Сердце Яксы

Сяо не любил прощаться, поэтому ушел тихо – под утро, убежденный в том, что Итэр заснул, но тот лишь позволил себе ненадолго закрыть глаза. В решение Сяо уйти вмешаться он не осмелился, да и было ли у него на то право?  Как ни крути, долг и обязанности Адепта были превыше людской привязанности.  Но отчего-то в душе все равно саднило, и хотелось не быть одиноким в своих теплых чувствах.  Будь он чуть более эгоистичным – бесспорно, попросил бы Сяо остаться вновь. А затем – еще и еще. Рядом с ним душа не мечется в страхе, не болит от гнетущего чувства потери, не ищет утешения вне, и горечь утраты уже не ощущается так отчетливо.  Чувствует ли Сяо что-то подобное?  Итэру бы хотелось разделить его боль. Залечить самые глубокие его раны, как бы не было тяжело и страшно. Он бы хотел приходить на зов, как делает это Сяо. Хотел бы, чтобы Сяо звал его. Хотел слушать рассказы о прошлом, молча смотреть или держать его за руку, если тот позволит. Хотел просто быть рядом. Этой ночью сон его насовсем покинул. Из головы никак не выходил образ Яксы, его голос, лицо, запах… Все, что осталось – это сумбурные воспоминания, то и дело всплывающие в памяти одно за другим. Итэр не хотел засыпать. Сон унесет за собой часть эмоций, и этот день кончится. И чувства, еще мгновение назад казавшиеся безумно яркими, станут лишь бледной тенью, преследующей во снах.

***

Сяо вернулся на свой пост. Непреклонный, полный решимости, но все же немного разбитый и потерянный. Какая-то часть души явно была не здесь. Она была далеко – в обители. Рядом с Итэром. И как бы Охотник на демонов ни пытался собрать себя воедино, он уже не чувствовал себя целым. Его душу съедала тоска, и он совершенно не знал, как от нее избавиться. Ведь можно было избавиться от всего: гнев, сомнения, грусть и страх. Но тоску… Он никак не мог победить.  Каждый день, оглядывая постоялый двор Ваншу, он надеялся услышать голос Итэра. Один его зов – и Сяо оказался бы рядом. Хотя бы на пару мгновений. Но Итэр не звал его. 

И сердце от этого так болело.

Его зияющая пустота вновь начинала казаться бездонной. Она затягивала его, заставляя бездумно скитаться по округе, уничтожая всякую мелочь без жалости и сожалений. Словно неприкаянная душа, не знающая покоя и не находящая себе места.  Его вновь поглощала тьма, и даже утренний свет солнца не мог пробиться сквозь ее непроглядную пелену. Она окутывала все вокруг, и не было ей конца и края. Однажды, вернувшись на террасу, Адепт долго стоял под дождем, вглядываясь в туманный безжизненный горизонт. Он был столь близким и мрачным, что казалось, протяни он руку сейчас – и этот туман сожрал бы его. Но есть ли что-то за горизонтом? Там, за толстым слоем грозовых облаков. И есть ли что-то дальше тьмы в его сердце? Что-то кроме... В попытках понять Охотник на демонов провел на террасе много часов, не заметив, что уже какое-то время находится там не один.  – Здесь так красиво, – послышался голос за спиной, и тонкий силуэт возник совсем рядом, – не находишь? – стоило первым лучам солнца проклюнуться сквозь пелену – и свет озарил долину, обнажая перед Адептом бескрайний простор Ли Юэ.  – Властелин… – растерянный, ошарашенный собственной беспечностью, Адепт опустился на колени, склонив голову перед гостем. Моракс, словно проигнорировав почтительный жест Сяо, подошел к поручню, оглядывая долину. В последнее время он совсем перестал являться сюда, и Охотник на демонов не ожидал увидеть его сегодня. Увидеть, пребывая в таком разбитом, несобранном состоянии. – Властелин, я… – он хотел извиниться, но Моракс не позволил договорить. – Что-то тревожит тебя? – он обернулся, находя растерянные глаза напротив. Его взгляд, как и прежде, был строгим, но Якса не видел в нем осуждения. Он никогда не видел в нем осуждения. Даже сейчас, убежденный в своей оплошности, он находил в нем лишь доброе: “можешь быть честен”. – Один друг сказал мне… – он замялся на слове “друг”, и мужчина с интересом приподнял брови, наблюдая за реакцией, – что даже оберегая людей от зла… Нет ничего плохого, чтобы остаться с кем-то. Слова дались Адепту с большим трудом. Он не мог поверить, что нашел в себе силы и смелость рассказать Властелину о столь мелочных переживаниях. Имел ли он право поступать так беспечно? Имел ли право желать чего-то подобного? – И? – с любопытством ответил Моракс, вглядываясь в полные смятения глаза. Сяо неоднократно видел этот взгляд – скрыть от него что-то попросту не получится. – Я хотел бы… Остаться с ним. – Хм-м, – Моракс протяжно и томно выдохнул, смотря куда-то сквозь Сяо. Нельзя сказать, что он был хоть на йоту удивлен, однако в воздухе повисло ужасно гнетущее напряжение. Адепт сожалел, что столь беспечно повел себя, позволив низменным людским желаниям взять верх над его рассудком. Возможно, он действительно сходит с ума, раз осмелился заявить что-то подобное Властелину.  – Вот как... – Архонт потер подбородок большим пальцем, вновь переводя взгляд на долину. Уловить хоть какую-то эмоцию в его голосе было непросто, и Сяо до смерти боялся услышать, что Властелин в нем разочарован. – Я все гадал… – мужчина продолжил, опираясь руками о поручень, – когда же придет тот день, и непреклонный Алатус сблизится с человеком. Это имя из его уст звучало как приговор. Адепт уже не помнил, когда кто-то в последний раз называл его так.  – Я поступил легкомысленно, Властелин, – почувствовав груз вины, он вновь опустился на колени, – такого больше не повторится. Моракс, казалось, даже не слышал сказанных Яксой слов. Он продолжал вглядываться вдаль – за горизонт, словно пытаясь найти там какой-то ответ. – Подойди, – его слова не звучали как приказ, а легкий жест словно пригласил Сяо присоединиться к созерцанию вида.  Адепт сделал несколько шагов вперед, останавливаясь чуть поодаль от Моракса. Властелин, как и прежде, выглядел очень спокойным. Один взгляд на него заставлял дурные мысли растворяться одну за одной. – Ты когда-нибудь замечал, насколько независимы они стали? – его взгляд скользил по кусочкам пейзажа, словно собирая из них одну большую картину, – люди, – он уточнил, улавливая в воздухе немой вопрос. Адепт хотел сказать "нет", ведь был не согласен с Мораксом. Но не мог. Это было бы крайней степенью неуважения. Однако… О какой независимости может идти речь?  – Они слабые… И быстро умирают. – Быстро… – Архонт на мгновение прикрыл глаза, беззвучно выдохнув, – но и мы не живем вечно. Его голос отчего-то казался печальным. И Сяо знал, что дело не в страхе перед смертью или туманным будущим. Но… В чем же тогда?  – Посмотри, – он провел рукой в воздухе, призывая Охотника приглядеться к открывающейся с террасы картине. Сяо множество раз смотрел на долину отсюда – именно с этой точки. Он искренне не понимал, что пытается показать ему Властелин Камня. Неужели есть еще что-то, что за сотню лет не попало под его взор? – Кажется, что время остановилось. Высокие горы и бескрайние реки по-прежнему неизменны. Они крепки и непреклонны в своем безмолвии… Но стоит опустить глаза, – он указал вниз – на территорию двора, где день и ночь без устали копошились люди, создавая вокруг себя красоту и уют, – разве время стоит на месте? Сяо молчал, не решаясь проронить ни слова, хотя сказать хотелось о многом, и еще о большем хотелось спросить. Он искренне не понимал, почему Моракс завел с ним этот разговор и к чему он пытается привести? Архонта забавляло невежество Сяо в подобных вопросах, ведь любой другой уже догадался бы, что нет никакого скрытого смысла. – Горы стоят тысячелетия, и реки текут сотни лет, – он продолжил, ловя пальцами опавший с дерева пожелтевший лист, – но время меняет все. Река неизбежно изменит свое направление или высохнет, и гора превратится в пыль. – Властелин, я не понимаю… – Наше время подходит к концу, Сяо. Его голос звучал тихо и мягко, словно не было в этой фразе ничего мрачного и пугающего. То, с какой легкостью Властелин Камня сказал об этом, давало понять, что он уже долгое время жил с этой мыслью.  – Они больше в нас не нуждаются, – он улыбнулся, и эта улыбка была неожиданно искренней. Охотник на демонов не мог уложить в голове сказанные Властелином слова. – Но я изо дня в день, – Сяо заговорил, не сумев найти в своей душе согласие со словами Архонта, – уничтожаю останки демонов, что лезут сквозь трещины в этот мир. Я избавляюсь от осколков их душ, мирясь с болью, что беспрестанно терзает мое тело. Они не способны, их мир… Слишком хрупкий.  – Ты прав, – Архонт улыбнулся, кивая в жесте согласия, – их мир действительно еще хрупок и неустойчив. Но ты их слишком недооцениваешь, – согласиться было непросто, но Сяо прислушивался, ведь найти существо более мудрое чем Властелин Камня было попросту невозможно, – когда в последний раз кто-то из них обращался к Адепту за помощью?  Действительно… Когда Сяо слышал их просьбы? Как давно это было?  – Сейчас… – Моракс вздохнул, скрестив на груди руки, – от могущественных Архонтов почти ничего не осталось… Но их ненависть будет жить вечно. – Именно поэтому я здесь. – Здесь… - повторил Моракс, покрутив листок между пальцев, – есть ли границы у “здесь”? Сяо непонимающе посмотрел на Архонта, не найдя ответ на его вопрос. Разве не здесь он должен нести свою клятву? Разве не здесь его место?  – Твое предназначение – защищать людей, и я убежден, что ты никогда о нем не забудешь, сколь независимы бы они ни были, – Моракс выпустил из рук желтый листик, наблюдая, как он изящно парит в тонких потоках ветра, – и не сойдешь с пути, каким бы трудным он ни был, – он обернулся, находя растерянные глаза Сяо, – но… Я не хочу, чтобы ты был один. Слова Властелина почему-то кольнули, как шип, словно напомнив ему о долгих веках отчуждения. О боли и одиночестве, которые съедали и опустошали его день за днем. О его потерях и привязанности. О том, что можно было бы смело назвать "любовью" или "семьей". Все, что было ему дорого когда-то… Все, кого он любил. Все это превратилось лишь в мрачные воспоминания, терзающие сердце и душу.  – Я не могу унять твою боль или вернуть к жизни твоих сестер и братьев, – словно прочтя мысли Яксы, Моракс шагнул вперед, направляясь внутрь гостиницы, – но знай, что мир открыт для тебя, Сяо. Адепт удивленно открыл глаза, не находя смелости последовать за Властелином или даже взглянуть ему в след. Он стоял, с силой сжимая копье в руке, не решаясь издать ни звука. – И кажется… Твой друг часто попадает во всякие передряги. Не стоит ли приглядеть за ним?  Когда Сяо наконец обернулся – Моракса на террасе уже не было. Он исчез так же тихо, как и явился.  Ворох мыслей в голове Сяо создавал хаос, и Адепту казалось, что разобраться с этим будет ужасно тяжко, но… Как только его взгляд коснулся горизонта – чистого и бескрайнего, залитого теплым закатным солнцем – и мысли умолкли. Дождь смыл с его рук и одежды остатки крови. В воздухе запахло вечерней росой. И сердце уже не болело. И слышался зов – далекий, но очень желанный.

***

– Не думал, что ты придешь, – Итэр улыбнулся уголками губ, когда заметил рядом с собой знакомую тень.  Он сидел на пологом дереве, которое во время своего визита так облюбовал Сяо. Подойдя ближе, Адепт заметил в его руках пышный букет цветов Цинсинь, запах которых уносил остатки горечи и печали. – Ты же звал. Этот вечер был поистине особенным. Солнце окрасило горизонт в золотистый цвет, запах цветов разносился по округе, а прохладный осенний ветер казался как никогда приветливым. Белый цветок, вплетенный в черные волосы, проскользнул меж прядей, и подхваченный ветром, затанцевал в воздухе, отправляясь в далекое, и возможно долгое путешествие. Нежные руки коснулись холодных щек, и боль отступила, позволив новым и теплым чувствам заполнить разбитое сердце Яксы.