За гранью невозможного

      Первая учебная неделя выдалась у Вороновой весьма неоднозначной. Её расписание было составлено таким образом, что все занятия проходили в разных корпусах. Приходилось постоянно бегать из одного корпуса в другой, да ещё и искать аудитории, к расположениям которых Анна Михайловна пока не могла привыкнуть. Единственный плюс расписания был в том, что иногда между парами у Вороновой было «окно», что позволяло сделать передышку и не бежать с одной лекции на другую сломя голову, чтобы не опоздать на собственное занятие. Как можно требовать от студентов приходить на пару вовремя, если сама на них будешь постоянно опаздывать? Да, собственно, никак. Стоит пару раз показать им, что ты сама не следуешь своим же правилам и они, следуя твоему примеру, также перестанут их соблюдать.       Конечно, такой плюс большого перерыва был очень сомнительным, так как из-за таких «окон» ей приходилось находиться на работе намного дольше, чем если бы все её занятия стояли друг за другом. Но, что она могла сделать? На кафедре она человек новый, потому её мнение особо никто не спрашивает. Хочешь работать в университете? Тогда терпи!       Воронова очень быстро нашла, чем занять себя в перерывах между парами. Её научный руководитель, под началом которого она написала кандидатскую диссертацию в Москве, согласился работать с ней и дальше. Для того, чтобы в будущем приступить к написанию докторской диссертации нужна была хорошая подготовка. Анне Михайловне нужно было достаточное количество научных публикаций. Благо, материальная база в университете, где теперь работала Воронова, позволяла проводить все необходимые исследования. По плану, составленному Романом Сергеевичем, за два с половиной года Анна Михайловна должна выпустить необходимое количество публикаций, которые лягут в основу её диссертации. Если все пойдёт по плану, то к защите Воронова допуститься через три года, что будет оптимальным вариантом для неё.       Анна Михайловна уже выбрала, на какие темы ей стоит писать свои научные статьи. Роман Сергеевич темы одобрил, составил план работы для своей подопечной и дал несколько важных советов. Теперь дело оставалось за малым - провести исследования, на основании которых и будут написаны статьи. Иван, студент второго курса аспирантуры и по совместительству лаборант кафедры, согласился помочь Вороновой в её исследованиях. Они вместе выбрали дни, в которые Анна Михайловна могла работать в лаборатории, не мешая остальным преподавателям кафедры. И, как оказалось, работать над своими исследованиями она могла только по вечерам. Но это было больше плюсом, чем минусом, так как её расписание не позволяло ей полноценно работать днём.       Всего, в этом семестре, она преподавала три дисциплины. У второго курса Анна Михайловна вела «Основы трансформации теплоты», у третьего «Тепломассообмен» и у четвёртого - «Тепломассообменное оборудование предприятий». Все предметы были профильными, поэтому часов на них отводилось много. Каждый день у Анны Михайловны было минимум две пары, а то и все три. Нужно было дать огромное количество материала именно на лекционных неделях, так как потом будут преобладать семинары и лабораторные работы, на которых нужна хорошая теоретическая подготовка студентов.       За неделю Анна Михайловна присмотрелась к студентам, которые приходили на её занятия и сделала для себя определённые выводы. Например, второй и третий курс, по сравнению с четвёртым, показались Вороновой менее дисциплинированными. Если четвёртый курс сразу понял, что с Анной Михайловной лучше не шутить, то до младших курсов эта информация дошла не сразу. Они опаздывали, перешёптывались на занятиях, отвлекались, что в конце концов вывело Воронову из равновесия. Чтобы наладить дисциплину ей пришлось выгонять студентов с занятия, ставя всем пропуск и вычитая баллы из будущих контролей.       К радости Анны Михайловны, такие радикальные меры оказались очень эффективными, особенно на занятиях у второго курса. Студенты, наконец-то, задумались о том, как стоит вести себя на парах у нового преподавателя. К концу недели Воронова отметила, что дисциплина на её занятиях наладилась, поэтому немного смягчилась к своим подопечным. Иногда она позволяла себе немного отвлечься от темы, чтобы студенты немного отдохнули, а в перерывах с радостью отвечала на все вопросы, которые возникали у студентов во время занятия.       В такой плотной работе пятница наступила незаметно. На последней лекции Анна Михайловна уже была, мягко говоря, измотана. Усталость, накопившаяся за эту неделю давала о себе знать, поэтому, когда прозвенел спасительный звонок, символизирующий окончание занятия, Воронова облегчённо выдохнула. Отпустив студентов, она быстро вернулась на кафедру за вещами, чтобы потом на два дня покинуть университет и как следует отдохнуть.       Но, как только Анна Михайловна зашла на кафедру, она тут же поняла, что с отдыхом придётся подождать. Оказалось, что сегодня, после еженедельного заседания факультета, Лахман планирует провести и заседание кафедры, на котором нужно будет обсудить ряд важных вопросов. Заседание Лахман назначил на пять часов вечера, а крайняя пара у Вороновой закончилась в пятнадцать минут третьего. Что делать весь обеденный перерыв и целую пару, Воронова не знала.       Заварив себе кофе, Анна Михайловна устроилась за своим рабочим столом и включила компьютер. Настроившись на плодотворную работу, Воронова открыла черновик своей первой статьи, но тут в кабинет ворвалась Ирина Алексеевна, преподаватель курса «Защита окружающей среды от вредных выбросов предприятий».       - Как вообще это понимать? - возмутилась Ирина Алексеевна, снимая пальто - Кто вообще так делает?       - Что случилось? - улыбнувшись, спросила Анна Михайловна, не сводя взгляда со своей коллеги.       - Я уже села в автобус, когда мне сказали, что сегодня заседание! Ты представляешь, я как дура зашла на первой остановке, а вышла на второй! Вот кто так делает? Почему нельзя сказать о заседании заранее?       Воронова уже хотела ответить Ирине Алексеевне, что также, как и она, возмущена таким резким заявлением, но в этот момент в кабинет вошла Ольга Викторовна.       - Ах, Ирина Алексеевна, вы уже вернулись? - на лице Ольги Викторовны играла злорадная улыбка, как у хулигана, который только что совершил очередную пакость.       - Да, Ольга Викторовна, я уже вернулась! - Ирина Алексеевна вымучено улыбнулась - Спасибо, что позвонили!       - Я всегда к вашим услугам, Ирина Алексеевна! Кстати, как там у нас с заявками на выпускников?       - Ольга Викторовна, вы же понимаете, что сделать пятьдесят заявок на выпускников этого года за столько короткое время - нереально! Особенно, если работать в одиночку!       На лице Ольги Викторовны появились багряные пятна. От напряжения она сжала кулаки и в какой-то момент Анне Михайловне, наблюдающей за разговором своих коллег, показалось, что Ольга Викторовна сейчас или закричит, или ударит Ирину Алексеевну.       - Ирина Алексеевка, вы же понимаете, что эти заявки - очень важное дело? Если их не сделать сейчас, пятикурсники не попадут на обязательную преддипломную стажировку в марте!       - Ольга Викторовна, насколько я помню, это ваша работа! - возразила Ирина Алексеевна - В конце концов, вы у нас заместитель заведующего, а не я! И я не обязана выполнять эту работу за вас!       - Ирина Алексеевна! - прошипела Ольга Викторовна, напомнив Анне Михайловне большую змею, которая вот вот бросится на свою жертву - Вы же помните, кто дал рекомендацию взять вас работать на кафедру? И, как вы верно заметили, я действительно заместитель заведующего, а значит, я могу решать, кому выполнять определённую работу на кафедре, а кому нет!       Ирина Алексеевна с нескрываемой ненавистью смотрела на Ольгу Викторовну, на лице которой вновь появилась улыбка. Она смотрела на Ирину Алексеевну взглядом, которым обычно смотрят на поверженного противника.       - Ирина Алексеевна, если вы, действительно, не справляетесь, я могу дать вам помощника - Ольга Викторовна обернулась и многозначительно посмотрела на Анну Михайловну - Анна Михайловна, вы же поможете Ирине Алексеевне в её непростом деле?       - Конечно! - тихо ответила Анна Михайловна, понимая, что только что выписала себе пропуск на бесплатное "развлечение" в свободное от занятий время - Я с радостью помогу Ирине Алексеевне!       - Ну, вот и славно! - весело проговорила Ольга Викторовна и направилась к двери - Жду готовые заявки к среде!       - Вот сучка! - топнув ногой, раздражённо выпалила Ирина Алексеевна, как только Ольга Викторовна вышла из кабинета.       - Ира, успокойся, от этого всё равно ничего не изменится! Давай лучше заявками займёмся, пока есть свободное время. Сколько ты уже успела сделать?       - Семь! Я успела сделать только семь заявок! - устало опустившись на диван, ответила Ирина Алексеевна.       - Значит, нам осталось сделать всего сорок три! - грустно улыбнулась Анна Михайловна, закрывая документ с черновиком своей статьи. Ближайшие несколько дней она вряд ли сможет вернуться к работе над статьёй.       - Прости, что ввязала тебя в это! - вдруг виновато сказала Ирина Алексеевна - Я не хотела, чтобы всё так получилось!       - Господи, Ира, за что ты извиняешься? Ты ни в чём не виновата! Думаю, если бы в кабинете в момент этого разговора был кто-то другой, то Ольга Викторовна заставила бы его работать с тобой. Так что, это просто странное стечение обстоятельств!       - Да, наверное, ты права, но я всё равно виновата перед тобой! Если бы я не вывела её на этот разговор, она бы не заставила тебя помогать мне. Так что, позволь мне, в качестве моральной компенсации, пригласить тебя на чашечку хорошего кофе?       - Я не против! - улыбнувшись, ответила Анна Михайловна.       - Отлично! - Ирина Алексеевна радостно поднялась с дивана - Тогда собирайся, я знаю неплохую кофейню рядом с университетом!       - А заявки?       - Аня, если честно, я после разговора с Ольгой Викторовной вообще не настроена работать. Да, и оставаться на кафедре у меня совсем нет желания.       С первых дней, как Анна Михайловна начала работать на кафедре «Промышленной теплоэнергетики», Филиппова Ирина Алексеевна сразу же проявила к Вороной особый интерес. Она помогала ей освоиться на кафедре, рассказала о всех преподавателях и их характере, показала все аудитории, закреплённые за кафедрой. Филиппова даже помогла Анне с оформлением всех необходимых документов, хотя она была не обязана это делать.       Анна Михайловна отметила для себя, что Ирина Алексеевна очень добрый и открытый человек, чем часто пользовались остальные преподаватели кафедры. В особенности, Ольга Викторовна, которая, по наблюдениям Вороновой, очень любила скидывать всю свою работу на других.       Ирина Алексеевна, по своей доброй натуре, никогда не отказывала в помощи другим преподавателям. Но сегодня, явно доведённая до предела, Ирина Алексеевна впервые возмутилась такому отношению к себе. И, надо сказать, Анна Михайловна была за неё очень рада.

***

      Кофейня, в которой Воронова и Филиппова решили провести свободное время, понравилась Анне Михайловне. Интерьер был выполнен в стиле лофт, сочетающий в себе простоту и комфорт. Это подкупило Воронову, которая очень любила минимализм во всём.       Несмотря на то, что обеденный перерыв уже прошёл, в кофейне было очень мало свободных столиков. К счастью девушек, у большого панорамного окна как раз освободился столик, за которым сидела молодая парочка. Не теряя времени, девушки заняли свободное место. К ним тут же подбежал официант, и, быстро приняв заказ, удалился.       - Ир, почему ты раньше не поставила Ольгу Викторовну на место? - спросила Анна Михайловна, когда официант принёс их заказ.       - Ань, я тебе уже говорила, что с Ольгой Викторовной лучше не портить отношения! - тихо ответила Ира, сделав глоток из чашки - Она запросто может испортить жизнь всем, кто идёт против неё! Мне следовало и сегодня держать язык за зубами, но вся эта ситуация довела меня до белого каления! Думаю, что на заявках моё рабство у Ольги Викторовны не теперь закончится.       - Моё, наверное, тоже - Анна Михайловна усмехнулась - Не думаю, что дело остановится на заявках.       - Боюсь, что ты права! Ольга Викторовна очень любит заваливать работой молодых преподавателей. В том году от нас из-за этого ушёл Паша Липин, тоже молодой преподаватель. Учился у меня в своё время, хороший мальчишка. Преподавать хотел, но имел неосторожность высказать Ольге Викторовне всё, что он думает о её методах работах. Та, естественно, терпеть не стала, завалила его работой, а у него жена и ребёнок маленький. Паша, конечно, первое время пытался работать, но вскоре не выдержал и уволился.       - Не очень то утешительный рассказ, если честно!       - А я тебя и не утешала! - серьёзно ответила Ирина Алексеевна - Я тебя предупреждала. Будь с ней осторожнее, если хочешь у нас работать.       После этих слов Иры к разговору о работе девушки больше не возвращались. Стараясь отвлечься от проблем с Ольгой Викторовной, Ирина Алексеевна решила узнать у Анны Михайловны, над чем она работает в последнее время. Та, в свою очередь, с радостью поведала подруге о своём научном интересе.       За разговорами о науке свободное время для Анны и Ирины пролетело незаметно. Когда они вернулись в университет, заседание уже начиналось. Как только девушки заняли свободные места в конце аудитории, Виктор Владимирович Лахман начал свой доклад. Главной повесткой дня оказались нововведения, которые нужны для улучшения работы кафедры. В этом году, по словам Лахмана, ВУЗ будет принимает несколько крупных научных конференций, поэтому к вопросу подготовки студентов преподавательскому составу требуется подойти с особым вниманием.       - У нас из всех студентов кафедры наукой занимается от силы человек пять - тихо посетовала Ирина Алексеевна, делая пометки в своём ежедневнике - Хотят вводить новшества, а для кого? Им же почти всем наплевать! Сейчас молодёжь силком в научную деятельность не затащишь!       Анна Михайловна улыбнулась. В прошлом она уже не раз встречалась с проблемой, когда кафедра требует выполнения плана по научной работе студентов. При этом никого не интересовало, что сейчас молодёжь уже совсем не та. У неё другие интересы, другие развлечения - наукой мало кто интересуется. Больше половины студентов поступают в университет лишь для того, чтобы получить заветные корочки и гордиться тем, что у них есть высшее образование. Ну, и получить отсрочку от службы в армии.       - Так, и ещё один вопрос у нас не решён! - Виктор Владимирович снял очки и осмотрел преподавательский состав - Как мы все знаем, Екатерина Владимировна ушла в декретный отпуск и группа пять - тринадцать осталась без куратора. Нужно что-то решать, так как это выпускной курс и просто бросить их на произвол судьбы мы не можем!       - А в чем, собственно, вопрос? - спросил Роман Васильевич, преподаватель «Котельных установок и парогенераторов» - Анна Михайловна как раз пришла на место Екатерины Владимировны, вот и пусть будет куратором у её группы!       - Роман Васильевич, вы же понимаете, что ребятам в этом году диплом писать! А Анна Михайловна человек новый, поэтому не думаю, что стоит сразу давать ей выпускной курс. За ними нужен глаз да глаз, и будет лучше, если их куратором будет кто-то из старой гвардии - властно произнёс Виктор Владимирович тут же обратился к Вороновой - Анна Михайловна, не обижайтесь!       Воронова успела лишь многозначительно кивнуть, как в спор вступила Ольга Викторовна:       - Виктор Владимирович, все остальные преподаватели заняты! Группы распределены! У нас нет свободных резервов!       - Ольга Викторовна, я всё понимаю, но и вы меня поймите - это выпускной курс, их нужно контролировать! Или вы хотите, чтобы получилось как в том году?       Анна Михайловна вспомнила, как Ирина сегодня рассказала ей, что в прошлом году многие студенты подписывали свою дипломную работу за день до защиты. А один индивидуум вообще допустился только в день защиты. На удивление, его диплом все ещё лежал на кафедре, ожидая, когда владелец соизволит явится за ним.       - Виктор Владимирович, а что вы предлагаете? - сухо спросил Роман Васильевич - Двигать весь преподавательский состав, чтобы освободить другую группу для Анны Михайловны?       - Без рокировки нам все равно не обойтись, поэтому предлагаю самый оптимальный вариант - Ольга Викторовна, вы станете куратором группы пять-тринадцать, а Анна Михайловна заберёт группу четыре-тринадцать!       - Но, я веду их с первого курса! - от возмущения Ольга Викторовна поднялась с места и с вызовом посмотрела на Виктора Владимировича - Вы же понимаете, что для ребят это будет стресс?       - Ольга Викторовна, успокойтесь! - устало произнёс Лахман, потирая переносицу - Ребята взрослые, уж как-нибудь привыкнут. Им не пять лет, да и вы не воспитатель в детском саду! К тому же, пятый курс вы поголовно знаете, что облегчает нам задачу. Насколько я помню, вы у них будете преподавать в весеннем семестре. А вот Анна Михайловна у пятого курса ни один предмет не преподаёт. Поэтому это будет самый оптимальный вариант!       Ольга Викторовна хотела что-то возразить, но передумала. Тихо опустившись на стул, она грозно посмотрела на Воронову. На какое-то мгновение Анне Михайловне показалось, что она хочет уничтожить её взглядом.       - Ну все, теперь ты её персональный враг! - шёпотом проговорила Ира - Она тебе этого не простит. Наверное, она даже про меня забыла, когда услышала, что ты забираешь её группу.       - Я не понимаю, при чём тут я? - так же тихо спросила Анна Михайловна - Я же не напрашивалась на это кураторство!       - Понимаешь, её группа, а точнее теперь уже твоя, считается сильнейшей на потоке, даже не смотря на «военных». Так что, она просто не хочет отдавать «лакомый» кусочек.       Когда спор по поводу кураторства сошёл на нет, Виктор Владимирович довёл ещё несколько организационных моментов и закончил заседание кафедры. Преподаватели потянулись к выходу из аудитории, словно студенты, которых отпустили с занятия пораньше.       Проходя мимо Ольги Викторовны Анна Михайловна заметила, как женщина с нескрываемой ненавистью смотрит на неё. Что она такого сделала Ольге Викторовне что за пять минут из коллеги превратилась во врага народа? Она же действительно не просила, чтобы её поставили на место Ольги Викторовны, да и об особом статусе группы четыре-тринадцать Анна до сегодняшнего вечера не знала.       - Анна Михайловна, задержитесь, пожалуйста - за спиной раздался спокойный голос заведующего кафедрой и Воронова остановилась.       - Я подожду тебя в кабинете - шепнула ей Ира, проходя мимо. Анна Михайловна лишь кивнула в знак согласия.       Когда все преподаватели покинули кабинет, Анна Михайловна подошла к Виктору Владимировичу.       - Анна Михайловна, вы не обращайте внимания на Ольгу Викторовну - Виктор Владимирович улыбнулся - Она у нас женщина старой закалки. Её можно понять, ведь она в эту группу вложила столько труда.       - Виктор Владимирович, если вы действительно так считаете, почему же решились на эту перестановку? Вы же видели, что Ольга Викторовна всем своим видом дала понять, что такой вариант развития событий её совершенно не устраивает!       - Понимаете - Виктор Владимирович вдруг понизил голос, словно боялся, что его услышат - Ольга Викторовна, как бы это по мягче сказать, консерватор. Все новшества она воспринимает в штыки. А о ваших успехах в московском энергетическом я наслышан. Поэтому и решил, что под вашим руководством тринадцатая группа четвёртого курса раскроет себя с новой стороны. Там очень много способных ребят, но консерватизм Ольги Викторовны мешает им развиваться.       - Я не совсем понимаю, как на способности ребят может влиять куратор? Не научный руководитель, а именно куратор.       - Анна Михайловна, я буду с вами откровенен - Ольга Викторовна многие идеи ребят пресекает на корню. Несколько раз она даже забраковала научные работы студентов, потому что они просто ей не понравились. Да и творческую жизнь в группе она, как бы по мягче сказать, душит. А ведь в группе есть талантливые ребята, которые успевают и в учёбе, и в общественной жизни.       - То есть вы хотите...       - Я хочу, чтобы вы вдохнули в эту группу новую жизнь! Я думаю, что работа с этой группой будет полезна не только ребятам, но и вам. В конце концов, думаю вы слышали крылатую фразу - «У того, кто в молодости не был революционером, — нет сердца. У того, кто в зрелости не стал консерватором, — нет мозгов». Я хочу, чтобы вы дали ребятам шанс побыть революционерами. Но, пожалуйста, - взгляд заведующего вдруг стал насмешливым - без Ленина и броневика перед главным корпусом!       - Хорошо, Виктор Владимирович, я вас поняла. Сделаю все, что в моих силах.       - Спасибо, Анна Михайловна. Как, кстати, первые занятия на нашей кафедре? Как вам наши студенты?       - Все хорошо, Виктор Владимирович!       - Ну вот и славно! Не смею Вас более задерживать.       Анна Михайловна покинула аудиторию в смешанных чувствах. Ей до сих пор было не понятно, почему Лахман решил отдать эту группу ей. И его фраза про революционеров - неужели Ольга Викторовна так крепко держала группу в ежовых рукавицах, что могла позволить себе поменять тему научной работы у студента, для которого даже не является научным руководителем. Такого она ни разу не встречала в своей практике, хотя преподавала уже более семи лет.       Когда Анна Михайловна вернулась на кафедру, там уже никого не было, кроме Ирины Алексеевны. Она сидела на диванчике, листая научный сборник за прошлый месяц.       - Все, так быстро поговорили? Я думала он тебе минимум полчаса будет рассказывать про консерватизм Ольги Викторовны - Ира улыбнулась и отложила журнал.       - Я так понимаю, это его любимая тема в последнее время? - спросила Анна Михайловна и подошла к окну. На небе сгустились серые тучи и редкие капли дождя начали тихонько постукивать по стеклу.       - Ой, Ань, тут такие страсти кипят, как в бразильском или турецком сериале! Хотя, я бы даже сказала, что жизнь на нашей кафедре похожа на «Игру Престолов». Скандалы, интриги, расследования!       - Ты как домой планируешь добираться? - вдруг спросила Анна Михайловна у подруги и взглядом указала на окно - Там вроде как дождь начался.       - На общественном транспорте - смущённо ответила Ира - Водительского удостоверения у меня нет, к сожалению, как и машины! Хоть брат мне уже года три твердит, что пора бы мне уже отучиться в автошколе, но я все никак не могу собраться!       - Значит, я тебя отвезу! - строго сказала Анна Михайловна, отойдя от окна - А то сейчас простоишь на остановке, не дай бог заболеешь и оставишь меня одну на растерзание Ольги Викторовны.       - Да ладно, Ань, не надо - начала отнекиваться Ира - Я в состоянии добраться до дома сама. Но, за заботу спасибо.       - Ира, это не обсуждается! - улыбнулась Анна Михайловна и взглянув на часы, проговорила - Давай, собираемся и сваливаем, а то сейчас Лахман ещё что-нибудь вспомнит, и можно будет домой уже не ехать.       Ирина спорить не стала. Она быстро собралась и вместе с Вороновой покинула университет. Погода, как и предполагала Анна Михайловна, действительно разыгралась не на шутку - дождь барабанил по крыше машины с такой силой, словно хотел пробить металл.       Из-за непогоды движение в городе встало. Навигатор показывал все дороги в красном цвете и пробки в восемь баллов. При таком раскладе путь до дома Иры займёт не меньше часа.       - Ира, меня вот все вопрос мучает - нарушив тишину в салоне, заговорила Анна - Почему Ольга Викторовна так держится за эту группу? Она же меня чуть взглядом не испепелила на месте, когда Виктор Владимирович объявил, что теперь я буду куратором у её группы.       - А что именно тебе Лахман сказал, когда вы остались один на один? - поинтересовалась Ира, внимательно посмотрев на подругу.       - Что Ольга Викторовна консерватор и не даёт развиваться студентам. Это если кратко! Но, я так понимаю, это ты и так знаешь.       - Аня, я повторюсь, у нас на кафедре такие страсти кипят! Ольга Викторовна метит на место Лахмана, хочет заведовать кафедрой. Я не знаю, как у вас в Москве было, но тут женщин не очень любят на таких должностях. Поэтому Ольге Викторовне, чтобы стать в будущем заведующей, нужно показать, что она имеет определённое влияние на студентов. Обычно, Лахман нас меняет из года в год - никто не является куратором два года подряд...       - Никто, кроме Ольги Викторовны - усмехнулась Анна Михайловна и взглянула на подругу - Что, она такая вся из себя Маргарет Тэтчер?       - Именно. Она эту группу не просто так с первого курса ведёт - у неё там все налажено было, группа жила по её устоям. Точнее, гражданская часть группы жила по её законам, а на военных ей было наплевать. Хотя там тоже есть способные ребята. Но это не суть - суть в том, что она как бы показывает, мол смотрите, какая я молодец, группа у меня лучше всех, я могу их организовать, давайте я стану заведующей.       - И, Лахман против этого?       - Конечно! Он понимает, чего она добивается, но не хочет оставлять кафедру на неё. Года два назад он серьёзно заболел, пару месяцев его не было, поэтому Ольга Викторовна его замещала. Честно скажу, у неё не очень получалось, но она считала, что справляется на ура. Лахман когда вернулся, за голову схватился - всю кафедру запустили, документация оформлена не правильно, половина требований деканата относительно учебного процесса не выполняется. Мы с ним полмесяца ещё все разгребали, чтобы дела привести в порядок. А Ольге Викторовне хоть бы что, декану в уши пела потом, что кафедра при ней лучше работала, чем при Лахмане. Уж не знаю, поверил он ей или нет, но Виктора Владимировича пока никто не трогает.       Неожиданно у Иры в сумке раздалась трель телефонного звонка. Анна успела увидеть на экране телефона «Игорь» до того, как Филиппова приняла вызов.       - Да, Игорь, я слушаю! Хорошо. Спасибо, что забрал его, я бы не успела во время. Нет. Заседание кафедры. Ладно, я куплю. Но только одну. Да, давай.       - Муж? - улыбнувшись, спросила Анна.       - Брат - ответила Ира, убирая телефон - Я его попросила сына из садика забрать, а то с этим заседанием и пробками я бы не успела.       - Был у меня недавно интересный случай с одним Игорем. Не помню фамилию, но, вроде, как раз из группы четыре-тринадцать - Анна Михайловна усмехнулась. Ирина вопросительно посмотрела на подругу, ожидая продолжения. Воронова вздохнула и начала свой рассказ:       - Перед первой парой в понедельник я пошла к деканату, переписать свои аудитории, чтобы не путаться в неделях. Смотрю, два студента стоят, ржут как кони. Оказалось, выдумывали как меня зовут - Алефтина Митрофановна, представляешь? Ну я подхожу к ним, и один выдаёт мне: «А мы с вами случайно не знакомы?». И смотрит так пристально, словно я ему что-то должна. А я его в жизни ни разу не видела. У него шрам на лице, и если бы мы раньше встречались, я бы запомнила точно. Так когда он пришёл на пару, я уж на перекличке поняла, что его Игорь зовут. Фамилию, правда, не помню. Так он и после пары подошёл и опять за своё: «А мы точно с вами не знакомы?». Вот что ему от меня нужно?       - Это Соболев - с нескрываемой тревогой в голосе проговорила Ира - Может ты на его подружку похожа?       - Да, точно, Соболев - подтвердила Анна Михайловна - Не знаю, на кого я похожа, но я его точно ни разу не видела. Об этом я ему сразу сказала, но он все равно после пары подошёл опять.       - Ну, тогда, не знаю, что и ответить. Не забивай голову себе такой ерундой. Мало ли, что в жизни случается, может, он просто обознался?       - Может и обознался, я не знаю. Знаю лишь, что точно его не встречала никогда!       В машине вновь воцарилась тишина. Каждый думал о своём. Ирина во новому взглянула на Анну Михайловну и поняла, что Игорь был в чём-то прав - внешность Вороновой была действительно отдалённо знакома Ире. Словно она уже видела её когда-то давно, но похоронила воспоминания об этой встрече под грузом прожитых лет.       Чтобы отвлечься от этих мыслей, Ира начала рассказывала о забавных случаях в своей преподавательской практике. Воронова отметила, что по сравнению с рассказами Филипповой, Игорь со своими вопросами выглядел вполне адекватно. Но даже рассказы не могли заставить Анну Михайловну забыть о том, с какой настойчивостью Соболев расспрашивал её.       - Ир, можно вопрос? - вдруг прервав рассказ Иры, спросила Анна Михайловна.       - Да, конечно - улыбнувшись, ответила Филиппова - Что тебя интересует?       - Мы с тобой уже достаточно давно общаемся, но ты ни разу не упоминала о своём муже. Только о сыне и брате. Извини, если лезу не в своё дело.       - Не переживай, все в порядке - спокойно проговорила Ира - Дима военный, офицер, служит в ВДВ. В мае уехал в командировку на полгода, поэтому, наверное, я и не упоминала его. Волнуюсь я просто, как он там, в порядке ли? В ноябре должен вернуться и я надеюсь, что на Витин День Рождения Дима успеет. Витя его очень ждёт.       - А твой брат? Он с вами сейчас живёт?       - Пока да. Сначала в общежитии жил, а потом решил квартиру купить, сейчас там ремонт делает, поэтому пока живёт у нас. Честно скажу, не хочу, чтобы он переезжал, с ним мне как-то спокойнее, особенно, пока Димы нет. Да и легче мне, когда брат рядом - он и с Витей посидит, и по дому с хозяйством поможет. Я хоть вздохнуть свободнее могу, время на себя появляется.       - Это хорошо, что у тебя есть брат, на которого ты можешь положиться! - искренне ответила Анна Михайловна.       - А у тебя есть кто-то? - серьёзно спросила Ира - Муж, или, может быть, сестра?       - Нет, мужа у меня нет - Воронова улыбнулась - А вот брат есть, тоже военный. Служит в Воронеже, приезжает редко. Общаемся только сообщениями, да по скайпу. Обещал в отпуск приехать, погостить, но ему пока подписывают рапорт на отпуск.       - А дети? - вдруг спросила Ира - Детишек нет?       Вопрос Филипповой заставил вновь Анну вновь окунуться в воспоминания. Она опять вспомнила тот день, когда потеряла всё самое дорогое, что у неё было. Анна вновь вспомнила ту ночь, которая разделила её жизнь на «до» и «после». От напряжения Анна крепче сжала руль, словно это могло помочь ей избавиться от прошлого.       Ира увидела, как на глазах Вороновой заблестели слёзы. Что-то внутри заставило Филиппову накрыть своей ладонью горячую руку Анны, которая до сих пор сжимала руль так сильно, что костяшки её пальцев побелели.       - Прости меня, - тихо проговорила Ира, понимая, что своим вопросом задела очень больную тему для Ани - я не хотела тебя как-то обидеть...       - Все нормально, Ир, не переживай. Ты не обидела меня! - успокоившись, ответила Анна Михайловна, стараясь унять дрожь в голосе - Просто... Мне тяжело об этом говорить... Я пока не готова...       Ира ничего не ответила. Она молча смотрела сквозь лобовое стекло на дорогу, думая о чём-то своём. Анна Михайловна хотела, чтобы Ира сказала хоть что-нибудь, что поможет отвлечься от воспоминаний о Даше. Но, вопреки всем ожиданием Вороновой, Ира продолжала молчать. Анна Михайловна понимала, почему Филиппова молчит - реакция Анны поставила её в ступор и теперь она не знала, что можно спрашивать, а что не стоит.       - Останови, пожалуйста, у этого магазина - через несколько минут попросила Ира, указывая на супермаркет - Я тут выйду.       - Да, конечно! - Аня завернула на парковку перед магазином и остановила машину. Ира молча собралась и уже собиралась выйти из машины, но голос Вороновой остановил её:        - Ир, не воспринимай мою реакцию на свой счёт, хорошо? Ты правда меня не ничем обидела. Возможно, когда-нибудь я решусь на то, чтобы рассказать тебе обо всём, но не сейчас...       - Ань, ты можешь мне сейчас не поверишь, но я тебя понимаю! Если вдруг ты все же захочешь поговорить, я готова тебя выслушать. Знаешь, бывает выскажешься, и сразу легче станет.       - Спасибо Ир! Спасибо за поддержку! - Воронова улыбнулась - Когда-нибудь, если я ещё буду работать, я обязательно расскажу тебе обо всём...       - Ты всегда можешь рассчитывать на меня! - смущённо проговорила Ира и открыла дверь машины - Спасибо большое, что подвезла. А то я бы промокла вся, а костюм новый жалко. До завтра!       - Может тебя завтра забрать? - тут же вслед ей сказала Воронова - Я тут недалеко живу, ты мне только адрес напиши!       - Ань, спасибо большое, но мне ещё сына в сад утром нужно отвезти, поэтому я с братом поеду!       - Ну, как знаешь - ответила Воронова и добавила - До завтра!       Квартира, как и всегда, встретила Анну тишиной. Воронова уже давно привыкла, что дома её никто не ждёт, но даже спустя почти два года тишина резала по ушам. Каждый раз, возвращаясь в пустую квартиру, Анна вспоминала своё прошлое. И каждый раз воспоминания отзывались болью в сердце и душе!       Она сбежала. Сбежала из города, который когда-то стал ей родным. Сбежала с работы, где была счастлива почти семь лет. Воронова убежала от всех, сменив номер телефона и позабыв практически друзей. Лишь три человека, кроме родителей и брата, знали о том, что произошло в её жизни.       Анна сбежала от всех, кроме себя. От себя не убежишь, и теперь Воронова понимала истинное значение этой фразы.       Память стала самым страшным врагом, который не давал ей покоя. Стоило Вороновой остаться одной, этот враг начинал свою атаку. От него нельзя было спрятаться, ведь воспоминания из головы не выбросишь. Их нельзя стереть, нельзя залить алкоголем или уничтожить в наркотическом угаре. Они будут с тобой до конца жизни, напоминая о твоих ошибках, напоминая о том, что ты ничего не сделала, не помогла своему ребёнку.       Работа помогала отвлечься, помогала Анне забыться, кто она такая и что она потеряла. Но, вновь взглянув на студентов, таких молодых, весёлых, мечтающих о будущем, она вновь вспомнила о своей дочери. Даша уже не подарит своей маме улыбку, не позволит заплести бантики на Первое Сентября, не поделиться секретом о том, какой мальчик из класса ей нравится. Даша не расскажет Ане, что она поступила в университет, какие пары ей нравятся, а какие нет. Дочка не выйдет замуж, не подарит внуков, не станет счастливой. Теперь от дочери у Анны остались только фотографии и небольшой памятник с двумя датами.       Конечно, любое горе можно пережить и Воронова это прекрасно понимала. По сравнению с первыми месяцами после трагедии, сейчас было легче. По большей части, Ане помогла терапия с Машей, которая длилась почти полтора года. Маша помогла преодолеть многие страхи, помогла пережить весь ужас, который Аня испытывала, стоило ей вновь оказаться в больнице или почувствовать запах медикаментов.       Лишь ночью, просыпаясь от кошмаров, она испытывала тот же страх, что и два года назад. И, именно к этому Аня до сих пор не могла привыкнуть.