Шоколад или "Куда катится мир?"

Геллерт нацепил маску на нос и подошёл к салону. Вывеска «Mercedes» немного светилась в вечерней темноте, не слишком бросаясь в глаза. Волшебник отворил стеклянную дверь и зашёл в просторное помещение, натыканное машинами. На каждой из них был одинаковый знак треугольной звезды. К нему подошёл администратор, вежливо расспросив о его предпочтениях. К счастью, Геллерт заранее посмотрел в интернете все виды, марки, «классы» и всё в этом роде, поэтому его выбор сразу же пал на новенький автомобиль Е-класса . Матовая чёрная поверхность, обтекаемая форма, идеальный салон. Он посидел в нём, постоял, посмотрел, чуть не поехал, погладил, и решил, что купит именно это. Наверное, если бы можно было влюбиться в автомобиль, Геллерт бы влюбился. – Вы уже определились с выбором? – Да, – Мужчина активно закивал головой. – Тогда пройдёмте. – когда они подошли к месту оплаты, Геллерту дали бумаги, потом – Геллерт показал свои бумаги, потом ему сказали: "подпишите здесь",и, конечно же, попросили денег. Вот всё у этих магглов сложно. – По карте или наличными? – По карте. – волшебник поморщился, вспомнив как долго и сложно оформлять карту в банке. Неделю, Карл! Оплатив, мужчина чуть не выскочил из салона без машины, но вовремя опомнился, под весёлым взглядом администратора. – Вы ключи забыли. Взял ключи, сел в машину и... Поехал! Он радовался как ребёнок, был готов буквально пищать от радости – увы, сто лет назад не было таких прекрасных устройств. Ночной город был прекрасен. Гриндевальд на удивление быстро привык к ярким вывескам, проезжающим машинам, пробкам и многолюдности. Даже к этим отвратительным маскам, которые защищают от «коронавируса». Геллерт даже специально поискал в интернете, что это такое, и на удивление ничего не нашёл. Да, это болезнь, которая поражает лёгкие. И что? Всё? Откуда взялась эта болезнь? Почему никто не говорит о её происхождении, если это затронуло аж целый мир? Безумно странно. Возможно, я уделю этой теме внимания... После нескольких часов езды по городу он подъехал к одному высо-окому зданию, в котором он Купил квартиру, и припарковался. Геллерт был настолько счастлив от покупки новой машины, что даже не возмущался по поводу платной парковки, и вприпрыжку добежал до ставшего родным лифта. Как же приятно было приехать домой! Он за целый день нереально устал: у Арианы его опять ждала куча бумаг, которые он разбирал три дня и три ночи, туповатые подопечные, которые мечутся из угла в угол и самостоятельно сделать ничего не могут; а здесь его ждали тишина и покой. И горячая ванная с огромным количеством пены. Однако, на следующее утро отдохнуть не получилось. Всё началось с того, что первой мыслью после сна было: А откуда эта болезнь, собственно, взялась? На удивление, эта мысль не отпустила и после утренних процедур, и после завтрака. Нет, надо узнать. Что я, в конце-то концов! Не учёный что ли? Да-да, Геллерт был самым настоящим учёным: разрабатывал заклинания, зелья, артефакты (по мелочи), изучал руны, углублялся в исторические события, исследовал Солнечную систему, космос, звёзды, океан, землю, возлух; древние проклятия, тёмная магия, светлая магия, стихийная магия – в каждом из этих наук он что-то да открыл. И так же он занимался колдомедициной. Он от и до знал самые разные заболевания магического происхождения. Поэтому, ему не потребовалось много времени, чтобы понять, откуда эта болезнь. Всего неделя, поездка в Англию и Китай – и вот уже на столе Министра лежала довольно внушительных размеров папка. – Что это? – Коронавирус. – Невозмутимо ответил Геллерт. Ну, а что ещё говорить то? – Я вижу, тут на обложке написано. Женщина подняла брови, упрямо смотря Гриндевальду в глаза. – Я провёл исследования. Это болезнь магического происхождения, уровень опасности – А3. Появилась около года назад в Англии, откуда потом перенеслась в Китай, от... – Стой-стой-стой-стой. Когда успел? – На этой неделе... – За неделю?! – – Шесть дней. Министр была приятно удивлена. Она с интересом переводила взгляд с папки на волшебника. Колдомедики в России уже год не могут происхождение найти, а он... – Как ты это сделал, колдун? Волшебник самодовольно улыбнулся: – Нет ничего невозможного. Так вот, я не договорил, – он прочистил горло и продолжил, – эта болезнь – мутировавшая «Драконья оспа». Дело в том, что "некий" Альбус Дамблдор, до тысяча девятьсот девяностого года проводил исследования на тему: «Двенадцать применений драконьей крови». Один из его экспериментов оказался неудачным: он хотел улучшить некое зелье, так же собственного рецепта, которое позволяло телу не гореть, дышать под водой, дышать загрязнённым воздухом без вреда здоровью; когда он споил подопытной летучей мыши зелье, стало ясно, что эксперимент не удался. Ну, он и скормил её одному китайцу... Женщина рассмеялась, прикрыв лицо папкой. Геллерт тоже не удержался от улыбки. – Знаете, – посерьёзнела женщина, – вы могли бы работать исследователем в министерстве. Гриндевальд немного замялся. – Ммм... Думаю, это можно будет обсудить... Как-нибудь потом. – Когда? – Да что же за неугомонная женщина... – Не знаю. – Послезавтра. А быстро она... И не откажешь. Геллерт нарочно деловито, в отместку за её помыкания, пространно ответил: – Посмотрим... * * * – Мистер Малфой! Сэр! – Мужчина закатил глаза и недовольно оглядел взволнованную девушку. – Вам просили срочно передать это письмо, лично в руки! Это от мистера Поттера! Драко тут же посерьёзнел и выхватил письмо, не замечая пытливого взгляда. Как только содержимое было прочитано, письмо автоматически самоуничтожилось. Вот козёл! Уже и там успел! Волшебник с разъярённых видом отправился в Отдел мракоборцев. – Поттер! Живо ко мне. – Тот как будто назло шёл медленно, ещё больше выводя Драко из себя. – И почему я узнаю об этом только сегодня!? – Потому что мы узнали об этом только сегодня. Мы и предположить не могли, что он ст.... – Всё! Молчи. – он сжал пальцами переносицу, чтобы облегчить головную боль, и продолжил. – Ты знаешь, что если это не остановить, будет уже поздно? Мы просто не сможем противостоять Гриндевальду. Даже в открытую. Россия, Франция, Германия, Швейцария. Скандинавия в конце то концов! И везде он пустил свои корни! Малфой просто не представлял как это разрушить без войны. Мирный договор? Судя по темпу возрастания этой шайки, Гриндевальд слишком упрям, чтобы отказаться от своей давней затеи. Неужели ничему жизнь не учит? А Малфой только сегодня узнал, что этот упырь стал заместителем министра. Да с какого перепугу?! ЧЕМ ЭТИ РУССКИЕ ДУМАЮТ? Жопой? Он постарался успокоиться и дышать ровно, но когда заходил в свой кабинет, чуть дверь не сломал. Говорят, с возрастом вспыльчивость проходит – это уж точно не про него. Министр опустился в обитое бархатом кресло и вытянул ноги, потянувшись за сигаретой в карман. Курил он нечасто, но в таком случае не закурить было сровни самоубийству. – Геллерт Гриндевальд. Он почти выплюнул это имя. Изучив его биографию и давным-давно запылившиеся папки с его делом, можно было составить вполне подробную картину его поведения, манер и действий. Но то, что было в реальности с этим сильно разилось. Где толпы убитых волшебников? Где запытанные до смерти пленники? Раненые мракоборцы, взорванные здания, сожжённые города? Может, Френк просто обманул его? Он вполне мог подменить воспоминание об разговоре с Гриндевальдом. Но ведь действительно похож! Глаза, альбинос, черты лица... Это было похоже на шутку. Драко жопой чувствовал, что им бессовестно крутят-вертят. Что-то не договаривают. Но ведь лжи как таковой нет! Мозг готов был взорваться на мелкие кусочки. Ну почему? Почему прожив сорок лет, он повидал на своём веку два самых ужасных в истории тёмных магов? Невезучий какой-то получается. В дверь постучались. – Войдите! – Сэр, вот доклад, как вы и просили. Мы допросили нескольких фанатиков, но они ничего толкового не сказали. Сэр? Интересно... Малфой проверил следящие чары на двери и ухмыльнулся. – Империус? Сыворотка правды? Веритасерум? – Пробовали. Они не поддаются заклинаниям. – Грейнджер виновато поджала губы, будто это она не смогла допросить их. – Не поддаются? – Драко нахмурился. – почему? – Не знаю сэр. Мы отобрали у них кулоны. Она свесила с ладони кулоны на цепочки. Дары смерти. Перед глазами пронеслось детство. Да хотя, какое детство? Кошмар, ужас и мрак, вот что было у него вместо детства. Как же сейчас захотелось вернуться в то время, когда всего этого не было: когда он ненавидел Поттера, не был влюблён в Гермиону, не было безносых упырей, не было беловолосых упырей. Упырей кстати вообще не было только на первом курсе в Хогвартсе. Первый месяц. – Ты помнишь их? – Женщина вновь поджала губы. Лучше бы никогда не вспоминать об этом... – Ладно, не важно. Мужчина постучал бледными пальцами по стулу, раздумывая. А потом нажал на одну из нескольких кнопочек в своём столе. Через несколько минут в кабинете появился Поттер – чего тут таить, Драко знал, что он всё это время стоял за дверью и ревниво подслушивал, – отчего-то весёлый. – Нам удалось разговорить одного! – Начал он с порога. – Они собираются на кладбище Пер-Лашез в Париже. До этого мы вообще не могли отследить их, но они сами заявили о себе. – Министерство Франции относится к ним положительно. Мы должны сделать хоть что-то! – Не удержавшись, выпалила Гермиона. Драко на это только усмехнулся. Орудовать в чужой стране... Рискованно. Очень. Особенно, когда Министр благосклонно относится к идее "Общего блага". – Я подумаю... – Он закусил губу, зная, что Грейнджер сверлит взглядом каждое его движение. – Ладно, можете идти, голубки. После этих слов Поттер взял жену за руку и чуть ли не силой выпер за дверь, ворча что-то себе под нос.

* * *

Октезиан заинтересованно копал когтями землю, распахивая идеальный газон. Геллерт сидел рядом, всё ещё тяжело дыша – полёты явно не его сильная сторона. Он аж три раза чуть не выпал из седла, раз семь чуть не стукался головой о скалы, и около ста раз успел пожалеть о своей затее. А вот его питомец был вполне себе доволен, и сейчас с газона перешёл маленький чёрный шарик – кажется, он видел такой же у Арианы. Стащил что ли?.... Когда маг наконец отдышался, то, похлопав дракона по шее, сразу же вскочил на ноги и пошёл по дорожке, вспоминая, что хотел кое-что сделать – решил, что всё-таки повторит прошлый опыт. И прошлую ошибку. Да, Франция была к нему благосклонна, однако этого было недостаточно. Город всё ещё помнит разрушения, которые оставил Гриндевальд после себя. И ещё, он был уверен, что могил на кладбище стало вдвое больше. Собрание можно было даже не планировать: оно будет практически идентично с прошлым. То же число, то же место, даже речь может быть та же. Ну, перефразированная в более гуманную. Просто Геллерт решил, что сначала отменить бы Статут, а потом уже и господство над магглами можно потихоньку... Шесть часов вечера. Все уже собрались в том самом амфитеатре, и это отдавало такой ностальгией, что Геллерт не смог удержаться от грустной улыбки. Во время того собрания всё было настолько хорошо.... Речь была более чем удачной. Никаких намёков на войну, никаких идей порабощения маггглов. Только свобода – ведь к этому сейчас стремится США и вся Европа? К свободе и правде. А Геллерт мог дать им и то, и другое. Волшебники хлопали в ладоши, кричали его имя, спрашивали про его самого. А он отвечал – не слишком честно, но зато очень правдоподобно. Ведь никто не знал его настоящей фамилии, все знали его просто как Геллерт. Ну, кроме министра и очень близких сторонников. Конечно, некоторые уже начали догадываться, но их догадки просто не чем было подкрепить. – Кто вы такой? – Расскажите нам! – Да, мы хотим знать! На это оставалось только натянуто улыбаться. Ведь если они узнают о нём правду, разве станут потом кричать его имя, слушать его? Наверняка он станет изгоем общества. Стоя в центре склепа, он не сразу заметил чье-то прикосновение. Толпа затихла, и только после этого он услышал отчётливые шаги нескольких человек. Мужчина рузко развернулся на каблуках и заинтересованно посмотрел на гостя. – Министр Магии Англии к вашим услугам. – Гриндевальд почтительно кивнул, и устремил свой взгляд на других людей, среди которых узнал того "Мальчика, который выжил". Ну конечно. – Что же привело вас сюда? – Поинтересовался Геллерт, крутя бузинную палочку в руках. – Вы, мистер Гриндевальд. – На последних словах мистер Малфой близко наклонился и почти прошептал его фамилию. Тёмный маг виду не подал, но насторожился. – Как вам собрание? – Он обвёл рукой зал, где люди приветственно помахали рукой. – Очень занятная речь, однако... – Вы не хотите отмены Раппапорта. Я знаю, поэтому стою здесь и говорю людям правду. – Геллерт не удержался. Уж слишком нахальная морда была у этого министра. – И что же вы можете предложить этим людям? – Ему показалось, что тот говорил с некой насмешкой, и строго отчеканил: – Свободу. Правду. Это всё, что нужно волшебному сообществу в данный момент. – Ладно. Неожиданный ответ удивил. А Малфой, воспользовавшись заминкой, трансгрессировал. Сам же Геллерт по окончанию собрания аппарировал в их временное укрытие.

* * *

– Ариана! – Она всё не отзывалась. Ушла? Геллерт строго-настрого запретил ей выходить, и она вроде бы согласилась. Так почему же её нигде нет? Он обшарил всю квартиру, которую "одолжил" у магглов, но не нашёл не единого присутствия в нём живого человека. Когда он начал всерьёз беспокоиться, на кулон поступило сообщение от Криса: «Прибежал Борис, сказал говорит Ариану похитили.» «Мелисса дома?» – Геллерт честно не знал, зачем он беспокоится об этой вредной малявке. «Нет, но я думаю она опять где-то гуляет» Пока Геллерт отправлял сообщения, то уже начал одеваться. «Где она?» «Тулуза, улица Керч, дом 157.» Летучий порох сработал как надо: его выбросило в спальный район рядом с нужной улицей. Дом был двухэтажным, но Геллерт почти не обратил на это внимания – мгновенно взлетел по лестнице, распахнул двери, – поначалу его совсем не смутил факт открытых дверей, – влетел в коридор. Знакомый шлейф магии вёл на второй этаж, и Геллерт хотел уже подняться, как заметил на третьей лесенке маленький чёрный шарик. Ох уже эти ловушки! Хоть бы спрятали... В голове быстро созрел план: он специально наступил на шарик, из которого вырвался столб чёрного едкого дыма, который, заполнив его лёгкие, быстро отправил в сонное царство. Конечно же Гриндевальд не стал бы так делать, если бы Ариана не хвасталась своим новым изобретением на прошлой неделе. В состав шарика входит специальный усыпляющий газ, не вредящий здоровью. Очнулся он уже рядом с ней. Гениально! Просто гениально. Хотя конечно же был шанс попасть в другое место, но сегодня удача на его стороне. – Вставай. – Я связана. – Я тоже. – он щёлкнул пальцами, и верёвки тут же сползли с обоих. – Мелисса дома? Ну вот. Его самые худшие ожидания оправдались. – Я... Она... – Геллерт. – Она подошла к нему и схватила за воротник, сильно встряхнув. – ГДЕ МОЯ ДОЧЬ?!Почему ты не с ней?! – Так сейчас найдём... – Она должна была быть дома. – Девушка смотрела на него с такой ненавистью, будто это он должен был за ней следить. – Успокойся, пойдём искать. Там второй этаж есть. Они мигом выбежали из тюрьмы, и, поднявшись на второй этаж, обнаружили нечто... Странное. Во-первых: Мелисса, вопреки самым худшим догадкам Рины была целой, невредимой, и даже весёлой. Во-вторых: её держал на руках какой-то белый парень. Невольно даже возникла ассоциация с ангелом: абсолютно белая одежда, белоснежные волосы, полупрозрачная кожа, яркие, сине-фиолетовые глаза. Про себя мужчина отметил, что он явно китайского происхождения, о чём просто кричит его разрез глаз. – Сдьравстьуйте. – Да, однозначно китаец. – Сьдравьстьвуйти, – передразнила его девушка, чтобы хоть как-то прикрыть своё волнение. Однако, сильная тёплая рука на спине её быстро успокоила. У неё есть поддержка, опора, – и с каких по она стала думать о нём в таком ключе? – тёмный маг как-никак! Ариана неожиданно для Геллерта ответила парню. На чистом китайском! Геллерт пытался выучить этот язык, но только сломал себе мозг. После нескольких минут переговоров, парень всё-таки отдал Мелиссу. – Идём скорей. – Почему так скоро? – они выбежали на улицу, и только после этого Ариана нормально объяснила. – Они сделали ловушку. Там, в Париже. – Кто "они"? – Англичане! Значит всё-таки так вот... Видимо, Геллерту никогда не удастся нормально комунницировать с этой национальностью. – Ясно. Так он похитил тебя... Она кивнула: – Чтобы уберечь. – Но зачем? Ты его знаешь? – она лишь покачала в головой. Сзади послышался звук шагов. Белобрысый парень вновь окликнул её, и, передав что-то в руки, шепнул на ухо несколько слов. – Они уже рядом, бежим скорее. – девушка взяла Мелиссу за руку, но было уже поздно: мракоборцы со всех сторон окружили их, не давая пути отхода. Геллерт справедливо решил, что раненые женщины ему не нужны, и отправил мать с дочкой в дальний полёт в Россию. – Так-так-так. Неужели... Мистер Гриндевальд! – Министр нахально ухмыльнулся и грубо тыкнул палочкой в сторону Геллерта, – И что же вы здесь совсем одни, без присмотра? И вашей дамы сердца здесь нет... – Ну, про даму сердца было громко сказано. – Незаметный пас рукой – и остальные мракоборцы резко нахмурились, не понимая, почему все звуки исчезли. То, что в разговоре была затронута Ариана, его почему-то злило. – А кто же она вам? Друг? Знакомая? Игрушка? Это было уже слишком. Гриндевальд глубоко задышал, пытаясь сохранить последние крупицы самоконтроля и не спалить этого наглого человека в синем пламени. – А при чём здесь она? – Вы непозволительно долго живёте, мистер Гриндевальд. – А вот тут министр уже явно не знает до чего докопаться. – Всего лишь сто тридцать лет. – И так хорошо сохранились... – Наследственное. – За свои поступки нужно отвечать. – Заклинания полетели в него со всех сторон. Он еле успевал отбиваться, коря себя за то, что не трансгрессировал сразу – антиаппарационный купол уже установлен. Непозволительно мощный! Никто из присутствующих кроме самого Геллерта не мог такой сделать. Только если... Он не успел додумать, потому что барьер вдруг ослаб, и он смог с лёгкостью трансгрессировать. И нет, это не было побегом: просто волшебник не хотел лишних жертв, за которые его можно было бы осудить. – Ты умrёсь! – вот что он услышал с порога дома. И то кого? От маленькой Мелиссы. Геллерт усмехнулся и сел на корточки. – Это почему? – Какие же красивые у неё глаза. Совсем как у мамы.... – Мама злъая отень. * * * Она снова прильнула к нему в поцелуе, не разрешая отодвинуться не на миг. Слишком горячо, слишком приятно, слишком неправильно, чтобы останавливаться. Драко обхватил девушку за талию и прижал к стеллажу с книгами. Их могли в любой момент застукать, но Гермионе было просто плевать – она слишком долго ждала этого мужчину. Каждый день она приходила на работу не потому, что здесь её работа, нет. Была б её воля, она бы продолжила изучать естественные науки и магию. Но этот избалованный мальчишка решил метить на министра. И ведь стал им! И только поэтому она работает на опасной, неинтересной работе мракоборца. Она уже не помнила, когда они успели переместиться на стол, с которого падали бесконечные бумаги, чернильницы и перья. Одна капелька чернил попала ей на щёку, и Драко, не раздумывая, мигом слизнул её, задорно ухмыляясь и показывая синий язык. И всё-таки, он оставался прежним мальчишкой. Неожиданно, в дверь постучались. Однако, никто из них двоих этого не заметил – они продолжали самозабвенно рвать пуговицы на рубашках друг друга. Стук не прекратился и стал только сильнее, однако Драко лишь бросил развязное: – Я занят! Идите к чёрту....– На последнем слове он едва не застонал, ощутив женскую руку на своём паху.

* * *

– Да он просто псих! – А если это правда? – Ну ту же не написано, что прямо я. – А кто!? – Послушай, прекрати истерить! – Геллерт сжал переносицу, стараясь унять головную боль. Его подруга в последнее время слишком эмоционально нестабильна. – Я же переживаю за тебя. – Мужчина не нашё ничего лучше, как молча взять Ариану под руку и тоансгрессировать к машине. – Садись. Он открыл девушке дверь, а сам сел за руль; поездка обещала быть долгой, поэтому он предварительно съездил на заправку. Когда они выехали на трассу, волшебник переключил передачу и разогнался почти до максимальной скорости. Как он и ожидал, Ариана молча прижалась к сиденью и схватилась за ремень безопасности. – Страшно? – его лицо осветила лёгкая ухмылка, прежде чем он резко вошёл в поворот и проехался пару десятков метров в дрифте. – Откуда ты вообще умеешь управлять машиной? – Прошёл обучение. Почти все взрослые магглы умеют водить, ну и я подумал... – Что ты тоже маггл. Миленько. Гриндевальд скривился. Ему совершенно не хотелось говорить на эту тему, но она всё равно ведь не отстанет от него. – Раньше они были другие. Я родился в девятнадцатом веке, а раньше всё было по-другому. Сейчас люди более... Свободны? Да, наверное именно так. В начале двадцатого века любое подозрение в колдовстве было смертным приговором. Я своими собственными глазами видел, как они вживую сжигали одного маггла... Понимаешь?! – он, сжав челюсти, резко разогнался до двухсот километров в час, заставив Ариану вновь вжаться в кресло. Он нервно рассмеялся. – Представляешь, они сжигали самих себя, просто потому, что волосы были рыжие. А Я ВИДЕЛ ЭТО СВОИМИ ГЛАЗАМИ! – в конце он сорвался на крик, не удержав лишние эмоции. Ариане оставалось только надеяться, что под колёса не подвернётся никакой камень. Если он и дальше продолжится злиться, то они точно улетят в кювет. Она положила свою руку поверх его, которой он держал переключатель передач, и тихонько погладила. – Успокойся, иначе мы разобьёмся. Геллерт! – Он, кажется, вообще её не слышал. Всё давил и давил на газ, заставляя машину разгоняться до невероятной скорости. Она не знала, как его успокоить. Машина неслась со скоростью света, а остановить её мог только он – нет, конечно, можно было остановить автомобиль с помощью магии, но как? В голову не лезли подходящие заклинания, а они неумолимо приближались к повороту. Если сейчас не сбавить скорость, то с вероятностью девяносто процентов они разобьются, и никакая магия им не поможет. Решение пришло внезапно: в стрессовой ситуации мозг не особо задумывался о том, что будет потом. Главное – не разбиться. Она недолго наблюдала за ногой, которая зажимала газ, а потом резко треснула ему по другой коленке, которая по её расчётам должна была зажать тормоз. Как хорошо, что она когда-то в детстве интересовалась магглами! Из-за удара нога ожидаемо дёрнулась, и машина резко затормозила, оставив на асфальте чёрные следы шин. Геллерт выглядел так, словно всплыл на поверхность воды: ничего не понимал и плохо видел. – Что это было? Когда он наконец очнулся, то так и не ответил на вопрос: просто вышел из Мерседеса, громко хлопнув дверью. Ариана последовала его примеру. – А если бы я тебя не остановила?! Ты бы так и ехал со скоростью света! Мы могли разбиться. – Она поубавила свой пыл, решив, что с него хватит истерик. Когда он доставал из кармана пачку сигарет, у него дрожали руки. – Тебе бы к психиатру. – Маггловскому? – Он ответил немного резче, чем хотел, и отводя глаза достал сигарету. От ежедневной работы и недосыпа нервные срывы стали всё чаще и сильнее, что не могло не беспокоить. С каких пор он стал таким эмоциональным? – Слушай, ты это... Извини? - он застыл, так и не закурив. – За что? – Геллерт казался искренне удивлённым. – Ты не привык к такому... Эмоциональному изобилию. И тебе приходится терпеть меня и мои выходки, Криса, который довольно часто тебя подкалывает. И Френка, который помыкает тобой. И к тому, что твоё представление о мире магглов и волшебников не соостветствует действительности. Такая жизнь тебе в новинку, правда? Когда ничего не знаешь, когда нет такого яростного сопротивления, которое можно было бы подавить. Я же вижу.... Откуда она знает? Будто мысли прочитала, но Геллерт уверен в том, что его окклюменционные щиты в этот момент были крепче любого металла. Честно говоря, он думал что волшебница дальше носа своего и не видит вовсе, но, оказалось, что она почти видит его насквозь и... Не пользуется этим? Геллерт тоже знал, на какие рычаги давить, чтобы заставить человека подчиниться ему, и он без зазрения совести пользовался этим. А она... Она даже зная его прошлое, никогда не пыталась угодить ему, заставить его, как-то надавить. А ведь могла бы – ещё с того момента, как подслушала его разговор с Андреем: пойти в министерство и просто рассказать обо всём. Даже нет, ещё раньше – когда узнала его имя. Но почему не воспользовалась? Помогла собрать сторонников, лечила его, подарила дракона (!) и до сих пор помогает буквально во всём. Из-за чего? Жалость? Или всё-таки хочет воспользоваться мной, чтобы... Чтобы что? Стать богаче? Влиятельнее? У нёё однозначно есть и то, и другое. Возможно, она тоже хочет отменить Статут. Нет! Нет. Если бы она хотела чтобы волшебники больше не прятались, она бы просто попросила министра. Подкупила. Можно было найти что угодно, но не помогать ему. Так если дело не в отмене Статута, не в деньгах и не в власти.... Значит, дело в нём самом? Да! Точно. Теперь Геллерт наконец докопался до её истинных мотивов: отомстить за всё, то что он сделал в своё время. И Гриндевальд был полностью с ней согласен – за то, что он творил, он не заслуживал прощения. Вечно сидеть в темнице и наивно ждать смерти – лучшее, что с ним могло случиться. После такого своеобразного признания себе, на душе полегчало. Ну, или это сделала третья по счёту сигарета. Он наконец подал голос: – Не извиняйся. Всё в порядке. – Волшебник улыбнулся, понимая, что его улыбка больше похожа на гримасу боли. Четвёртая сигарета стараниями Арианы оказалась в канаве. – Ну спасибо! У меня всё равно ещё полпачки есть. – он упрямо выудил ещё одну. И опять она оказалась в канаве! – Я же забочусь о тебе. – Мужчина дёрнулся, как будто бы хотел что-то ответить, но промолчал, сжав губы в тонкую линию. – Гел. Ну пожалуйста. – Она не знала точно, о чём просила. Он снял с себя пальто, несмотря на то, что на улице был ноябрь. Казалось, что воздуха стало не хватать, горло сжал шейный платок, хотя был ослаблен до такой степени, что его можно было снять через голову. Что это? Почему так душит воздух? – Я не жалею тебя. Просто....– она задумалась, чтобы подобрать правильные слова. – Просто я.... – Что?! – Геллерт не выдержал и взорвался. Этот разговор был лишён всякого здравого смысла. – Тебя не волнует моё состояние, зачем этот театр? Делай со мной всё что хочешь, мне всё равно. Но если тебе интересно моё мнение, я предпочитаю умереть. – Правда? Всё, что захочу? – Да. – он засунул руки в карманы и посмотрел вдаль. Пустырь растянулся на многие километры, вокруг не одной живой души: слишком тихое место. Луна светила слишком ярко, и если бы не скрывавшие её чёрные тучи, можно было бы сказать, что сейчас день. Геллерт так и стоял в одной рубашке, отмечая про себя, что для ноября сейчас действительно тепло. Дул южный ветер, приятно растрёпывая стоящие торчком волосы, а свист и шелест невысокой травы приятно ласкал слух. Если закрыть глаза, кажется, что сейчас действительно день. Он не заметил, как девушка в упор разглядывала его. Расслабленное выражение лица свидетельствовало о том, что он наконец успокоился. Они оба успокоились. Всё что хочешь. Всё. Он шутил или нет? Если нет, то это действительно хороший шанс. А если он... А что он? Разве это могло иметь другой смысл? Она подошла к нему сзади, взяла его руки и завела за спину – он всегда так делает, когда ходит по комнате и хмурится, размышляя. Повернула лицом к себе, сложив руки на плечи, и... Чихнула со всей дури: – АААПЧХУУЙ! Ой... Пыльно здесь... – По губам Геллерта прошлась лёгкая улыбка, которую он безуспешно пытался скрыть. – Хочешь поцелую? А? Чо? Вот прям так сразу? А где... Она не стала дожидаться его ответа и коротко поцеловала в щёку. А. Ну, если так... Ну тогда можно. Они же друзья ведь? – А ты что ждал? Мы же друзья, – подтвердила Ариана, хитру ухмыляясь. – Ладно, нам домой пора. Вот ты опять не выспишься! И потом весь день будешь ходить и бубнить как старый дед. – Я не старый! – Как это не старый? Вон, волосы все седые. – Во-первых, они не седые, а бесцветные. А во вторых - это у меня от природы! – Девушка ещё сильнее ухмыльнулась, подойдя к нему вплотную. – А что же ещё у тебя от природы? – Красивый з... Нос. – невинно ответил он.