Седрик – наш Король!..

— Нет… Хозяин… я всё исправлю. Пожалуйста! НЕЕТ… Щелчок когтистыми пальцами, и демон, неистово крича, сгорает во вспышке пламени. Исчезает буквально за пару мгновений, от него не остаётся даже праха. Фигура, облачённая в угольно-чёрный плащ, будто сотканный из самой тьмы, откинулась на троне. Мастер убивал их редко, однако делал это показательно, на собраниях Братства, прямо как сейчас. Коул, также известный по прозвищу Бальтазар, мог предположить, что Мастер страдал некоторой манией величия, как и многие Высшие демоны. Однако в то же время он понимал, что подобные казни, демонстрирующие неудовольствие Владыки демонов, необходимы, чтобы держать вертикаль власти. Чтобы Хозяина боялись и даже помыслить не смели идти на предательство, и уж тем более не пытались захватить трон. Бальтазар, наблюдая за казнью, даже не изменился в лице, его это совершенно не пугало. Ибо, несмотря на то, что он являлся лишь полудемоном, он смог войти в высшие эшелоны их ордена по праву силы. Более полувека он был одним из приближённых Мастера. — К сожалению, наш младший брат провалился, — заключил Хозяин. Его рычащий голос накрыл зал с широкими колоннами, покрытыми вязью рун, и овальным ониксовым столом, за которым и заседала элита демонов. — Одна из веток нашего культа под его управлением оказалась полностью уничтожена ликвидаторами из МАКУСА. Низкоранговые демоны, стоявшие у стен, зашептались. Те, кто находился в более высокой иерархии ордена, уже были в курсе данных новостей, потому они лишь скупо кивнули. МАКУСА — та ещё заноза в заднице. Да, у демонов были там свои агенты, однако их было не так много, и в основном их вербовали из среднего звена. Члены культа должны были сидеть тише воды, ибо слишком активная деятельность могла их выдать с головой, что совсем не играло на руку ордену и их Владыке. Особенно в последние несколько месяцев: там у них будто с цепи сорвались. Насколько Бальтазар понял, в штабе МАКУСА частично сменилось руководство, но ничего… он считал, что рано или поздно терпение Хозяина лопнет, и тот прикажет убрать излишне ретивых «энтузиастов». — Однако мы здесь собрались не за тем, чтобы обсуждать провал младшего брата, — продолжил Мастер, переводя провал глубокого капюшона на полукровку. — Прежде всего мы должны выслушать нашего главного эмиссара — проводника в мир смертных. Бальтазар, расскажи нам о твоих успехах и планах. Коул не встал из-за огромного овального стола, не пал ниц перед Хозяином. В своём человеческом обличии он лишь уважительно кивнул и взял слово: — Мастер. При мне наш орден вот уже пять десятилетий расширяет своё влияние в мире смертных. За счёт новых слуг и создания новых веток культа мы захватываем всё новые нейтральные источники магии, преобразуя их в демонические. У нас появилось влияние на главных бизнесменов из Штатов и других стран. Также на наш план, из-за меток демонического контракта, поступает всё больше и больше душ… — Опять ты начинаешь с бесконечных словесных прелюдий, Бальтазар, — перебил его другой высший демон, сидящий напротив. — Это начинает утомлять. Бальтазар подавил вспышку ярости и перевёл цепкий взгляд зелёных глаз на наглеца. Седые волосы, высокомерный вид, золотая серьга в ухе. Это был Темпус — колдун, имевший ограниченный контроль над временем. В прошлом он был магом-исследователем, испившим демонической крови и пересадившим себе суть демона. Таким хитрым способом он обрёл бессмертие и стал настоящим демоном, после чего довольно быстро смог овладеть новыми силами и связаться с Братством, чтобы вступить в него. Мотивы этого дьявольского колдуна Бальтазару были неведомы, ибо тот был себе на уме и делал то, что хотел. Убивать его не стали, так как слишком полезной способностью он владел. Отчего-то его держали в Братстве, дав полный карт-бланш на исследования, в том числе и на вивисекцию пойманных им лично демонических существ. Поговаривали, что он также открывал порталы в иные измерения и ловил их обитателей. Потому он был редким гостем на собраниях. — Мастер дал мне высказаться. Тебе не кажется, что, перебивая меня, ты идёшь против воли Мастера? — холодно осведомился Бальтазар. — Если ещё раз перебьёшь меня, я накажу тебя от Его имени. Взгляды скрестились на Темпусе, но колдун лишь хмыкнул на это и сложил руки на груди. Осознав, что в ближайшее время его не будут перебивать, Бальтазар обратился ко всем присутствующим: — Не буду ходить вокруг да около. Некоторые из вас, возможно, слышали, что в Сан-Франциско есть такая семья… Холливелл. Шепотки вновь разнеслись по залу, как обычно, шептались только младшие демоны, стоящие у колонн и стен. «Сёстры Холливелл?», «Ты слышал о них?», «Нет. Кто это вообще?», «Погодите, их три, да? Кажется, это они упокоили близнецов, верно?» В сравнении с МАКУСА угроза от них была минимальной, хотя бы по той причине, что сёстры не вели на демонов и их приспешников охоту по всем Соединённым Штатам, а порой и за их пределами. Посему они не были столь известны. Дождавшись, пока шепотки стихнут, Бальтазар продолжил: — Я провёл расследование, послав десяток наших слуг и одержимых к ним. К сожалению, они были повержены сёстрами Холливелл. Однако благодаря их жертвам мне удалось собрать важную информацию. — Ох… — Темпус протяжно зевнул, явно показывая, насколько ему плевать на всё, что происходит вокруг. Иногда казалось удивительным, почему Хозяин дозволяет ему такое поведение и бездействует. Впрочем, обычно к Мастеру колдун неуважения всё же не проявлял. — Это всё безумно интересно, однако… Разряды пурпурно-синих молний сорвались с пальцев Бальтазара, угодив колдуну в грудь. Того подняло над столом и отбросило в дальнюю часть зала, пригвоздив к колонне: — Перебив меня, ты пошёл против воли Мастера, — прохрипел Бальтазар, едва сдержавшись, чтобы не перекинуться в демоническую форму. — Потому прими наказание. Поток молний перестал бить из его руки. Тело Темпуса упало навзничь, его одежда дымилась, а часть кожи оказалась обуглена до черноты. Он не подавал признаков жизни. Большинство других демонов, оказавшихся на его месте, уже изничтожило бы в пыль. Впрочем, лежащее неподвижно тело мигнуло… — Ух, Бальтазар Страшный, — сардонически протянул Темпус и поднял ладони вверх. — Только не бей меня больше, пожалуйста. Дьявольский колдун вновь сидел на том же месте. На нём не было ни малейших следов от молний, одежда выглядела полностью целой. «Чёртова магия времени», — мелькнуло у полудемона. Бальтазар вновь сел в кресло. Сейчас не время срываться на этом отродье. — Мне удалось собрать информацию. Судя по всему, Холливеллы владеют магическим источником. — Раз уж он привлёк внимание нашего эмиссара, наверняка это не совсем обычный источник? — вкрадчиво поинтересовался Хозяин. Разумеется, он догадывался, о чём сейчас поведает Бальтазар, ведь на личной аудиенции полудемон намекнул, что новости у него ошеломляющие. Бальтазар обвёл всех испытующим взглядом и проговорил: — Верно, источник крайне необычный. Братья, что вы знаете о Нексус? В этот раз не было никаких шепотков. Зал погрузился в тотальную тишину. Нексус — огромный природный источник нейтральной духовной силы, расположенный на равноудалённом расстоянии от пяти духовных элементов-первостихий: земли, огня, дерева, воды и металла. За такие источники с давних времен устраивали войны различные фракции, ведь Нексус может приобрести любой оттенок силы, а потому одинаково желанен почти любым сущностям, владеющим магией: от демонов и колдунов до светлых волшебников и хранителей. Если демон первого ранга сможет подчинить Нексус и черпать из него энергию, то получит силу, почти равную силе Хозяина. Если это сделает Высший… это, вероятно, возвысит его на уровень титана. Имея такую мощь, можно уничтожить Хозяина без труда. Но был один немаловажный момент. Тот, кто подчинял Нексус, сразу получал великую силу, однако лишь в определённой области вокруг Источника. Стоило ему выйти из области «пентаграммы», как связь с Нексусом через некоторое время терялась, и тот вновь становился нейтральным, а могущество постепенно иссякало. Да, эта «пентаграмма» могла быть весьма большой, размером с крупный город, однако запирать себя в подобном домене, как казалось Бальтазару, было не самым разумным решением. Об этом знали многие демоны, и даже мечтали о получении такого могущества, что продлило бы до бесконечности их нахождение в мире смертных. Мечтал ли об этом Бальтазар? Не совсем. Будучи полудемоном, он и так мог быть на Земле неограниченное время, именно поэтому его называли «эмиссар». Смертный мир не выталкивал его обратно на план Преисподней, как других демонов. За время его странствий по Земле ему попадалось множество различных книг по магии и гримуаров. Он искал знания об источниках, в том числе и о мифических «Нексусах». И нашёл, помимо искомых сведений, один крайне любопытный ритуал. К счастью, сей ритуал не был широко известен. «Чем пытаться подчинить Нексус, гораздо проще его поглотить», — пришёл к разумной мысли Бальтазар. Обычного человека, пусть и магически одарённого, такой ритуал почти наверняка разорвёт, либо, как минимум, оставит недееспособным овощем. А вот у высшего демона, вроде него… есть все шансы обуздать эту мощь и получить в единоличное пользование навеки. Главное — скрыть эти мысли от Мастера. Благо, Бальтазар за сотню лет прекрасно научился защищать свой разум. — Ты хочешь предоставить нам Нексус? — включилась в разговор темнокожая женщина с татуировками в бордово-алой хламиде. Это была правая рука Хозяина — Оракул, что могла прозревать будущее. Ходят слухи, что именно благодаря её помощи Мастеру удавалось предотвращать покушения на себя и править демоническим планом в течение нескольких сотен лет. — Это очень хорошая возможность усилить нас. Однако вопрос в другом: сможем ли мы удержать его на Земле? Ведь в отличие от тебя, полукровки, мы не можем долго находиться в мире смертных. Бальтазар мысленно потирал руки, едва сдержав улыбку. Официальный план был прост: необходимо задействовать силы Братства и его культа, чтобы быстро и единым кулаком ударить по особняку Холливелл, убивая сестёр. В итоге демоны не просто получат доступ к источнику — они его «осквернят» и сделают в области гигантской пентаграммы своеобразный домен, на котором обитатели Преисподней смогут спокойно перемещаться и не беспокоиться, что мир их выплюнет обратно. Это сделает Сан-Франциско буквально вратами в Ад. Собственно, именно этот план и изложил Бальтазар на собрании. Разумеется, к реальному плану он не имел никакого отношения, однако его собратья должны купиться. — Ты так и не ответил на мой вопрос, — сказала Оракул. — То, как мы сможем захватить источник, понятно. И благодаря его силе нам действительно удастся изменить духовную область так, чтобы законы мира были на нашей стороне. Однако под «удержать» я имела в виду нашу возможность удержать Нексус против других фракций. Волшебники МАКУСА, Хранители, Ковены ведьм, Древние вампиры… как только станет известно, что Источник под нашим контролем… — А с чего вы решили, что им что-то станет известно? — позволил себе перебить провидицу Бальтазар. — Наша задача сделать всё настолько тихо, насколько это возможно. — Это практически нереально, — мотнула головой Оракул. Полудемон мысленно чертыхнулся. Из-за неё план могут отвергнуть, потому самое время раскрыть часть фактов. — По своим каналам я заказал набор скрывающих и других полезных артефактов из Гильдии Наёмников. Более того, вы наверняка знаете, что Калифорния благодаря нашим агентам в МАКУСА плохо контролируется волшебниками. Они «не замечают» многого, что там происходит. — Кроме магов есть и другие угрозы, — напомнила Оракул. «Как только я поглощу силу Источника, я убью тебя первой», — в раздражении пообещал себе Бальтазар, внешне он лишь улыбнулся: — Есть, но они не станут проблемой. Если Нексус не замечали до этого, с чего бы что-то поменяется после нашего прихода? Во многих городах Калифорнии у меня есть связи с полицией и прокуратурой, они буквально едят из моих рук. Потому мне не составит труда обставить, к примеру, утечку газа и подрыв особняка Холливелл. Это дело расследовать не будут, и передавать в инстанции МАКУСА тоже. Потом мы сможем скупить землю, где находится источник. Никто из других фракций не будет специально интересоваться этим. — Складно стелешь, Бальтазар, — вновь подал голос Темпус. — Однако кажется мне, что ты хочешь заполучить источник себе. — Нексус будет доступен для всех демонов, переместившихся в ту область, — парировал Бальтазар. И это действительно так, источником может пользоваться неограниченное количество разумных одного вида, главное провести привязку. — Я более полувека служу Мастеру верой и правдой. Я лишь ратую за усиление Братства, не более. — Хорошо, Бальтазар, — прохрипел Хозяин. Судя по его тону, он улыбался, впрочем, в тени капюшона этого не было видно. — Видимо, ты уже подготовился. Я доволен твоей работой и доверяю тебе, потому даю добро на захват Нексуса. — Благодарю, Мастер, — уважительно склонился полудемон. — Что тебе для этого нужно? — осведомился Хозяин. — Сущая мелочь, — ухмыльнулся Бальтазар. — Мне нужно как можно больше людей. И немного помощи от младших собратьев-демонов.

***

— Какой же он секси, — глупо улыбалась Фиби, глядя в одну точку. — Что, таки зашла к нему в душ, когда он разделся? — протянула Пайпер, ловко переворачивая блинчики на сковородке. — Ага… — довольно развалилась за кухонным столом Фиби. — А то, что ты всю ночь его растирала зельями и отварами, об этом уже забыла? Он ведь тогда лежал не в одежде. — Ну… не скажи, тогда было как-то не до разглядывания, — пожала плечами Фиби. — Всё же, когда перед тобой человека выворачивает наизнанку, тело бьёт дрожь, и к нему едва можно прикоснуться из-за жара… — Понятно, в общем, было не до эстетики, — перебила Пайпер, снимая сковородку с плиты. — Именно. Пайпер раскрыла нарезанный хлеб и положила кусочки в тостер: — Фибс, ты ведь понимаешь, что он может не выжить? Улыбка сошла с губ Фиби: — Он выживет. Я это точно знаю. — Ты что-то видела? — сощурилась Пайпер. — Нет. Ни одного видения. Что странно… И гадания тоже ничего вразумительного не дают. Однако… — Тогда не знаешь, — перебила Пайпер. — И никто не знает. — Слушай, — Фиби тяжело вздохнула, собираясь с мыслями, — мне чертовски не везёт с парнями. Они все оказываются козлами. Может мне хоть раз улыбнётся удача… — Попробуй знакомиться не в ночных клубах, — предложила Пайпер, включая кофеварку. — Эй, а что плохого в ночных клубах? — возмутилась Фиби. — И, если ты не забыла, ты вообще-то недавно стала хозяином одного из них. И даже назвала его в нашу честь: «P3». — Да, всё так. Но я в клубах не знакомлюсь. — Врёшь! — тыкнула пальцем в сестру Фиби. — Ты лгунья, Пайпер Холливелл. — То было всего один раз, — простонала Пайпер. Раздался настойчивый звонок в дверь. Так нагло могла звонить только старшая сестра. — Прю? — подняла бровь Фиби. — Она поехала на работу. Да и у неё есть ключи. — Ладно, я открою. Как выяснилось, аукцион перенесли на более позднее время, потому старшая сестра вернулась домой, даже толком не доехав до места работы, а ключи она умудрилась забыть дома. — Растяпа, — ехидно протянула Фиби, показав язык старшей сестре. Последняя такое ребячество проигнорировала. — О чём говорили? — спросила Прю, садясь на противоположном краю стола. — О нашем госте. — Он в норме? — Живой, — кивнула Пайпер, раскладывая блины по тарелкам. — Однако наша младшая на него запала. — И ничего я не запала, — бросила Фиби. — А кто тут пять минут слюни на него пускал? — Пф… — фыркнула Фиби. — С ним что-то не так, — нахмурилась Прюденс. — Вы ведь помните то жутковатое чувство ночью? — Такое уже было… когда он пробудился, — закивала Пайпер. — Да, вы говорили. Выходит, он менталист либо эмпат, владеющий психическими отражениями, — заключила Прю. — Причём дар свой контролировать не умеет. — Может, это случайность? — спросила Фиби, намазывая тост джемом. — Два раза? Не думаю, — покачала головой Прю. — Грейвс тебе говорила об этом? — спросила Пайпер у старшей сестры. Та отрицательно мотнула головой. — Ну и что, что он менталист? — спросила Фиби. — Думаю, он может оказаться классным парнем. — Он — парень Кэтрин, — качнула головой Прю, отпивая глоток кофе. — Так что забудь о нём. — С чего ты взяла? — с подозрением уставилась на неё Фиби. — Она ведь об этом не говорила. — Не говорила, — согласилась Прю. — Но… Прю махнула рукой, и из её дамской сумочки, зачарованной на повышенный объём, вылетела сложенная в трубочку газета. Развернувшись прямо в воздухе, она упала на край стола. Фиби и Пайпер оторвались от своих блинчиков и приподнялись, чтобы лучше увидеть, чего там такого вытащила Прю. — Это… магическая газета? — с удивлением воскликнула Фиби, заметив двигающиеся картинки. Они старались абстрагироваться от того, что происходит в магическом мире, и прессу себе не заказывали. — Мы ведь на такое не подписаны. Тем более… подожди, это британский «Ежедневный Пророк»? — Верно. Выпуск за 26 декабря. Взяла у одного нашего общего с Кэтрин знакомого. Там довольно любопытная колдография… — Убийство Риты Скиттер? Кто это такая? — спросила Пайпер, приблизив к себе газету. — Страницу переверни, — сказала Прю. Пайпер перевернула страницу, и её брови полезли вверх: — Вау… надо же. Довольно откровенно. Не знала, что Кэт может так одеваться. — Что там? — сунула свой любопытный нос в газету Фиби. — «СВЯТОЧНЫЙ БАЛ В ЧЕСТЬ ТУРНИРА ТРЁХ ВОЛШЕБНИКОВ», — прочла она. Затем её глаза округлились: — Очешуеть… это Кэтрин? — А кто же ещё? — скептически протянула Прю. — А с ней на балу Седрик. Ты ведь помнишь, что наша ледяная королева никого к себе в школьные годы не подпускала. Кажется, со времён Ильвермони многое изменилось. — Это ещё ничего не значит, — пожала плечами Фиби, поспешно сев на место. — Не думаю, что ради малознакомого человека Кэтрин бы сорвалась в другую страну на бал, — заключила Прю. — Этот парень для неё очень важен, Фибс… иначе она бы к нам не обратилась. — Сочувствую, сестрёнка, — Пайпер похлопала по плечу Фиби. — Но тебе с ним ловить нечего. Фиби сложила руки под декольте майки и надулась. Вода перестала идти по сточной трубе: очевидно, их гость закончил банные процедуры. — Сходи за ним, позови к столу. Он наверняка голоден, — сказала Прю. — Я и без тебя знаю, — огрызнулась Фиби, вскочив с места.

***

Кэтрин навестила дом Холливелл лишь на следующий день, около трёх часов пополудни. Диггори давно пришёл в себя, однако сёстры не стали отвлекать её от работы, ведь как-то помочь она всё равно не могла. — Как ты вообще? В норме? — Грейвс не знала, что сказать напоследок, потому выдала первое, что пришло на ум. Она заскочила к ним буквально на несколько минут. — Вроде того, — пожал плечами Седрик. Кэтрин смотрела на него: спокойного, сдержанного, с холодным волевым взглядом. Ей очень хотелось остаться вместе с Холливелами и проконтролировать его превращение. Грейвс была небезразлична его судьба. Однако вчера она потеряла двоих хороших ребят из Отдела Ликвидаторов. Толковые и перспективные бойцы, что могли бы долго изничтожать различную погань, вроде демонопоклонников и прочей разумной нечисти, могли преданно служить делу света. Теперь их нет. Босс вызвал её на ковер и предупредил, чтобы она полностью сосредоточилась на деле, иначе может лишиться своей должности. Кэтрин понимала причину такой угрозы: поползли слухи о её «интрижке» с британским несовершеннолетним волшебником. Всё же были маги, которые следили за тем, что происходит в мире, в том числе и на Британских островах, и колдофото, где якобы Кэтрин танцует с Седриком, разошлось среди её коллег. А то, что она через пару месяцев после того выпуска в «Ежедневном Пророке» привела Седрика в МАКУСА, лишь заставило ещё больше судачить об этом любителей потрепаться. Она не стала как-то реагировать на инсинуации, не пыталась оправдаться или опровергать этот бред. Если у кого-то к ней есть какие-то претензии, пусть скажут это ей в глаза, если кишка не тонка. Лишаться должности, к которой Кэтрин до этого так стремилась, категорически не хотелось. Потому присутствовать во время обращения Седрика она не сможет: сегодняшней ночью МАКУСА организовывает облаву на старших вампиров в Новом Орлеане. Она с боевыми отрядами должна там присутствовать. В первый год работы на новой должности она обязана из кожи вон лезть, чтобы сохранить и преумножить свое влияние, и порой необходимо активно участвовать в качестве главной ударной единицы. Затем её заслуги будут работать на неё, нужно лишь немного потерпеть. — Седрик… — обратилась она к чемпиону. Сёстры Холливелл стояли чуть поодаль в гостиной, они же с блондином прощались в прихожей. — Если ты… нет, когда ты выживешь и придёшь в себя, я всерьёз займусь твоими тренировками. Обещаю. — Звучит как угроза, — хмыкнул Диггори. — Иногда ты совершенно невыносим, — закатила глаза Грейвс. Сама толком не ведая, зачем делает это, она вдруг шагнула к нему и крепко обняла. Очень неожиданный порыв, особенно учитывая её характер и нежелание подпускать к себе кого-либо. Её щеки слегка запылали, но Кэтрин было всё равно, что о ней подумают. Всё же неизвестно, чем закончится его обращение, и ей хотелось хоть как-то выразить Седрику свою поддержку. — Выживи, — шепнула она. — Постараюсь, — кивнул он. Кэтрин нехотя отстранилась и, не оглядываясь, зашагала к выходу. Спустя десяток вздохов она аппарировала прочь с крыльца поместья Холливелл.

***

Близился вечер. У Кинга опять начался жар, кости с суставами дико ныли. Ещё его слегка потряхивало, то ли от мандража, то ли от горячки. Сёстры отчего-то первое время опасались к нему подходить. Затем спустя полчаса каких-то манипуляций с амулетами и зельями всё же занялись его подготовкой. — А нельзя меня просто усыпить на время полнолуния? — спросил Кинг, прищурившись. В отличие от прошлой ночи, органы чувств не обострялись, а, скорее, наоборот: перед глазами всё плыло и двоилось, зрение отказывалось фокусироваться. — Потому что чувствую я себя как-то не очень. — Исключено, — мотнула головой Пайпер, выставляя на настенном выступе несколько алхимических зелий, миску и губку. — Тебе нужно быть в сознании, чтобы ты был в состоянии бороться с вирусом. Со слухом пока дело обстояло более-менее нормально, потому аудиально информацию Кинг с трудом, но всё же воспринимал. — А во время сна я, значит, бороться не смогу? — уточнил он. — Нет. Если тебя погрузить в искусственный сон, то это лишь снизит шанс успешного обращения и с большей вероятностью приведёт к мгновенной смерти. — Ясно. — Выпей это, — Пайпер сунула в руки ему какое-то зелье в стеклянной колбе. По цвету оно было зеленовато-коричневым, такое пить не хотелось от слова вообще. Кинг осторожно взял его, откупорил и понюхал. — Ох ты ж… — он едва не отбросил зелье в стену, настолько ядрёный и вонючий запах оно имело. — Я же сказала пить, а не нюхать! — повысила голос Пайпер и отобрала зелье у него. Пайпер отвела его за руку к железному столу, усадила и поднесла зелье к его губам: — Пей. — А, может, не надо? — Надо, Седрик, надо. Задержи дыхание, — Пайпер ловко закрыла ему ноздри, и не успел Кинг даже пикнуть, как она влила в горло содержимое флакона. Вкус оказался ещё более противным, чем запах. Кинг прокашлялся и скривился так, словно только что съел фунт свежих пересоленных экскрементов. — Надеюсь, следующие зелья окажутся менее дерьмовыми. — Эй, вообще-то, я лично его варила. Не каждый мастер-зельевар такое осилит, так что прояви хоть капельку уважения. Ты ведь из Британии? Где твои манеры? — возмутилась Пайпер. Зелье упало в желудок и, кажется, начало действовать. Во всяком случае, Кинга уже не потряхивало как раньше, хотя жар пока не отступал. — И да, последующую алхимию нужно будет втирать в твоё тело, так что я позову Фиби. Кинг хотел было спросить, при чём тут Фиби, но средняя Холливелл удалилась из подвального помещения, в котором будет проходить его первое обращение. Он на минуту прикрыл глаза, медленно задышал, стараясь успокоиться. То ли дело в принятом зелье, то ли он что-то начал смыслить в медитациях, но это немного помогло. Кинг снял рубашку, оставшись в одних шортах, и растянулся на железном столе. Металл приятно холодил спину. Кинг лёжа осмотрелся. Подвал представлял собой просторное и пустое помещение. Стены сложены в основном из серого, а местами красного кирпича, то тут, то там виднеются деревянные скобы. Из освещения лишь болтающиеся под потолком лампочки. К выходу вела боковая деревянная лестница с перилами, окрашенная в тускло-белый цвет. Долго ждать Фиби не пришлось, она вскоре спустилась к нему.

***

Его руки и ноги сдерживали массивные кожаные ремни. Благо, никаких парализующих заклинаний или заговоров на него не вешали, что радовало. Фиби втирала в его торс укрепляющие и жаропонижающие отвары. Возможно, в какой-нибудь другой ситуации Кинг бы нашёл это приятным, но близилось полнолуние, а состояние его, несмотря на алхимию и наговоры, лучше не становилось. — Седрик, можно вопрос? — Если я скажу «нельзя», тебя это остановит? — чемпион скосил на неё усталый взгляд. — Эм… — Фиби растерялась от такого. Кинг испустил тяжёлый вздох и кивнул: — Задавай уже. — Что-у-вас-с-Кэт? — скороговоркой выпалила Фиби. — Чего? — не понял он. — Что у вас с Кэтрин? Я имею в виду… вы друзья или?.. — Друзья? — переспросил он и завис на несколько мгновений. Перед глазами проносились воспоминания о том заброшенном складе, когда Кэтрин поливала его кучей заклинаний и между делом бросила в него грузовиком. Если бы не прокачанные навыки, данные системой, он бы там помер. Однозначно. «Хех… да с такими друзьями и врагов не надо», — хохотнул про себя Кинг. Однако он таки вынужден был признать, что в последние дни Грейвс многое для него сделала. Инициировала расследование, связалась с подругами, да и в целом проявляла беспокойство. Впрочем, тому может быть причиной и договор с Дамблдором, а не личное отношение магессы к нему. Хотя на прощание сегодня эта барышня обняла его, чего Кинг от неё совершенно не ожидал. Может, дело не только в директоре Хогвартса? — Седрик? — Мы с Кэтрин не друзья, — мотнул головой Кинг. — Нас скорее связывают деловые отношения. Не более. — Деловые? — приподняла бровь Фиби и застыла на пару секунд. С губки стекал отвар, тягучими зеленоватыми каплями падая на пол. — Обстоятельства так сложились. Это долгая история, — пояснил он, не желая вдаваться в подробности. — Фиби, отвар… — Ах, да… — Фиби улыбнулась и продолжила втирать варево в плечи Кинга. Он решил сменить тему, дабы отойти от возможных вопросов, связанных с Кэтрин: — А где Прю? Она ещё не пришла? — Нет, видимо, задержали после аукциона, — скривилась Фиби. — Смотрю, вы с сестрой не очень ладите. Фиби на это лишь фыркнула. Они сегодня завтракали вчетвером, и Кингу многое удалось узнать о сёстрах, об их работе, биографии, а также о том, что их связывает с Кэтрин Грейвс: оказывается, они когда-то вместе учились в одной магической школе и были весьма дружны. Но удивляло то, что сёстры Холливелл не особо были вхожи в магический мир и выбрали себе занятия вполне магловские, и реализовывали себя именно в мире простецов. Средняя сестра — Пайпер, к примеру, владела ночным клубом, и он приносил основной доход в семью Холливелл. Старшая — Прю — работала в аукционном доме, кажется, оценщиком антиквариата. А младшая сестра была безработной. Как Фиби сама выразилась: «Я пока нахожусь в активном поиске себя». Из хобби младшая хвасталась, что занимается восточными единоборствами. И даже предлагала Кингу, когда он «выздоровеет», сводить того на секцию кунг-фу, дабы он научился за себя постоять не только при помощи колдовства. Прю тогда высказалась, что Фиби пора найти работу и не заниматься ерундой. У них даже завязался спор, и, кажется, только из-за наличия гостя они не поскандалили, сорвавшись на крики. — Я так поняла, ты один в семье. — Верно. — Тогда не уверена, сможешь ли ты меня понять. — Возможно, ты права, и я не смогу понять твою ситуацию. Однако я считаю, что твои сёстры – единственные родные люди, которые принимают тебя такой, какая ты есть. Эту связь нужно беречь. Уверен, Прю хочет тебе лишь добра. — Знаю, — бросила Фиби, невольно скривившись. — Однако… порой наше с Прюдэнс видение добра и того, что хорошо для каждой из нас, сильно отличается. Тело Кинга внезапно охватили судороги, а тело против воли выгнуло. Из горла вырвался звериный рык. — Пайпер! — крикнула Фиби, бросая отвары и отбежав к лестнице. — Пайпер, сюда! Скорее! Перед глазами опять всё поплыло, голова пошла кругом. Ремни крепко держали его, не давая упасть с металлического стола. — Вот дерьмо, — хрипло шептал он, прикрыв глаза. — Мерлин, боги или демоны… моя ветреная удача. Если вы есть, помогите мне пережить всю эту херню…

***

— Прю уже едет, — сказала Пайпер, надевая волшебное кольцо бабушки. — Она недавно звонила. — Хорошо, — кивнула Фиби, бросая взгляд на массивный артефакт на пальце сестры. МАКУСА запретило им использовать концентраторы, однако на этом кольце нет чар надзора, да и сам дом Холливелл, как и область вокруг него, был экранирован от наблюдения. Потому касательно того, что их поймают на нарушении, переживать не стоило. — Р-р-р... Ш-ш… чёрт… — Седрик с каждым мгновением ругался всё больше и больше. Фиби поражалась выдержке британца. Заражённые ликантропией люди, особенно маги, в первое полнолуние испытывают невероятную боль. Даже самые волевые могут кричать и плакать, аки маленькие дети, и в этом нет ничего постыдного. Диггори же в перерывах между приступами судорог шипел, рычал и грозился найти проклятого оборотня и оторвать ему… ладно, это не важно. В общем, молодой маг, очевидно, имел очень хорошую выдержку и высокий болевой порог. В один момент ранее напряжённое и выворачивающееся из ремней тело Диггори расслабленно растянулось на столе. Видимо, приступ судорог временно отступил. Седрик тяжело задышал. — Фух… Долго… фух… там ещё до выхода луны? — хрипло спросил он, облизав губы. — Меньше десяти минут, — просветила Пайпер, обходя Седрика по кругу и расставляя кристаллы сидерита, закачанные под завязку магией. Эти кристаллы должны были сформировать энергетическую ловушку, в случае если пропитанные укрепляющим зельем ремни не выдержат и всё же лопнут во время обращения парня. — Фух… чудно… Пайпер вышла из октограммы, вписанной в круг, что образовали линии и восемь кристаллов на полу, затем при помощи бабушкиного кольца активировала формацию. Линии и кристаллы зажглись мистическим лазурным светом. — Как вообще проходит обращение? — нервно спросил Диггори, косясь на кристаллы. — И в течение какого времени? — По-разному, — ответила Фиби. Видя нервозность парня, она решила несколько разрядить атмосферу: — Не переживай, Седрик. Просто ты станешь чуть более волосатым. Если что — мне нравятся волосатые мужчины. — Кхем… — Пайпер укоризненно посмотрела на младшую сестру. — Ладно, дурацкая шутка, — призналась Фиби, стушевавшись. — Извини. — Готовься, осталось несколько минут, — сказала Пайпер, глядя на наручные часы. — Всегда готов, — кивнул Диггори. Что Фиби, что Пайпер выпили зелья и надели амулеты, защищающие от ментальных атак. Так что, если даже сейчас и проецировалось какое-то давление от Седрика, то они его пока не ощущали. Кэтрин, бомбардируемая вопросами сестёр, таки рассказала о проблеме Диггори. Он природный менталист, который пока не умеет контролировать свой дар. Собственно, именно для тренировок он и приехал в США, чтобы Кэтрин предоставила ему учителя. Холливеллы отнеслись к этому с пониманием, хотя у Прю и имелись к старой подруге некоторые претензии за предварительное сокрытие такой важной информации. Глаза Диггори расширились, взгляд расфокусировался, а лицо прорезала неожиданная усмешка. Благодаря особой акустике подвала сёстры услышали его шёпот: — Родная моя… ты вернулась. Это хорошо… Фиби с Пайпер с подозрением переглянулись. — Кажется, у него начались галлюцинации, — шепнула Фиби на ухо сестре. — Всё может быть, — пожала плечами Пайпер. Примерно через минуту раздался шум автомобиля. Их особняк стоял на отшибе, на ближайшие сотни метров соседей не было, так что кроме старшей сестры сюда никто не мог заезжать. — Прю приехала, — кивнула Пайпер. — Я поднимусь, встречу её. Ты пока будь здесь. — Без проблем. «Мог ли Седрик почувствовать возвращение Прю?» — мелькнуло у Фиби. Да нет, вряд ли он имел в виду именно её. Но к кому тогда обращение «родная»? Младшая Холливелл подозрительно сощурилась. Диггори ещё не был её парнем, но Фиби уже его ревновала. Да уж… — Чёрт… какого хера здесь происходит… нет-нет-нет… стой… — шептал Диггори. Его расширенные глаза всё ещё смотрели перед собой, будто британец увидел какой-то кошмар. Видимо, у него опять начался бред из-за прогрессирующей горячки. Однако защитная формация уже была установлена, Фиби не могла зайти к нему. Вернее, зайти-то она могла, но вот выйти без помощи сестёр снаружи — уже нет. Оставаться же внутри с новообращённым ликаном — так себе затея. Теперь Диггори один на один со своим обращением. Больше она помочь ему не в силах. — Седрик, ты главное… держись. Его тело вновь забила крупная дрожь. Из горла вырвался сиплый стон. Затем ещё один, но заметно мощнее и протяжнее. Внезапно его тело после очередного рыка-стона замерло без движения. — Седрик? — тихо позвала Фиби. Реакции не было. Прошло не менее десяти вздохов. — Седрик, ты как? Тишина. Фиби сухо сглотнула. К горлу подкатил тугой ком. «Неужели он умер, даже толком не обратившись?» — поразила её жуткая догадка. Должна ли она бежать за сёстрами и звать их? Или ей нужно срочно подойти к парню и удостовериться, что всё кончено? Что Седрик мёртв, и все их труды пошли насмарку? — Пайпер! Прю! Сюда! — крикнула Фиби. Впрочем, каких-то шагов или знаков от сестёр, что её услышали, не было. — Вот дьявол. Она подавила сиюминутный порыв броситься к нему. Ей это многого стоило. Вместо этого Фиби медленно приближалась к защитной октограмме. — Пожалуйста, останься живым, — молилась она. В глазах уже стояли слёзы, потому что Пайпер говорила ей об этом, говорила, что всё может этим кончиться. — Седрик… Фиби не видела, чтобы его грудь вздымалась. Неужели он… Вырвавшийся рёв оказался столь мощным, что, если бы не защита, Фиби бы наверняка отбросило назад. Отступив на шаг, она зажала уши ладонями и вглядывалась в изменившиеся глаза Седрика. Узкие зрачки-веретёна пересекали его сияющие голубизной радужки, словно у какого-то магического зверя. Голова и верхняя часть корпуса приподнялись. Диггори смотрел на Фиби невидящим взглядом, казалось, в нём не было разума. — Седрик?.. — благодаря зельям Пайпер он должен находиться в человеческом сознании. Однако почему-то младшей Холливелл казалось: что-то пошло не так. Треск… Укреплённые зельями и наговорами ремни не выдержали и разорвались, выпуская парня на волю. Он тут же устремился к Фиби. Барьер откинул его назад, ударив разрядами магических молний. Седрик стоял на карачках, его грудь мерно вздымалась. Под кожей бугрились подёргивающиеся мышцы. Как Фиби могла догадаться, подошло время трансформации, вот только она проходила очень странно. Шерсти на парне всё ещё не появилось. Изо рта вновь вырвался низкий рык, клыки стали чуть длиннее, но определённо всё ещё принадлежали человеку, а не зверю. — Спокойно, — мягким голосом молвила Фиби. — Дыши глубже. Ты ведь всё ещё здесь, Седрик? Кивни, если… Вертикальные узкие зрачки постепенно начали расширяться. Фиби заметила, как они достигают пределов радужки, затем тьма зрачка и вовсе покрывает белок. Под кожей вспухали чёрные вены, между ними змеились синие и янтарно-алые прожилки, что с каждым мгновением разгорались все ярче и ярче. — Господи Иисусе, — вырвалось у неё. В антрацитово-чёрных глазах Седрика отдалённо плескались вихри цветных энергий. Зрелище настолько завораживающее, что Фиби на несколько секунд застыла, будто загипнотизированная, не в силах оторваться от них. Тряхнув головой, Фиби отогнала наваждение и отступила на шаг. Она, конечно, не специалист в оборотнях, но, кажется, такого быть не должно. Трансформация Диггори пошла совсем не так, и нужно срочно звать старших сестёр…

***

Демонические собратья по приказу Хозяина выделили ему своих слуг из культа. За земные сутки им удалось собрать полсотни элитных бойцов. Впрочем, элитными они были лишь по меркам простых смертных: обладали хорошими боевыми навыками, кто-то даже оказался магом и мог худо-бедно колдовать с концентратором. Однако самому Бальтазару достаточно было пары небрежных движений, чтобы справиться с этим сбродом. Также Бальтазар получил во временное подчинение десяток старших демонов, вот эти ребята уже были весьма неплохи и смогут оттянуть на себя внимание Холливелл. Он хотел взять на задание своих давних соратников из Триады, но Хозяин придумал «лучше» и решил перестраховаться, чтобы всё точно пошло «по плану» Бальтазара. — Мастер, Холливеллы, скорее всего, даже не подозревают, каким источником обладают, — говорил тогда Бальтазар. — Я ценю вашу заботу, однако кажется мне, что это излишне. — И всё же я настаиваю, — отрезал Хозяин, давая понять, что это его последнее слово и спорить он с полукровкой не намерен. — Будет исполнено, — склонил тогда голову Бальтазар. Сейчас же, стоя в отдалении от особняка Холливелл, полудемон скрипел зубами. — Бальтазар, дружище, ты какой-то слишком напряжённый, — фамильярно похлопали его по плечу. — Расслабься, вместе с нами шансы, что всё пройдет гладко, лишь возрастут. Тем более, по приказу Мастера ты всё ещё остаёшься за главного. Мерзкая усмешка дьявольского колдуна вызывала желание зарядить в него потоком молний или сжечь адским огнём, будь у Бальтазара такая возможность. — Ну что ты, Темпус, — выдавил он. — Я и не сомневаюсь, что благодаря вам и заботе Мастера всё пройдёт по плану. По левую руку от него раздался хриплый смешок. Бальтазар опасливо покосился на второго сопровождающего от Хозяина. Бледная кожа с синеватым оттенком, длинная копна тёмно-пепельных волос, мускулистый торс. Демон-киллер — Шекс. Очень серьёзный противник, помимо стандартных демонических сил в совершенстве владеет магией ветра. Его могущество не меньше, чем у самого Бальтазара. Но главной проблемой для Коула всё равно является именно Темпус, способности контроля времени которого раздражают своей непредсказуемостью. Для сестёр Холливелл даже какого-то одного высшего демона с лихвой хватило бы, чтобы их уничтожить. Хозяин же послал вместе с Бальтазаром ещё двоих, причём сильнейших. Для чего? Это очевидно. Мастер хотел проконтролировать Бальтазара, чтобы он не подчинил Источник себе, убив других демонов. Несмотря на то, что он не одно десятилетие пил зелье, защищающее от взора пророков, видимо, Оракул всё же что-то заподозрила. Или это инициатива самого Хозяина? Неужели план Коула так легко раскрыли? Он не давал повода в нём сомневаться, служа Братству более полувека. Его репутация была безупречна. Где он просчитался? Шум двигателя отвлёк его от раздумий. Машина Прю Холливелл уже подъехала к дому, потому сестёр не придётся вылавливать поодиночке, оставляя следы и возможных свидетелей в городе. Их прихлопнут одним махом. Демоны и отряды культистов были под иллюзией невидимости. Над особняком взошёл рыжевато-красный диск полной луны. Все необходимые артефакты подготовлены. Операция вот-вот начнётся, а капкан захлопнется. Правда, захлопнется он не только для сестёр Холливелл, но и для самого Коула Тёрнера, более известного в демонических кругах как Бальтазар. «Что же… я был готов и к этому. Всё равно пути назад нет», — подумал он и отдал приказ: — Мы начинаем!