Убить кота

      Коты. Маленькие, милые, пушистые, тёплые живые клубочки…       С детства я мечтала о том, чтобы завести такое. А для чего, по-вашему, дети хотят животных? Правильно, чтобы тискать их, чуть не выдавливая из них внутренности.       Помню, как подарили мне котёнка. Упрашивала родителей, на коленях стояла, всё готова была сделать, только бы завладеть этой живой игрушкой, никогда не выходящей из моды. Выпросила в конце концов.       На восьмой день рождения я просыпаюсь от тоненького писка возле моего уха. Передо мной улыбающиеся родители держат ушастого рыжего малыша с перевязанной вокруг шеи синей ленточкой. Он посмотрел на меня своими испуганными жёлтыми, но такими большими проникающими глазами, что, казалось, мы можем увидеть души друг друга. Я увидела в нём отличное средство для развлечения, а он во мне — ещё не раскрывшегося жестокого садиста.       Впервые взяв что-то живое, я боялась его сильно сжать и раздавить, поэтому держала кое-как — бедный котёнок вывалился из моих рук и упал с двухэтажной кровати. Было бы хорошо, если на этом всё закончилось. Но, ловкий и гибкий от рождения, он перевернулся в воздухе и смог приземлиться на согнутые лапки. Я быстро спустилась и припала к нему лицом: котик стоял, как будто ничего и не произошло. Но во мне тогда перевернулось всё. «Если со второго этажа кровати он не разбился, значит он, видно, не убиваемый» — подумала я.       Родители ушли на работу, а я осталась наедине с ним. «Тимофей, Тимошка, Тимка… Что за странную кличку предложила дать ему мать?» Кот в этот момент первый раз глядел на своё отражение в зеркале. Неуклюжее животное упало назад, увидев рыжее пятно, выгибавшее спину, как и он. Я обратилась к нему: — Это же ты сам, кот! Какой же ты глупенький!       Бедный, глупый, неразумный, ничего не понимающий кот! Не думал он тогда, что в этот момент мировоззрение хозяйки встаёт с ног на голову! Убежал бы ты лучше, когда не раз открывали нараспашку входную дверь! Тебе бы не пришлось терпеть всё это!       Я подошла к нему, взяла за живот и посадила на свои колени. Котик изучал меня, обнюхивал, а я гладила его по голове. Ещё раз глянув на синюю ленточку, я сняла её с кошачьей шеи. «Хм, а зачем я это сделала?» — спросила я себя мысленно — «Привяжу-ка обратно». Котёнок, верно, переживал сильный стресс, попав в новую обстановку, не похожую на ту, к которой привык. Он всё отворачивал головку от рук, которые хотели нацепить какой-то длинный тонкий предмет. Вдруг он вцепился в мою правую руку. Я вскрикнула, стараясь освободиться от его маленьких, но на удивление острых когтей и зубов, желавших перегрызть плоть. Отодрав от себя зверя, я оглядела свою руку. На ней виднелись две дырочки от укуса и несколько ярких длинных полос, наливавшихся кровью. Я бросилась к раковине, чтобы промыть раны. Вернувшись, я взяла его за переднюю лапу и подняла до уровня своих глаз. Котёнок пищал и вырывался, но я только сильнее сжимала кулак. Я выставила свою красную руку вперёд к его морде. — Ещё раз так сделаешь и я…я не знаю, что с тобой сделаю! — кричала я в ярости.       Я разжала кулак, животное полетело к полу и снова опустилось на все четыре лапы.       Обнаружив его целым, я впала в бешенство. В меня будто вселился демон, который мгновенно взял контроль над моим телом. Я поймала его за хвост и подкинула к потолку. Он пронзительно завизжал, мгновенно полетел к полу и снова приземлился на лапы. Опять и опять я подкидывала его вверх как мешок, а он вновь оказывался невредимым. Тогда я ухватилась за его ухо и поволокла к окну. — Ну с четвёртого-то этажа, ты, гадёныш, точно расшибёшься! — ревела я над ним.       Кот вопил так громко, как только мог, и, казалось, звал на помощь. Я открыла окно и выставила его перед собой, чтобы последний раз взглянуть в его наглую морду, посмевшую меня укусить. Я уже была готова бросить его на голый асфальт, как внезапно пришла мысль. «Родители». Они бы точно стали расспрашивать, где мой новый подарок, — забыть о нём было невозможно. Я подтянула к себе руку с кричащим животным и закрыла окно. Я презрительно посмотрела на него. — Ладно. Поживи ещё, — услышало существо ледяной голос, — может и что-то хорошее ты делать умеешь.       В тот же день он оставил экскременты в своей новой лежанке. Вернувшись с работы, родители почувствовали это раньше, чем увидели, — зловоние распространилось по всей квартире, только до детской комнаты не донеслась ни одна нотка отвратительного запаха. — Это ещё что такое?! — раздался возмущённый голос — Дочь!       Я выбежала в коридор. Отец указывал на лежанку с коричневым пятном. — Неси кота. — Зачем? — Поучить — услышала я.       Я навсегда запомнила, что значит «поучить».       Отыскав кота, забившегося в угол соседней комнаты, я принесла его. Отец взял кота за шиворот и поднял его в воздух. Кот не мяукал, но пытался сопротивляться, однако его лапы с выпущенными когтями не могли достигнуть своей цели. Отец заметил покраснения на моей руке. — Это он? — грозно спросил он. — Да — тихо промолвила я.       Он подтащил кота к лежанке и ткнул его мордой в грязь.       — Это что такое?! Кто это сделал?! — злобно орал он.       Он снял туфлю и ударил ею по спине кота. — Кто это сделал, я спрашиваю?! Кто?! — он продолжал бить пригнувшееся животное — Где это должно быть?! — он поволок кота к лотку — Вот сюда! Сюда надо ходить! — он ткнул кошачью морду и ещё раз ударил по спине туфлей. Кот вырвался и зашипел. — Ещё и шипишь значит?! Вот же…кот — закончил он.       «Кот». С той поры и приклеилась эта кличка к шерстяному мешку. — Теперь убирай — сказал он и отошёл от кота. — Убирать?       Да, припоминаю что-то. Они договаривались со мной об условиях, на которых я получаю этот «подарок»: убираю, кормлю вычёсываю — и всё я. В душе я возмутилась: «Как же так?! За этим ещё и убирать надо?!» Я вновь осмотрела свою исцарапанную руку. Я подошла к лежанке посмотрела в неё, потом на кота и, ничего не говоря, ударила его по голове. Кот вжался в пол. Я отошла от него и не стала больше трогать.       Ещё не раз Кот совершал свои «злодеяния» и не раз получал за это от щелчка по ушам до града ударов по всему мягкому телу. Кота закрывали в другой комнате, когда его мяуканья мешали работать, получал в морду, если вился возле ног, прося есть, но был истязаем и без причины.       Садистка продолжала мучить своего питомца.       Я хорошо помню, как привязывала его за шею к трубам, чтобы не убегал от меня, пока я его глажу. Помню, как сажала его в коробку, закрывала и трясла или со всей силы кидала в стену. Но всякий раз, как родители возвращались домой, он выходил из моей комнаты таким, как и был — ни единой царапины или капли крови на нём не было.       Вспоминаю, как однажды решила ему подравнять усы. Совсем отрезать — родители увидят, а если только одной длины сделать, ничего не заметно будет. Нашла я Кота, взяла ножницы, да подрезала края усов. Никакой радости от воплощённой идеи перфекционизма я не получила. Да и вообще, перестала я получать удовольствие от своих издевательств над ним. Со временем я успокоилась: перестала его засовывать в коробки и подбрасывать, а только изредка пинала по хвосту или бокам, на что он уже перестал реагировать.       Я привыкла к его нападениям на меня, а Кот привык к моим. Но единственное, с чем я не смогла смириться — это уборка его отходов, особенно, если он оставлял их в неудобный момент и в неположенном месте. В один момент он меня довёл.       Поздний вечер. Не могу встать из-за компьютера — сегодня нужно отправить проект, я ещё не закончила. Кот тем временем опять сходил под порог. Огромная жёлтая лужа затекла под ковёр. Кот начинает мяукать и мешает сосредоточиться. Встаю, гоню его в другую комнату, захлопываю дверь. Будто громче кричит. Иду к нему, хочу хорошенько ударить, чтоб не орал. Прохожу мимо порога. Поворачиваю голову. Блестит что-то у ковра. Беру Кота за шиворот, как учил отец. Несу к ковру и бросаю прямо в его же произведение. Повсюду разбрызгиваются противные капли. Не в первый раз я начинаю: — Что это такое?! Где это должно…       Я замолкаю и смотрю на кота. Он равнодушно отряхивается от своей же гадости. — Что ты делаешь, Кот?! — в исступлении кричу я — Почему ты себя так ведёшь?! Что нужно сделать, чтобы ты этого не делал?!       Он поднимает свои жёлтые глаза и удивлённо смотрит на меня. Во мне что-то поднимается. Как и восемь лет назад, я обращаюсь в демона. — Ну почему я вообще захотела завести кота?! Как же ты мне надоело, грязное животное! Кто тебя кормит, ворона, кто убирает за твоей наглой мордой?! Кто тебя пустил в свой дом, гадина?! Если бы не я, ты бы ходил по помойке, или бы вообще тебя утопили, как только ты родился! Я спасла тебя, мешок с потрохами, а ты продолжаешь себя вести, как неблагодарная свинья! Я не могу больше терпеть твоё хамское отношение ко мне! Хочу, чтобы ты, наконец, сдох! Я убью тебя!»       Я ворвалась в кухню и схватила лежащий на столе нож. Вернулась к комку шерсти, опустилась на колени, стиснула его между ног и зажала ему пасть. — За восемь лет своей жизни ты так и не научился делать ничего хорошего, а только мешал жить другим. Почему я не избавилась от тебя тогда, а сжалилась и дала право на жизнь?! Ты меня бесил все эти годы! Зачем я это терпела?! Но сейчас, сейчас то меня уже ничего не остановит!       Кот мычал, бился, хотел кусаться и царапаться, но он слишком хорошо был прижат к полу. Я направила нож на его живот. — Знаешь, мне и сейчас тебя немного жалко. Но я должна тебя прикончить! Прости и прощай, мой дорогой Кот!       Я вонзила в него нож по самую рукоять. Раздался протяжный визг на всю квартиру.       Кот лежал, не двигаясь. Лужа крови вытекала из живота и начинала смешиваться с жёлтой жидкостью, в которой он лежал. Его застывшие глаза не подавали признаков жизни.       Нужно было убрать кошачий труп. Достав чёрный мусорный пакет, безэмоциональная девушка стала запихивать в него ещё тёплое тельце. Половина кота не влезала — пришлось разрезать тушу надвое. Два завязанных пакета были положены в походную сумку, чтобы не привлекать внимания окружающих.       Глядя по сторонам, я вышла из подъезда. Я знала куда надо идти. На примете было заброшенное здание. Я подошла к развалившемуся дому, зашла внутрь и вытащила протёкшие мешки, с которых капала жидкость. Я кинула их в угол здания и прикрыла стройматериалом. Чёрное слишком сильно выделялось на белом фоне. Надо было найти что-то ещё, чтобы засыпать то место. Наломала несколько еловых веток и сбросила в тот же угол. Всё равно видно. «Никто же ведь сюда не придёт, какая вообще разница» — сказала я сама себе и вернулась домой.       Уставшие родители вернулись с работы почти ночью и даже не заметили, что кота нет. Все улеглись спать.       Я никак не могла уснуть. Его образ стоял перед моими глазами, даже когда я их закрывала. Промучившись бессонную ночь, я встала опустошённая.       Они не могли найти его и спрашивали меня, где он. Я молчала. В следующую ночь я тоже не спала. Только наутро кошачьих образа стало два — от первой и второй его половины.       Всю неделю они не давали покоя и преследовали меня круглые сутки. Родители стали замечать мою усталость, спрашивали, что со мной происходит. Словесного ответа они не дождались — всё поняли, когда я пыталась вылезти в окно.

***

      Дорогой Кот! Через несколько дней меня обещали выписать из психиатрической больницы, но ты не волнуйся, мне уже гораздо лучше, честно-честно!       Жду, когда ты мне напишешь уже несколько месяцев. Ты так сильно обиделся на меня? Прости меня, пожалуйста, если я что-то не так с тобой сделала, но, насколько помню, я всегда заботилась о тебе должным образом. Если ты думаешь, что я не пойму тебя, не переживай, я обязательно найду кошачьего переводчика! Или если тебе писать нечем, я могу отправить тебе немного своей крови! Прошу, напиши мне хоть слово, я очень скучаю по тебе, дорогой друг! Жду ответа.

Твоя любящая хозяйка