Мне так не хватает твоей красоты

      Ты появился в нашей семье ровно три года назад: свалился на головы Смитов, как снег в разгар жаркого июня, и, самодовольно усмехаясь, одним щелчком пальцев разрушил привычную жизнь каждого из нас.       В семье меня не любили. Слишком робкая, слишком тихая, слишком неуверенная в себе — самой смешно становится, стоит вспомнить эти времена. Боже, каким же я ещё была ребёнком… Это тебя во мне, наверное, и привлекло. Плохим мальчикам ведь всегда нравятся хорошие девочки, верно?       Цвет твоих глаз оказался точь-в-точь таким же, как у меня, точь-в-точь таким же, как у Саммер, точь-в-точь таким же, как у мамы, но во всем остальном ты ни единой чертой внешности не походил на членов нашей семьи, словно многие годы назад код твоего ДНК просто исчез из генов младших поколений. Может быть, так и было? Может быть, ты, безумный гений, сумасшедший учёный, смог обмануть саму природу, сделав маму маленьким клоном Дианы Санчез?       Было бы круто знать, что мы не родные друг другу по крови, правда. Что ни говори, а отвращение к инцесту, заложенное банальными инстинктами, в самом начале нашей истории порождало в моём сознании множество сомнений. Я терялась в событиях, не принимая происходящее, пытаясь понять… А не совершаем ли мы жуткую, несущую необратимые последствия ошибку, когда прижимаемся друг другу, когда целуемся, наслаждаясь этой близостью, когда дарим друг другу нежные прикосновения и тепло обнаженных тел? Не переходим ли мы черту, которую не стоит пересекать даже самым Рикнутым Рикам и самым Мортинутым Морти?       Но ты раскрыл мне истину, показал всё безумие этой жизни. Бога нет, однако черти и сами Дьявол с Сатаной в своей обители могут готовить для нас отдельный котел — я преступлю любые рамки морали и закона, пойду на что угодно, лишь бы просто быть рядом.       Я готова на всё ради тебя, Рик Санчез. Я готова пройти ради тебя через любую боль, готова по единому указанию отправиться с тобой на самую опасную планету, что только существует во всей грёбаной вселенной. Я готова последовать за тобой куда угодно и когда угодно, я готова ступить на эшафот, если ты прикажешь мне лишиться жизни ради тебя. Я готова воплотить в жизнь любое твое желание. Я готова с особой жестокостью прикончить каждого, кто смеет улыбаться тебе и кто смеет получать от тебя ответные улыбки. Внутри моей груди ураганным вихрем закипает ярость каждый раз, когда я вижу прикованные к тебе заинтересованные взгляды; ты прекрасно ощущаешь мои эмоции, замечаешь всё по моему лицу — и поэтому прижимаешь к себе, гладишь мои вьющиеся волосы, которые я отрастила и перестала выпрямлять каждое утро лишь ради тебя.       — Тише, детка. Ты же знаешь сама… Будешь делать всё, что я говорю — останешься рядом со мной, — произнося эти слова, ты каждый раз самодовольно и чуть насмешливо улыбаешься, а я от прикосновений твоих рук просто таю. Хочется слушать вечно этот негромкий голос с удивительно чёткой дикцией, хочется наслаждаться каждой ноткой сарказма и издёвки в столь родных интонациях, ведь даже столь негативное внимание намного лучше полного безразличия, абсолютного равнодушия, используемого в качестве своеобразного наказания.       Ты с презрением в голосе называешь мои желания тупыми и сопливыми, но всё равно время от времени реализуешь их в жизнь: позволяешь мне лежать рядом, пока сам читаешь вслух какие-то книги, статьи и журналы, а я, не понимая ни единого слова, просто улыбаюсь, прижимаясь к тебе ещё ближе, переплетая наши пальцы, прижимаясь виском к твоим ключицам… Раз за разом становясь единым целым со своим любимым человеком.       Мне каждый раз приходится вставать на цыпочки ради поцелуев — разница в росте всё-таки сказывается, пусть ради тебя я и полностью пересмотрела свой гардероб, сменив футболки и толстовки на неуютные, но столь любимые тобой платья, а кеды с кроссовками — на высокие каблуки. На твоих губах постоянно ощущается привкус крепкого алкоголя… В самые жуткие моменты, когда руки дрожат от шока, а сердце в груди бьётся намного чаще нормы — еще и горячей крови. Твоё лицо почти всегда покрыто щетиной, она неприятно колется, но я всё равно с шаловливой улыбкой трусь об твою шею кончиком носа, пока ты совсем по-собственнически обнимаешь меня за талию.       Кровное родство — это такая мелочь… Я счастлива, что смогла осознать это в полной мере. Ты пришёл в мою жизнь, разбив рутину вдребезги, став неотъемлемой частью самой моей сути, и я клянусь: твоё желание — закон, и каждому слову я подчинюсь беспрекословно, не задавая глупых вопросов и не терзаясь никакими сомнениями.       К чёрту моральные принципы, Рик.       Я убью ради тебя.       Я умру ради тебя.