Дождь

На уроках не было Дильшах, что было странно. В обед, когда Ягмур уже была у себя в покоях, Эстер сообщила ей о том, что Падишах принял решение о ссылке своей второй дочери. Ягмур Султан сразу же направилась в главную комнату наложниц, по которой и должна была пройти Дильшах. Старшая дочь Султана зашла на балкончик, с которого было видно всю комнату. Спустя немного времени, в начале ковровой дорожки показалась Дильшах Султан в тёмном одеянии. Подняв взгляд на балкончик, она заставила Ягмур содрогнуться, столько в нём было ненависти. За Султаншей следовали несколько служанок и евнухов, несущих большие сундуки. Под балкончиком, на котором стояла девушка, была грустная Валиде. Не секрет, что именно Дильшах Султан была любимой её внучкой. — Моя драгоценная, — Султанша распахнула объятия, в которые незамедлительно бросилась девушка. Валиде что-то прошептала ей на ухо, гладя по тёмным медовым волосам. После, они вместе пошли к карете. — Каждый получает то, что заслужил, — внимательно наблюдавшая за происходящим Ягмур, даже не заметила, как рядом с ней появилась Акгюль Султан. — Наш Султан сделал правильный выбор, — девушка была рада тому, что справедливость восторжествовала. После обеда, Ягмур вышла в сад на прогулку. Стояла прекрасная тёплая погода, но солнце не светило в глаза. Иса Ага уже ей сообщил о том, что купленные рабыни спокойно добрались до поместья, и начали учёбу. Главная Калфа “Гюзель Мекан”, как нарекла своё владение Султанша теперь отвечала за девушек. Ягмур Султан будет отправлять Архелае Калфе ежемесячно деньги на их содержание. Эта женщина умела справляться с людьми и умела стоять на своём, потому и сохранила своё греческое родное имя. Ягмур собиралась на этой же неделе наведаться в особняк, чтобы проверить как поживают её подопечные, и наконец узнать их имена. В саду распустилось уже больше цветов, на деревьях потихоньку появлялись молодые листочки. Ягмур Султан решила пойти к конюшням, чтобы полюбоваться лошадьми. Подойдя к деревянному сооружению, находящемуся в тени деревьев, Султанша приказала позвать главного конюха. — Султанша Хазретлери, — низко поклонился бородатый немолодой мужчина. По его крепкому телосложению можно было догадаться, что он когда-то служил в армии. Каплан Ага — бывалый воин, сражавшийся ещё во времена Султана Османа, под руководством которого и был завоеван великий Константинополь, что ныне стал Стамбул. Каплан заслуженно получил хорошую должность при дворце, и ему была дана возможность прожить остаток жизни в достатке. — Здравствуйте, Ага, — улыбаясь поприветствовала Ягмур главного конюха. — Я надеюсь вы сможете уделить мне немного вашего времени. — Разумеется, Госпожа, — ответил воин, очарованный таким к себе отношением. За несколько лет службы во дворце, с ним всегда обращались как с прислугой, не благодарили, и лишь раздавали налево и направо приказы. Однако, молодая Ягмур Султан, первая дочь Султана Селима, удивила Каплана такими вежливыми словами. Султанша расспрашивала конюха чуть ли не о каждой лошади, и конюх с увлечением рассказывал о каждой из них. Он, как и Ягмур Султан находил лошадей чудесными созданиями, грациозными и работящими. — Вы говорите, что у нас недавно появились дикие скакуны? — невозможно было не заметить огонёк интереса в кристальных глазах девушки. Главный конюх не смел поднимать глаз на Госпожу, но интерес чувствовался в её голосе. — Да, Госпожа, начальник дворцовой стражи недавно вернулся из своего плаванья в северную Европу. Он человек азартный, задумал диких лошадей поймать. Говорят, гонялся, гонялся, — хохотнул Каплан, — и словил наконец, кобылу. Такая дикая, совсем не поддается никому. — Можно увидеть её? — заинтересовалась Ягмур. — Конечно, Госпожа, я могу вас отвести, эта кобыла находиться отдельно от прирученных лошадей. — Отведи меня, — попросила девушка. По грунтовой дорожке, они обошли конюшни, и, свернув немного в сторону, подошли к большому загону. За ним можно было увидеть ещё одни ряд стойл. Почти все были пустыми, но в одном из них можно было увидеть лошадь. Заметив подходящих, животное резко подошло к дверце высунув голову. Было видно, что кобыла напряглась. — Госпожа, пожалуйста, не подходите слишком близко, — сам Каплан Ага осторожно стал подступаться к дикому зверю. Кобыла агрессивно мотнула головой, пронзительно заржав. Ягмур рассматривала лошадь, боясь подойти. У неё была светлая бежевая шёрстка и белая грива, ослепительная на ярком солнце. На спине был еле заметный узор в горошек, немного светлее, чем основной цвет. Носик был почти чёрным, а глаза казались накрашенными из-за того же цвета, что тонкой полоской окружал верхнее веко. При новом шаге конюха, кобыла угрожающе изогнула голову и зашипела, как змея. Мужчина приподнял руки, и предпочёл отойти. — Долго вы с ней будете мучаться, — сказала Султанша. — Да, Госпожа, нам предстоит долгая работа. — Что ж, мне пора возвращаться, — в ответ ага поклонился Султанше. Возвращаясь к себе через главную комнату наложниц, Ягмур заметила, как девушки, выстроенные в ряд, стояли по обе стороны от прохода, в то время как перед ними сновали калфы. Неподалеку стояла новая Хазнедар, которая, судя по всему, контролировала процесс. — Ягмур Султан Хазретлери! — девушки склонили головы, калфы стали в концы рядов и сделали тоже самое. Бончук Хатун прошествовала к Султанше, и склонила перед ней голову. — Что вы делаете? — задала вопрос Ягмур, окинув взглядом помещение. — Мы отбираем девушек, что пойдут на дополнительно обучение, Госпожа. Хоть слова прозвучали очень уверенно, что-то мешало этому поверить. В комнате висело слишком большое волнение. Некоторые девушки едва заметно сминали свои платья запотевшими ладонями. У них бегали глаза, а некоторые будто были в предвкушении чего-то особенного. Ягмур заподозрила что-то неладное, но не стала расспрашивать дальше, так как скорее всего, правды она не услышит. Вернувшись в свои покои, Султанша приказала позвать Марты Калфу. — Госпожа, — склонилась Калфа. Черные волосы были собраны в пучок, но несколько прядок всё же выбивались из причёски. — Что происходит в гареме? Валиде Султан что-то затеяла? — Да, Госпожа, я слышала, что Мирай Султан хочет устроить завтра праздник для Падишаха. — Моя Валиде знает? — Акгюль Султан знает обо всём. Ягмур была в неком смятении. Она переживала за мать, но, с другой стороны, понимала, что пойти против Валиде Султан — это плохая идея. Поэтому она решила просто подождать и посмотреть, что будет дальше. Следующий вечер Ягмур Султан решила провести в главной комнате наложниц. Она попросила поужинать вместе с наложницами, и по просьбе Султанши, был накрыт стол в центре одной из сторон комнаты. Ягмур сидела отдельно от остальных, а рядом с ней стояли её две служанки. Девушки, пользуясь шансом, решили показать себя. Несколько из них играли веселую музыку в углу комнаты, а ещё несколько танцевали перед Госпожой. Ункяр-Калфа Сайжи была очень рада такому поведению воспитанниц. Она стояла в стороне от остальных, у дверей ташлыка. Ягмур за максимально довольным видом прятала волнение. Не выдерживая, Султанша решила узнать начался ли праздник в покоях её отца, и кого туда отобрали. Она послала Карину узнать ситуацию на верхний этаж, в комнаты, где подготавливали девушек. Служанка, вернувшись, рассказала, что девушки уже на пути в покои Падишаха. Шестеро девушек взволнованно следовали за двумя Калфами. Сегодня одна из них может получить шанс стать Госпожой, получить шанс на ночь с Султаном. Одна из этих девушек была настроена очень серьёзно. Басар недавно получила своё новое имя от Калфы, что была её учительницей. Черкешенка специально приняла ислам. Как только она попала в гарем, она твёрдо решила стать Султаншей, ведь она не имела ни малейшего желания быть рабыней и кому-то прислуживать. Девушка старательно училась, и засовывая свое нежелание служит куда подальше, исполняла все поручения, что ей давали. Ей нужно было завоевать доверие старших по званию, чтобы потом было легче попасть к Падишаху. Басар смогла заполучить лояльность старших слуг, и на праздник организованный Валиде Султан, она была выбрана в качестве танцовщицы. Девушки вошли в покои с опущенными головами. Хорошо освещённым был лишь центр, где они и будут танцевать. В тени же сидели другие девушки с музыкальными инструментами, и так же в тени стояла Хазнедар гарема и две старших Калфы. Танцовщицы остановились у дверей, но, когда заиграла музыка, они по очереди выпорхнули на свет, взмахивая летящими длинными рукавами. Девушки старались на пределе своих возможностей, плавно двигая руками и качая бедрами. Каждая хотела получить заветный фиолетовый платок. Однако Падишах, кажется, не обращал никакого внимания на красавиц перед собой. Он ел фрукты, лишь изредка поглядывая на девушек. Вскоре музыка резко прекратилась, и пятеро девушек покинули центр комнаты. На середину вышла высокая темноволосая наложница в фиолетовом наряде. Пышные ресницы и ярко выраженные скулы, бледная кожа и стройная тело. Такая, как казалось Бончук хатун — правой руке Валиде Султан, должна была понравиться Султану, и хотя бы на время отвлечь его от Акгюль, а может и подарить Династии наследника. В отличии от других танцовщиц, Басар смело подняла глаза на Падишаха, пытаясь поймать его взгляд. Двигаясь под музыку, она неотрывно смотрела на Султана, но тот не обращал на него внимания. Хатун всё усерднее вытанцовывала перед мужчиной, и вскоре была удостоена короткого взгляда. В конце танца девушка упала прямо перед Султаном, вот-вот ожидая получить заветный фиолетовый платок.