Грешная плоть

На далёкой планете Зимбару только что родился новый ангел. Оно с самого рождения знает, что его ждёт. Ангел не имеет пола, он может обрести любой облик. Каждый раз, когда люди загадывают желания на небе появляется новый ангел. Вот и в этот раз все начиналась именно так. Миссия 1: Гордыня — Дитя мое, твоя задача на ближайшие семь лет очень непростые. Подростки с годами не становятся лучше. Боюсь твои подопечные намного хуже тех что были у твоих соплеменников, но раз так решила Генриха делать нечего.Светлый зал, что совсем недавно был весь в различных узорах, белые стены украшали фрески богов, вместо крыши звёздное небо. Огромные стены могли доставать до самого неба, вокруг в несколько рядов стоят трибуны, столы с различными угощениями. В мгновение око все свечи потухают, зал погряз во тьме. Там где недавно восседали ангелы, на их местах оказались бесы. Кожа их была бледной, как и у ангелов, но настолько едкой, что все что касалось их в ту же минуту гибло. Верховный ангел, что восседал над всеми, тяжело вздохнул. Хлопнув трижды, зал вновь обрёл краски. — Дитя мое, не бойся чертовщины, все что может сейчас тебя пугать, находиться не здесь. Ангел давно обрела образ девушки. Внешне она напоминала щенка. Темные волосы, и лишь одна прядь была белой знак ангела. На ней была белая сорочка, низ одежды был перепачкан в крови. Ангел плакала, просила пощадить ее. Она не хотела, не хотела на землю. Находясь в самом низу зала она слышала каждый людской крик, каждую мольбу. Она чувствовала как ее руки, что скованы в цепях сейчас разорваться от боли грешников. Шея была перевязана цепью с веточками вербы. Она молила не отправлять ее на родину демонов. Она не хотела лишаться крыльев на эти долгие семь лет. Бесы на трибунах ликовали. Ещё одну новорожденную отправляют вместо их обычного пребывания. — Дитя мое, не стоит пытаться идти против своей судьбы. Это твое предназначение! После этих слов, один из демонов с силой ударяет по ее ногам. Она должна выдержать четыреста ударов плетью за все совершенные грехи ее подопечных. — Я позабочусь о них господин. Удары прекратились. По залу разнёсся гогот демонов. — Дитя мое, помнишь главное правило? Ты должна влюбить его в себя, а если быть точнее, они должны сами полюбить тебя. Ангел кивнула. Верховный ангел взлетел, он вмиг оказался рядом с новобранцем. Встал за спиной девушки и тут же оторвал ее былые только выросшие крылья. С адской болью она оказалась в черной комнате. В центре горел свет, а рядом стоял стол. На нем лежала книга, а в ней бегали картинки. Будто по телевизору она просматривала жизнь одного из своих подопечных — Ким Сокджина. В книге появился парень невероятной красоты. Девятнадцать лет отроду. — Гордыня... — прошептала девушка. Перевернув страницу, ангел вздохнула. У парня никогда не было отношений или близких друзей. Его окружали такие же нарциссы, как и он сам. В нем много хороших качеств, но он совсем не может их показать. Боязнь быть отвергнутым. Он знает, что лучше всех. — С ним придется повозиться. — девушка дотронулась до книги мизинцем. Ангел оказалась в своем новом доме. Это лицо, что ей даровал бог идеально подходит под идеал Сокджина. Ун Хана - новое имя ангела. Кореянка, живёт одна. Учится на актера. — Я видела всю жизнь Ханны, я справлюсь. В этом нет ничего сложного! Захлопнув дверь аудитории, Хана прошла к своему обычному месту. В конце кабинета. Она совсем не пользуется популярностью у однокурсников. Такая же, как и все. Да красивая, и что? Она не пуп земли, в отличие от него. Сокджин сидел впереди нее, а вокруг него толпа девушек. — Хён, может сходим куда-нибудь? — спросила одна из его приспешниц. Джин прикрыл рукой глаза. Каждый день одно и тоже. — Я обещал помочь своему другу, так что никак не получится. "Лжет и не краснеет" — пронеслось в голове ангела. Парень почувствовал на себе пристальный взгляд, обернулся. Он встретился с парой карий глаз. Ангел не испытывала к нему ровным счётом никаких чувств. Девушка помнила, о том что Ун Хана ненавидит Джина. Строит из себя не пойми что. Образ мальчика цветочка ведь из себя такой идеальный. Хану это очень бесило. — Чего пялишься? Ангел спрятала взгляд за учебником. Но ее внимание привлек бес висевший у него на шее. Тот держится за шею, а ногами держится за розовую цепочку парня. Черт так и хотел его задушить. Вероятнее всего у него часто болит шея. — Тебя отвечать не учили? Снова этот голос. Он смотрит прямо на нее, прямо, как и пять других девушек. Положив учебник, она ещё раз оглядела парня. Он весь кишит бесами. Так дело не пойдет. Он должен вымолить все свои грехи. — Розовая фея, мог бы ты не разговаривать со мной по таким пустякам. Тут полно тех, кто смотрит на тебя. Так почему ты придрался именно ко мне? — высказала Хана. Пять девушек в один голос ахнули. Они часто слышат перепалки этих двоих, но ещё никто не называл его так. — Эй, Хана помереть захотела? Совсем страх потеряла, так со мной разговаривать? Девушка лишь пусто на него взглянула и показала средний палец. Ангелу надоела эта пара. Какого она должна терпеть все это? Она быстро сложила все свои вещи в сумку и кинулась прочь из кабинета. Ее оценки точно ухудшатся. Ведь она больше не собирается посещать этот предмет. Верховные точно будут недовольны ей. Но Хана знает, что делает. Он точно будет скучать по ней. Ведь она единственная, кто назвал его, так как могла лишь - бабуля. Как только она вышла из кабинета за ней тут же рванул красавчик Джин. Он был в недоумении, как она могла так просто уйти. — Эй, ты так просто уйдешь? А как же извинения? Ты оскорбительно себя ведёшь. Это уже ни в какие рамки не идёт! — Розовая фея, оставь меня в покое! Я уже устала от тебя. — Ты устала? Не драматизируй. Актриса погорелого театра. — Как ты меня назвал? Ты с первого раза не понимаешь? Отвали! Парень приблизился к ней. Хана со всей силы ударила его по шее. Она не хотела причинять ему боль, а лишь сорвать беса. Тот почти упал, успел ухватиться за цепочку. Ангел охнула. Она не должна была причинять ему боль. Парень дотронулся до покрасневшей шеи. Ангел почувствовала его боль, дура зачем же бить так. — Прости. — девушка поклонилась и быстро кинулась прочь. Хорошо, что этого больше никто не видел. Девушка просидела оставшиеся пары в столовой. Тот был доверху заполнен людьми. Теперь она стала немного понимать бесов. Люди жутко приставучие. Уже три человека у нее спросили, "Почему ты прогуливаешь". Ангел видела каждого беса, что сидели возле детей. Они поглощали частички их хороших воспоминаний. Как же мерзко. — Это мое место. Опять этот голос. Один из немногих, что ангел могла различить. Перед ней стоял ее подопечный с подносом. Он стоял в полный рост, поэтому можно было разглядеть всех бесов, что охватили его. Один на шее, два других прямо на ногах. И больше десяти на животе. Она представляет насколько ему больно, но это ещё ничтожное количество. — Если ты слепой то возле меня свободно, можешь присесть. Он огляделся, на него ноль внимание это даже странно. Неуверенно присел рядом. Его глаза забегали, рука прошлась по шее. — Сильно болит? — виновата взглянула на него. — Конечно! Ты же со всей силы замахнулась. Совсем совесть не мучает? — Ну. — пауза. — Хочешь я вылечу тебя? Ничего не подумай, но у меня дома есть много мазей обезболивающих. — Совратить меня хочешь? — С чего бы? Я просто предложила тебе помощь. — Ладно, — он хлопнул рукой по столу, — только об этом никому. Парень принялся уплетать пищу. С подноса почти сразу пропал салат и вареное мясо. В качестве напитка он выбрал морковный сок, оранжевая жидкость в стакане медленно исчезала. У ангела на завтрак было яблоко и апельсиновый сок. Переедать ни в коем случае нельзя, ее организм может просто не выдержать человеческие блюда. Покончив с яблоком, ангел отправила парню смс: "Жду фею возле выхода". Джин с силой сжал руку в кулак. А на его скулах образовались желваки. Так бы и убил ее. Простояв у выхода из универа. И прождав там почти двадцать минут, Хана молча уходит. Уже не хватает сил, что-то делать. Эти бесы уже изрядно потрепали ей нервы. "Все так и кишит ими. Не зря верховный назвал это место раем для чертовщины. Каждая улица, лавочка, дерево все в бесах. Неужели нет ангелов, которые следят за их количеством?" — подумала ангел. Ангел заметила, что несмотря на всю свою опасность, некоторые бесы просто играли с детьми. Они не причиняли им вред, а лишь развлекали пока родители, занимались своими делами. Может быть дело в том, что это падшие? Быть такого не может. Падшие - ангелы и демоны, что полюбили человека и захотели быть настоящими людьми. Им плевать на свои обязанности, плевать на то что вход в рай и ад будет навсегда закрыт, они хотят быть счастливы с любимым человеком. Такие существа умирают лишь после того, как умрет их возлюбленный, а затем они попадают в хранилище, где нет ничего. Абсолютная пустота. Падших крайне мало, большая часть просто не посмеет пойти против воли верховного. Есть лазейки некий проход, чтобы попасть на землю нелегально. Но если верховный заметит пропажу, этому существу и его возлюбленному придет конец. Переходя дорогу, ангел заметила своего подопечного. Тот шагал в сторону ее дома. Отойдя в темный переулок, где ее вряд ли заметят. Ангел хлопнув трижды, оказалась у себя дома. Ноги ватные, она вот-вот упадет. Ее силы на исходе, нужно чем-нибудь подписаться. Подойдя к окну и вытянув руки, Хана шепчет: — Освети солнце, освети душу. Стук в дверь. Мысли об энергии улетучились, солнце не дало ей энергии. Сила и так была. Все дело в Джине. Он причина ее плохого состояния. Глупая связь между ангелом и подопечным. Если больно подопечному - то больно и ангелу. Если плохо подопечному - то плохо и ангелу. Но эта схема не работает в обратном направлении. Ведь сами ангелы не чувствуют боль, только то что чувствует подопечный. Стук повторился. Отойдя от окна и подойдя к двери, девушка медленно открыла ее. Левая рука все ещё была на дверной ручке, правой Хана опиралась на стену боясь упасть. — Может впустишь? — глухо сказал парень. Хана отошла от прохода предоставляя подопечному вход в ее хоромы. После того как ангел получила тело Ханы, вмести с этим в доме девушки появилось много духовных вещей. — Почему ты не ждал меня возле места назначения? Глаза парня рассматривали пол. Он не желал смотреть ей прямо в глаза. Боится получить по шее ещё раз. — Ты слишком принципиальная, я не обязан отчитываться. — Правда? Я ждала тебя около двадцати минут. За это время, я могла уже давно сделать все свои дела. Виноватый взгляд тут же пропал. Джин приблизился к девушке. Своим телом он прижал ее между стеной и шкафом, нет пути выхода. Он словно дикий зверь игрался с добычей. Хана поникла, она не знала, как себя повезти. Лицо парня приблизилось к шее девушки. Он укусил ее. Оставив на шее довольно глубокий след от укуса. Девушка вскрикнула. Хана оттолкнула от себя парня. — Что ты творишь? — спросила она, подойдя к зеркалу. — Кровь за кровь. — все что сказал он. — Вообще страх потерял? Я же говорила, что не специально! Господи, какой же ты противный. А я ведь хотела тебя вылечить от твоих недугов. — Что плохого в том, что я просто сделал практически то же самое, что и ты. Почему тебе можно, а для меня законы другие? — В этот момент он был похож на брошенного щенка. — Ладно, мы квиты. Проходи в мою комнату. — Что, даже чаем не угостишь? — Боюсь, у меня его нет. — А кофе? — Этого тоже у меня нет. — Что ты вообще пьешь? — Я питаюсь тем что есть в соседнем кафе. — То есть, ты не готовишь? — Именно так. — Как ты вообще живёшь? — парень в недоумении — Припеваючи. Девушка подтолкнула парня, чтобы он быстрее шел в ее комнату. Сама же она подошла к огромному ящику. Хана достала три мешочка с неизведанной для земли травой и одну белую мазь. Дверь в комнату была прикрыта. Парень сидел на кресле рядом с кроватью. Он увидел на столе девчачий журнал, конечно же захотел прочитать. Хана осуждающе взглянула на него. Ангелу предстояла долгая работа с телом подопечного. Она должна изгнать из него всех демонов. Одного из них она точно собирается зажарить и съесть. Тот что на шее пострадает первый. — Тебе следует раздеться. — Извращенка? — Так нужно для твоего лечения. Сними только рубашку, остальное можешь оставить. Парень не хотя принялся медленно расстёгивать рубашку. Возможно он хотел соблазнить Хану, но она в это время обрабатывала свои собственные увечья. Мазь сильно жгло кожу, это человеческое тело слишком легко травмировать. Была бы она в своем собственном облике, было бы не так больно. Закончив с собственной шеей и повернувшись к подопечному. Тот уже сидел без верха, он ждал когда уже наступит лечение. Его глаза рассматривали одну из картинок в журнале. Хана подошла к Джину. Ей пришлось обойти его, чтобы быть у него за спиной. Он не должен видеть ее покрасневшие от стыда щеки. Холодные руки с выдавленной на кончиках пальцев мазью коснулась его шеи. Ангел лёгким движением руки вырисовала крест на шее, чем смогла изгнать одного беса. — Ого, ты что шаманка? Мне правда стало лучше. — парень обернулся, из-за чего получил щипок. — Сиди смирно, мешаешь. Через полчаса все демоны в верхней части тела были изгнаны. К великому сожалению, она не вкусит никого из них. *** — Я не собираюсь играть с ним! Он же ужасный актер. — крикнула Ханна на всю студию. — Я с тобой тоже не очень то и хотел играть. Можно мне другого партнёра? — не выдержал Джин, их нервы были на пределе. — Тебе то? Думаешь, что играть будешь, ха не смеши меня. — с иронией произнесла она. Осуждающий взгляд режиссера. Он громко покашлял, чтобы «голубки» успокоились. А те бы и с радостью, но огонь ненависти только разжёгся. — Мне плевать, что вы не поделили. Мои дорогие — это кино. Здесь всем плевать на это. Я выбрал вас, будьте добры играть этот чертов спектакль. — на тон тише чем говорили они. Ханну парень достал ещё в первые пять минут после того, как объявили роли на легендарную драму «Титаник». Бедный режиссёр. Сколько седых волос упало у него сегодня с головы, сколько раз он срывал свой голос на этих двоих? — Не забывайте репетиция в пятницу. — Сонбэ, может поставить, какую-то другую постановку? — руки в замок, она уже собиралась встать на колени. — Нет и ещё раз нет. — ответил ей режиссёр, а после не дожидаясь продолжения бессмысленного разговора ушел по своим особо важным делам. С самого начала день не задался, мало того что верховный чуть не убил Ханну своим взгляд, так ещё и этот глупый спектакль. Каждый год они ставят одну и ту же пьесу. Это все безумно злило настоящую Ханну. Нет, конечно она безумно хотела играть главную роль, но только не с Сокджином. А вот ангелу наоборот, эта идея как раз таки по душе, но не говорить же ей: " Сонбэ, я так рада, что вы поставили на вместе, знаете Джин мой подопечный, мы должны всегда быть вместе, иначе повелитель прибьёт меня». Парень не очень-то доволен. Сам факт того, что они должны играть возлюбленных. Их героев ждёт очень трагичный финал. Джин и Ханна договорились встретиться после занятий. Они должны наконец-то поладить. Ангел сделает все, чтобы влюбить этого парня в себя и усмирить бывшую владелицу тела. Слишком буйный характер. *** Pov Hannah Как всегда, его нет на месте. Как же он достал. Наша вторая личная встреча, а он все ещё опаздывает. Бесит. Лучи солнца слепили глаза. Несмотря на то, что я спряталась в тень, солнце донимало меня. Главное, чтобы верховный сегодня не пришел меня навестить. Вот это будет потеха. Тогда мне точно будет не до криков и истерик. Нужно как можно скорее завершить миссию и уйти на долгосрочный отпуск. Тогда смогу отдохнуть, где-нибудь на земле или устрою охоту на чертей. Нужно же делать благие дела. В толпе заметила приближающую макушку розовой феи. Только она так светится. Почему же именно мне это чудо досталось? Весь такой красивый, светится от счастья. Джин заметив меня улыбнулся. Будто только что встретил своего давно потерянного друга. Но через пару секунд поняв, что я смотрю на него, улыбка исчезла. Усмешка. Так смешно за всем этим наблюдать. Он просто не умеет скрывать свои эмоции. Чудак. — Будем репетировать без них? Нам же все-таки придется играть влюбленных. Ха, это даже звучит смешно. — выдал брюнет, руки в карманы очень уверен в себе. Сегодня как никогда у него светящиеся глаза. Что-то точно случилось. Как же быстро меняются люди. — Ты прям светишься, что случилось. Девчонка на свидание позвала? — с улыбкой произнесла я. — Не скажу. Мы с тобой коллеги, не друзья чтобы такое обсуждать. — буркнул Джин. — Мы с тобой коллеги, бе бе. The end pov Hannah. *** Ветер обдувал черные волосы девушки. Она плакала, стояла прямо рядом с обрывом намереваясь спрыгнуть. Надоела жизнь, надоело все. Иногда хочется стать вампиром отключить чувства и забыться. Уйти в себя, больше никогда не контактировать с нынешним миром. Девушка уже готова спрыгнуть. Ее перехватывает сильная мужская рука. Она падает в его объятия. Парень прижимает ее к себе. — Ты не должна. Громкий цок. Он опять все сделал не так. Крыша. Место где их никто не тронет. Они могут спокойно репетировать, кричать, плакать их все равно никто не услышит. Волосы развиваются на ветру ещё сильнее, кажется что сам всевышний хочет, чтобы ее часовая укладка пропала будто бы ее и не было. — Блять, Ким ты точно хочешь быть актером? Мне кажется это не твое. На одном и том же месте трижды. — снова ворчала Ун, ее мягко говоря раздражало, что парень опять начал нести откровенный бред. — Да знаю я. Просто ничего не ел. — пауза, он пристально посмотрел на Ханну. — Слушай, ты же рядом живёшь, может заказать чего-нибудь перекусить? А лучше я могу сам приготовить. — Как знаешь, — прошипела девушка, — значит перенесём репетицию. — Мы можем и во время обеда попрактиковаться, нужно же влиться в роль. Мол, мы и вправду влюблены. Зрители должны верить. — Чтобы ты был таким на практике, гребаный теоретик. — буркнула себе под нос Ун Ханна. Квартира залилась приятным запахом. Именно еду приготовленную им не хотелось выбрасывать. Она как будто и в правду придавало сил ангелу. В точности, как на подношениях. Звучит глупо, но от одного лишь запаха исходило приятное тепло. Ханна конечно читала, что он прекрасно готовит, но она не думала, что один лишь запах утолит ее душевный голод. Рамен. Вроде обычная лапша, но то как он ее готовит. Стоит у плиты, напевает что-то под нос, отбивает бит ложками. Такой милый. Все люди так себя ведут или только он? Солнце красиво падало на него, на лице еле заметная улыбка. Он явно чем-то доволен. Иногда так хочется прочесть его мысли, но к великому сожалению, не всем ангелам дозволено это делать, только те что добились чего-то. Или как сказал однажды демон: «Все у всех одинаково, что ангелы, что демоны, даже у людей все по блату». Если быть честной, Ангел не понимала для чего он ей. Пока помимо того, что за ним бегают девчонки он не делал ничего плохого. И как ей разглядеть в нем того самого гордеца. Ведь за все время, что он был с ней Джин ни разу ничего подобного не сделал. Единожды похвалил свою внешность, но Ханна дала понять, что ничего кроме внешности у него нет. Возможно, Верховный ошибся и подсунул ей не того. Если это так-то ее наградят. Наградят сотней ударами по крыльям. К тому времени они должны будут отрасти. Ох, как же она скучает по ним. По тому беззаботному времени, что она пробыла на Зимбару. Когда она могла о чём-то таком не волноваться. Когда ее перья развивал ветер, а она парила высоко в небе, делая разные узоры из облаков. — Знаешь в последнее время меня преследует один и тот же кошмар. Будто я прикован к электрическому колесу, а затем мои кости одна за другой ломались. Мне страшно за свою жизнь. —он замолчал, — Не знаю зачем, я тебе это говорю, так что не обращай внимания. — Парень отвёл взгляд от кастрюли, его глаза встретились с ее. Таких красивых, как у нее он не встречал. Вроде обычные карие совсем как у него самого, но они на тон светлее, да и блик другой. Похож на путеводную звезду. Колесо — одно из ужаснейших наказаний в так называемой аду. Гордеца приковывали к нему и отправляли по огненному озеру. Девушка задумчиво потерла указательным пальцем кончик носа. Парень усмехнулся. Его забавляла такая ее привычка. — Возможно, вещий сон. Я где-то читала, что бывает с грешниками за тот или иной грех. Хотя это точно полная чушь. — Ханна попыталась улыбнуться, хотя тема явно не такая уж и забавная, чтобы смеяться над ней. Взгляд скользнул по губам парня, у Ханны появилось странное желание попробовать эти губы на вкус. Пухлые ярко-розовый, они будто самый спелый фрукт манили к себе. — Когда будет готово твое творение? — спросила девушка, попыталась спрятать свои налитые красным щеки за рукавами кофты. Парень в ту же секунду выключил плиту. Провозившись с пластиковой посудой, что была куплена специально, так как у самой Ханны в доме ее не оказалось. Неожиданно для девушки парень схватился за спину. Он слегка скорчился от боли, можно было заметить жирного слизня. Черт высасывал из него жизненные соки. Слизни не могут видеть новообращённых, как и других ангелов, они могут лишь пакостить и утолять свой голод. От страха, что сейчас может что-то произойти ангел подбежала к нему. Парень промывал, что-то вроде «я в норме», после чего упал на колени. Ангел почувствовала ту проезжающую боль, что выдергивает из тебя все жизненные соки. Слизень будто специально изводил ее. Ангел приложила свою холодную руку к слизню, тот должен был исчезнуть. Но к всеобщему несчастью, тот слишком крепко ухватился. Тогда девушка начала шептать заклинания. Все что были в ее голове. Хоть одно должно было помочь ему. Так и произошло. Он с облегчением вздохнул, а слизень с диким воплем взорвался. Тогда уже и она могла дышать спокойно. — Ты точно не шаманка? — девушка отрицательно махнула на вопрос. Они все ещё сидели на полу. Он был так близко к ее лицу, что лицо Ханны вновь обрело краски. Ким и сам засмотрелся на нее. Прямо сейчас он готов был плевать на все свои принципы, на подобие: никогда не целуй никого кроме себя или кого нибудь менее прекрасного, чем он сам. Как ни странно, он перестал чувствовать себя неловко рядом с ней. Она не выше и не ниже него по статусу. Идеальный кандидат на роль партнёра. Да и сама она вроде не против таких обстоятельств, раз никуда не спешит. В его глазах отражен весь ее мир. Ее первый маленький мир. Неужели эта прелесть настолько сильно любит себя, что даже не обратит внимание на всё готовую девушку. Да, именно так он и сделает. Парень приблизился к ней и между их лицами осталось несколько сантиметров. Он опалил ее кожу горячим дыханием. А затем просто увернулся. — Хочу есть. Ангел сидит в полном шоке. Ее миссия только что могла практически завершиться, но все идёт, как обычно, не по плану. Ким отодвинулся от Ун и ползком оказался рядом со столом на котором красовался рамен. В мыслях ангел уже корила себя и представляла, как будет получать плетью по своим будущим крыльям. Вкусив людскую пишу, ангел не сразу сообразила, что она человеческая. Ведь ангелы на Зимбару едят точно такие же угощения. Пахнет оно в точности так же, а на вкус даже слаще. Ее лицо выражало счастье, она была готова плакать от радости, что в общем-то ангел и сделала. Из ее глаз сыпались слезы. Она кушала подобное лишь единожды из рук Верховного. Лицо ослепляет улыбка, а губы шепчут: «Как же вкусно». — Ты чего? — парень коснулся ее щеки, большим пальцем стирая слезы. — Никто ещё не готовил для меня так вкусно. — теплая рука парня, до бабочек в животе нежная, она вызывала в ангеле ещё большую бурю эмоций. — Я конечно знаю, что Ким Сокджин прекрасный повар, но не нужно же из-за этого плакать. Будто дома тебя не кормили. — а вот и первый звоночек прямиком в ад. — Даже еда моих родителей не сравниться с твоей. Хотя они почти и не кормили меня домашней едой, либо покупная, либо еда из ресторанов. Джин отвернулся. Его уши пылали, но из-за волос это было не особо и понятно. К тому же большие пальцы рук, теперь закрывали мочки ушей. Сам парень уже давно поплыл от лести, но ведь он в первую очередь парень, должен уметь держать себя до конца. Очень весело наблюдать за его такой реакцией. — Меня смущают твои слова. — решил все же признаться он. — Розовая фея, ты не говорил, что так шикарно готовишь. Я думала ты просто прикалываешься, а вот нет оказывается действительно в чем-то соображаешь. — Девушка улыбнулась, он ещё не видел, чтобы она так светилась от счастья. — Почему ты называешь меня так? — неожиданный вопрос для ангела, что же ей ответить? Сказать правду или солгать? — Не знаю, просто ты почти всегда приходишь в чем-то розовом, вот я и… — ложь, ее точно этим вечером навестит верховный и устроит ей порку. — Меня так называла только бабуля. Знаешь, я сначала был даже рад, что ты так назвала меня. — он честен, не пытается увильнуть. — Правда? — кивок, — То есть, чуть ли не матом меня покрыл из-за этого, а оказывается, что тебе даже понравилось? — Знаешь, я очень хорош собой. И в университете у меня некая репутация. Я должен поддерживать имидж плохого парня. Ты же знаешь, что я такой. — Ты не плохой, это лишь образ. Иначе зачем бы ты возился с едой? Мы могли просто заказать, что-нибудь через доставку. — Я просто не хотел ждать, а магазин всего лишь в паре метров от твоего дома. — ложь, мочки ушей покрылись алой краской, а глаз дернулся. — Хен, зачем тогда ты скупил всю пластиковую посуду, что там была? — Мне стало тебя жаль, к тому же не с кастрюли же мне есть. А ты, почему ты всегда оказываешься там же где и я? Я вижу тебя на всех парах, и лишь одну ты успешно отлыниваешь. Ты постоянно смотришь на меня с жалостью, зачем? — Ты одинок, вот я и смотрю на тебя. — Я одинок? Ха, да я же постоянно кем-то окружён. — Правда? Тогда куда они деваются после учебы. Желают тебе хорошего дня и сваливают. Это называется друзья? — У меня есть друзья, ты вообще видела меня? — он указал на себя пальцем и с ухмылкой произнес, — ПФ, ладно, но как ты объяснишь тот факт, что постоянно оказываешься там же где и я? Сталкер? — Во-первых мы учимся в одном университете, на одном факультете, если тебе и этого мало, то и на одном курсе, так что логично наши пары будут совпадать. Во-вторых, ты мне нравишься. — перед самыми важными словами, девушка выдержала небольшую паузу, она должна была это сделать рано или поздно от этого зависит ее миссия и то будет ли она получать плетью или нет. — Я конечно знаю, что я красавчик, невероятно смышлён. Да и вообще идеал многих девчонок, но чем конкретно, я тебе запал в душу? — Внешность тут точно не причем, ты симпатичный, но не в моем вкусе. Мне нравятся твои глаза, они как черная дыра, засасывала меня, мои мысли, мои чувства и эмоции, которые уже переполняли меня и вот-вот вырвутся наружу. — девушка попыталась жестами изобразить взрыв и тут же до ее ушей донёсся смешок. — Глаза? Ты сейчас серьезно? Мне конечно, говорил что у меня красивы, но чтобы так красочно никогда. Слушай, Ханна, а может ты лжешь? Все таки актриса должна этим пользоваться. — Послушай, думаешь если мы должны играть влюбленных, то я в жизни не смогу просто влюбиться в тебя? Для этого не нужно каких-то особых правил, которых нужно строго следовать! Я не контролирую свои чувства, все что мне хочется это просто… — Просто что? Как я могу верить тебе? Ты ведь сегодня утром накинулась на режиссера, чтобы меня убрали с главной роли. Вообще откуда тебе знать, может я хотел, чтобы именно ты играла со мной? — Но ведь ты этого не хотел. Сам же говорил, а я просто стеснялась тебя. — Ты видела меня почти обнажённым единожды, тогда ты ничего не стеснялась. — А вот и не правда. Ты не знаешь моих чувств, как мои щеки горели в тот день. — девушка прикрыла глаза, а ее губы не произвольно цокнули. — Знал, бы ты как я переживала в тот день. Как же мне тогда хотелось утешить тебя, я просто… — Просто что? Почему ты молчишь? — Все что мне хотелось это просто поцеловать тебя, — А вот и время пользоваться своей прекрасной актерской игрой. — Так чего же ты ждёшь? Почему не поцелуешь меня? — Что? Я просто, не думаю что мои чувства взаимны. — Даже если и так я должен знать, как ты целуешься. Ты ведь будешь стоять рядом со мной, а нас будут снимать камеры и не одна. Мы должны будем поцеловаться и не один раз. Так что лучше уж сейчас, чем потом на съёмочной площадке окажется, что ты просто не умеешь целоваться. — С чего ты взял, что я не умею то? Я то и не умею, ха. — На словах и я горазд чепуху сморозить, так что учись пока я жив. С едой было покончено. Он хотел добавить, что-то ещё, но не дожидаясь очередного нравоучения, пододвинулась к нему еще ближе, и, приподняв рукой за подбородок голову, тут же накрыла его губы своими. Они сидели рядом, так что это было сделать легче лёгкого. Казалось, будто время остановилось. Их сердца бились в унисон. Не было слышно ни звука, лишь в груди ощущалось бешеное биение сердца. Ханна словно таяла в объятиях своего возлюбленного, поэтому обвила его шею руками, чтобы не дать пути к отступлению. Джин, оторвавшись от ее губ, смело обвил своими руками ее талию и пристально смотря произнес: — Ладно, признаю ты целуешься лучше, чем я думал, стоит мне поучиться у тебя. Думаю мы сработаемся. Джину нравится наблюдать за её привычкой задумчиво потирать указательным пальцем кончик носа. Когда она чем-то озабочена, нравится рассматривать, как трепещут её длинные ресницы, когда она увлечена волнительной беседой, нравится смотреть на то, как Ханна злиться, когда она прикрывает глаза, а губы всегда цокают, как впервые. Сейчас они должны отработать очередной поцелуй. С каждым разом у них получается все лучше и лучше. Чувства их героев растут вместе с ними. Джин поверить не может, что прямо сейчас они лежат в обнимку и смотрят фильм по мотивам которого и будет идти спектакль. А вот ангел не может поверить, что ее первая миссия почти удалась, дело осталось за малым. Всего-то осталось дождаться взаимных чувств от Джина. Он все ещё говорит, что всего-то вживается в роль Джека. На что обычно девушка ему поддакивает. В университете разлетелся слух о том, что возможно они встречаются невероятно быстро. Они не подтвердили этого, но и не отрицали. Ханне нравилось ловить на себе все эти завистливые взгляды, когда он смеётся с ее шуток или, когда он угощает ее морковными палочками. Сокджин словно кот, присвоил себе Ханну и больше никого к ней не подпускает. Стоит лишь каким-то парням посмотреть на его Ханну, он тут же начинает беситься. Очевидно же что он точно что-то испытывает к ней, так почему же ничего не предпримет? Хорошо устроился, вот в чем дело. До показа спектакля осталось всего неделя. Последняя неделя, чтобы завершить миссию. И здравствуй долгожданный отпуск! — Фея, как тебе идея сходить в кино завтра? — парень ничего не ответил, он уже как пять минут видит прекрасный сон, с участием его ангела. Можно ли сказать, что он поборол свою гордость? Да, определенно. За эти несколько недель он почти не упоминал себя. Да, были моменты когда он восхищался собой, но это совсем ните случаи, когда можно считать, что он слишком гордый и его нужно отправлять в ад. Будет ли ангелу его не хватать? Определенно, он первооткрыватель ее сердца. Первый заполнил душу такой прекрасной человеческой едой. Первый показал такой чудесный фильм как Титаник. Плевать, что он был заснят почти двадцать лет назад. Плевать, абсолютно на все. Она точно будет скучать по таким простым вечерам в обнимку с подопечным. Но вместо него ей предстоит столкнуться с ещё большим количеством проблем. День х. — Ты же помнишь условия? Он должен влюбиться в тебя. Должен признаться, что был гордлив. Я пока никаких изменений не увидел, кроме того, что он постоянно находится рядом с тобой. Он не чувствует ничего. От этого всего зависит твоя собственная голова. Верховный был недоволен работой ангела. Он грозно оглядел подчинённую и пропал, как только та щёлкнула пальцами. — Блять так он не шутил? Я то думала, что Джин влюбился, а он лишь игрался мной. Не мыслимо, меня переиграли. — мысли летели одна за другой, ангел уже не в силах их держать при себе. Гнев переполнял ангела. Как хорошо, что эмоции очень быстро отпускают нежитей. Декорации все были готовы. Огромные слайды с фоном, мишура для воды. Во общем и целом ученики знатно постарались. Осталось лишь выйти на сцену и сыграть. Массовка толпилась вокруг давно покалеченного жизнью подобию «корабля», подбрасывая шапки вверх и приветствуя пары труб, которые они выбрасывали. На палубе оркестр играл туш-приветствие и пассажиры, стоявшие близко к трапу, могли слышать оркестр и красивую, хоть и громкую музыку. Первые несколько сцен обошлись без главной героини. Джин прекрасно справлялся с ролью, бедняка Джека. Зал только и делал, что аплодировал ему. Занавес закрывается. И на сцене появляется она. Ее белое платье с разными рюшками, сносит крышу от своей красоты. Волосы собрали в очень сложную, но красивую прическу. Глаза горят, она похожа на сбежавшую из сказки принцессу. Кто-то в зале восторженно охнул. Первая встреча Джека и Розы. Тот день когда они полюбили друг друга. И тот день в котором все пойдет не по плану. Ангел намеривается все испортить. Одной единственной фразой «Я не желаю иметь ничего общего с отбросами». За эти слова ее точно выгонят из театра, но она знает на что идёт. Джину будет обиднее большевсех, ведь она его партнёрша. А значит, если исключат Ханну, то исключат и его самого. Медленно не спеша все идёт по сценарию. Совсем скоро будет их первый поцелуй вот тут то она все и испортит. Оркестр сидящий за кулисами заиграл, эта мелодия означает только одно, пора Джек потянулся к Розе за поцелуем, но его ожидал плачевный исход. Звонкая пощёчина от представительницы слабого пола. — Какого черта? — тихо шикнул он — Я не собираюсь возиться с отбросами общества, к тому же, мистер Доусон у меня уже есть жених. — кратко ответила девушка и мигом шмыгнула за кулисы оставив парня одного на сцене Съёмку прекратили, люди в зале были удивлены не меньше, чем главный актер. Но им понравилось, это было впервые за историю театра, где люди решили импровизировать. Ранее такое было под запретом, но сейчас все в восторге. После они доиграли в пьесе, трагичный финал, но Джек и Роза были порознь. Джин часто одаривал Ханну грустными взглядами, а той хоть бы что. Сам виноват. — Что это было? — после пьесы к главной актрисе подошел Джин, именно в тот момент, когда она вела трапезу. — Правда здорово, я придумала. Тебе не пришлось меня целовать и от этого никому не, неловко, к тому же твои поклонницы разорвали бы меня. А так все в плюсе. К тому же режиссеру понравилось. — А может, я хотел чтобы мы поцеловались? Мы ведь могли объявить об отношениях после постановки. — Не думаю. Ким, не навязывай себе мои чувства. Ты и без них как-нибудь проживёшь. Да и я уже не чувствую тех былых чувств, ты мне нравишься, но уже не так сильно. — Ты сейчас отказала мне? Ты отказала мне, ха да у меня таких как ты будет тысячи. Тоже мне. Ун Ханна возомнила из себя не пойми что влюбила меня в себя. — Не смеши меня, я тебя влюбила? Да ты же дальше своего личика ничего не видишь. — Знаешь, что Ун Ханна. Я и вправду настолько идеален, что ты мне не пара, так что, чау. Он ушел. Ангел не понимала, говорит ли он правду о своих чувствах или нет, но девушка почувствовала отчётливую боль в груди. А прямо перед ней появился Верховный. Ангел покинула тело Ханны. Девушка уснула она должна проснуться, через пару минут в прежнем состояние, но она будет помнить все что с ней было. — Ты не справилась с миссией. — Но, Верховный, я же все сделала как вы и сказали. Я влюбила его в Ханну, а дальше дело за малым. — Ты права, он полюбил Ханну, он так же почти поборол свою гордость, но ты ранила все его чувства. Верховный совет накажет тебя, но нельзя и не наградить тебя за службу. Ты помогала парню справляться с бесами, ты всячески его оберегала, так что твое наказание будет более мягким. — сказал Верховный, в его руках появился небольшой лист. — Это твоя награда Он протянул ангелу тонкий белый лист, на котором красными чернилами было написано:» Оставь надежду всяк сюда входящий. Отдых на мирских угодьях, кухня высшего класса, ежедневные лечебные процедуры, уход за крыльями» Мирские угодья — один из курортов на Зимбару. В нем могут отдыхать, как демоны, так и ангелы. Обслуживают их обычно ёкаи. В этом месте все забывают о своих обязанностях сроком на двенадцать недель. — Большое спасибо, Верховный. — поклонилась ангел — Но не забывай и про наказание, огненное колесо прямо над озером страданий, три круга. — Блять. Ун Ханна очнулась, но не у себя в гримёрке, а в своем доме. На кухне шумел чайник, посуда гремела. Взяв в руки пульт от телевизора, надеясь, что он хоть как-то поможет от грабителей. Она медленно прошла к кухне. У плиты стоял высокий брюнет, на нем был ее собственный фартук. Парень лепил, что-то похожее на пельмени. — Джин? Ты чего здесь забыл? — устало сказала Ханна, не забыв почесать слипшиеся от лака волосы. — Вот же дурочка, уснула и не помнит, как я ее на спине тащил. Ты шутишь, что-ли? — он обернулся. Его взгляд был подавленным, глаза красные, будто только что он плакал, но заприметив рядом лук, Ханна тут же поняла, что проблема не в ней. — Ханна, я впервые делаю такие ответственные шаги. Мне ещё никто так сильно не нравился, кроме себя конечно же. Прости за то что сказал, что найду кого-то лучше тебя. Мне это не нужно. Пожалуйста, прости. Прозрачная жидкость скатилась по его щеке. Кожа покрылась румянцем, а сам он отвернулся, как маленький провинившийся ребенок. Джин почувствовал, как его шея тяжелеет. Ханна чуть ли не повисла на нем. Она готова простить его и начать все сначала, пусть она сама и не помнит, как лично признавалась ему в любви. Но такой его поступок, точно оправдал всё. Взаимные объятья, такие теплые и такие родные. Он насквозь пропах едой, а она и рада. Конец. Ангел закрыла книгу. Ее только что чуть не поджарили на колесе. Она спаслась только благодаря этим двоим. Какое облегчение.