Двойник из зеркала

      — Не смей его трогать! — раздался голос Феликса.       — А чего это ты тут раскомандовался? — зарычал в ответ Пик. — Это не твой валет!       — Может, перестанете ругаться? — пытался всех успокоить Лже-Вару, но на него никто не обращал внимания, будто бы его тут не было.       Ругань между пиковым королем и червовым валетом постепенно перерастала в драку. Импульсивный Феликс, не добившийся ничего словами, освободил волю своим эмоциям и дал крепкую затрещину Пику. Тот презрительно взглянул на валета, словно уже представив того в свободном полёте с крыши девятиэтажного здания. Прошëл миг — и восьмой, схватив четвертого за волосы, ударил последнего лицом о черепицу. Внезапно что-то в кармане, соприкоснувшись с крышей, издало лаконичный звон. Лже-Вару встрепенулся. Он понял, чтó это было.       Тем временем Пик хорошенько встряхнул Феликса. Из кармана действительно выпало оно. Зеркальце. Взгляд двойника случайно встретился со взглядом короля. Один преисполнен страхом, другой — мрачной решимостью. Несмотря на то, насколько сильно подкашивались ноги, Лже-Вару не терял той слабой искры надежды и ринулся к зеркальцу одновременно с Пиком. Исход дела был почти непредсказуемым — Феликс, находящийся ближе всех, побежал к вещичке и, схватив еë, отшатнулся к трубе. Валет смотрел на двоих человек, медленно подходивших к нему, как хищники к жертве. Феликс улыбнулся двойнику.       — Лови, — одними губами предупредил он «союзника» и кинул зеркало через обоих как можно выше.       Тот подпрыгнул, но не дотянул до нужной метки нескольких сантиметров, впоследствии поскользнувшись на черепице и чуть не поехав вниз. Вдруг Феликс вздрогнул: зеркало оказалось… В руке пикового валета. Волосы растрепаны, сам он бледный, но на лице играет насмешливая улыбка, а линзы кислотно-зелëных очков горят лихим огнëм. Все с напряжением ждали. Что будет дальше? Каков следующий ход? Вару спрятал зеркало в рукав таким образом, чтобы его легко можно было достать в любой момент. И подошëл к двойнику, до сих пор лежащему на чуть влажной крыше. Расколотые бирюзовые очки лежали рядом, но ни Пик, ни Феликс не видели, как на это отреагировал «другой». Все эмоции Лже-Вару были доступны лишь взору оригиналу. Пиковый валет с интересом наблюдал за двойником и после, наклонившись к нему, что-то шепнул. Не в моих целях скрывать какие-то детали от читателя, поэтому передам весь диалог.       — И что же это мы тут лежим, как беспомощное отродье? — цинично высказался Вару.       — Всë в порядке, — ответил, мягко улыбнувшись, двойник и встал, всматриваясь в лицо оригинала.       — Далеко не всë. Я же вижу твои му́ки. И зачем ты эту комедию затевал?       — Я тоже желаю жить, — почти беззвучно проговорил двойник. Вдруг в его глазах появился некий блеск, и по бледной щеке скатилась маленькая слезинка.       — Только не начинай, терпеть не могу нытиков, — презрительно отреагировал Вару.       — Я ведь… Даже ничего плохого никому не хотел… Просто радовать других и радоваться самому, — немного с запинками последовал ответ.       — Пойми — тебе не место в этом мире, — валет присел на корточки, всматриваясь в лицо «другого». — Не то, чтобы дело в тебе — нет, ты хороший паренëк. Но в этом мире нет ничего, кроме разочарований и нудной серой жизни. Чья-то копия не сможет в нëм выжить чисто морально.       — Но это не так. Я хочу жить в этом мире, он настолько сильно отличается от того, что за зеркалом.       — Отбрось пустые надежды. И сейчас я даже говорю тебе это не как создатель, — в очках появился странный загадочный блеск.       — А как кто?       — Как клон.       Двойник пребывал в смятении. Он тряхнул головой:       — Но этого не может быть!       — Сейчас я не шучу. Если ты мне не веришь — я не заставляю (хотя это обидно, не буду скрывать). Но шутки с клонами кончаются очень и очень плохо.       «Почему он это говорит таким тоном, словно хочет… Помочь?» — недоумевал Лже-Вару.       — Но я уже не могу отступить, зайдя слишком далеко. Ведь тогда все труды будут напрасны, — промолвил он.       — Не совсем бесполезны. Ты попробовал, а это — опыт. Или воспоминание. Но всë же до абсурда можно было бы не доводить.       — Если бы ты знал, насколько мир за зеркалом уныл и пуст, то сжалился.       — Вряд ли. Я догадываюсь приблизительно, что за край такой — Зазеркалье. И невольно сравниваю с Карточным миром. Пустота. Впрочем, ты так и будешь тут лежать?       Вару, поправив рукав, встал и протянул руку двойнику. Тот растерялся, но ухватился за неë, удивляясь резкой перемене в создателе. Будто бы он выговорил другому всë то, что так давно терзало его сердце и душу. Вдруг, неожиданно для всех, валет притянул к себе двойника с намерением словно заключить в объятия бывшего врага, а теперь союзника. Феликс вздëрнулся. Он мигом соскочил с места и, успев увернуться от Пика, налетел на этих двоих. Двойник отшатнулся в одну сторону, оригинал — в другую. Валет червей злобно зыркнул на пикового:       — Ты зачем хотел сделать это? Я прекрасно всë видел со спины! И это подло.       Пиковый валет молчал, сжав в руке зеркальце. Из-за этого чудика чуть не выронил…       — Почему вы настолько жестоки? — продолжал Феликс.       — Кто это — мы?       — Пик чуть создателя не зарезал, ты хотел «нож в спину воткнуть». Почему так?       — Чтоб ты спросил, — оскалившись, съязвил Вару.       Вдруг Феликс, схватив за горло пятого, покатился с ним к краю.       «Одумайся, это очень жестоко. Выпусти его»       «Не будь таким злым, ты же само воплощение доброты»       Увы, валет червей настолько был обуреваем злобой к предателю, что не слышал голоса собственной души. Напрасно пятый отчаянно сопротивлялся, напрасно двойник и Пик пытались оттащить Феликса от желаемой мести — он никому не поддавался, продолжая душить Вару.       Вдруг они оба чуть не сорвались с края, но всë, благо, обошлось: пиковый король схватил за шиворот своего валета, а Лже-Вару — червового. Внезапно взор Феликса скользнул по месту рядом, где совсем близко лежало зеркальце. Он вырвался из рук двойника и, подхватив вещичку и раскрыв еë, воскликнул:       — Что же, не хотите миром — пусть будет так! — и разжал руку, вытянутую над девятиэтажной пропастью.       Вару, наблюдая за этой картиной, побледнел и пытался вырваться из цепкой хватки короля.       — Ты что, обезумел? Жить надоело? — утихомиривал валета Пик.       — Потеряли! Драгоценное время! — досадливо воскликнул будто бы в пустоту пятый.       Пиковый валет, наконец вывернувшись из-под руки короля, побежал вниз, словно не веря в возможность этого предположения. Мигом одолев спуск по длинной лестнице, он выскочил на улицу, лихо осматривая всë кругом. Остальные подошли чуть позже.       Вдруг взгляд Вару скользнул по осколку, лежащему возле густой травы.       Зеркало разбито. Как и все надежды.