Разрыв

Гаснет звон последнего слога, И шкатулка вопросов пуста. Больше не будет больно и плохо. Сегодня не кончится никогда.

Fleur. Сегодня

— Сяо! — голос Паймон звучит оглушительно, даже слишком. Он врезается в память, отдается звоном в ушах и тупой болью где-то в груди. Путешественница ничего не чувствует, только задыхается, пытаясь осознать произошедшее. Он ведь не думал ни секунды, просто потратил все остатки своей силы на то, чтобы вытащить их из этого кошмара. Слёзы непроизвольно бегут по щекам, пока Люмин старается хотя бы вдохнуть. Она не знает, что делать дальше. Путешественница видела всё страдание, зарытое в душе нелюдимого Адепта. Он так много говорил о самопожертвовании, о карме, запрещал приближаться к нему. Столько раз в его словах звучало «смерть», но она все ещё не могла поверить, что это всё происходит взаправду. Этого не должно было произойти, нет. Спастись должны были все. Только теперь Люмин стучит кулаками о сырую землю, взывая к Архонтам. В голове проносятся тысячи моментов. Золотые глаза — тогда ещё не пропавшие в бездне — отливают какой-то особенно теплотой, пусть Алатус и никогда не проявлял её на самом деле. Как же она была наивна и глупа, когда думала, что всё закончится хорошо. — Сяо! — её крик ещё сильнее глушит чем звонкий голосок Паймон минуту назад. Она наконец может вдохнуть, но легче от этого не становится. Он ведь обещал, что придёт на её зов, где бы он ни был. Так почему же сейчас это не работает? Почему сейчас Люмин срывает голос, пытаясь дозваться до того, кого она уже никогда не увидит? Если бы она была чуть сильнее, хоть немного мудрее, если бы имела больше знаний об этом мире, то никогда бы не позволила этому случиться. Только теперь уже слишком поздно. — Сяо! — раздается голос. Путешественница уже даже не разбирает чей. Только видит золотое свечение перед собой, вслед за которым появляется и Якша. Растерянный, не надеявшийся на спасение, но живой. Люмин не помнит как оказывается подле него, как быстро осматривает тело Алатуса на наличие ран. Зато помнит, как в бреду шепчет его имя и с какой силой вцепляется в тёплое плечо. Архонты услышали её. Хотя бы один точно. И она готова поклоняться ему целую вечность. Просто потому что она бы прыгнула следом за Сяо, если бы не нашла способ вызволить его оттуда. Просто потому что слёзы градом льются из глаз, и Люмин не может это остановить. Сейчас она должна остаться сильной, хоть капельку, чтобы не волновать других друзей, присутствующих здесь — все и так изрядно вымотались. Только когда они остаются наедине, девушка позволяет себе коснуться Адепта, обнять его, хотя безумно хочется ударить, дать понять, насколько сильно она переживает за его жизнь, которую он сам настолько не ценит. Позволяет себе начать шептать мольбы о том, чтобы он никогда больше так не делал. Она знает — не поможет. Но Сяо обязательно подумает.