Семья

      Япония расцветала в летних красках августа. Сухой и жаркий воздух, ставший для жителей страны чем-то привычным, придавал большей атмосферы.       — Очередная игрушка босса, — Иса услышала разговор двух сотрудников мафии. Гин ушла по делам, обещая составить ей компанию позже, Хигучи ещё не вернулась с задания, а родители занимались документами и готовились к важным переговорам. Девушка одиноко расположилась на самом дальнем диванчике в зоне отдыха и неспеша размешивала сахар в чае, рядом стояло нетронутое пирожное. Сотрудники, обсуждавшие сплетни, сидели за углом и даже не подозревали, что предмет обсуждения сидит рядом. Иса знала, что подслушивать нехорошо, но женское любопытство всё же было сильнее. Она даже не подозревала, что по мафии ходят подобные слухи. Все относились к дружелюбной и общительной дочери мафиози с добротой и уважением, девушка была словно солнышко организации. — Играет с этой шавкой, а та и рада.       — Охмурила. По любому что-то замышляет, — добавил собеседник. — Вечно трётся рядом с боссом, а он с ней как с куклой. Неужто нашел развлечение получше, нежели таскаться по прихотям собственной способности. Никогда не понимал нашего босса.       — А может эта девчонка вообще под покровительством Озаки, тогда всё понятно…       — Думаешь…       — А почему нет? Босс мужчина ещё в самом расцвете сил. Ещё и Накахара тоже всегда крутиться рядом, вечно готов ноги начальству целовать. Иногда даже противно. Тоже видимо себе повышение наса…       Дальше слушать этот разговор Иса просто не могла. До того противными были ей эти люди и их разговоры. Она убрала от себя кружку и, закрыв уши руками, зажмурилась, пытаясь заглушить слова этих людей собственными мыслями.       «Почему эти люди так ужасно думают обо мне и о папе? Что мы им сделали?», — ей хотелось плакать. Детская наивность иногда затмевала умение здраво рассуждать и в данный момент она чувствовала дискомфорт. — «Отец не должен об этом знать, его это сильно расстроит», — крутилось в голове девушки. Последние несколько дней родители возвращались с работы не в самом лучшем расположении духа и подобные новости могли только усугубить ситуацию.       — Иса-чан? — из транса её вывел голос Хигучи. Женщина прикоснулась к её плечу, пытаясь привлечь внимание и узнать, что случилось.       — Хигучи-сан? — девушка открыла глаза и убрала руки от ушей. Она не ожидала встретить, вернувшуюся с миссии подругу. — Уже вернулась?       — Что тебя так напугало? — девушка присела рядом, не убирая руки с её плеча.       Иса помотала головой. Ей не хотелось рассказывать то, что она только что услышала. Хигучи могла всё рассказать отцу, чего девушка совершенно не хотела.       — Хигучи-сан, проводите меня к Акутагаве, пожалуйста. Он, наверное, всё ещё занят, но мне бы хотелось посидеть рядом.       Женщина с улыбкой кивнула.       — Акутагава-сан, — Хигучи постучалась в кабинет мужчины, и получив положительный ответ вошла, держа на руках Ису. Девушка держалась за шею подругу, виновато опустив глаза. Коляска осталась в кабинете Накахары, ведь мужчина лично привез девушку в комнату отдыха, оставив ждать его там. Он обещал после работы перекусить вместе, а после прогуляться по магазинам, однако девушка предполагала, что дела пойдут далеко не по плану и отец закончит намного позже задуманного.       — Что случилось? — Рюноскэ подскочил со своего места, роняя некоторые бумаги. Он явно был обеспокоен.       — Я нашла её в зоне отдыха на пятом уровне, — мафиози усадила свою ношу в кресло рядом со столом мужчины. — Она была чем-то напугана и попросила сопроводить к вам.       — Спасибо за помощь, Хигучи, можешь быть свободна.       Девушка поклонилась и скрылась за дверью, намереваясь продолжить работу.       — Что случилось? — Акутагава сел рядом с ней на подлокотник кресла. Девушка обняла его, прижимаясь к груди и тихо всхлипывая. Рука мафиози зарылась в мягкие волосы девушки.       — Они сказали… что я игрушка для отца… и что я охмурила его… и что-то замышляю… и сплю с ним… и что папа спит с ним ради повышения, — между словами слышались всхлипы, а рубашка Рюноскэ стала намокать. — Это же не правда… не правда… Почему они притворяются такими добрыми, а на деле.       — Кто сказал такую чушь? — мужчина прижал дрожащую девушку к себе и нежно погладил по спине, успокаивая. Он был зол, из-за того, что кто-то мог обидеть это невинное солнце. Ленты Расёмона вились за его спиной, напоминая разъяренных змей.       — Не знаю… они стояли за углом… почему они говорят такие гадости?       — Людям свойственно завидовать и говорить глупости, когда не известна вся правда. Не слушай этих ужасных людей. Твои родители замечательные люди и любят друг друга, и тебя тоже любят, — мужчина наклонился к её уху и тихо прошептал, — те, кто распускает сплетни, будут наказаны.       — Только обещай не рассказывать никому, пожалуйста, — девушка ещё крепче сжала рубашку мужчины. — Папа сильно расстроится. Последнюю неделю они с отцом очень заняты и мне бы не хотелось, чтобы он думал о таких пустяках.       — Обещаю милая, — Рюноске аккуратно уложил её на диван и достал из нижнего ящика своего стола плед. — А теперь тебе стоит отдохнуть. Накахара-сан сказал, что ты плохо спала прошедшей ночью. Я буду рядом, отдыхай. Если что-то понадобится — зови.       Акутагава уложил расслабившуюся девушку на диван в дальнем углу кабинета, укрыл её пледом, пригладив растрёпанные волосы, и выпрямился, разминая затёкшие от неудобного положения мышцы. Мужчина посмотрел на часы и тяжело вздохнул. «18:29». На сегодня оставалось не много работы, и мужчина планировал закончить раньше. Однако пришедшее на телефон сообщение могло разрушить его планы. Накахара, 6:29 p.m. «К тебе в скором времени должен зайти сотрудник агентства с бумагами. Разберись»       Рюноске раздраженно вздохнул и убрал телефон обратно в карман. Акутагава подошел к двери и, щелкнув расположенный рядом выключатель, создал полумрак над диваном в дальней части кабинета, скрывая девушку в темноте.       Когда Акутагава дописывал последний отчет в его дверь постучали. Мужчина поднял глаза и кинув короткое «войдите» отложил ненавистные бумаги. Дверь приоткрылась и на пороге стоял Накаджима с большой синей папкой в руках.       — Доброго вечера, — он как обычно по-доброму улыбался. Акутагава невольно принялся рассматривать гостя. Та же белая рубашка, классические брюки, аккуратные лакированные мужские туфли. Мафиози подметил, что от образа того бестолкового мальчишки не осталось и следа.       — Проходи, — мафиози отложил очки и продолжил внимательно наблюдать за вошедшим. Детектив сел напротив Акутагавы и протянул папку.       Копание в бумажках не заняло много времени. Рюноскэ уже поставил необходимые от него подписи на принесённых бумагах и открыл ящик стола, чтобы достать бумаги, которые требовалось отдать Накаджиме. При этом он продолжал изучать то, что требовалось отдать боссу.       — Акутагава-сан, — сонный голос раздался из дальнего темного угла. Ацуши немного напрягся, но вида не подал, продолжая делать вид, что проверяет подписи на бумагах. Он не ожидал, что в кабинете окажется ещё кто-то.       — Что такое? — мужчина слегка развернулся к источнику звука, но взгляда от бумаг не оторвал. Он выглядел сосредоточенным и от этого казался еще более мрачным.       — Пить хочу…       Акутагава, прикрыв ящик, встал из-за стола. Глаза продолжали изучать папку. Он прихватил со стола бутылку воды и направился к дивану. Детектив внимательно наблюдал за всеми его движениями. Мафиози присел у черного дивана, сливающегося с темнотой, и Ацуши наконец смог разглядеть ещё одного человека в кабинете. Силуэт девушки в белом платье стал отчетливо виден, когда Рюноскэ скинул с нее темный плед. Лица Накаджима не мог разглядеть как бы ни старался.       — Я скоро закончу, — Акутагава отложил бумаги на пол, помогая девушке сесть, и напоил её водой. — Тебя отвезти домой?       — Не хочу домой…       — Закончу — обсудим, — он укрыл ее ноги пледом и встал, возвращаясь к своему рабочему месту. Девушка сидела почти неподвижно, наблюдая за происходящим в кабинете. Тихий кашель заставил детектива вернуть внимание на мафиози. — Я передам документы Мори-сану, — он кинул на стол тонкую черную папку. — Это отчеты, что просил Куникида-сан. А это, — он положил рядом досье, — сводка на подрывника из западной части города. Думаю, вам это будет интересно. Мафия надеется на сотрудничество и помощь агентства.       — Я передам директору, — детектив забрал все предоставленные ему бумаги и поспешил скрыться из кабинета, чтобы не мешать и не раздражать Акутагаву. Несмотря на то, что они были напарниками и уже не вступали в конфликты как в прошлом, отношения оставались натянутыми. Акутагава сносно относился к компании детектива, но при любом удобном случае старался избегать.       — Рассказывай, — мужчина поставил чайник и развернулся к девушке, скрестив руки на груди.       — Родители много работают и устают после работы, последнее время очень мрачные. Папа стал забывчивым и рассеянным, — она старалась не смотреть на друга. — Атмосфера дома гнетущая.       — Вот оно что…       — Они думают, что я ничего не вижу и не замечаю, а мне всё понятно и меня это малость пугает. Не хотелось бы, чтобы родители ругались по подобным пустякам.       — Давай так, я сейчас отвезу тебя домой, и ты попробуешь поговорить с родителями, а завтра после работы я заберу тебя к себе, переночуешь с нами пока Накахара-сан и Мори-сан не разберутся с работой и не отдохнут. Иногда взрослым людям необходимо побыть наедине друг с другом, — Акутагава искал в шкафу чашки и заварку. — Что ты на это скажешь?       — Идея мне нравиться, но я правда не помешаю?       — Не неси чушь. Думаю, Гин будет только рада, да и у меня отличный собеседник будет. А теперь давай выпьем чай и поговорим на более отвлеченные темы, — девушка улыбнулась и активно закивала. Мужчина прекрасно знал о том, как Иса любит чай и в любой ситуации был готов составить ей компанию. Девушка всегда радовалась в его присутствии и каждый раз с благодарностью принимала его поддержку. За несколько месяцев общения она поняла, что с ней Акутагава ведёт себя по-другому, совсем не так, как со всеми остальными. Чувство особенности для этого человека грело душу.       Мужчина привёз девушку к дому. Уже стемнело и на небе показались первые звёзды.       — Дальше я сама, — Иса спокойно пересела в свою коляску и поправила одежду. — Спасибо, что подвёз.       — Уверена, что помощь не нужна? — Акутагава достал плед с заднего сидения, прикрывая ноги подруги. Ночь выдалась прохладной.       — Не переживай, — она потянула его за руку и поцеловала в щеку. На щеках обоих вспыхнул румянец.       Они попрощались, и Иса поспешила в дом, надеясь выпить горячего чая в компании родителей. Девушка прикрыла за собой дверь. Во всём доме горел свет. Верхняя одежда мафиози валялась по всему коридору. «Уже вернулись. Так рано», — пронеслось в голове девушки, однако звук разбивающейся посуды прервал ее мысли. Она быстро поспешила на звук.       — Как же меня всё это достало! — Накахара был в ярости. Звон рассыпавшихся столовых приборов раздался на всю кухню.       — Прекрати! — Огай был зол не меньше Накахары. Иса напряглась ведь не помнила, чтобы отец когда-нибудь кричал и вообще повышал на кого-то голос. Даже когда мафиози вернулись после тяжелой миссии с ранениями, полученными по оплошности исполнителя, Мори говорил сдержано. — Нам уже давно нужно было поговорить с ней на эту тему…       — А я говорю, что это отвратительная идея!       — Ты об этом даже подумать не хочешь! Думаешь только о себе. Ведёшь себя как истеричка.       — Это я истеричка?! — очередная тарелка по вине гравитации летит в голову босса мафии, однако он легко уворачивается и делает шаг в сторону супруга. Хруст осколков слышится под ногами. Иса наблюдала за ссорой родителей из-за приоткрытой двери. Ей было страшно. Они никогда не ругались. Девушка даже не знала, что делать.       — Па…па, — подала голос девушка, но её явно не услышали. Руки девушки холодили страх и напряжение. — Папа…       — Я не понимаю, как член исполнительного комитета может вести себя подобным образом! — Мори не пытался сдерживать крик. Накопившиеся за рабочую неделю раздражение и усталость выплёскивались наружу.       — А может потому, что я сейчас не член исполнительного комитета, а твой муж! — красная аура заставляла парить мелкие предметы вокруг рыжего мафиози. Некоторые осколки на полу превратились в пыль, а уцелевшая посуда угрожающе парила над столом.       — Прекратите! — крикнула Иса, резко распахивая дверь и сильно ударяя ей об стену. Одна из тарелок пролетает в сантиметре от её лица.       — Иса, я… — Чуя испуганно смотрит на девушку. Он не хотел ее пугать, а уж тем более ранить.       — Прекратите… ругаться, — уже шепотом сказала девушка, откатываясь назад. Осколки тарелки хрустели под колёсами, заставляя тело девушки покрываться мурашками. Мори тоже перевёлёл обеспокоенный взгляд на девушку и сделал в её сторону несколько шагов.       — Милая…       — Я переночую у Гин и Рю. Завтра поговорим, — она сбегает с кухни, попутно набирая номер друга, надеясь, что он еще не далеко уехал. Огай и Чуя остаются стоять на месте. Они понимают, что могут сделать хуже. Сейчас им необходимо решить конфликт между собой, а после уже просить прощения у дочери. Чувство вины поедало обоих мафиози.       После недолгих гудков на звонок ответил хриплый мужской голос.       «Иса? Что-то случилось?» — мужчина был удивлён.       — Ты еще не далеко уехал? Можешь меня забрать? — она вышла из дома и направилась к калитке. Ей не хотелось оставаться в этом доме, и она всеми силами надеялась, что Рюноске сможет забрать её прямо сейчас.       «Я только подъехал к черте города, сейчас развернусь. Буду минут через десять», — Акутагава не стал задавать лишних вопросов по телефону, намереваясь расспросить обо всём при личной встрече.       — Расскажешь, что случилось? — спросил Акутагава, когда девушка самостоятельно перебралась с коляски на сиденье автомобиля. Расёмон убрал коляску в багажник, а заботливые руки мужчины помогли застегнуть обеспокоенной и взволнованной девушке ремень безопасности.       — Родители ругаются, — пробубнила девушка, скрестив руки на груди и отвернувшись к окну.       — Что… — Рюноске не ожидал подобного услышать. По словам Исы, у её родителей были прекрасные отношения и ссор никогда не случалось.       — Они кричали и папа бил посуду, я пыталась их остановить и как-то повлиять на конфликт, но мне стало так страшно, — она повернулась и посмотрела на Акутагаву. В уголках глаз блестели слёзы. Рюноске обнял плачущую девушку и нежно поцеловал её в висок.       — Поехали, переночуешь у меня. Гин будет рада твоей компании. Она как раз обещала что-то вкусненькое на ужин, — руки мафиози перебирали светлые пряди волос, пока девушка тихо сопела ему в плечо. — Посмотрим кино, поужинаем.       Она промычала в ответ, сильнее прижимаясь к Акутагаве.       Гин встретила подругу с объятиями, чуть не сбив с ног родного брата. Девочки лишь рассмеялись на обиженное бухтение старшего Акутагавы, и Гин поспешила отвести подругу на кухню, попутно рассказывая про новый рецепт и вкусный ужин. Рюноске лишь с усмешкой покачал головой и поспешил в свою комнату, надеясь переодеться и скорее закончить оставшуюся работу.       Вне работы младшая Акутагава была ничем не примечательной весёлой девушкой со своими заботами и любовью к готовке. Иса нередко советовалась с подругой, а Гин очень часто жаловалась подруге на плотный рабочий график из-за которого не остаётся сил на любимое занятие.       — Пахнет потрясающе, — приоткрывая духовку и вдыхая аромат еды, сказала Иса.       — Я старалась, — Гин ставит чайник и тянется за кружками. — Ты так поздно… что-то случилось?       — Не хочу об этом говорить, — девушка закрывает духовку и возвращается к обеденному столу. Телефон, лежавший на кухонной поверхности, оповещает хозяйку о новом сообщении. Кёка, 8:42 p.m. «Не хочешь завтра вечером пойти с нами на ярмарку?»

Иса, 8:43 p.m.

«(￣▽￣)ノУ меня немного другие планы были на завтра»

      Очередной обман. Настроения для встречи не было, однако волновать друзей и загружать их своими проблемами не хотелось. Кёка, 8:48 p.m. «У тебя точно всё в порядке?»       За последние несколько месяцев Кёка стала для девушки такой же лучшей подругой как Гин и Хигучи. Девушки часто встречались вне работы и обсуждали разное. Иногда Кёка вела себя как мать наседка, переживала по пустякам и отчитывала за халатное отношение к своему здоровью. К сожалению, мысли о том, чтобы познакомить Изуми с Гин и Хигучи были выброшены сразу, ведь была абсолютно уверена, что Кёка не одобрит подобную компанию, а портить с ней отношения и рушить доверие совершенно не хотелось.

Иса, 8:51 p.m.

«Да, не переживай (*^^*)♡»

Кёка, 8:52 p.m. «Тогда как обычно, встретимся на выходных»       Иса откинула телефон на стол и прикрыла глаза, устало потирая переносицу. Гин поставила перед ней чашку с горячим чаем. Вопросы никто не задавал. Тишина заполонила кухню.       Остаток вечера прошел тихо и без происшествий. После вкусного ужина и просмотра фильма Иса удобнее устроилась между двумя Акутагавами, быстро засыпая. Гин на такое действо лишь усмехнулась, а Рюноске, немного поворчав, улыбнулся и зарылся в светлые волосы подруги.       Утром Иса проснулась в плохом расположении духа. Спала плохо, в голову лезли различные мысли и совершенно не давали уснуть. Спящие под боком Рюноске и Гин немного успокаивали, давая чувство защищенности, однако полностью от тревоги девушку не избавляли. Беспокоить их не хотелось. Пока жители дома ещё спали Иса поспешила приготовить завтрак. Ей хотелось хоть как-то отвлечься.       — Ты чего так рано? — первой из семьи Акутагава проснулась Гин.       — Не спалось…       — Переживаешь из-за родителей? — Рюноске вкратце рассказал сестре о случившемся, не вдаваясь во все подробности.       — Угу, — Иса варила кофе, стараясь ни о чем не думать. На сковородке шкворчало яйцо с овощами, а в кастрюле кипела вода.       Телефон засветился от пришедшего сообщения и вывел задумавшуюся девушку из транса. Мори, 8:52 a.m. «Милая, извини нас пожалуйста» «Можем сегодня вечером поговорить?» «Мы могли бы прогуляться по парку или сходить на ярмарку»       — Всё в порядке? — Гин не меньше брата переживала за подругу.       — Поможешь достать чашки? — Иса проигнорировала вопрос, откладывая телефон и продолжая заниматься завтраком. Младшая Акутагава лишь пожала плечами и выполнила просьбу.       Девушка была расстроена и даже слегка напугана. Она долго думала над ответом, прекрасно понимая, что разговор необходим, но она совершенно не знала, как начать и вообще что следует говорить в таких ситуациях.

Иса, 9:01 a.m.

«Встретимся вечером в северной части порта у пирса»

      Сегодняшний день она планировала провести в больнице. На этот день у неё была запись к лечащему врачу, с которым она встречалась раз в год для контроля состояния и самочувствия. Девушка припасла для приёма пару жалоб и надеялась, что ничего серьёзного это не предвещает. Иса была бы рада, если бы с ней пошел кто-то из родителей, но в свете последних событий она решила идти одной.

***

      — Добрый день, Иса-чан, — поздоровался мужчина, с зашедшей к нему пациенткой, и снял очки, откладывая ручку. — Как у тебя дела? Как себя чувствуешь? Уже год прошел с нашей последней встречи. Рассказывай, что у тебя новенького?       — Добрый, Кимура-сан, — девушка усмехнулась. — У меня всё отлично, — она подъехала к его столу и положила медицинскую карту поверх всех документов. Руки девушка расположила на краю стола, — новая семья. Всё потрясающе.       — Новая семья? Поздравляю, — мужчина взял её документы. На лице читалась искренняя радость за пациентку. — Хорошие люди?       — Да, такие потрясающие, — она светилась от счастья. — Папа первое время с меня пылинки сдувал, да и отец тоже заботливый. Живу счастливо в тепле, уюте и любви. Даже не думала, что со мной когда-нибудь такое произойдёт.       — Я рад за тебя, — мужчина заполнял новый раздел в её медицинской карте. — А как себя чувствуешь? Какие изменения за прошедший год? Чувствительность…       — Нет… чувствительности нет, — она отвела взгляд, делая вид, что рассматривает плакаты на стене, не менявшиеся уже несколько лет. — Сейчас всё более-менее хорошо, отёки перестали появляться почти сразу же после прошлого приёма, однако последние два месяца поясница стала болеть по вечерам и порой какая-то туманность в голове. В поликлинике выписали несколько рецептов, но они лишь на время помогают. Я уж думала дождаться приёма у вас. Может вы что-то скажете, вам моя история болезни знакома куда лучше.       Мужчина молча слушал её жалобы, периодически кивал и делал пометки у себя в блокноте.       — Да, милая, я сейчас осмотрю и выпишу все необходимые направления.       — А как поживает ваша семья? Дочурка уже в школу пошла? — девушка завела незатейливый разговор, продолжая осматривать кабинет, пока врач вносил данные в документы. Ей хотелось как-то разбавить тишину.       Мужчина охотно отвечал на все вопросы своей любимой пациентки. Под конец приёма девушка уже пила чай и мило беседовала со своим лечащим врачом. Мужчина рассказывал интересные истории из своей профессиональной жизни, а Иса делилась историями, связанными с её семьёй.       — Было приятно пообщаться, — сказала девушка, уже намереваясь покинуть кабинет.       — Доброго дня, милая, буду ждать тебя со снимками и анализами на следующей недели, а там я уже выпишу тебе все необходимые лекарства, — мужчина отдал ей несколько бумаг и проводил до выхода из больницы.       Иса решила прогуляться по городу и посидеть в любимом кафе рядом с парком. У всех друзей и знакомых сегодня много дел и девушка осталась наедине со своими мыслями.

***

      Накахара зашел к директору агентства с различными бумажками. На сегодня дел больше не было, и он хотел заняться планированием своего вечера. Мужчина хотел серьёзно поговорить с дочерью и обсудить тему, которую они с Мори должны были поднять ещё полгода назад.       — Вы сегодня какой-то растерянный, Накахара-сан, — заметил Ацуши, отрываясь от своей работы. Чуя сидел в соседнем кресле за столом Куникиды и сверлил взглядом одну точку, пока идеалист изучал принесённые бумаги. Директора сегодня не было и все его обязанности легли на заместителя.       — Всё в норме, — не отрываясь от рассматривания пыли на столе, пробормотал мафиози. Мысли о дочери не давали покоя. Карандаш беспокойно перекладывался из одной руки в другую.       — Приятно иметь с вами дело, — расписываясь в бумаге, сказал Куникида. Он совершенно не замечал поведения мафиози. — Никогда не думал, что мне будет так приятно сотрудничать с мафией.       Чуя вышел из своих мыслей и посмотрел на детектива. Сейчас, больше всего на свете исполнителю хотелось закончить с работой и поспешить к дочери. Однако, пока он всё ещё на работе, ему было необходимо поддерживать свои статус и не падать в грязь лицом перед дружественной организацией.       — Соглашусь, даже не верится, что мафия и агентство стали прекрасными сотрудниками…       Их разговор прервал телефонный звонок. Некоторые сотрудники отвлеклись от своих дел, обращая внимание на мелодию телефона.       — Прошу прощения, — Чуя ответил на звонок. — Милая, я немного занят. Что-то срочное?       — Пап, за мной увязались какие-то мужчины. Они преследуют меня уже довольно долгое время. Не уверена пьяны они или нет, но им от меня явно что-то нужно. Мне страшно. Я звонила папе, но он не взял трубку. Я не знаю, что делать.       — Где ты сейчас?! — голос Накахары невольно сорвался на крик, заставляя окружающих вздрогнуть. Даже Дазай оторвался от прослушивания музыки и удивлённо уставился на бывшего напарника. Способность Чуи невольно активировалась, а рука сжалась в кулак, легко ломая карандаш.       — Я укрылась в кафе напротив торгового центра. Они тоже зашли, конечно, вряд ли мне сделают что-то на людях, но всё равно страшно. Мне кажется, что один из них эспер. Можешь забрать меня, пожалуйста? — голос дрожал.       — Скоро буду! Дождись меня, и главное — ничего не бойся, — он подорвался с места направляясь к выходу. — Прошу прощения, семейные дела, не требующие отлагательств, — успел сказать он, перед тем как хлопнуть дверью. Сотрудники лишь переглянулись.       Накахара «летел» на своём автомобиле через весь город, игнорируя любые правила дорожного движения. В голове крутилось лишь одно: «Я не должен опоздать». Злость переполняла через край. Мужчина винил во всём себя и вчерашнюю ссору. Огай не брал трубку и это злило ещё больше.       В кафе, о котором говорила девушка, Накахара нашел лишь разбитый телефон дочери.