Кофейня "Кренделёк" и лишнее свидание

      Брайан торопливо перескакивает через лужи, завязав под подбородком капюшон, иначе порывистый ветер его тут же сорвет. Мелкие темные брызги пачкают светло-серую джинсу. Брайан морщится, но продолжает бег, неумолимо опаздывая. Вчера в любимой игре вышло обновление, и он до поздней ночи не ложился спать, пока не завершил миссию. Теперь перед глазами стоял скрестивший на груди огромные ручищи и ехидно насмехающийся главный босс, которого он одолел примерно с двадцатой попытки и завалился в кровать около четырех часов утра.       Чертыхнувшись, Брайан неаккуратно приземляется кроссовками на пожелтевшие слипшиеся листья у края тротуара, поскальзывается и едва удерживается на ногах. Поежившись, зевает с закрытым ртом, прячет озябшие ладони в рукава и бодро топает к одноэтажному зданию, оформленному в загородном стиле, с броской вывеской: кофейня «Кренделек».       Стоит лишь потянуть на себя дверь, аромат сдобной выпечки, свежесваренного какао, ванили и корицы тут же окутывает его с головой. Брайан проскакивает до служебной раздевалки, прислоняется лопатками к стене и на миг прикрывает глаза, глубоко вдыхая и успокаивая подпрыгивающее после спонтанной пробежки сердце. Тихая мелодия какого-то полузабытого кантри почти убаюкивает, расслабляя и погружая в уютную атмосферу кофейни.       — Эй, хватит прохлаждаться! — долетает до слуха высокий голос, а затем слышатся легкие шаги. — Я, значит, уже полчаса на работе, а он подушку обнимает!       Брайан невольно расплывается в улыбке и открывает глаза. Оливер стоит перед ним, возмущенно уперев руки в бока и мотает головой, отбрасывая назад челку. Крохотный гвоздик пирсинга мелькает в возмущенно изогнутой брови. Синие прядки в волосах подчеркивают бледно-бирюзовый цвет глаз, с самой первой встречи не дающих Брайану покоя.       — Неужели в девять часов субботнего утра в кофейне собралось немыслимое количество народу? — Брайан изображает удивление, высовывается из дверного проема и окидывает изучающим взглядом зал с тройкой полусонных посетителей. — Смотри-ка, почти пусто.       — Все равно должна быть справедливость! И вообще, ты наверняка играл без меня и потому проспал? Вчера же обнова вышла, — Оливер недовольно складывает губы трубочкой и хватает с вешалки полотенце, угрожающе скручивая его в тугой жгут. — Признавайся!       — Я собирался только глянуть, оно само! — Брайан крадучись осторожно отступает, выражая полнейшее раскаяние, но его губы не прекращают все шире растягиваться в улыбке. — Может, простишь?       — Нет таким прощения! — воинственно подскакивает Оливер, хватая его за футболку. С размаху шлепает полотенцем пониже спины, зажимая в углу между сваленными горой пластиковыми стульями и столом с расшатанной ножкой. — Это измена! Ясно? Игровая дружеская измена!       — Я не хотел! Ай! Ой! — Брайан со смехом отмахивается, защищаясь от обрушившейся череды ударов, и потирает шею. — Олли, ты становишься невероятно сильным, когда злишься!       — Вот и учитывай это, когда в следующий раз соберешься поиграть один!       Оливер продолжает настойчиво стегать по плечам, пока Брайану не удается изловчиться и перехватить его запястья. Полотенце выпадает из разжавшихся пальцев на пол. Олли разок пихает его в бедро коленом, но затем утихомиривается и лишь громко дышит, сверля зрачками из-под прищуренных век. Брайан нависает над ним, почти касаясь носом макушки. От Оливера пахнет карамелью. Не только потому, что тот работает в окружении сладостей. Так было всегда, сколько Брайан его знает. А это более пяти лет.       — Если бы ты остался у меня, мы бы могли проспать вместе, — вдруг произносит он, понизив голос до полушепота, но тут же прикусывает язык, соображая, что прозвучало крайне двусмысленно.       — Ведь знаешь, что я поехал на день рождения к тетке. А ты не мог подождать пару дней, — Олли смотрит исподлобья. — Ладно, в качестве извинений сегодня угощаешь меня кофе с чизкейком. Дважды.       — По рукам! — обрадованно откликается Брайан, протягивая ладонь и Оливер хлопает по ней своей.       Потрепав друг друга еще немного и понадавав шутливых тычков, они приводят себя в порядок и выходят в зал.       — И как, интересная обнова в лиге? — Оливер открывает холодильник-витрину и выкладывает десерты, пару минут назад привезенные доставкой.       — А ты думаешь, почему я спать пораньше не лег? — отзывается Брайан из-за кофемашины. — Поедешь ко мне вечером — все покажу. Тоже не оторвешься. Теперь у тебя и преимущество будет: подскажу, как крутой шмот полегче добыть. И гайды искать не надо, их еще и нет, наверное, толковых.       — А босс? Есть новый?       — О-о-о, — Брайан оживленно взмахивает кистью руки, не оборачиваясь на звон ожившего дверного колокольчика. — С него такие вещи выпадают — обалдеешь. Правда, повозиться придется знатно.       — Вот это охренеть! — свистящим шепотом восклицает Оливер, и Брайан усмехается.       — Ты ж еще не видел. Придержи восторги до вечера.       — Да забудь про босса! — Оливер в одну секунду оказывается рядом, хватает Брайана за руку, и возбужденно стрекочет на ухо скороговоркой: — И перестань уже протирать свою кофемашину, она и так сияет! Посмотри, кто к нам зашел! Глазам не верю! Только сразу не пялься, а то я тебя знаю. Медленно и незаметно. Давай!       Брайан отставляет в сторону открытую упаковку сливок и разворачивается, ожидая по меньшей мере увидеть кого-то из королевской семьи или звезду нашумевшего сериала. Окинув скептическим взором места за столиками и не заметив никакой знаменитости среди четырех посетителей, он вопросительно смотрит на Оливера, который все еще не отпускает его руку, до боли сжимая локоть пальцами.       — Ну? И кого я должен увидеть?       — Да боже ж мой, ты чего? — глаза Оливера округляются до размера фишек, которые кидают в игровые автоматы. — Вон там, за столиком у окна. Он же к нам лицом сидит, невозможно не узнать!       Брайан как можно незаметнее косится в указанном направлении. Худощавый брюнет, внешности которого обзавидовался бы юный греческий бог, со скучающим выражением лица лениво пролистывает меню.       — Я его не знаю. Правда, — Брайан растеряно пожимает плечами. — И кто это?       — Ну ты даешь! Это же Саймон Лейк! — на протяжном выдохе произносит Оливер, складывая на груди ладони в почти молитвенном жесте. — Музыкант из гаражной группы, набирающей известность по всей стране. Круто на гитаре играет, я за ним в соцсетях слежу. Скажи, красавчик, а?       Брайан поджимает губы. Восторг Оливера, который, очевидно, с огромным трудом удерживает себя на месте, чтобы не носиться в припрыжку перед стойкой от одного конца зала до другого, ему совершенно не нравится. Отметив загоревшиеся румянцем щеки, Брайан снова отворачивается к кофемашине, засыпая отборные зерна в специальный контейнер.       — Ничего особенного в этом твоем Лайке.       — Лейке, — тут же укоризненно поправляет Оливер, хватая блокнот и закидывая ручку в нагрудный карман. — Ты просто не шаришь. Играет он шикарно. Потом покажу тебе видео с концерта.       — Дело только в музыке, конечно, — язвительно кривится Брайан, на что Оливер шустро показывает ему кончик языка. — Будь он ростом мне до плеча, толстый, лысый и возрастом годиков под шестьдесят, ты бы тоже восхищался?       — К счастью, Саймон далеко не такой, — фыркает Оливер. — Ух, пойду приму у него заказ. Не споткнуться бы, у меня колени даже подкашиваются.       Сцепив на животе пальцы в замок, глубоко вдохнув и выдохнув, он приглаживает ладонями длинный черный фартук, который, как давно отметил Брайан, очень выгодно подчеркивает и без того стройную фигуру, выходит из-за стойки и направляется прямиком к столику Лейка.       Настроение Брайана портится еще на несколько процентов, стоит ему заметить, что Лейк, увидев подошедшего к нему официанта, навешивает на смазливое лицо игривую улыбочку.       Отставив только что сваренный кофе, который совершенно пропало желание пить, и маффин, Брайан впивается взглядом в список ингредиентов для напитков, проверяя, все ли есть в наличии. Злобно щелкая ручкой и расставляя галочки, он не перестает думать, что Оливер задерживается за столиком вдвое дольше, чем нужно для обычного заказа. Подняв взгляд на разгулявшуюся за окном непогоду, гоняющую сорванные пожухлые листья по пустынной улице, Брайан уныло вздыхает. Не иначе знаменитость в их городишко принесло порывом осеннего ветра.       Оливер мчится обратно почти бегом. Бесцеремонно утягивает Брайана в подсобку и прижимает к стене, не переставая бешено стрекотать.       — Брай, я не могу… он… он такой обаятельный. В жизни еще сильнее, чем на видео в соцсетях. В сотни, нет в тысячи раз круче! Как посмотрел на меня, думал земля из-под ног уйдет. А голос… — он закатывает глаза и обхватывает себя за плечи. — И самое главное, знаешь что? Он явно флиртовал со мной. Что же делать, а? Что?       Он таращится на Брайана, словно и правда рассчитывая услышать дельный совет.       — Олли, ты же не думаешь, что первый, кто на него так запал? — Брайан как можно спокойнее старается воззвать к его голосу разума, но большим успехом это не увенчивается.       — Конечно же нет, — Оливер усмехается. — За Лейком давно закрепилась репутация разбивателя фанатских сердец. Правда, романы его обычно не длятся дольше недели… но думаю, никто не расстраивается. Он испытывает слабость к хорошеньким мордашкам. А я хорошенький, правда? Скажи же!       Олли поворачивается к большому зеркалу и прикладывает руки к щекам, с легкой тревогой всматриваясь в отражение. Недовольно пощипывает кончик курносого носа и проводит пальцами под глазами, по россыпи мелких веснушек, словно пытаясь их смахнуть.       — Ты…ты да. Очень, очень симпатичный, — Брайан нервно дергает подбородком, пытаясь убрать внезапно застывший в горле ком. — Я всегда так считал.       Олли разворачивается, загадочно смотрит на него несколько секунд, словно выжидая чего-то еще, но тот замолкает.       — Спасибо. — Оливер порывисто обнимает за шею, чмокает в висок, и Брайан на мгновение тает, забывая обо всем на свете. — Мне сейчас не помешает немного уверенности. Думаю набраться смелости и вместе с чеком дать Лейку свой номер.       Брайана будто окатывает ледяным душем. В груди ухает вниз. Слова теряются где-то глубоко в гортани, не желая выбираться наружу.       — Зачем? Олли, ты что? — опомнившись, он легонько встряхивает Оливера за плечи, пытаясь вернуть в реальность. — С ума сошел?       — Да что такого? Скажи, а почему тебя это так напрягает? — Оливер вдруг понижает голос и снова странно смотрит, выдерживая небольшую паузу, но Брайан лишь поджимает губы, глядя куда-то на носки собственных кроссовок. Коротко вздохнув Олли продолжает с прежним восторгом: — Если он вышвырнет мой номер сразу же, как выйдет из кафе — пусть, значит не судьба. А если нет? Представляешь?       — То есть, тогда ты будешь с ним встречаться? — Брайан пошатывается и резко опускается на стоящий рядом стул.       — «Встречаться» — слишком громко сказано. Стану очередным его трофеем. Но зато… Я даже вообразить боюсь, что у нас с ним может быть. То есть, я представлял, конечно, в мечтах, — уточняет Оливер с легким смущением, — все же два года по нему фанатею. Но чтобы все вдруг стало вот так близко…       — А как же твои мечты о чистой и светлой любви? Чтобы один раз и на всю жизнь? Ты же всегда этого хотел, — Брайан хватается за мысль, как утопающий за размочаленную водой соломинку и почти умоляюще глядит на Оливера. — Помнишь?       — Но у меня пока не предвидится этой светлой любви. А вот короткий бурный роман со звездой маячит на горизонте вполне себе явно. Такой шанс выпадает раз в жизни! Да и как это в дальнейшем мне помешает найти «того-самого-единственного?»       Не найдя, что возразить, Брайан молча пожимает плечами, стараясь не смотреть на слишком воодушевленного Оливера. Тот вдруг спохватывается и хлопает себя по бокам.       — Черт, Брай! Нужно ведь приготовить и принести ему заказ! Он же ждет свой латте с ванильным сиропом и двумя мини-эклерами. Мы — идиоты!       Оливер выскакивает за дверь, а Брайан задерживается в раздевалке еще на несколько секунд, чувствуя себя опустошенным до самого дна и отчего-то вмиг смертельно уставшим. Закрыв лицо ладонями, он потирает веки и постукивает подушечками пальцев по лбу, приводя себя в чувство. Досчитав до десяти, он решительно выпрямляется. Нужно сделать Лейку его чертов латте, чтобы тот раз и навсегда убрался отсюда.       Брайан выходит из подсобки и направляется к стойке. Выполняет заказ, краем глаза наблюдает, как окрыленный Оливер ловко лавирует между тремя новыми посетителями с подносом наперевес и отвлекается на приготовление американо, моккиато и пары капучино. Доделывая рисунок шоколадной крошкой на последнем, он замечает Оливера, спешащего к нему с гримасой полного шока на побледневшем лице.       — Он сам… — драматичным шепотом сообщает тот, почти ткнувшись губами в ухо и яростно тряся каким-то вырванным из записной книжки клочком бумаги. — Он сам дал мне свой номер.