разные.

Первое время пребывания в школе все было неплохо. Временами неплохо. Урок за уроком, пока другие ловили потоки знаний, Саша ловил лишь потоки косых взглядов, наполненные ненавистью и отвращением. Признаться, он сам не знал за что. Может за то, что Александр был одним из самых успешных учеников, а может, из-за того, что несмотря на чистую кровь отца, мама его была обычным человеком, не волшебницей. А насколько Саше было известно, на Слизерине была очень важна чистота крови. Но, как бы Романов ни надеялся, обычными гляделками это не закончилось. На четвёртом году обучения кое-что изменилось. Кое-кто изменился. Михаил и его дружки словно научились говорить и вообще что-либо делать. Ибо вместо испепеляющих взглядов в Александра полетели оскорбления: — Эй, очкастый! Здорово ты сегодня об порог споткнулся, ха-ха —Уже четвёртый курс пошёл, а этот придурок даже на метлу небось сесть не может! — Думаешь самый умный тут? Думаешь сможешь меня перегнать в ЗОТИ или зельеварении? Только попробуй и узнаешь, что значит быть моим конкурентом. Однажды дело дошло до драки. — Ты нахуя нажаловался Уралову, идиот? Если отец увидит, что у меня синяк под глазом…- Московский яростно нахмурил брови, так и не закончив предложение. Вообще, как понял Саша, общение с отцом у Московского было… мягко говоря странное. Не такое к какому привык Романов. — Хочешь подраться? Давай подеремся. Только без твоих подсосов! — немного робко отозвался Саша, удивляясь, зачем и как он вообще это сказал. — Как ты нас назвал, придурок? Совсем страх потерял? — закатывая рукава мантии и хрустнув пальцами, один из друзей Михаила — темноволосый слизеринец, сократил расстояние на пару шагов. — Я… Что было дальше Романов смутно помнил. Но точно помнил последствия: разбитый в кровь нос, пара синяков на руке и поучительные лекции Кости, о том что в драку не нужно было ввязываться и что надо было сразу звать его. Не то что бы Александр был слабаком или трусом, нет. Просто… не в его «стиле» было распускать кулаки. Он всегда старался избежать конфликт, а если такой возможности не было, то старался решить его словами. Да и драться он не умел. Конечно, Саша был благодарен Уралову за его поддержку, но в чём-то Московский был прав: Костя порой слишком сильно оберегал Романова, понимая, как тот часто влипает в подобные ситуации. Только вот влетало за это почему-то Саше. Константина они, видимо, трогать побаивались — тот был явно больше и сильнее, чем дружки Михаила. Кстати, кое-что Романов заметил — дрались, в основном, только его друзья. Сам он руки редко пачкал. И это всегда удивляло Сашу. И, если честно, Романов был почти уверен, что подобное продолжится до окончания школы, но… Произошло кое-что. И это «кое-что» изменило всё.