Еще одна история любви

Арестович с Подоляком были лучшими друзьями уже довольно длительное время. Сначала конечно они цапались, ругались, не могли поделить вместе одно помещение на двоих. Но как-то со временем привыкли друг к другу и первый шаг к сближению сделал как ни странно сам Леша. Михаил старался вести себя с ним спокойно, никак не реагируя на его подколы. А подколы Лешка любил. Ох как любил! Но особенно Мишу нервировала тема однополых отношений. Он все время лез к нему в душу, нарушая все границы. Даже как-то сказал, что предполагает, что Подоляк 100% гомосексуалист, конечно это тогда было сказано в виде шутки, над которой советнику не особо то хотелось смеяться. Вывод то правильный, но Миша не хотел чтобы его все время тыкали в это носом, как шкодливого котенка. Разве сейчас кого-то удивишь тем, что ты состоишь в однополых отношениях? Конечно нет. Михаил скрывал это только потому что являлся публичной личностью, а так-то для него это не являлось проблемой. Но шуток, а уж тем более подъебов, на эту тему он крайне не переносил. Конечно, Михаил никогда не делал со своей ориентации проблемы. Ну нравятся ему мужчины и что? Что его убивать теперь из-за этого? Он есть тем кем есть. И он это принимает, а на окружающих и их коллективное мнение по этому поводу ему насрать. Но Арестович умел его раздраконить так, что иногда чуть ли до кулаков не доходило. Он не знал как ему работать с этим бесом... Да, безусловно он прекрасный работник, но, блядь, сидеть с ним в одном кабинете это как пытки ада! Но все резко меняется, когда в один день Подоляку позвонил один из его любовников. Алексей стал случайным свидетелем их разговора, он как раз подготовил очередную гейскую шуточку и как раз не терпелось ею побесить своего коллегу. Но, не доходя до кабинета, он услышал голос Миши. Он еще никогда не слышал, чтобы тот так говорил... Ласково? Нежно? Ну, конечно, они же только вечно ссорились. - Привет, зайка. Да, на работе. Димасик, что случилось? Ей, ну чего ты? Конечно приеду. Да-да, сейчас освобожусь. И я тебя люблю. Целую, малыш. Не нужно было быть гением чтобы сложить 2+2 и догадаться с кем так любезно говорил его коллега. Леша никогда не унижал людей, которые относились к ЛГБТ-сообществу, реагируя на них нейтрально. Но обижать их ему совсем не хотелось, это их выбор и этот выбор тоже нужно уважать. Ему стало стыдно за то, что он так подкалывал Михаила, даже не подозревая, что тот "голубой" окраски, поэтому незамедлительно решил извинится. - Миша, можно? - В смысле? Это и твой кабинет тоже, - холодно ответил ему Михаил. - Внатуре, - сказал Алексей и сел на стул рядом со столом своего коллеги, - Мне нужно извинится. - Алексей, если это очередной прикол, то мне сейчас не до этого. У меня Дима заболел... Ай неважно, тебе эта информация не нужна. - Миш, прости я не знал что ты... Ну... - советник даже не знал как бы это помягче выразится. - Теперь сильнее будешь доставать? - обреченно спросил мужчина, понимая, что этот чертенок уже все пронюхал. - Нет, извини. Больше не буду. Честно, - и для того, чтобы Михаил ему поверил, протянул свою руку. - Ладно. Но мне действительно пора идти, - пожимая ладонь коллеги, сказал Миша. - До встречи, - брюнет лишь кивает головой, быстро собирается и уходит. Алексей впервые ловит себя на мысли, что хотел бы чтобы о нем заботились так же, как Подоляк о своем энном любовнике. Так и началась их интересная дружба. В работе они всегда друг другу помогали, а после могли где-то культурно оттянутся, если только Миша не торопился к кому-то. За это время он успел сменить 4-х любовников, разрыв с которыми переживал немного тяжеловато. Но рядом всегда был Леша. - Что и этот ушел? - наливая в бокал друга вино, спрашивал брюнет. - Ага, - сухо протянул Подоляк. - Не понимаю я их. Как можно бросать такого как ты? Ты такой хороший, надежный. - Хороших и надежных не любят. Все хотят жестких, таких, чтобы прям ноги об них вытирали. Я так не умею, - отпивая с бокала немного вина, вещал Михаил. - Ну, а ты их любил? - Любил? Нет. Это скорее всего слабая симпатия, стремление к стабильности. Мне еще ни разу не повстречался мужчина, в которого я бы по-настоящему влюбился. Подоляк врал и не краснел, потому что тот, кому он был готов отдать свое сердце, сейчас сидел перед ним у него на кухне, распивая красное полусухое вино. То, что ему нравится Арестович, он понял после того, как они более менее сдружились. Тот для него открылся совсем с другой стороны - таких остроумных и развитых людей он еще не встречал. Была в Леше и нотка гордости с октавой эгоизма, но это было не важно. У него была масса и других положительных качеств. - Не понимаю. Почему тогда ты сейчас бухаешь? - Ненавижу когда изменяют и не люблю когда врут, глядя в глаза. - Эй, Миш, ну нельзя же так расстраиваться из-за каких-то пидарасов. - Мм, а я тогда кто? - Геи и пидарасы это разные вещи. - Ладно. Проехали. Слышал, что у тебя завтра командировка. - Да, вернее уже сегодня, - глядя на настенные часы, сказал мужчина. - Оставайся у меня. К тебе же ехать через весь город. - Да я бы с радостью, только не хочу тебе мешать. - Да какое там мешать? Мы же друзья. Ты же мои нытья выслушиваешь? - Вообще-то мне с тобой очень интересно. Как бы это странно не звучало, но ты меня понимаешь как никто другой. - Мм, приятно слышать. А еще недавно мы с тобой грызлись за каждую бумажку и за каждый миллиметр нашего кабинета в офисе. - Ну помилився я, з ким не буває? Когда Леша переходили на их родной язык в Подоляка прям все расцветало в груди. Хотелось слушать его часами. Просто наслаждаться его мурлычущим голосом и любоваться. Издалека. Миша никогда не позволял себе переходить границы дозволенного - он боялся потерять с ним это хрупкое взаимодействие в виде дружбы. Хоть Арестовичу уже было за 40, Мише он напоминал маленького мальчика, которому нужна была "мамочка", чтобы разбудить, заставить нормально поесть, напомнить, что нужно надеть шапку да и вообще взять теплый свитер, а не эти его тонкие кофточки. И Подоляк был не против стать для Леши такой "мамой". - Алексей, ну опять ты ежишься! Просил же тебя не надевать сейчас эти тонкие блузки! На улице мороз, мать твою! - Ну чего ты такой злой? - Я не злой. Я просто не хочу, чтобы ты заболел. - Почему ты всегда такой серьезный? Чувствую себя так, словно ты папочка, а я - маленький ребенок, - это "папочка" заставляет мыслить Михаила немного не в том направлении, в котором бы хотелось. - Думаю, старший брат было бы уместней. Ладно, сиди тут, иду тебе что-то тепленькое подыщу. Михаил рылся в своем шкафу в поиске какой-нибудь подходящей вещи. И нашел свой старый черный худи на флисе - как раз то, что было нужно. Он зашел в гостиную и невольно засмотрелся на своего коллегу - тот сидел на полу, положив подбородок на свое согнутое колено, и смотрел что-то на телефоне. - Вот, держи, - протягивая ему толстовку сказал советник. - Ух ты, такая мягкая кофточка. И пахнет вкусно... - Леша благодарно принял вещь из рук своего друга. И без задней мысли стянул с себя свой тонкий лонгслив, даже не замечая, как его пожирают черные глаза Миши. Он жадно смотрел на подтянутый торс своего друга, замечая в районе груди татуировку в виде паутины. Когда же он надел на себя его кофту, то смотрелся в ней очень мило. Та была ему слегка великовата, но так было даже лучше. Сейчас и не скажешь, что перед ним сидит разведчик еще и со званием подполковника. В тот вечер они беседовали до утра, после чего Алексей заснул на диване на несколько часов. Поезд был на 12:00, поэтому Миша отменил все свои дела на утро и решил подбросить своего гостя до вокзала. По дороге они заехали к нему домой за нужным багажом. - Миш, мне точно можно ее оставить? - спрашивал в салоне автомобиля Арестович. - Мне не жалко, да и тебе очень идет. Носи на здоровье. - Спасибо, - Леша его приобнял напоследок, выходя из машины. - Береги себя, - хлопая того по плечу, сказал Подоляк. - Пока. На созвоне, - имитируя трубку ладошкой, попрощался Алексей. - Пока. *** Подоляк сидел на диване, сверху удерживая на себе тело очередного любовника. Стасик или как там его? Но ему было похер. Похож на Лешу? Похож! А дальше дело техники. Главное не накосячить как в прошлый раз и случайно не назвать его именем Арестовича. Он снимал одежду с мужчины, который плавно опускался вниз на колени, переходя к самому сладкому. Только он положил руки на его брюки, как раздается звук дверного звонка. - Ммм, ну давай не открывать. - Прости, малыш, это, наверное, что-то важное, - советник подымается с дивана, нежно проведя по темным волосам своего партнера. Какого же было его удивление когда он на пороге своей квартиры увидел Арестовича пьяного в драбадан. - Міш, ик, лови мене, - валясь с ног, прошептал Леша. - Нихрена себе командировочка, - ловя падающего коллегу, сказал Миша. Тот упал прямо в его объятья, пряча свое лицо в районе чужой шеи, которая приятно пахла, прямо как та толстовка, что ему подарил Подоляк. Михаил держал его крепко, боясь того, что тот съедет вниз. Он уже успел подзабыть, что в комнате его ждет Стасик, да и какой нахрен Стасик, когда его любимый друг сейчас в таком состоянии? - Мишенька, ну ты там долго еще? А это еще кто такой?! - удивленно спросил мужчина, выйдя в коридор. - Это мой лучший друг. Стас, сегодня, наверное, уже ничего не получится. Езжай домой. Я оплачу тебе такси. Брюнет просто охренел от такой заявочки и хотел уже высказать свое мнение по поводу "гостя", но Миша жестом показал, что не стоит сейчас устраивать сцены. Через несколько минут Стаса и след простыл. - Блядь, Арестович, ты мне все обломал! Ты зачем сюда так поздно приперся еще и без предупреждения? - сажая того на диван в гостиной, кричал Михаил. - Я дзвонив! Дзвонив ик, але ти ик, не брав! - Действительно, - прошептал себе под нос Миша, видя на дисплее "Леша♡ 15 пропущенных вызовов", - Так, но это сути не меняет. Где ты уже успел так нажраться? Еще и без меня! - Настя... Ик... - Что "Настя"?! - Разв... Ик... Разводится хочет. Подоляк удивленно приподнял брови и с сочувствием посмотрел на Алексея. Но с чего вдруг? У них ведь все так было хорошо. Настолько хорошо, что Миша втихаря завидовал их семейной идиллии. Он сам не замечает как проводит рукой по лицу Леши, но, вовремя опомнившись, быстро переместил ее на его шарф и куртку. Краем глаза он замечает, что Арестович все в той же толстовке черного цвета - а это приятно, это греет душу. - Алексей, тебе совсем плохо? Может воды дать? - тот лишь качает головой и закрывает рот ладонью, - Так, все понятно, пошли. Советника просто выворачивало наизнанку. Миша только и думал о том, что же этот черт намешать успел? Он все время был рядом, придерживая его, чтобы тот не свалился окончательно. Когда Леша достаточно проблевался, он помог ему умыться и отвел к себе в спальню. - Так, снимай толстовку, дам тебе другую. - Нет. Эта самая любимая, не отдам! - Я постираю ее и верну тебе обратно, хорошо? - Миша говорил с ним тихо и ласково, словно с маленьким ребенком, - Вот, смотри, такая же только вишневая. Давай, я тебе помогу. Подоляк старается не смотреть на этот соблазнительный торс как и старается удержать себя от лишних касаний. Но все же пальцами он ощутил кусочек нежной, но такой горячей и желанной кожи. Он относит в стиралку черное худи и идет на кухню, дабы предварительно подготовить таблетку и воду. Это с утра его другу точно очень понадобится. Когда он возвращаться в комнату, то видит Лешу, который сложил ноги на кровати и грустно смотрел в свой айфон. - Ты как? Все еще плохо? - Немного... - поднимая свои пьяные глаза, прошептал Леша. - Расскажи, что случилось. Ты же вроде только вчера вернулся. - Миш, я не хочу об этом говорить... - Тебя оставить? Хочешь побыть один? - но Арестович на это машет отрицательно головой. - Зостанься зі мною, будь ласка. Подоляк ни в чем не мог отказать этому бесу. Ни в чем. Поэтому он ложится на кровать с другой стороны, упираясь спиной в стену, занимая полулежачее положение. Проходит несколько минут молчания и под эту тишину он почти что засыпает, но вдруг ощущает у себя на груди какую-то возню. Он открывает глаза, опускает взгляд вниз и видит темную макушку Леши. Тот положил голову ему на плечо и свою руку поверх талии. Миша ничего не оставалось кроме как одной рукой приобнять своего коллегу, сильнее прижимая к себе. Наверное, это первый раз, когда он нарушает намеченные границы у себя в голове. Он невесомо касается Лешиного виска своими губами. Ему казалось, что советник сейчас проснется и начнет ругать его за этот жест, но тот только сильнее прижимается к нему сквозь сон. *** Леша просыпается от тихого стука. Тихого стука сердца другого человека. Он уже думает куда же его занесло в ходе вчерашней гулянки? Он поднимает глаза и видит сверху уставшее лицо Подоляка. Тот приобнимал его одной рукой и так спал. Арестович смотрит на него снизу вверх своими большими глазами и не может оторваться. Какие-то странные мысли, какие-то странные чувства сейчас его преследует. С одной стороны ему жутко неловко в таком положении, но с другой - рука Миши была такой приятной, такой нужной именно сейчас. Сердце в пятки уходит, когда Подоляк спокойно открывает глаза и смотрит ними будто прямо в душу. - Доброе утро... Как ты себя чувствуешь? - разминая затекшую шею, спрашивал Михаил. - Доброе. Хреновенько, - не стал лгать Леша. - Вода с обезболивающим там, - мужчина кивает головой на стол и выпускает из своих объятий своего друга. - Спасибо. Леша не хочет ничего рассказывать, но Миша его и не спрашивает. Он кормит его грецким салатом на кухне и, не спеша, заваривает ему зеленый чай. Молчание напряженной струной натянуто между ними. Арестович чувствует себя неловко из-за того, что просто так взял и ворвался к нему вчера без приглашения. Еще и, кажется, сорвал ему свидание с очередным гондоном... - Сегодня совещание на 10:30. У нас остался еще часик. Доедай и быстро приводи себя в порядок. - Миша... - Да? - Прости за то, что все так вышло. - Все нормально. Тебе было плохо и ты пришел ко мне. А почему? Потому что я - твой друг. Так что расслабься. - Я тебе испортил вечер. - Ты о Стасике? Да пусть катится нахрен. Надо будет найду себе нового такого Стасика. Тебя же мне никто не заменит, - с легкой улыбкой сказал Михаил, касаясь руки своего друга. Леша слабо улыбается ему в ответ. Они разговаривают о предстоящем совещании, о бумагах, договорах. Подоляк подгоняет его, поскольку еще немного и они опоздают, а их глава опозданий не любил. *** - Алексей, ну что это за детский сад?! - оттряхиваясь от мелких бумажек, выпущенных через ручку, кричал Подоляк. - Три-ноль. Миш, ты теряешь форму, - с игривой улыбкой говорил Арестович. - Еще раз так сделаешь - получишь! Миша нервничал, поскольку его друг не давал ему сосредоточится на работе. Оставалось совсем немного и он побежит на очередное свидание с очередным мужиком, похожим на Арестовича... Но сколько бы он их не менял, сколько бы не искал похожих - Лешу они не заменят. А тот сейчас бесился, выпуская в него либо бумажные шарики через ручку, либо шарики покрупнее, которые непосредственно бросал своей рукой. Бросок - и он попадает в руку своего коллеги именно тогда, когда тот уже ставил свою финальную подпись - та дрогнула и немного съехала. - Твою мать, Арестович! - таки доставив свою подпись, крикнул Михаил и поднялся со стула, дабы дать этому бесу подзатыльник. Леша поднялся с мягкого стула и хотел сбежать, но Подоляк перерезал ему путь к выходу, ловя в свои объятия. Мгновение и он прижал его спиной к свободной от стеллажей стене, нависая сверху. Брюнет уже поднял руки в примирительном жесте мол "я все понял, я больше так не буду", но такого поворота он не ожидал. Он чувствует на своих губах сухие губы Михаила. Он ими просто прижимается, не делая никаких лишних движений и отстраняется с победной ухмылкой, на ухо шепча: - Обнуляем счет, Лешенька. Арестовича от того, как Миша произнес его имя, бросает в жар, а губы так горят, словно по ним только что прошлась раскаленная магма. Он немного растерянно смотрит на Подоляка, но тот разворачивается, хватает свою сумку с телефоном и уходит, бросив напоследок: - Долго не засиживайся, езжай домой, - а Леша так и стоит возле стены с широко открытыми глазами, не до конца понимая, что сейчас произошло, но зная что - попал потому что... Ему понравилось. Понравилось мимолетное касание губ Михаила. Это вызвало табун мурашек где-то под кожей спины и шеи, а сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки, прямо в чужие широкие ладони. Он думает, что, возможно, у него ТАКАЯ реакция только из-за того, что у него относительно давно не было никого. Но где-то на задворках сознания гуляет мысль о том, что будь это какой-то левый мужик - ему бы так не понравилось, он бы так не поплыл... Все дело было в том, что это сделал он. Миша Подоляк. Михаил же сидел в салоне своего автомобиля, проклиная себя всеми возможными словами. Зачем он к нему полез? Что теперь будет? Леша точно больше не захочет с ним общаться. Еще бы! Взял и ни с того ни с сего поцеловал! Да, это сложно назвать полноценным поцелуем - простой детский чмок в губы, не больше. Но Мише хватило... Хватило с головой, чтобы завестись как никогда в жизни. Какие же это были губы! Пухлые и слегка увлаженные - из-за этой Лешиной дурацкой привычки облизывать их языком, в ходе чего они часто обветривались. Он даже толком не успел взглянуть в его глаза, на его реакцию. Позорно сбежал, как трус... Телефон разрывается от звонков и сообщений его очередного "дружка на несколько ночей", но он все отменяет. Не надо. Все они ему его не заменят. Потому что Леша Арестович незаменимый и неповторимый. *** Алексей сидел в своей пустой квартире, попивая теплый чай, снова в толстовке Подоляка. Вишневая ему даже больше нравилась. В ней было так уютно, она напоминала о Мишиных объятиях, что были той ночью когда он заснул у него на груди. Она пахла Мишиным парфюмом и чем-то еще... До боли знакомым и родным. Он никогда не считал себя "голубым" товарищем, да и никогда не заводили его мужики, но Михаил. Он такой... В него просто невозможно не влюбиться. И с ним всегда было так спокойно и надежно. Но все равно Леша пока не понимает, что он чувствует. Испуг? Отвращение? Отнюдь нет. Когда он тогда лежал вместе с Мишей или когда тот его поцеловал - это ему показалось до чертиков правильным. Будто так и должно быть. Ну был он натуралом, да! Но разве он был счастлив? Три брака коту под хвост... Ни любви, ни нормальных отношений, ни просто банального секса. Алексею тяжело представить себя принадлежащем к ЛГБТ-сообществу. Но он был бы не против что-то начать с Мишей. Почему нет? Он точно его не обидит. Спешить никуда не станет. Да что там, Михаил Подоляк - это наверное единственный человек на планете, который сносит такого невыносимого индивидуума как он. Он находит в смартфон контакт Михаила, который итак уже знал на память и набирает, совсем забыв, что сейчас уже давно за час ночи, но ему отвечают молниеносно: - Алексей? Что-то случилось? - Миш, можно я приеду к тебе? - Сейчас? - У тебя кто-то есть? - Нет, я один. Просто поздно уже. Хочешь, я за тобой заеду? - Я возьму такси. - О'кей. Жду тебя. Арестович нажимает на отбой, через приложение вызывает такси. Он не знает, что будет говорить, как будет себя вести. Это, наверное, впервые когда он ощущает, что не готов. Но он себя "успокаивает" тем, что разберется на месте. *** Леша сидел в гостиной Михаила сложив руки на груди и не знал как начать разговор. Казалось, напряжение и противоречивые домыслы настолько зашкаливали, что были готовы сожрать его полностью изнутри. Миша же уже пол часа наблюдал за своим другом, который, кажется, хотел что-то ему сказать, но никак не мог собраться с мыслями. - Арестович, это у тебя такой стиль срывать мне то свидания, то отдых, то сон? Хочешь что-то сказать - не томи и говори! - Миш, ты сейчас свободен? - Нет, у меня уйма дел в два часа ночи, даже не знаю за что браться! - с сарказмом говорил уставший Подоляк. - Я не в этом смысле. У тебя кто-то есть? - Тебе зачем? Хочешь наладить мою личную жизнь? Нету пока никого. - Понятно... Леша никак не решался сказать то, что хотел, но он и не знал как это сказать, как это подать "по-нормальному". Господи, он всегда так собран, эмоционально устойчив, а сейчас, кажется, дрожит, как осиновый лист, внутри... - Леша, ты приехал ко мне в два часа ночи, чтобы поболтать о моей личной жизни? Мог бы и по телефону спросить. - Нет, я приехал чтобы... Боже, Миша, да не знаю я как это сказать тебе! - сказал мужчина, обхватывая свою голову руками. - Ты что-то натворил в офисе? Попутал папки? Забыл отнести отчет Ермаку? - Да причем тут это?! - То скажи вже, нарешті, шо ти хочеш! - Тебе хочу! - Подоляк удивленно уставился на своего друга, - Тобто цей. Ай, короче, що я буду мудрувати? Ти мені трохи подобаєшся і я хотів би з тобою спробувати почати стосунки. Леша уверенно поднял свои глаза, заглядывая в темные глаза напротив. Он уже больше ничего не боялся, что сделано - то сделано, что было сказано - то сказано. Но Миша молчал. Он обрабатывал информацию, которую только что услышал, и искал подвох. Не надо спешить, может это очередной прикол Леши? - Как интересно. И давно я тебе "трохи подобаюсь"? - Я не знаю. Честно, не знаю. Все как-то произошло само по себе. - Алексей, если это очередной разводняк, то я тебе сейчас врежу. Советник игнорирует эти слова, подается вперед и уверенно обнимает Мишу, обхватывает руками за крепкую шею и прижимается всем телом. Через несколько секунд он ощущает горячие ладони Михаила, которые пробрались под толстовку и прикоснулись к его немного холодной спине. Миша не знает уже верить или не верить своему счастью, но ему так хочется поддаться, хоть на минуту ощутить его тепло... И все же он искушается. - Льоша... - прошептал на ухо Подоляк, а у мужчины табуном пошли мурашки по всему телу, - Ти знову замерз, ходімо, я тебе зігрію. Арестовичу это предложение, кажется, до жути двусмысленным. Он неуверенно кладет свою руку в протянутую ладонь Миши и следует за ним в спальню. - Ложись. Я сейчас вернусь. Леша, смотря на эту огромную кровать, успевает продумать все возможные сценарии, все возможные позы и от этого на щеках появляется румянец. Он все же ложится на постель и начинает жутко нервничать. Такое ощущения, что его тут пытать собирались. Но Подоляк через несколько минут возвращается всего лишь с большой чашкой в руках. Как раз с той черной, что так еще давно приглянулась советнику. - Вот. Держи. На особые похвалы не рассчитываю, но пить можно. - А что это? Пахнет вкусно, - принимая протянутый напиток, спросил Алексей. - Глинтвейн. - Мм, классный, - отпив немного, сказал мужчина. Миша с улыбкой на него смотрит. Ему кажется, что он спит. Потому что если это все реально, то он даже не знает что ему делать с Лешей. С ним нельзя так, как с остальными... Да и не будет с ним так, как было до этого с другими. Он даже не знает с чего начинать, чтобы не спугнуть Алексея. А может тот вообще еще передумает? Зная его натуру - то запросто. Поэтому лелеять больших надежд пока не хотелось. - Ты точно уверен? - В чем? - В том чего от меня хочешь. - Раз я сейчас здесь, значит - уверен. - Не боишься? - Зачем? - Ну смотри. Жалеть не будешь? - Знаешь, мне впервые кажется, что нет, - сказал Алексей, ставя чашку на прикроватную тумбочку. Он ощущает сильные руки у себя на талии и не хочет этому противится. Миг и он в теплых объятьях Подоляка, тот прижимает его к себе очень нежно, зарываясь носом в темные волосы. - Я так довго чекав на тебе... - шепчет на свой страх и риск Михаил ему на ухо. - Мене? - переспросил Алексей. - Тебя-тебя, малыш, - Леша краснеет от услышанных слов, к нему немного туговато, но все же начинает доходить, что имел в виду его друг. - Постой, ты хочешь сказать, что все это время я тебе нравился? И ты молчал? - Миша лишь кивает на вопросы Алексея, - Но почему ты не рассказал? - А как ты себе это представляешь? Я не мог и не хотел настолько шокировать тебя, - спокойно говорил Подоляк, - Да, я люблю тебя, но я даже не надеялся на то, что у нас что-то может быть. Поэтому всегда держал между нами дистанцию. Я не хотел тебя обидеть либо как-то задеть своими чувствами. Арестович слушал своего коллегу, ощущая где-то внутри уколы совести - не заметил, не спросил еще и все время провоцировал и подкалывал... Но после этого признания он понял, что так как к нему относится Миша - больше не будет никто. С любовью, уважением и таким громким стремлением уберечь и защитить. Он тихо любил его и просто был рядом. Во всем помогал, всегда прикрывал и всегда заботился. Леша припоминает их стычки по поводу его одежды, его шарфов, его питания. А он вел себя как непослушный маленький мальчик... Міша кохав його здалеку, але завжди оберігав. Алексей тянется к губам Михаила за поцелуем и тот не заставляет себя ждать. Он медленно целует брюнета, лаская каждую губу по очереди. А Леша млеет от того, что в этом поцелуе ведет Подоляк, заставляя себя почувствовать полностью в его власти. Губы советника съезжают ниже, ведя дорожку поцелуев от подбородка к шее. Он не может удержаться и оставляет на ней засос. Он отстраняется и снимает с Арестовича толстовку, в предвкушении исследования этого прекрасного тела. Руки мягко ложатся на грудь и нежно проводят по ней, пальцами очерчивая набитую паутинку. Он склоняется и начинает выцеловывать каждый контур татуировки от чего брюнет невольно вздрагивает. Леша не может сдержать стона, когда ощущает что губы советника переместились к его соскам - это было очень приятно, чем Миша нагло пользовался, заставляя его издавать разные звуки все больше и чаще. - Миша... Ммм... Арестовичу безумно нравилось отдаваться во власть такому мужчине как Подоляк. Но еще больше будоражил тот факт, что Миша действительно хотел его, действительно любил и это дарит просто несравненное чувство счастья, которого ранее он так остро еще не испытывал. Он немного пугается, когда ощущает чужую руку у себя на пряжке ремня, сильно перехватывая ее. - Чшшш, не бійся, ми далеко заходити не будемо, - шептал успокаивающе Миша, целуя брюнета за ухом. Леша закусывает губу и сильно жмуриться, когда ощущает поверх белья ласковую ладонь советника. Тот безусловно знал, что делать и как сделать так, чтобы стало еще лучше. Он раздевает своего любимого и раздевается сам, доставая смазку, что всегда была под подушкой. Взяв немного немного на ладонь, он решительно касается возбужденной плоти Алексея, делая поступательные движения рукой. Арестовичу хочется заскулить - настолько ему были приятны действия Миши. А уж когда он соединил оба члена в своей руке, стало до слез хорошо. Он еще никогда не испытывал таких ощущений - когда можно расслабиться и просто получать удовольствие. - Лешенька, я тебя обожаю... - тяжело дыша, шептал Михаил. Оргазм оглушительной волной накрыл их обоих. Арестовичу казалось, что он будто оглох и ослеп на время, настолько все это было горячо и офигенно. Кажется, у него даже на долю секунды остановилось сердце от настолько феерических эмоций. Михаил нависал над ним, пытаясь отдышатся, и с любовью смотрел в его янтарные глаза. - Бачиш, а ти боявся, - целуя в уголок губ брюнета, с улыбкой говорил Подоляк. Леша лежал на этой большой кровати и чувствовал себя как никогда удовлетворенным и умиротворенным. Где-то в ушах слышится гул собственного сердца. Ему так много хочется сказать. И так же много сделать. Но Михаилу ничего этого не надо, он лишь прижимает к себе своего любимого и чувствует себя самым счастливым человеком во всем мире. Он все видит в его золотистых глазах. Там есть все ответы. Не надо слов. Он все знает. Он все чувствует.