Никто не узнает...

Хакуджи и сам уже не помнил, чем именно его разозлил Доума, но результатом стало то, что разозлённый старшеклассник даже не заметил как в коридоре столкнулся со своим заклятым врагом с параллельного класса.  — Ну, здравствуй, Кёджуро, — недобро сверкнув глазами, поздоровался подросток.  — И тебе не хворать, Аказа, — ответил сопернику тем же Рёнгоку.  — Ты всё ещё носишься с этими сопляками, — усмехнулся желтоглазый, оглянув окружение оппонента.  — Никто не давал тебе права оскорблять младших, — вскипел обладатель янтарных глаз. — Убирайся.  — Давай так, решим этот вопрос по-мужски, — мгновенно собрался гроза школьных коридоров. — Выигрываешь ты, так уж и быть, я отстану от них, выигрываю я, продолжаю свои нападки на них. По рукам?  — По рукам, — враги пожали друг другу руки и, обозначив место и время встречи, разошлись.

***

Спустя долгих два урока все старшие классы собрались на заднем дворе школы, чтобы увидеть нечто невероятное: драку одного из самых лучших учеников школы и самого дерзкого хулигана. Первым сорвался с места Хакуджи, да так быстро, что Кёджуро едва успел увернуться от его сильного удара. После атаковал Рёнгоку, да так, что смог сильно задеть плечо противника, но несмотря на это, кулаки Аказы всё равно летали так быстро, что один из ударов достиг своей цели: под глазом светловолосого налился гигантский фингал. Правда, парень не опускал руки и всё же сумел задеть его ударив в висок и челюсть. Обладатель тёмно-лиловых волос пошатнулся, но сумел быстро привести себя в порядок, а после ударил обладателя янтарных глаз прямо в солнечное сплетение, чем вывел его из строя где-то на секунд тридцать, за которые смог перевести дух, но полностью расслабиться ему не дал сильный удар соперника чуть выше солнечного сплетения. Удар был сильным, в ушах парня что-то ужасно звенело, и кое-как поднявшись на ноги, он понял, что проиграл. Но раз уж он что-то обещал, то обязательно сдержит своё слово, поэтому на глазах у всей школы Аказа поклялся Кёджуро, что никогда в жизни больше не будет изводить младших, а после удалился куда-то вглубь школьного двора, впрочем, всем всё равно было наплевать на него и его чувства: все переживания парень скрывал за насмешками, издевательствами и колкими фразами, ведь лучше не подпускать к себе никого, чтобы потом не расстраиваться, не так ли? С одной стороны, он понимал, что пора уже потихоньку становиться ближе к миру, но он уже настолько привык к своему образу страшного, опасного, заносчивого и неуправляемого бунтаря-старшеклассника.Впрочем, он и сам повлиял на это: странный цвет его волос и обилие татуировок пугали многих, и парень мысленно ухмылялся, видев их взгляды, полные страха. Обхватив голову руками, парень вдруг посмотрел на свои школьную форму, жалея о том, что надел белую рубашку, но потом он снова почувствовал себя одиноким, поэтому, не выдержав, он дрожащими руками достал из пачки сигарету, стыдясь собственной слабости. Лучшая защита — это нападение…

***

Этот учебный год у Сенджуро не задался: многие ученики, зная его добродушие, не гнушались этим воспользоваться. То водой обольют, то обзовут, поэтому подросток мало с кем общался, чаще всего проводя время в библиотеке, но в тот день все ребята только и делали, что обсуждали предстоящую драку его старшего брата и Аказы, которого ещё порой называли демоном. Выяснив немного об этом старшекласснике, он вместе со всеми пошёл на задний двор, ужасно беспокоясь за брата, но… после поражения во взгляде главного хулигана школы был такой коктейль чувств и эмоций, что младший Рёнгоку решил поговорить с ним при первой же возможности. После драки мальчик крутился вокруг Кёджуро, обрабатывая его раны, а потом, пообещав брату быть осторожнее поспешил на последний в тот день урок. Но даже на уроке у него из головы не выходил тот взгляд старшеклассника, который невольно напомнил ему взгляд одинокого волка, поэтому как только прозвенел звонок, мальчик сорвался с места и как ошпаренный бросился на задний двор. Издалека увидев тёмно-лиловые волосы, подросток неловко сел на траву рядом со старшеклассником, смущённо отвёл взгляд, не решаясь заговорить первым.  — Зачем пришёл? — грубо бросил парень, едва взглянув на него и в очередной раз закуривая. — Поиздеваться надо мной решил?  — В-вовсе нет, — вздрогнул от хриплого голоса Сенджуро, давая понять «демону», что он обознался. — Я пришёл узнать как Вы себя чувствуете.  — Кто ты? Как тебя зовут? — Хакуджи наконец решил прервать эту неловкую паузу между ними, от удивления позабыв о сигарете и своей обычной манере разговора.  — С-сенджуро, Сенджуро Ренгоку, — ответил подросток, стараясь не смотреть в ярко-жёлтые глаза.  — Аказа, — кивнув, протянул ему руку парень, и мальчик с удовольствием пожал её. — Не боишься меня?  — Нет, — решительно ответил младший, осматривая собеседника. — Можно я обработаю Ваши раны, Аказа-сан?  — Да, конечно, — потупив взгляд, ответил старшеклассник, и пока подросток аккуратно обрабатывал его раны, он изо всех сил боролся с порывом прижаться ближе и расплакаться, уткнувшись в его плечо, ведь в последний раз о нём так заботилась сводная сестра около пяти лет назад.  — Вот и всё, — обработав чужой висок, лучезарно улыбнулся младший Ренгоку, а потом почувствовал, как сильные руки прижали его ближе к бунтарю, а сам он, уткнувшись в плечо янтарноглазого горько плакал. Сначала он был удивлён такой резкой реакцией на его заботу, но потом он аккуратно стал перебирать на удивление мягкие пряди тёмно-лиловых густых, коротких волос, шепча на его ухо ласковые, успокаивающие слова. На самом деле, Хакуджи и сам был удивлён своей реакции, но действия этого мальчика и его улыбка так напомнили ему Коюки, что он не сдержался, а когда небольшие тонкие пальчики стали гладить его волосы, а нежный голос шептал успокаивающие слова на ухо, он выплакал все слёзы, что у него были, и в благодарность за возвращение к человечности, желтоглазый проводил подростка до дома, по пути купив ему какао с карамельным сиропом. Обменявшись с ним номерами, Аказа попросил Сенджуро писать ему каждый день и впервые за долгое время произнёс фразу: «Называй меня, пожалуйста, по имени: Хакуджи».

***

Старшеклассник и сам не заметил как привязался к брату своего злейшего врага, но теперь он и представить себе не мог друга лучше чем Сенджуро Ренгоку: он всегда его выслушивал и поддерживал, поэтому, не выдержав, парень рассказал ему всю свою историю. Услышав обо всём, через что пришлось пройти его лучшему другу, мальчик лишь крепко-крепко обнял его, и Аказа вновь заливал его школьную рубашку своими горькими слезами.

***

 — А ну извинись! Сейчас же! -прикрикнул старшеклассник на какого-то юношу, посмевшего оскорбить младшего Ренгоку.  — Прости меня, Сенджуро, — заливаясь слезами, всхлипывал обидчик. — Я больше так не буду!  — А-Аказа-сан, я прощаю его, — быстро произнёс мальчик, не желая больше видеть страдания другого человека. С тех пор его больше не обижали — все знали: он под надёжной защитой.

***

Идя по тёмному переулку, мальчик явно не ожидал, что на него нападёт какая-то группа людей и начнёт уговаривать его отдать им деньги. Честный ответ их не устроил поэтому Сенджуро уже мысленно готовился к удару, увидев как один из грабителей заносит руку, но удара так и не последовало: а переулке теперь появился ещё и Аказа, так вовремя возвращавшийся с тренировки, поэтому уже через пять минут Хакуджи шёл рядом с младшим Ренгоку, провожая его до дома, где на пороге их встретил встревоженный и жутко недовольный Кёджуро. Старший не раз ему говорил, что от Аказы надо держаться подальше, но нет, младший каждый день возвращался домой именно с ним, и именно это заставляло его волноваться и нервничать. Выслушав их сбивчивый рассказ о том, что произошло, старший проникся к Хакуджи уважением, которого до этого и в помине не было, но несмотря ни на что парень снова вывел старшего Ренгоку из себя, позже объясняя это тем, что «Кёджуро очень смешно злится»…