Гроза

      Рен запомнил Камю как человека, который совершенно ничего не боится! Начнётся пожар — граф молча и собранно начнёт тушить его, а в случае неуспеха просто вызовет пожарных; холод и мороз — тёплый плед и сесть перед камином. Если в мире начнётся экономический кризис, и весь бизнес Камю пойдёт почти ко дну — он легко начнёт с чего-то маленького, да разовьёт его так, что это станет одним из проводных областей производства во всей Японии!       Рену казалось, что Камю — самый бесстрашный человек!       Но, не мог он догадаться о том, что граф боится столь простой вещи…       Этот день начинался как обычно. В семь утра, в доме, спал только Рен и их маленький, ещё один, пёсик, которого они совсем недавно купили. Щенок скрутился где-то рядом с торсом Джингуджи, пока сам парень успел захватить всю кровать, развалившись на ней всем своим телом. Ему было удобно. По крайней мере, в его-то положении, ему отказывать — грех!       В комнату стал просачиваться вкусный запах, который заиграл в носу у рыжего, и он медленно стал открывать глаза, пока малыш Микки уже во всю прыгал на кровати, ведь точно так же учуял запах чего-то вкусненького. Ну и, понятное дело, пёсик захотел это «вкусненькое».       Рен поднялся с кровати, немного отходя от сна, и после, где-то минуту спустя, он натянул на себя свой халат, перевязал его пояском, и вскоре, направился в сторону запаха, пока не дошёл к кухне.       — Мью-чан, доброе утро, — сонно сказал Рен, проходя вглубь комнаты. — А, что это так вкусненько пахнет?       Камю, немного обернувшись к Джингуджи, ласково улыбнулся и чмокнул рыжего в лоб, позволяя тому уложить подбородок на плечо графу и обнять за талию. Сейчас, для Рена важно правильное питание, и Камю старается тщательно следить за его режимом. Вот поэтому, граф запретил Рену не спать до поздней ночи, а вместе с этим и играть в игры, так как «это может дурно сказаться на вашем здоровье».       — Решил сделать немного блинов, думаю, тебя можно побаловать, — блондин ловко подбросил блин в воздух, и так же ловко его поймал, переворачивая на другую сторону.       — О-о-о, это звучит очень хорошо, — Джингуджи расплылся у Камю на плече, и улыбнулся почти до ушей, ведь снова поймал вкусный запах блинов. — А, готовые уже есть?       — Есть, но тебе горячее лучше не есть. Пускай немного остынут, ладно?       — А ты их первым не съешь? — рыжик прищурился, словно подозревает Камю на том, что он сможет съесть всё сам, а Рену ничего не оставит.       В принципе, Камю и не доделает их до конца, потому что…       — ТВОЮ МАТЬ!       Всё дело в том, что за окном прозвучал грохот, и, белая вспышка наполнила темноватую комнату. Не сложно было догадаться, что это была молния. Стоило указать, что на улице была пасмурная погода, поэтому, дождь был вполне очевиден.       Но, то, что Камю, из-за молнии, застыл на месте — вот это совсем неожиданно. Неужели, такой человек, как Константин Морозов, да боится такой обычной вещи, как летняя гроза и молнии?       — Мью-чан? Эй, ты меня слышишь? — Рен старался вернуть Камю в чувства, потому что граф смотрел в одну точку, ровно до того момента, как ещё одна молния не обозвалась, и, 29-летний мужчина, словно маленький мальчишка, спрятался за спиной у Рена. Это уж точно удивило Джингуджи, потому что, да чтобы Камю, да простой грозы боялся?!       — Мью-чан, но это же просто гроза, — удивлённо говорит Рен, переводя взгляд на Камю, пока тот сжимал ладонями халат младшего. — В-вот только не говори, что ты грозы боишься…       — А… А я-я и н-не боюсь! К-кто сказал, ч-что я боюсь г-гроз?.. — Камю уже испуганно посмотрел на окно, и как вдруг, раздался тот самый треск молнии, и комната снова наполнилась белым светом. А Морозов спрятался где-то за стенкой кухни, уже пожалев о своих словах. И блины он так и не доделал.