не забудет никогда!